- Шастун, блять!

***

Арсений с Аленой вышли из комнаты. И тут Алена сразу возмущенно начала кричать, подходя к Антону, который до сих пор сидел с ребенком на руках.

— Ты что творишь?! — девушка взяла девочку с рук Шастуна. — Зачем взял ее? Кто тебе разрешал?

Антон непонимающе скривился. Чего, блин? Вот прекрасно, эта женщина оставляет такого маленького ребенка одного на диване, а потом еще возмущается. Очень интересно.

— За дочерью научитесь следить. Она у вас с дивана упала. — фыркнул Шастун, недовольно закатывая глаза.

— Упала? — Алена обняла ребенка, поглаживая девочку по волосам. — А я тут причем? Я ее посадила, просто она маленькая и еще не понимает, что нельзя на край ползти.

— Вот именно. Она маленькая, а вы ее так оставляете...

— А у тебя что, свои дети есть? — Антон мысленно простонал. Ну началось... — Вот когда появятся, тогда и поговорим.

— Это очевидные вещи. — пробормотал не очень громко Шаст, откидываясь на спинку дивана и скрещивая руки на груди. — Она упала, плакала, я ее поднял. Чего вы разорались?

— Алена... — к ним подошел Попов, хмуря брови. Он взглянул на Антона а потом на свою дочь. — Чего ты отчитываешь его? Если привела Кьяру, следи за ней. Почему с ней должен сидеть чужой человек вместо тебя? Лучше бы поблагодарила Антона за то, что он проследил за девочкой. Тем более она упала. У нее тело хрупкое сейчас, нельзя так рисковать, будь аккуратнее.

— Я знаю лучше, чем вы двое. — лишь сказала в свое оправдание Алена, цокая языком. А потом возмутилась на Попова: — И вообще, почему ты на его стороне? Я мать твоей дочери и твоя жена, а ты...

— Алена, — перебил Арсений, слегка повышая голос. Он начал раздражаться...— ну какая жена, о чем ты? Мы развелись почти год назад.

— Что? — девушка удивленно взглянула на бывшего мужа. — Но я же тебе доказала, что Кьяра - твоя дочь!

Антон на все это смотрел, как на какой-то драматичный сериал из телеканала "Россия 1". Не хватало попкорна и попить чего-нибудь.

Шаст не хотел подслушивать... но они же сами начали разговор, хотя знают, что Антон рядом сидит? Правильно? Правильно.

— И? — Попов положил руки на пояс, смотря на девушку и явно злясь. — Ален, тебе напомнить, что я тебе обещал? Я обещал отдавать элементы для обеспечения Кьяры, если она окажется моей дочерью. Но я не обещал вернуться к тебе.

Губа Алены задрожала, девушка пыталась сдержать слезы, но не вышло. По ее щеке скатилась слеза. Она кинула короткий взгляд на Антона, а потом быстро подошла к входной двери, надела обувь и вышла вместе с Кьярой из квартиры, хлопнув дверью.

— Алена! — крикнул Попов ей вслед, а потом глубоко вздохнул. Он упал на диван рядом с Шастом. — Черт...

— У вас не жизнь - а индийский сериал какой-то. — фыркнул Антон, на что Попов промолчал. Шастун приблизился к Попову ближе, непонятно зачем понижая голос. — Арсений Сергеевич, у вас, если честно, вкус не очень. Такая истеричка!

— Антон, ну помолчи ты! – нахмурившись, гаркнул Арсений.

Шаст присвистнул, отсаживаясь от Арсения и отводя взгляд.

— Понятно... нашли себе подобную...

— Шастун! — крикнул Попов. Аж покраснел от злости, бедненький.

— Все, все! – Антон поднял руки в жесте "сдаюсь" и встал. — Молчу, молчу! Не буду приставать!

Шастун быстро убежал в комнату. А там посмеялся над гневным видом Арсения.

— Такой смешной, когда злится... — посмеиваясь, тихо произнес Шаст, садясь на кровать.

Телефон где-то в кармане завибрировал. Антон достал его и ответил на звонок, не посмотрев, кто звонит.

— Да? — пробормотал Шастун вяло, вздыхая.

— Антон, это я... — голос Иры.

Шастун вскочил, опешив.

— Ира? Ты?

— Я хотела поговорить... давай встретимся?

***

Антон наконец-то смог выбраться из дома и пойти к парку. Пришлось конечно сбегать от Попова... Ну ничего. Он и не должен оправдываться.

Пока доходил, Антон чуть в ледышку не превратился. Так холодно, жуть! И почему Ира не предложила встретиться в кафе? Или еще где-то... где тепло.

Ира сидела на скамейке, потирая руки об друг друга, пытаясь согреться хотя бы немного.

Шастун подошел к ней, садясь рядом.

— Что ты хотела? — сразу спросил он.

— Если не хотел, мог бы и не приходить... — съязвила Кузнецова, смотря на ледяную горку, вокруг которой дети бегали и прыгали.

