~9 глава~
Юнги совсем не нравится, что Чимин избегает его и обращается только по какому-нибудь экстренному случаю, типа «в холодильнике пусто, я схожу в магазин». И альфа отпускает его со спокойной душой, так как теперь за омегой присматривает парочка телохранителей, которых Мин выбирал с особым усердием и проверял на преданность. Двое мускулистых бет, замаскированные под обычных людей, следят за передвижением Чимина из тени, да так, что тот совсем не замечает, как за ним следуют, чуть ли не о каждом шаге докладывая своему, так сказать, хозяину.
Юнги не потерпит провала и ошибок, но и сам не сидит сложа руки. Мафия зашевелилась, пора бы и ему, наконец, вступить в игру.
Однако огорчает тот факт, что Чимин снова замкнулся в себе, но спешить объясниться не собирается, предпочитая молчать. Вот и сейчас сидя на диване и смотря какой-то боевик, альфа краем глаза видит, как Чимин проходит мимо, о чем-то постоянно думая. Юнги надоели эти игры в молчанку.
Он следует за омегой и останавливает его в коридоре, положив на хрупкое плечо ладонь и повернув к себе лицом.
— Можешь объяснить, что происходит? — ожидаемый вопрос.
— Всё в порядке, Юнги, — тихо отвечает Чимин, опустив взгляд на свои ноги, одетые в милые носочки с жирафиками.
— Тогда посмотри мне в глаза, — просит Мин, но омега ещё больше тушуется, смотря куда угодно, но только не на альфу. — Чимин, давай поговорим. Я не желаю тебе зла.
— Я знаю. Юнги, скажи честно, у тебя кто-то есть? Почему ты забрал меня к себе?
Альфа, кажется, начинает понимать, из-за чего Пак ходит сам не свой. Рано или поздно, ему придётся рассказать.
Взяв заботливо за руку блондина, Юнги повел его за собой в спальню. Чимин, ничего не понимая, уставился на него, и альфа, сев на кровать, притянул его к себе, усаживая к себе на колени. Пак мгновенно краснеет и хочет соскочить, но окольцевавшие талию руки не позволили ему сдвинуться с места.
— Юнги...
— Я должен тебе кое-что рассказать, чтобы ты развеял все свои сомнения, —произнес альфа, устало прикрыв глаза и положив голову омеге на плечо. — Несколько лет назад я встретил замечательного омегу. Его звали Джин. Мы учились в одном классе. И хотя он излучал свет и добро, Джин был несчастен. Его альфа постоянно над ним измывался, а я встал на защиту Джина и прятал его у себя, — протяжно вздохнул Мин. — Так уж получилось, что мы полюбили друг друга и решили сыграть свадьбу. Однако...не успели. В тот день мне позвонили родители Джина и сообщили, что он разбился на машине. Я был так шокирован, что долго не мог прийти в себя из-за произошедшего. Замкнулся, заперся от всего мира. Какое-то время я даже думал о суициде, но потом отпустило. Знаешь, — он берет Чимина за руку и прикладывает её к своей щеке, едва касаясь её губами. — Мне было бы до сих пор нестерпимо больно, если бы не ты.
Чимин распахивает в удивлении глаза и стыдливо отводит взгляд, понимая, что все это время накручивал себя и вел себя эгоистично.
— Юнги, пожалуйста, прости, — голос срывается, и омега сам обнимает Мина за шею. — Я не хотел...я думал, что ты взял меня из-за жалости и что я только мешаю.
— Глупый, — улыбается тот, утешающе гладя по волосам. — Ты мне дороже самой жизни. Я люблю тебя.
Альфа прижимается к губам омеги и целует их мягко, чтобы не испугать Пака. Руки оглаживают спину, заключая в тёплые объятия, зарываются в светлые волосы, а Чимин добровольно тонет в руках альфы, прикрывая глаза и отвечая на трепетный поцелуй. Затем губы плавно опускаются на открытую шею. Пак машинально кладет руки на его плечи и слишком шумно втягивает носом воздух.
— И я тоже...люблю, — краснеет он. — Я так виноват. Прости меня.
Юнги рад, что наконец ему удалось поговорить с ним с глазу на глаз, развеять сомнения и возможные проблемы.
Столкнувшись лбами, задышали друг другу в приоткрытые губы, собственнически прижались тело к телу, бормоча слова любви, поцеловались. Чимин счастливо улыбнулся, обнажив ряд белоснежных зубов и снова примкнул к губам альфы, мысленно твёрдя то же самое: «люблю».
— Юнги, — шепчет в поцелуй омега, краснея, но тут же вскрикивая громко. — Юнги!
