.Only the Lonely.

— Кто такой Гарри?

— Твой муж.

Муж.

Муж.

Муж.

Постойте. Он только что сказал… мой муж?

— Пап, — медленно произнесла я. — Пожалуйста, объясни, что происходит.

— Ты замужем, — наконец, просто заявила мама. Папа повернулся и сердито посмотрел на нее, но она проигнорировала его, уперев взгляд в свои руки, перебирающие платок. Она больше не плакала, но я никогда не видела столько грусти в ее глазах.

— Я – замужем? — воскликнула я.

— Ну, технически – да. Ты замужем, — ответил отец.

— Как я могу быть замужем? — быстро спросила я в замешательстве, повышая голос. — Я ведь даже никогда ни с кем не встречалась.

— Совершенно верно, — сказала мама.

— Тебе не были разрешены свидания, — произнес отец. Всю мою жизнь папа всегда устанавливал строгое правило – никаких свиданий. Я всегда думала, что он просто слишком заботиться обо мне, но, похоже, я была не права. Затем он пробормотал, запинаясь. — Когда ты замужем, ни о каких свиданиях и знакомствах не может и быть речи.

— Но я не замужем, — сказала я. — Ведь так? Я не замужем, — я пристально посмотрела на маму, которая избегала моего взгляда, а после на папу, который выглядел так, словно пытался придумать, что сказать дальше.

— Нет, Люси. Ты все-таки замужем, — с тяжелым вздохом произнес отец. — Ты когда-нибудь слышала о браках в детском возрасте?

Детские браки?

— Думаю, видела шоу о них, — тихо сказала я.

— Ну, когда тебе было пять лет, ты вышла замуж, — объяснил отец. — Мы не жили здесь, когда ты родилась. На самом деле, ты – не уроженка США, Люсиль. Ты родом из Великобритании.

— Я?

— Да, ты родилась в небольшом графстве под названием Чешир, — продолжил папа. — Однако, так или иначе, мы связались с королевской семьей.

— Подожди… О чем ты говоришь?

— Стой, позволь мне закончить, — я закрыла рот и откинулась на спинку дивана, скрестив руки на груди, наблюдая, как отец думает, что сказать дальше. — Я хочу… ммм… объяснить все как можно короче. Браки среди детей в Великобритании считаются нормой, особенно в королевской семье, в основном потому, что родители хотят сами решить, с кем их дети будут связаны узами брака. Они выбирают для них супруга, считая, что дети маленькие и не могут решить, кто для них лучшая пассия. В любом случае, королева Великобритании влюбилась в тебя. Как и ее сын.

— Как так получилось?

— Длинная история, — папа неуверенно посмотрел на маму, которая пустилась в объяснения.

— Ты была красивым ребенком, — сказала мама. — У тебя были длинные, черные как смоль волосы и большие глаза, как у куклы. Ты была такой красивой, и я одевала тебя в самые дорогие платья, какие только могла найти. Я так любила тебя наряжать, — дрожащим голосом рассказала она, улыбаясь, но улыбка получилась грустной, мама снова вытирала глаза от слез. — Ты выглядела, словно из сказки, Люсиль, — папа кивнул в знак согласия, и я уже хотела огрызнуться, чтобы они вернулись к рассказу.

— Но в один прекрасный день был парад, — сказал отец. — Парад в честь седьмого дня рождения принца; дни рождения членов королевской семьи сопровождались праздниками. Королева всегда была такой красивой и великолепной женщиной. Король был таким же. Они были яркой парой; однако их единственный сын был до крайности избалованным. Они любили его, что ясно, и давали ему все, что он когда-либо хотел. Он был принцем, наследником престола и они щедро одаривали его всем, чем могли: своим богатством и властью.

— Во время парада ты была так счастлива при виде белых лошадей, везущих королевскую карету, что выбежала прямо перед ними, — говорила мама, улыбка медленно исчезала с ее губ, когда она рассказывала. — И королева мгновенно была поражена тобой; она даже взяла тебя в карету. Никто точно не знал, что сказать, но королева была хорошо известна тем, что любила детей. Она жертвовала деньги на детские больницы, благотворительные организации и другое.

Отец бросил взгляд на маму, когда она стала отходить от темы, и продолжил рассказ:
— Так или иначе, ты хорошо поладила с принцем. Мы никогда много о нем не знали, поскольку редко видели, но через неделю или около того, нам позвонили и сказали, что король и королева желают встретиться с нами.

— Это большая честь, — добавила мама.

— И тогда они рассказали нам о браках среди детей, — произнес папа и нахмурился. — Ненавижу эту фразу. Для меня это приравнивается к заключению в тюрьму: родители обманывают своих детей, вынуждая их жениться прежде, чем те смогут сделать осознанный выбор. Но они хотели, чтобы ты вышла замуж за их сына, и он действительно проявлял к тебе симпатию, а все знали, что если маленький принц чего-то захотел, то он обязательно это получит.

— Итак, вы поженились, — сказала мама. — Это была великолепная свадьба, кого там только не было. Они купили тебе самое красивое платье, которое я когда-либо видела. Я до сих пор храню его. Может, ты хочешь посмотреть?