— Да ладно, Ир! — Антон подсел ближе, кладя руку на плечо девушки. — Ты все еще злишься? Прости, ладно? Сколько мне нужно извиняться, чтобы ты простила меня?

— Антон, — Ира резко повернула голову, взглянув на Шаста. Ее взгляд был хмурый и слегка недовольный. — я не злюсь. Просто... огорчена. Если честно, я правда очень хотела, чтобы ты ответил мне взаимностью. Но, с другой стороны, я не могу заставить тебя полюбить меня. — Шастун медленно закивал. Кузнецова вздохнула. — Я что хотела сказать... Можешь не переживать. Если тебя это так волнует, я не злюсь. Правда. И... моя мама решила забрать меня к себе.

— Правда? — Антон удивленно улыбнулся. — Это круто, Ира!

— Да, круто. — кивнула Ира. — Вот только... моя мама после развода решила переехать в Москву. Поэтому... я тоже уезжаю. И учебу там закончу.

Антон продолжал слегка улыбаться. Он понимающе кивнул, убирая руку с плеча Кузнецовой.

— В Москве значит жить будешь... Ну, пришли мне магнитик.

Ира посмеялась, качая головой.

— Дурак ты, Антон.

— Я правда рад за тебя. Надеюсь, в Москве ты будешь счастлива.

— Спасибо, Антош. — кивая, улыбнулась Ира уголками губ. А потом замялась, но все же сказала задуманное. — Можно обняться? На прощание... — она распахнула руки в стороны.

Шастун долго просто сидел, смотря на Иру. На самом деле, прикосновение вообще с кем-либо его раздражали. Но ставить Иру в неудобное положение не хотелось...

Антон вздохнул, а потом все таки подался вперед, слегка обнимая Кузнецову. А та в ответ прижалась... так крепко, Шаст думал, задушит.

На этом они и попрощались... Ира ушла в одну сторону, а Антон - в другую.

Эти объятья были супер некомфортные для Антона. Для него вообще, "объятия" синоним слова дискомфорт. Это странно? Да и плевать.

Шастун вернулся домой. Возле дверей в подъезд он увидел листовку какую-то, приклеенную на стену.

«Срочно ищем официантов! Оплата еженедельно, в кафе "Уют, дом.". Зарплата от восьми тысяч рублей в неделю. По адресу...»

Антон подошел ближе и подумав, вырвал один листочек с номером.

Все равно всегда ему не сидеть на шее математика...

Вот начнет работать, потом снимет квартиру... И самостоятельная жизнь. Кайф же?..

Ну... звучит... интересно.

Шастун мотнул головой и позвонил в домофон. После ответа открыл дверь и зашел в дом. Потом поднялся на этаж и в квартиру зашел...

Когда Шаст закрыл за собой дверь и повернул голову, он увидел Арсения на кухне, который, похоже, пек что-то.

Антон разулся и прошел в квартиру, на кухню. Встал перед Поповым.

— Что вы делаете? — спросил с любопытством Антон.

Попов ухмыльнулся, увидев Антона. На столе было тесто, формочки... А математк в фартуке. Интересное зрелище. Без шуток.

— Хочу приготовить печенья на новый год. — ответил Арсений, раскатывая тесто. — Я ни разу не готовил. Но хочу попробовать. Поэтому решил приготовить за пару дней до нового года, чтобы понять вообще, стоит или нет. Если все хорошо, приготовлю на новый год.

— Хозяюшка... — закатил глаза Шастун, а после получил подзатыльник. — Ой!

— Не смейся. — фыркнул Попов, а потом предложил: — Хочешь попробовать?

Антон отрицательно покачал головой, дальше не думая.

— Ой, нет! Я никогда не готовил и пробовать не собираюсь...

— Как хочешь, — пожал плечами Попов, а после облокотился руками об стол. Учитель глубоко вздохнул, слегка нахмурив брови. — Слушай, Антон... Я извиниться хотел. Разозлился сам, а на тебя срывать злость начал.

— Да ладно, Арсений Сергеевич! — Шастун ухмыльнулся, закатывая глаза. Его веселило то, что Попов чувствует себя виноватым... Как бы это ни было странно! — Я ни капельки не обижен. Тем более, вы ничего такого не сказали. Будто вы первые раз кричите на меня.

Арсений улыбнулся, кивая. А потом протянул руку, взъерошив волосы Шаста.

— Ну хороший мальчик! — пошутил Попов. Пошутил же?

Антон недовольно откинул руку математика, фыркая.

— Ну Арсений Сергеевич! Вот за это я могу обидеться! — возмущенно произнес Шастун, на что в ответ услышал только смех учителя. — Чего вы как собачку меня... — Антон замолчал, задумываясь, какое бы выражение подобрать. — даже не знаю, как назвать это! Не делайте так!

— Прости, прости! — тихо посмеиваясь, Попов покачал головой. — Ладно, давай дальше экспериментировать на моем кулинарном таланте... Достань из холодильника сахарную пудру, пожалуйста!

— Сэр, да, сэр... — пробормотал себе под нос Антон, подходя к холодильнику...