11.
Сакумо стоял неподвижно, чуть опустив голову. Пряди черных волос упали на лицо, скрывая глаза, и со стороны он казался идеальной марионеткой — пустой оболочкой, ждущей команды.
Шинсо чувствовал привычный триумф, но внезапно внутри ментальной связи что-то дрогнуло. Сознание красноглазого парня, которое только что было податливым и мутным, вдруг изменило свою структуру. Оно стало холодным, острым и... насмешливым.
— ...немного необычно... — послышался тихий, едва различимый шепот.
Хитоши замер. Он отчетливо видел, как Сакумо поднял правую руку. Медленно, словно пробуя мышцы на вкус, он несколько раз сжал и разжал ладонь. Шинсо всё еще чувствовал, что его контроль активен, нити причуды были натянуты, но парень перед ним двигался сам по себе, вопреки немому приказу стоять смирно.
Сакумо поднял голову. В его красных глазах теперь не было тумана — там горел осознанный, хищный интерес.
— У тебя действительно любопытная причуда, — сказал он, в упор глядя на Шинсо.
— Ты... освободился? — Хитоши нахмурился, невольно делая полшага назад. Впервые его «промывка мозгов» дала такой странный сбой.
— Ты же сам чувствуешь, что нет, — черноволосый ухмыльнулся. Эта улыбка совершенно не вязалась с тем угрюмым и резким Сакумо, которого Хитоши видел в столовой. Она была слишком мягкой. Чужой.
— Как ты обходишь мой приказ? — голос Шинсо выдал его замешательство.
— Секрет, — Шизо (а это был именно он) улыбнулся.
Для него было невероятно остро ощущать окружающий мир не через мутную линзу восприятия Сакумо, а напрямую. Запахи пота и разогретого бетона, гул трибун, тяжесть собственного тела... Жаль только, что ментальные путы Шинсо делали движения немного вязкими, словно он шел через толщу воды.
Шинсо был в ступоре. Сакумо не из тех, кто улыбается. Весь его образ — это колючая проволока и глухое раздражение. А этот парень перед ним выглядел так, будто наслаждался каждым вдохом. Хитоши чувствовал сопротивление, держал контроль изо всех сил, но тело Сакумо продолжало игнорировать его волю.
— Прошло десять минут! — громогласно объявила Полночь с трибуны. — Участники, займите позиции! Скоро начнем!
Между парнями повисло тяжелое молчание.
— Я хочу пройти в финал, — начал Шизо, склонив голову набок. Ухмылка не сходила с его лица, делая его пугающе привлекательным. — Поэтому предлагаю временное перемирие. Давай объединимся.
Он протянул Шинсо руку. Кольца на пальцах тускло блеснули на солнце.
— Согласен?
Хитоши мрачно посмотрел на ладонь. Ситуация выходила из-под контроля. У него уже были два «коня» — Оджиро и парень с пупком, полностью подчиненные его воле. Третий участник не был жизненно необходим, но Сакумо был опасен. И, что важнее, он был загадкой.
— С одним условием, — Хитоши прищурился. — Ты расскажешь, как обошел контроль. Если смог ты, значит, смогут и другие. Мне нужно знать лазейку.
— Только после испытания, — Шизо был готов к этому. Условие было предсказуемым. — Идет?
— Договорились, — Шинсо пожал протянутую руку. Ладонь Сакумо была горячей и твердой.
— Тогда не мог бы ты снять с меня удавку? — невзначай попросил Шизо. — Мне нужны все мои рефлексы.
— Снял уже, — буркнул Шинсо, разрывая ментальный контакт.
***
Сознание резко прояснилось, словно кто-то сдернул с головы плотный шерстяной мешок. Контроль над телом вернулся мгновенно, принеся с собой привычную тяжесть в мышцах.
— Ты же помнишь, о чем я с ним договорился, Джин? — голос Шизо в голове звучал довольно, почти сыто.
— Помню... — мысленно отозвался я, чувствуя глухую ярость.
Я всё видел. Я был заперт в собственном теле, наблюдая, как Шизо распоряжается моими руками и моим голосом, как он подлизывается к этому фиолетововолосому придурку. Ощущение беспомощности бесило больше, чем сама причуда контроля.
— Ты чего застыл? — голос Шинсо вывел меня из ступора. — Нам нужно занять позицию. Испытание начинается.
Я перевел взгляд на него. Стоило увидеть эти сонные фиолетовые глаза и растрепанные волосы, как внутри всё вскипело. Вот же хуила. Использовал меня как вещь.
— Спокойно, не заводись, — Шизо мягко коснулся моих мыслей, гася вспышку гнева. — У нас сделка. Ты ведь хочешь в финал? Хочешь показать этим "героям", на что способен?
— Хочу, — я процедил это сквозь зубы, заставляя себя расслабить кулаки. Посмотрел на Шинсо. — Какой план?
— Просто следуй моим указаниям и не высовывайся, — бросил он, поворачиваясь к остальным членам команды.
Замечательно, блять. Я освободился от гипноза только для того, чтобы добровольно подчиняться этому выскочке. Шизо уверял меня, что это был самый рациональный путь, но от этого он не становился менее унизительным.
План Шинсо был прост и по-своему гениален: тактика «невидимки». Мы не лезли в пекло, не участвовали в грандиозных битвах за десятимиллионную повязку Мидории. Мы просто маневрировали, оставаясь в тени лидеров.
Свои ленты мы «проиграли» в самом начале, как и велел Шинсо. Теперь мы выглядели как аутсайдеры, с которых нечего взять. Пока все внимание было сосредоточено на Тодороки и Бакуго, мы бегали по полю, делая вид, что отчаянно пытаемся набрать хоть какие-то баллы.
Иногда мне удавалось сорвать чужие ленты у зазевавшихся команд, но Шинсо велел «случайно» уступать их другим. Скрипя зубами, я давал возможность каким-то слабакам забирать нашу добычу. Это была игра на износ нервов.
От скуки и раздражения я начал сканировать арену. Металл. Мне нужно было знать, на чем я стою.
Глубоко под землей, под слоями бетона и грунта, я почувствовал мощные артерии — водопроводные и канализационные трубы. Тяжелые, чугунные, закопанные на совесть. Вырвать их на поверхность сейчас было бы безумием — слишком большая глубина, слишком много энергии уйдет на то, чтобы просто пробить ими почву.
Зато за пределами арены металла было полно: ограждения, оборудование операторов, элементы трибун. Если прижать сильно «потянуть» за них, я смогу устроить здесь локальный апокалипсис.
— Прибереги это на финал, — подмигнул Шизо. — А пока... смотри, время почти на исходе. Пора забирать свое.
Шинсо подал знак. Наша цель была определена. Пришло время из «охотников за объедками» превратиться в хищников. И на этот раз я не собирался сдерживаться.