Тени прошлого

Глава 13. Тень прошлого

Запах крови и железа ещё стоял в воздухе.
Ветеринарная клиника казалась тише, чем должна быть. Слишком тише.
Лампы мерцали. По полу растекалась вода, перемешанная с обломками стекла и пеплом от потушенных свечей.

Скотт сидел на столе, сжимая ладонью порез на руке. Малия тихо рычала, проходя вдоль разбросанных инструментов. Кира сидела, прислонившись к стене, её катана лежала рядом — лезвие покрыто каплями чёрной крови, которая медленно испарялась, шипя.
Питер мрачно смотрел на всё это, будто подсчитывая в голове, сколько раз они уже были на грани.
— Всё ещё дышим, — хрипло выдохнул он. — Это уже успех.
— Ещё бы понять, зачем им Лидия, — произнёс Скотт, поднимая взгляд на Дерека.
Дерек стоял у окна. Спина напряжена, плечи словно высечены из камня. Он молчал. Его взгляд был прикован к браслету на ладони — тому самому, что раньше носила Келли.
На браслете отражалось дрожащее свечение лампы, будто внутри горело крошечное сердце.
— Келли нужна ей для Бестиария, — наконец произнёс он низким голосом. — Только потомок семьи может прочитать шифр.
— Но зачем Лидия? — Малия нахмурилась. — Она ведь не из этой линии.
Наступила пауза. Воздух будто застыл. И только тихий треск ламп напоминал, что время всё ещё идёт.
Кира подняла голову, голос её звучал едва слышно:
— Лидия банши. Предвестница смерти.
Она перевела взгляд на Дерека. — Может быть, Мел нужно не просто открыть Бестиарий... Может, ей нужно воскресить то, что в нём написано.
Эти слова повисли в воздухе, как холодный иней.
Питер тихо усмехнулся, хотя в его глазах мелькнула тень беспокойства.
— Воскресить, — протянул он. — И что дальше? Танцы с призраками?
Он посмотрел на Дерека. — Твоя подружка, дорогой, может оказаться самой старой проблемой твоей семьи.
— О чём ты? — спросил Скотт.
Питер медленно прошёлся по комнате, пальцем чертя по столу пыль и пепел.
— Когда-то, задолго до того, как вы начали гоняться за призраками и нищими альфами, был демон. Не оборотень, не друид. Что-то древнее.
Он остановился и посмотрел прямо на Дерека.
— В нашем роду рассказывали легенду о Хейлах, которые заточили демона в статую.
Кира подняла брови.
— В статую?
— В каменную, — Питер кивнул. — Артефакт, сделанный из обсидиана и крови. Демон питался страхом, болью и предательством. И, как гласит легенда, только кровь Хейлов могла остановить его. Твоя семья, Дерек, принесла в жертву свою силу, чтобы запечатать его.
— Почему именно они? — спросила Малия.
Питер пожал плечами.
— Потому что именно Хейлы когда-то позволили этому существу войти в наш мир. И только они могли его изгнать.
Стайлз присвистнул:
— Значит, теперь у нас есть демон, банши и древний семейный проклятый артефакт. Всё как обычно.
— Замолчи, Стайлз, — прошипела Малия.
— Что? Я просто подвожу итоги! — он вскинул руки. — Это уже не хоррор, это фэнтези с элементами психоза!
Дитон, всё это время молча перевязывавший порез на руке Скотта, наконец поднял глаза.
— Легенда — это не просто история. Если демон действительно связан с кровью Хейлов, то, возможно, Мел... не человек.
Дерек резко повернулся к нему.
— Она не человек.
Все обернулись.
В его голосе не было сомнений — только холодная решимость.
Он подошёл ближе, кинул взгляд на всех.
— Я отдам ей браслет.
— Что? — Скотт поднялся. — Дерек, нет. Этого она и хочет. Ты отдашь — и всё закончится. Но не так, как ты думаешь. Она не отпустит Келли и Лидию.
— Мне всё равно, — глухо ответил он. — Если хоть один шанс спасти Келли есть, я воспользуюсь им.
Скотт шагнул к нему.
— Послушай. Мы уже проходили через это. Сделки с тьмой никогда не заканчиваются спасением.
— А бездействие заканчивается смертью, — отрезал Дерек. — Я не собираюсь терять её. Не снова.
Питер скривил губы.
— Сколько романтики. И глупости. Одновременно.
Крис вмешался, глядя на Дерека твёрдо:
— Мы не идём без плана. Если отдашь браслет — убедись, что получишь их взамен.
— Или мы все умрём, — добавил Стайлз, нервно усмехаясь. — Но, эй, хотя бы умрём красиво.
Питер тихо рассмеялся:
— В этом ты весь, мальчик.
Тишина. Лампы мерцают. Ветер воет за окнами.
Кира тихо произносит, будто себе под нос:
— Всё началось с крови... и закончится ею.
Дитон кивает.
— Бестиарий проснулся. Его страницы связаны с душами, заключёнными в нём. Каждая попытка открыть его может разрушить границы между живыми и мёртвыми.
Скотт тяжело выдыхает.
— Значит, мы идём. Но без безумных жертв.
Дерек не отвечает. Его пальцы сжимают браслет так, что тот почти впивается в кожу.
Он уже решил.

