Кровь.

Нелан

В Неаполе я был вполне удовлетворён развитием ситуации. Не из-за мести Меган, а скорее из-за бурной реакции её отца. Я жаждал видеть его именно таким, выведенным из равновесия, ведь он угрожал мне тюрьмой. И вот, я добился желаемого – он был на взводе.

Я любил Меган. Не хотел себе в этом признаваться, но сердце неудержимо тянулось к ней. Я не представлял своей жизни без неё, но терзал вопрос: а может ли она без меня? Может ли она дышать без меня? Ответ, увы, – да. Она не думает обо мне, не заботится о моих чувствах, потому что их, вероятно, нет. Но завтра я всё изменю. Я вернусь во Флоренцию, чтобы признаться ей и доказать, что я способен любить. Иначе кто я такой? Моя фамилия означает "упорство", и я намерен доказать её значение.

— Эта девушка с характером, — произнёс Энцо. — Если ты положил на неё глаз, запасись терпением.

Я кивнул в ответ.

— У этой сучки бойкий характер, — добавил Сантино, и я бросил на него испепеляющий взгляд. — Не люблю девиц, которые ведут себя как суки. А она именно такая.

Я пропустил его слова мимо ушей, не желая ссоры или драки. Он явно провоцировал меня, но сегодня я не собирался вступать в перепалку. Сегодня я выезжаю во Флоренцию, чтобы признаться Меган. Больше нечего скрывать. Если я не признаюсь, то просто сойду с ума.

Как бы страшно это ни было, как бы я ни боялся её отказа, я сделаю это. Иначе шторм мыслей в моей голове окончательно меня поглотит. Я больше не мог держать это в себе, я должен был признаться и увидеть правду в её глазах. Глаза никогда не лгут. Я знал это, и именно поэтому я пойму, что Меган чувствует ко мне.

Да, мы были из разных миров. Да, любовь для нас казалась лишь несбыточной мечтой. Но что, если мне удастся воплотить эту мечту в реальность? Что, если Меган согласится быть со мной? Любовь впервые коснулась меня, не оставив ожога, и, чёрт возьми, я должен воспользоваться этим редким моментом светлых чувств. Только Меган увидит меня таким, каким я никогда не был. Я впервые искренне заговорю о любви и своих чувствах. Меган была… необыкновенной. Иначе чем объяснить её притягательность? Кто-то другой сказал бы, что она как все, но для меня она была особенной. Она зацепила меня, смогла пробудить во мне любовь. Навсегда ли это? Да, навсегда.

Прибыв во Флоренцию, я направился к её особняку. Я боялся, что её не окажется дома или что там будут её безумные родители, но, к счастью, нет. Ни одной машины и свет в её комнате. Это то, что мне нужно. Я вышел из машины, немного постоял под её окном, размышляя. Впустит ли она меня? Плевать. Я взял лестницу, которую всегда оставляют за углом, и поднялся.

— Ну же, открывай, маленький демон, — прошептал я, и она как раз повернулась.

Та же реакция, но, кажется, в этот раз она была менее сердита. Она подбежала к окну и открыла его.

— На этот раз без бумаг? — спросила она с усмешкой.

— На этот раз я, — ответил я, пристально глядя в её глаза.

Она впустила меня, и я огляделся. Её рука была перебинтована, должно быть, болела, но она даже не показывала вида. Ну конечно, девушка Де Маркес.

— И зачем же ты пришёл, мистер Мартин? — спросила она, и я приблизился к ней.

Тишина меня не пугала. Расстояние между нами было неприлично маленьким. Я жаждал обнять её, впиться губами в её губы, взять её за руку и просто быть рядом. Запах лимона достиг меня, и я жадно вдохнул его.

— Скажи мне честно, Меган, что ты чувствуешь ко мне? — резко спросил я, и её глаза округлились от удивления.

Она молчала, мялась, переступала с ноги на ногу, будто ответ "ничего" её не устраивал.

— Я люблю тебя, Меган. До безумия люблю, понимаешь? Я хочу воплотить в реальность те слова, что говорил твоему отцу. Я хочу видеть тебя рядом с собой всегда. Верни меня к жизни, умоляю, — выпалил я и поднял её лицо, чтобы встретиться взглядом.

Её глаза блестели, руки дрожали, а ноги, казалось, подкашивались. Она схватила меня за руки, смотрела с такой мольбой, будто я был единственным, кто мог её спасти.

— Только мы можем спасти друг друга из бездны, Нелан. Я готова вернуть тебя к жизни, но сделай одолжение, люби меня искренне. Больше мне ничего от тебя не нужно, — прошептала она, и я заключил её в объятия.

Согласилась. Она согласилась! Боже, я не верю! Не могу поверить!

Я крепко обнимал её, боясь, что это сон и я проснусь. Но нет. Она стала моим миром, моей реальностью, моей любовью. Я не отпускал её, вдыхал запах лимона, гладил по спине и просто наслаждался моментом. Меган подняла голову и улыбнулась.

— Ты ведь не соврал мне, Нелан? — тихо спросила она, и я отрицательно покачал головой.

Сейчас я не боялся, что нас кто-то заметит или что кто-то приедет. Я просто хотел быть рядом с ней всегда. Защитить её от всех бед и обид. Я хотел быть для неё опорой и самым верным человеком.

— Сюда кто-то едет, — испуганно сказала она и подбежала к окну. — Отец уже вошёл в дом, Нелан, уходи скорее! Нет, тебя может заметить охрана. Господи, что же делать?

