Осколки
P/S: так я вижу Мел. Актриса :Диана Агрон
Дерек сидел в потертом кожаном кресле у окна лофта. Лампа едва тлела, создавая тусклое пятно света и длинные тени, которые скользили по его лицу, искажая его черты. Обычно его тело справлялось с ранами за считаные часы. Но это... это было другое. Рана, оставленная когтями призрачных оборотней, словно жила своей жизнью, она заживала, но медленно: мясо тянуло, кожа горела, а под рёбрами холодно пульсировала чужая энергия. Чёрная, тёмная, жгучая.
Виски обжигал горло, но облегчения не приносил. Он сжимал стакан так сильно, будто надеялся раздавить стекло и вместе с ним — боль.
За столом Лидия и Келли сидели, склонившись над бестиарием. Страницы древней книги шуршали, пахли старым воском и пылью. Лидия переворачивала листы, её пальцы скользили по рисункам, а Келли читала вслух, её голос был спокойным, почти убаюкивающим. В обычный вечер это могло бы показаться уютным, но сегодня даже мягкий свет лампы не мог разогнать ощущение нависшей беды.
Питер держался особняком. С привычной ленивой грацией он стоял, прислонившись к столу, бокал в руке, и выглядел так, будто всё происходящее не имело к нему ни малейшего отношения. Когда он сделал глоток, лёд в стакане тихо звякнул.
Тишина давила. Даже треск лампы звучал слишком громко.
И вдруг — стук в дверь. Глухой, настойчивый.
Все замерли.
— Мы никого не ждём, — нахмурилась Лидия.
— Крис уехал, — тихо добавила Келли, пальцы её застыли на строке.
Стук повторился. На этот раз громче.
Дерек поднял голову. Его глаза сузились, лицо напряглось. Он перевёл взгляд на Питера:
— Может, откроешь?
— А что, лапы отказали? Или просто боишься? — лениво ухмыльнулся тот.
Внутри Дерека что-то дрогнуло, но он сдержался.
— Да ладно, — добавил Питер, теперь уже с хищным прищуром. — Это твоя подружка. Я её запах чувствую.
Слово «подружка» повисло в воздухе, как удар хлыста. Келли резко напряглась. Пальцы сжались, сердце дрогнуло — и Лидия, заметив это, мягко коснулась её руки. Её жест был тихим, поддерживающим, и на мгновение Келли даже подумала, что Лидия могла бы стать ей подругой. Но тут же отдёрнула руку и молча захлопнула книгу, спрятав её в рюкзак: «Этой девице нечего это видеть.»
Дерек поднялся, стиснув зубы. Каждое движение давалось тяжело, но он подошёл к двери и распахнул её.
На пороге стояла Мел.
— Я не могла дозвониться! — выдохнула она и тут же заметила рану. — Дерек! Боже, что с тобой?!
Забота в её голосе прозвучала слишком быстро, слишком правильно. Келли закатила глаза: «Фальшь. Даже не старается».
И тогда Дерек, словно нарочно, резко наклонился и поцеловал Мел. Слишком демонстративно. Слишком показательно. Это был вызов, а не нежность. Поцелуй не для неё — для Келли.
— После такого всё уже хорошо, — прошептал он, скривив губы в хищной улыбке.
Уголки губ Келли дрогнули. Она хотела рассмеяться, но вместо этого едва слышно прошептала, так, чтобы слышали только Лидия и Дерек:
— Сейчас меня вырвет.
Мел этого не заметила. Она уткнулась в его плечо и сладко протянула:
— Я хотела остаться на ночь...
— Завтра, — твёрдо отрезал Дерек. — Я ещё не восстановился.
Она надула губы, сделала вид, что обиделась, но всё равно поцеловала его и ушла.
Когда дверь закрылась, Дерек выдохнул и вернулся к столу, прихрамывая. Он налил себе ещё виски и, глотнув, бросил на Келли прищуренный взгляд:
— И ты всё ещё будешь отрицать, что не ревнуешь? Моё ухо слышит твоё сердце. Оно стучит слишком громко.
Келли вскочила, глаза её полыхнули.
— Лучше почувствуй, как я тебя ненавижу!
— Опять начинается... — пробормотала Лидия.
А Питер, конечно, не упустил момента:
— Господи, вы двое... Да вам просто нужно переспать. И все ваши проблемы решатся.
— ПИТЕР! — рявкнули оба.
Тот только ухмыльнулся.
Келли опустилась обратно на диван, закинув ногу на ногу. Её улыбка стала холодной, колкой:
— Ты никогда не умел выбирать девушек, Хейл. Все они у тебя с приветом.
Дерек наклонил голову, глаза его блеснули жёлтым:
— Ты тоже была в их числе.
— Была, — её голос звенел, как лезвие. — Но больше не буду. А твоя новая Мел... она не просто странная. Она опасна. Я почти уверена: именно она стоит за этими призраками.
Она резко расстегнула рюкзак, проверив есть ли там книга.
— Не удивлюсь, если однажды во время секса она просто украдёт бестиарий. А ты даже не заметишь.
Слова ударили, как пощёчина.
Глаза Дерека вспыхнули. Он шагнул к ней, голос стал низким, звериным:
— Ещё раз скажешь подобное — и можешь убираться. Нам твоя помощь уже, не нужна. Возвращайся туда, где ты привыкла прятаться. Тебе же не привыкать убегать.
Эти слова вонзились глубже когтей.
Келли замерла. На миг дыхание остановилось. Но она быстро надела маску ледяного равнодушия.
— Отлично. Так и сделаю. Пусть твоя девица уничтожит весь город. Мне. Плевать.
Она развернулась и вышла, громко хлопнув дверью. Только стук её каблуков стих, Питер поставил пустой бокал на стол и сухо заметил:
— Племянничек, я всегда знал, что ты бездарен в делах сердечных. Но сегодня ты превзошёл сам себя.
⸻
Келли мчала по ночной дороге, даже не замечая её. Слова Дерека звучали в голове эхом: «Тебе не привыкать убегать». Они резали, как нож.
В отеле она ворвалась в номер и стала бросать вещи в сумку: свитер, книги, аптечка, оружие. Всё делалось на автомате. Ей нужно было исчезнуть. Снова.
Но вдруг рука наткнулась на холодный металл. Сердце дрогнуло.
На дне сумки лежал браслет. Тот самый, что он подарил ей подростком. Браслет-обещание. Вечная любовь, которая рассыпалась в пыль.
Она сжала его — и со злостью швырнула в окно.
— Проклятый Хейл...
Машина вырвалась за город. Тьма давила, фары резали дорогу. Кайла вцепилась в руль, сердце глухо стучало в груди.
«Я уйду. Я выживу. Я забуду его навсегда.»
Но вдруг — удар.
Сильный, словно само небо рухнуло. Лобовое стекло треснуло, паутина разлетелась. Её тело дёрнулось вперёд.
И сквозь трещины она увидела его. Призрачный силуэт оборотня. Пустые глаза, горящие жёлтым.
— Нет... — сорвалось с её губ.
Холодный скрежет когтей пронзил её бок.
Сквозь темноту ей почудилось: что-то тёплое касается её кожи. Сначала она подумала — кровь. Но тепло было иное. Родное.
Когда она открыла глаза, мир всё ещё плыл, но она жила.
Её ладонь лежала на земле — и рядом, в траве, блеснул браслет. Тот самый, что она выбросила из окна. Как он оказался здесь? Она не знала. Мир погрузился во мрак. Но металл мерцал слабым светом, словно защищая её от окончательного удара.
Мраколапы, растворились... решив что - цель выполнена. Девушка мертва.