⸻

Темнота.
Только пламя свечей отражается в стенах, превращая их в живые тени.
Воздух тяжёлый, влажный, пропитан запахом пепла и железа.
Лидия лежит на холодном камне. Без сознания.
Её кожа бледная, почти прозрачная, губы дрожат — шёпоты из книги не отпускают.
Каждый вздох — будто борьба.
Келли стоит неподалёку, зажата между двумя Мраколапами. Они держат её крепко, их когти впиваются в кожу.
На руке — свежая рана. Кровь медленно капает на камень.
Мел стоит над алтарём, где лежит Бестиарий.
Страницы перелистываются сами, будто в книге живёт дыхание.
От неё исходит мягкий, обманчиво тёплый свет.
— Зачем тебе Лидия? — голос Келли дрожит, но взгляд твёрдый. — Тебе нужна я. Отпусти её.
Мел медленно оборачивается. Её глаза — две бездны.
Голос низкий, с шипением:
— Ты не нужна никому. Никогда.
Келли вздрагивает.
Мел приближается, каждое слово режет, как нож:
— Родители от тебя отказались. Дереку ты только обуза. Он не искал тебя. Даже когда мог.
Её голос обволакивает, будто яд. — Ты — ничто.
Келли опускает голову. Тень сомнения мелькает в глазах.
Она вспоминает дом, где двери всегда были закрыты.
Письма, на которые никто не отвечал.
И Дерека — его силу, его холод, его уход.
Она молчит.
— Келли, не слушай её, — звучит хриплый голос.
Лидия медленно поднимает голову. Глаза — полные слёз.
— Она врёт. Ты не одна. Ты... ты им нужна. Крис... он как отец тебе.
Мел смеётся. Смех холодный, как сталь.
— Какая ирония. У девочки, потерявшей семью, — новый папочка.
Она приближается к Лидии, глаза пылают. — Ты же банши, Лидия.
Сегодня мне нужна смерть.
Она склоняется над Лидией.
— Сегодня знаменательный день. День, когда я открою врата в Бестиарий. И всё изменится.
— Ты с ума сошла, — шепчет Келли.
Мел резко поворачивается к ней, как хищник.
— Сумасшествие — это слабость людей. Я — не человек.
Она хватает руку Келли, когтями рассекает кожу. Келли вскрикивает.
Капли крови падают на страницы Бестиария.
В тот же миг книга вспыхивает светом.
Сотни голосов раздаются изнутри — шёпоты мёртвых.
Страницы перелистываются, пока не замирают на пустой.
И там, словно проступая из крови, появляется шифр.
Мел улыбается.
— Только потомок сможет прочитать.
Она смотрит на Келли. — Читай.
— Нет, — выдыхает Келли.
Мел приближается, глаза вспыхивают красным.
— Сейчас Дерек принесёт браслет. И ты прочитаешь. После, я тебя отдам ему... Если, конечно, выживешь.
Лидия сидит в углу, зажимая уши.
Она слышит шёпоты мёртвых, они зовут её по имени.
Она пытается сдержать крик, но губы дрожат.
— Зачем тебе всё это? — спрашивает Келли, с трудом дыша. — Зачем...?
Мел замирает.
На лице — безумное спокойствие.
— Полмиллиона лет назад меня заточили.
Потомки твоей семьи и его — Хейлов.
Я знала слишком много. Я могла управлять тенями, воскрешать то, что нельзя воскресить.
Они боялись меня. Поэтому сделали из меня легенду.
Она подходит ближе.
— Год назад я вырвалась. Артефакт треснул. Я нашла Дерека. Он думал, что я человек. А я просто... напомнила ему о тебе.
Улыбкой. — Так я узнала всё. Кто ты. Где ты. И как тебя вернуть в город.
Келли бледнеет.
— Ты всё это время... использовала его?
— Любовь — удобная форма обмана, — отвечает Мел. — Она ослепляет даже волков.
Келли смотрит в пол, губы дрожат.
— И что ты сделаешь теперь?
Мел выпрямляется.
— Воскрешу тех, кто был запечатан в Бестиарии. Существа, которые однажды ходили по земле. Моя армия.
Она усмехается. — Мир слишком долго жил без чудовищ.
В этот момент воздух содрогается.
Лидия больше не может сдерживаться.
Её крик разрывает тишину — крик банши, чистый, пронзительный, как клинок.
Свечи взрываются, тени пляшут по стенам.
Бестиарий дрожит, страницы рвутся, изнутри вырываются тени.
Келли зажмуривается.
Мраколапы держат её крепче.
Мел отошла, на каменной стене начала чертить пентаграмму, кровь на пальцах оставляет следы.
— Он уже близко, — шепчет она, замирая. — Я чувствую его.
Она поворачивается к Келли, улыбаясь так, будто всё это лишь начало.
— Дерек идёт.