12.
— Почему ты собираешься отказаться? Это же бред.
Испытание конниц закончилось. Как и рассчитывал Шинсо, в последние секунды мы вырвали победу, буквально пройдя по головам зазевавшихся лидеров. Мы прошли в финал. Но вместо того, чтобы праздновать, я сидел в углу столовой напротив Оджиро, который выглядел так, будто собирался на собственные похороны.
— Я же сказал, — вздохнул блондин, откидываясь на спинку стула. Его хвост безвольно лежал на сиденье. — Я не заслужил этого, Сакумо. Я ничего не помню из того боя. Я был марионеткой. Пройти в финал, не сделав ни одного осознанного движения... Это не путь героя.
— Я всё равно не понимаю, — я нахмурился, чувствуя, как внутри закипает глухое раздражение. — Почему тебя это так волнует? Аояма вот тоже был под контролем, и он, наверняка, собирается участвовать. Ему плевать на «честь», он хочет славы.
— Ну, он — это не я, — просто пожал плечами Оджиро. В его глазах не было злости, только какая-то спокойная, непрошибаемая уверенность. — Упрекать я его не собираюсь. Это его выбор. А мой — уйти сейчас.
— Тогда что тебе мешает поступить так же? — я подался вперед. — Ты хочешь стать героем. Тебе нужен этот шанс, чтобы тебя заметили. Ты сам перекрываешь себе кислород. Ради чего?
— Ради чести, — просто ответил он.
Я замолчал, глядя на него как на инопланетянина. Не понимаю. Ты видишь цель, ты видишь путь к ней. Зачем создавать себе препятствия на ровном месте? Разве ты не должен думать о себе в первую очередь? О собственной выгоде? Подобный отказ ничего не дает миру, он только отбрасывает назад.
— Он не поймет тебя, Джин, — раздался тихий голос Шизо. Близнец материализовался на соседнем стуле, вальяжно закинув ногу на ногу. — У него совсем другое устройство мозгов. Он верит в рыцарство, в справедливость. Для него "как" важнее, чем "что".
— Разве это не глупость? — невольно вырвалось у меня вслух. — Что ты об этом думаешь?
Оджиро моргнул, решив, что я обращаюсь к нему, но Шизо ответил быстрее:
— Я думаю точно так же, как и ты. Для нас важны только мы сами. А учитывая, что я — это ты, то получается, что мы полнейшие эгоисты. Но это не значит, что другие ошибаются. Каждый верит в ту сказку, в которой ему уютнее жить. Его сказка — о благородстве. Наша — о выживании.
— Значит, эгоист... — тихо произнес я, задумавшись над словами брата. Это слово больше не казалось оскорблением. Оно звучало как диагноз. Точный и честный.
— Эгоистичный герой, — усмехнулся Шизо, наклоняясь к моему плечу. — Можешь в будущем представлять себя именно так. «Герой, который спасает только потому, что ему так хочется». Звучит стильно, не находишь?
— Бля, я не собираюсь становиться героем. Сколько раз повторять?
— Ты можешь передумать еще десять раз за три года обучения, — Шизо провел призрачным пальцем по краю моей тарелки. — Мир UA умеет ломать людей. Или переплавлять их.
— Сомневаюсь, что это произойдет со мной.
***
Оджиро, как и обещал, снял свою кандидатуру прямо перед объявлением пар. Его место занял какой-то парень из Б-класса. Я проводил хвостатого взглядом, чувствуя странную смесь неприятия и уважения. Глупо, но... последовательно.
На огромном табло загорелась турнирная сетка. Мой первый противник — Каминари Денки.
— Кто это вообще? — я обратился к Шизо, который невидимой тенью стоял за моей спиной.
У меня была избирательная память на людей. Если человек не пытался меня убить, не был моим напарником или не раздражал меня до потери пульса, его имя частенько стиралось из моей головы через пять минут после знакомства.
— Блондин с электрической причудой, — руки Шизо легли мне на плечи, обнимая со спины. — У него еще черная молния на волосах.
Шизо произнес это прямо над моим ухом, и по шее невольно пробежали мурашки. Его голос всегда действовал на меня как слабый разряд тока.
Я сосредоточился и наконец вспомнил парня. Осмотрев трибуны, я заметил его в компании того мелкого извращенца, Минеты. Каминари, словно почувствовав мой взгляд, обернулся. Его золотистые глаза на мгновение столкнулись с моими красными.
Контакт продлился секунду. Блондин резко побледнел, вжал голову в плечи и начал что-то лихорадочно зашептывать своему другу, активно жестикулируя.
— Пф, он даже смотреть на меня боится, — я хмыкнул, отворачиваясь. — Как он собирается сражаться, если его трясет от одного моего взгляда?
— К началу битвы, может быть, соберется с духом, — Шизо наконец отпустил мои плечи, но его присутствие всё еще ощущалось как плотный кокон. — Страх — плохой советчик, но хороший стимул. Посмотрим, на что способна его причуда. Электричество и металл — это опасная комбинация, Джин. Будь осторожен.
Я снова перевел взгляд на сетку, просчитывая варианты.
Значит, если я пройду Каминари, следующий бой — со старостой, Иидой. Его скорость может стать проблемой. А потом... полуфинал против Тодороки. Принц льда и пламени наверняка жаждет реванша за тот свой проигрыш. И если я совершу чудо и выберусь из этой ледяной ловушки, в финале меня будет ждать Бакуго.
Два монстра подряд. Его высочество, а следом взрывной психопат.
— Пиздец... — прошептал я. — Это будет длинный день.
— Зато не скучный, — отозвался Шизо, и в его голосе я услышал предвкушение настоящей бури.