Шея горит от резкого и неожиданного укуса, и Чимин от спонтанных ощущений выгнулся дугой и зажмурился, когда Юнги облизал контуры от зубов на молочной коже.
— Теперь ты мой, навсегда, — прохрипел Мин на ушко, обдавая горячим дыханием.
А Чимин и не в праве отказываться.
***
Дни миновали быстро. Утро сменялось ночью, яркие лучи солнца уступали свое место далёким звёздам на тёмном небе. Если бы Чимин попросил, Юнги обязательно достал бы для него самую красивую, самую яркую звезду и, завернув её в подарочный пакет, наблюдал, как горит свет в маленьких ладошках любимого омеги.
Сегодня они удачно попали под дождь и хорошенько намокли. Чимин смеётся, вытирая волосы альфы махровым полотенцем, и говорит, что никогда ему не было так весело прыгать по лужам от торгового центра до набитой битком автобусной остановки. И пусть любимые кеды уже не спасти от грязи, а вещи ещё долго сушить, омега чувствует себя счастливым и свободным. А потом его притягивают к себе за затылок и валят на диван, нависая сверху и сцеловывая капли воды с открытых участков кожи, проникают холодными пальцами под одежду и, прикасаясь к разгоряченной спине, вызывают табун мурашек и громкий вздох. Чимин плавится в его руках, сгорает и возрождается из собственного пепла, теряет рассудок и распадается на миллионы частиц. И продолжал бы медленно умирать, если бы Юнги не остановился первым, прося остановиться, так как ему позвонили. Пак нисколько не огорчается, понимая, что у альфы есть свой бизнес, на который забивать нельзя, иначе в скором времени возникнут проблемы, из которых выбраться будет сложнее, чем утонуть.
Чимин решает прогуляться после дождя, и Мин добровольно его отпускает, сказав, чтобы был внимательнее на дорогах. И омега ходит по парку, вокруг озера, кормит красивых лебедей и наблюдает за их умиротворением и гармонией. Каких-то полтора часа Пак любуется природой и городской жизнью, а потом замечает, что куда бы он ни пошёл, за ним всегда следуют два каких-то подозрительных типа с внушающими габаритами и непроницаемым лицом. Чимин также заметил, что они держатся от него на приличном расстоянии, делая вид, что они тут вообще ни при чём и даже не знакомы друг с другом, но вместе с тем идут вместе, почти что нога в ногу.
Для убеждения Чимин зашёл в магазин и, делая вид, что что-то ищет на полках, внимательным взглядом смотрит через стеклянную витрину. Мужчины стоят снаружи и ждут его выхода, не подозревая о том, что омега их обнаружил. Трясущимися руками Чимин набирает цифры и прикладывает телефон к уху.
— Да, Чимин? — бодричным тоном ответил на звонок альфа.
— Юнги, меня преследуют двое мужчин вот уже два часа. Я забежал в магазин, но они все ещё стоят у входа. Что мне делать? — протароторил Пак растерянно.
— Хм, — задумался Мин. — Странно.
— Кажется, они следят за мной с того самого момента, как я вышел из дома, — предположил омега, чувствуя как страх медленно подступает к горлу.
— У них есть что-нибудь на одежде?
— Ну, — Чимин осмотрел двух подозрительных бугаев и неуверенно ответил. — У них какие-то значки на левой стороне груди, похожие на...звезду, что ли?
— Это мои, — облегчённо выдохнул Юнги в трубку и тут же поспешил оправдаться. — Слушай, я не хотел, чтобы ты испугался. Я попросил их ходить за тобой, чтобы в случае чего, прийти на помощь. Правда они поклялись, что ты их не заметишь.
— Зачем мне телохранители? Не думаю, что может что-то случиться, — возмутился омега и протяжно вздохнул. — Ох, у меня чуть сердце не выпрыгнуло из груди.
— Прости.
— Уф, в следующий раз хоть предупреждай. И почему мне кажется, что ты от меня что-то скрываешь? Тебе кто-то угрожает?
— Нет, нет. Всё в порядке, просто паранойю в последнее время. Не хочу, чтобы кто-то тебе навредил, — даже если альфа говорил уверенно и убедительно, Чимин все равно ему не поверил, проглотив обиду. — Ты не обижаешься?
— Если честно, то немного, — с досадой признается блондин. — Но я рад, что ты так заботишься обо мне. Спасибо. Может, тебе купить что-нибудь? Тут на прилавке есть клубничное молоко, твоё любимое.
— Было бы неплохо. Жду тебя дома, малыш.
Положив телефон в карман, Чимин радостно запищал от нового прозвища, тем самым привлекая внимание покупателей, и смущенно прижал кулачки к груди.
Жизнь прекрасна, когда есть любящие тебя люди.