Я начала ощущать себя сумасшедшей и, слушая эту историю, мой желудок предательски сжимался. Родители выдали меня замуж, когда я была ребенком? Отец скрывал это от меня всю жизнь?

— Мы хотели сказать им «нет», — вмешался папа, увидев выражение моего лица. — Но не могли. Они – король и королева. Их слово - закон. У нас не была выбора. Поверь, мы не хотели выдавать тебя замуж.

— Даже притом, что свадьба была прекрасной, — сказала мама. — Я тоже была не согласна с ней.

— К счастью, королева была снисходительна, когда мы высказали ей свои мысли, — с горечью произнес отец. — Она сказала, что мы можем уехать в другое место и жить там, пока тебе не исполнится восемнадцать. Мы хотели, чтобы ты узнала, что такое нормальная жизнь.

Я застыла на месте, пока информация медленно доходила до меня.

Я замужем за принцем?

Настоящим принцем?

— Когда-нибудь, — сказала мама, голос ее звучал торжественно и серьезно. — Ты будешь королевой Великобритании.

— Нет, — пробормотала я. — Нет, я не буду этого делать. Это ведь не может быть настоящим браком, не так ли?

— Может. Был священник и все остальные, — неохотно сказал папа.

— У нас даже есть свидетельство о браке, — добавила мама.

— Сегодня твое восемнадцатилетие, — произнес папа, сжимая руки. — Они нашли нас. Они не связывались со мной много лет, так что я надеялся, что они забыли о нас. Глупо было так думать.

— Это безумие, — сказала я заплетающимся языком, мое горло сжалось. — Это абсолютное безумие. Я не замужем, тем более, не за принцем.

— Ты замужем, — не согласилась мама, ее глаза вновь покраснели от подступивших слез.

— И эти люди приехали сюда, чтобы забрать тебя обратно в Великобританию, — объяснил папа. Мама снова заплакала, словно после этих слов кто-то нажал кнопку в ее голове, а я могла чувствовать, как давят на меня стены.

Такого не может быть.

Все не может быть правдой.

Браки среди детей? Они вообще реальны?

— Н-но это мой день рождения, — произнесла я слабым голосом, глаза щипало от слез. Я беспомощно посмотрела на родителей, не видя на их лицах никаких признаков, что все будет в порядке; вместо этого я увидела боль в их взглядах. — Я не хочу быть замужем! Не хочу этого! Я не поеду!

Похоже, мама хотела что-то сказать, но я выбежала из гостиной, направляясь прямиком в свою комнату.

Мы в Соединенных Штатах; это не Англия. Эти ублюдки не имеют никакого контроля надо мной здесь.

Я заперла дверь, слезы текли по лицу. Я посмотрела в зеркало. Длинные темные волосы до сих пор выглядели хорошо, но голубые глаза покраснели и блестели от слез, губы потрескались. Я нахмурилась и села на кровать, в голове кружил вихрь мыслей.

Это просто… не может быть реальностью.

Это похоже на кошмар.

Раздался стук в дверь, и я вздрогнула, пристально посмотрев на поворачивающуюся ручку.

— Люсиль, пожалуйста, откройте дверь, — донесся голос из-за двери, в нее снова постучали. Это был один из тех мужчин.

— Нет, — рявкнула я. — Оставьте меня в покое и уходите из нашего дома.

Я услышала бормотание за дверью.

— Мы должны убедиться, что вы в порядке, — зазвучал голос другого мужчины, гораздо мягче, чем первого. — Это наша работа, принцесса.

Принцесса.

Это можно использовать в качестве имени для домашнего животного, но я знала, что сейчас они говорят это, имея в виду титул. И когда я это услышала, то опять стала плакать. Я думала, что мне понравится, если кто-то назовет меня принцессой, но сейчас это звучало ужасно.

— Оставьте меня в покое! — крикнула я, схватив одеяло и сжимая его, чтобы хоть как-то уменьшить волнение.

Ручка перестала крутиться и я решила, что ни ушли. Однако после этого регулятор снова повернулся, и дверь открылась.

Как, черт возьми, они открыли дверь?
— Мне очень жаль, но вы не можете запирать двери, — коротко объяснил темноволосый мужчина, взгляд его темных глаз заскользил по моей комнате. В ней были светло-голубые стены, на которых висело несколько плакатов музыкальных групп, в основном мою комнату можно было охарактеризовать, как типичную комнату девушки-подростка.

— Если с вами что-то случится, — объяснил брюнет с ободряющей улыбкой. — То добраться до вас у нас займет гораздо больше времени, если дверь будет заперта. Поэтому мы требуем, чтобы двери были не закрыты, принцесса.

— Хватит меня так называть, — сказала я сердито, чувствуя смущение, что они увидели меня плачущей. Я указала на дверь. — Убирайтесь, сейчас же!

— Мы…

— Я сказала, убирайтесь! — крикнула я, теряя контроль. Они оба выглядели изумленными, обмениваясь неуверенными взглядами прежде, чем выйти из комнаты. Хотя дверь они оставили открытой.