Она тараторила, а я проверял ножи в ножнах. Всё на месте.

— Меган! Открой дверь. Нам нужно поговорить, — потребовал её отец, и её глаза расширились от ужаса.

— Спрячься где-нибудь, — прошептала она, и я начал оглядываться в поисках укрытия.

В её комнате был шкаф, кровать, стол и зеркало. Куда спрятаться? Я не успел ничего придумать, как дверь открылась, видимо, её отец воспользовался своим ключом. Я успел выхватить нож и посмотрел на его разъярённое лицо, пытаясь сообразить, что делать.

— Это все твои клятвы?! — закричал он на Меган, и я решил встать перед ней, заслонив её собой.

Я не знал, на что способен этот ублюдок, поэтому должен был быть рядом, чтобы защитить её.

— Отвечай! — снова рявкнул он и подошёл ближе. — А ты какого чёрта здесь забыл? Какого хрена ты делаешь в моём доме?!

— Я забираю Меган из вашего дома, и она больше здесь не появится. Я люблю её, а она любит меня, ясно? — ответил я на грани гнева и взял Меган за руку.

В этот момент в комнату ворвались его люди. Меган попыталась остановить отца, но события развивались слишком стремительно. Меня скрутили, поставили на колени, и я, словно марионетка, ударил одного из них по лицу.

— Папа! Папа, хватит! — услышал я крик Меган, а затем и звук удара по лицу.

Меня били без разбора: в живот, по лицу, по ногам, ломали кости, но я держался. Я слышал крики Меган, требования её отца, но я не сдавался.

Да, любить не должно быть сложно, но я был готов принять все трудности. Я был готов доказать себе, что я не слабак и способен любить. Иначе как я мог быть уверенным в себе? Как я мог любить Меган, если бы сейчас сдался?

— Сдавайся и уходи отсюда, грёбаный Мартин, — приказал Джоул, но я промолчал.

Я посмотрел на Меган, и мой взгляд, должно быть, испугал её, но я хотел доказать, что я силён.

— Я уйду отсюда только с моей девушкой и будущей женой, — твёрдо сказал я, и меня снова ударили.

Я видел слёзы Меган, и от этого мне становилось ещё сложнее держаться. Слёзы стекали на пол, лицо Меган покраснело, и я буквально дрожал от злости на этого ублюдка.

— Она не твоя, — процедил Джоул, и меня снова ударили.

Капля крови, стекающая из носа, упала на пол. Шея затекла от боли в голове, но я не сдавался. Избиение продолжалось. Я уже ничего не говорил. У Меган закончились силы, и я просто не мог ничего сделать.

— Поднимать руку на моего брата могу только я, суки! — неожиданно в комнату ворвался Энцо, а за ним и Сантино.

— Мой кузен был адвокатом по расчёту отрубленных пальцев, дорогие друзья! Думаю, если вы не отпустите Нелана, с вами случится то же самое, — заявил Сантино и выстрелил в одного из людей Джоула.

Дальше всё покатилось, словно домино. Я поднялся на ноги, боль в рёбрах и ногах стала невыносимой, но я взял Меган за руку.

— Сдвинешься с места – я убью тебя, — тихо, с угрозой сказал я и ушёл.

Посадив Меган в машину, я в знак благодарности кивнул братьям и сел за руль. Я направился в аэропорт. Меган молчала, иногда поглядывая на меня. Я держал руль одной рукой, а другой сжимал рёбра. Они жутко болели, но я не мог расслабиться, пока был за рулём.

— Нелан, прости меня. Из-за меня тебя избили, — произнесла Меган, и я усмехнулся, но тут же схватился за бок от боли.

— Не извиняйся за такие глупости. Я должен был доказать твоему отцу, что ты не его вещь, а свободная девушка, — спокойно ответил я и взглянул на неё. — Ты не хотела уезжать? Я не спросил тебя, потому что был зол. Прости.

Она молчала. Казалось, она до сих пор не уверена, хочет ли она уезжать или нет. Возможно, она не готова к переезду, к другой жизни в Неаполе. Да, я должен был спросить её сразу, но я хотел показать этому ублюдку, что такое настоящее разочарование.

— Я хочу уехать, — тихо сказала она, и я кивнул.

Я был безмерно рад тому, что Меган любит меня. Я не успел среагировать на этого сукина сына. Он был холоден, возможно, зол на дочь, но я не позволю ему наказывать её. Я знаю, что, возможно, Меган захочет вернуться обратно, но пока я буду наслаждаться ею, ведь об этом я мечтал с того момента, как она меня посадила. Да, тогда её строгий взгляд, сосредоточенные глаза, злой тон… Вот она – Меган Де Маркес. Она сидит рядом со мной.

И я готов молиться Богу, чтобы она всегда была со мной, чтобы она обнимала меня, смотрела на меня влюблёнными глазами и просто всегда была рядом. Я был готов поддержать Меган, убить за неё, умереть за неё. Я был готов на всё. Если нужно будет стоять под дулом пистолета, чтобы доказать это, если нужно принять пулю в тело, чтобы доказать это – я готов. Я готов, потому что Меган – единственная, кого я вижу в будущем.

Океан в её глазах был прекраснее всех океанов в мире.

— Меган, я люблю тебя. Я не хочу, чтобы ты злилась или расстраивалась, — сказал я, не отрывая глаз от дороги.

— Я тоже тебя люблю.

И эти слова звучали искреннее всего, что я когда-либо слышал. Она любит меня. И этого было достаточно, чтобы я обрёл свое счастье.