У меня разболелась голова и я лежала в комнате, размышляя над тем, что только что произошло, в основном стараясь успокоиться. Когда я перестала плакать и начала думать, я осторожно пробралась обратно в гостиную, видя, что папа сидит на диване, на том же месте, на каком сидел, а двое мужчин сидят напротив.

Они разговаривали, но как только я вошла, воцарилась гробовая тишина.

— Вам что-нибудь нужно, принцесса? — произнес брюнет.

— Как вас зовут? — сухо спросила я.

— Я – Луи, — ответил он.

Я посмотрела на темноволосого мужчину, который сказал:
— Зейн.

— Ну, Луи и Зейн, — бесстрастно начала я. — Выйдите из моего дома.

Папа удивился, когда я произнесла эти слова, а мужчины выглядели очень торжественно, встав с дивана. Не буду лгать, я удивилась, когда они вышли на улицу через парадную дверь. Я видела, как они сели в фургон, стоящий перед моим домом, и я, без колебаний, закрыла входную дверь, не смотря на то, что они сказали ранее.

— Папа, мы должны что-то сделать, — сказала я, вернувшись, но увидела, как он упер взгляд в пол. — Папа?

— Мы ничего не можем сделать, — ответил папа. — Посмотри, как они повинуются каждому приказу, который ты даешь. Это значит, что они уже полностью признали тебя, как принцессу, Люси. Нет никакой возможности избежать этого.

Я бросила взгляд на сумки с покупками, которые приобрела сегодня утром, и была очень рада, что слезы не вернулись. Я уже устала плакать.

— Это не правда, — тихо сказала я. — Выход всегда есть. Всегда.
Я посмотрела на папу в надежде, что он согласится со мной.

Но он этого не сделал.

— Посмотри, — мама вошла в комнату, неся в одной руке какую-то одежду, а в другой – фотоальбом. — Это причиняет мне боль, но я не могу не сказать, что твоя свадьба была самой прекрасной, какую я когда-либо видела.

— Я действительно не хочу этого видеть, — горько сказала я.

Мама бросила на меня сочувствующий взгляд и произнесла:
— Ты должна. Вот, это твое подвенечное платье, — она подняла маленькое платье. Оно выглядело таким крошечным, материал был дорогим с большим количеством оборок. Честно говоря, оно выглядело так, словно принадлежало фарфоровой кукле. Я осторожно взяла платье у мамы, пытаясь представить, как выглядела в нем в детстве. Я всегда любила одежду и украшения, но, возможно, я относилась к ним иначе, когда была ребенком. Кроме того, это платье было частью того, что разрушило мою жизнь.

Но, даже не смотря на это, платье было великолепно. Вышивка на нем была сделана настолько качественно, что это поражало.

— Посмотри, это ты, — мама протянула фотоальбом. Я наклонилась ближе и нахмурилась, увидев себя в платье. У меня была свадебная фата, длинные темные волосы были распущены. Я задумчиво смотрела вниз на красную розу, которая была у меня в руке.

— Ты любила цветы, точнее, розы, — сказала мама, переворачивая страницу. На следующей странице снова была я, только уже смотрела на камеру. Мои глаза были темно-синее, гораздо темнее, чем сейчас, и я все еще держала розу. Рядом со мной стоял мальчик, чуть выше меня.

— Это Гарри, — сказала мама без всяких эмоций. Я посмотрела на своего «мужа» и увидела, что у него каштановые вьющиеся волосы, он смотрел куда-то вдаль, мимо камеры. На нем был детский смокинг и, честно говоря, он выглядел гораздо более зрелым, чем я. Это было видно по его лицу.

Он был принцем.

Был моим мужем.

И внезапно, я поняла, что не хочу больше видеть это.

— Это несправедливо, — презрительно проворчала я, когда мама стала перелистывать альбом. Я остановилась, увидев на фото, сколько людей присутствовало на свадьбе детей.

— Люси, я хочу, чтобы ты завтра сделала все, что захочешь. Проведи время с друзьями. Меня не волнует, чем ты будешь заниматься; только не делай чего-то слишком сумасшедшего, — сказал папа, вмешиваясь в наш разговор и положив руку мне на плечо. Его прикосновение, обычно приносящее комфорт, сейчас не успокаивало.

Я даже не знала этого… принца.

— Но послезавтра, я хочу, чтобы мы провели весь день вместе, — произнес папа. — Потому что через три дня ты улетишь в Великобританию.

— У меня есть только два дня? — в ужасе воскликнула я.

— Приказ принца, — проворчала мама.

— Вы оба поедете со мной? — спросила я, очень надеясь, что поедут.

— Конечно, — сказал папа с улыбкой. — Но мы не всегда будем с тобой. Мы уедем, но как только туда доберемся, все не будет… как раньше.

Мама впилась в него взглядом, тихо произнося, что слишком рано такое говорить, и я вздохнула с ужасным чувством в груди.

У меня было только два дня.

Два дня, чтобы попрощаться со всеми, кого я знала.

Два дня и я вернусь в страну, из которой уехала ребенком, чтобы воссоединиться с мужем… которого даже не помню.

Два дня и моя прежняя жизнь официально закончится.