Часть 9. Разрушения внутреннего мира.
— Что случилось? — спросил Юнксу у идущего напротив друга.
— А что не так? — улыбнулся Янлин, не понимая, как парень заметил его состояние, он же никак себя не выдавал.
— Твоя улыбка... Она совсем невесёлая, — проговорил юноша, на что друг приподнял губы, но после опустил их.
Верно, Янлину нечему было радоваться, покуда его выгнали из команды после всей заварушки с Ли Цзя Хао. Хоть юношу и оправдали, но сплетни разлетелись с бешенной скоростью, и многие считали Янлина виновным и причастным к тому, что произошло с их капитаном. Некоторые даже говорили, что парень нанял кого-то, дабы его врага ликвидировали. Это было больно слышать, но Янлин понимал, что в какой-то степени слухи верны. Вот только он правда не хотел такого исхода...
— Юнксу, — подумав и поняв, что сейчас совсем не в состоянии идти домой и выслушивать крики родителей, юноша поднял голову на друга, — можно мне сегодня остаться у тебя?
Хоть это и был вопрос, друг даже не ответил Янлину, с улыбкой поведя его к себе. Приёмным родителей дома не оказалось, от чего гость был более чем рад. Парни пообедали, а после пошли наверх в комнату, говоря о пустяках. В ходе разговора Янлин задел одну тему, которая тревожила его уже очень давно.
— Как всё так вышло? Как у тебя появилась такая богатая семья? Как ты смог стать таким...
Парень не знал, как продолжить свои слова. Каким? Красивым? Богатым? Умным? Четыре года назад всего этого не имелось у бедного ребёнка, но вот он уже словно вышел из грязи в князи, но как... Такое бывает только в сказках.
Услышав вопрос, Юнксу некоторое время смотрел на друга, а после отвернул голову, о чём-то задумавшись.
— Извини, наверное, не стоило мне об этом спрашивать. — Янлин забеспокоился, увидев замешательства на лице друга. — Давай сменим те...
— Меня отправили в детский дом, — перебил юношу Юнксу, начав свою историю. — Там было сложно... Очень сложно. Я много чего вытерпел, но не сдавался, ведь у меня было ради чего жить, — юноша повернул голову, улыбнувшись Янлину, от чего тот сильно засмущался. — Я понял, что деньги решают всё, поэтому назначил себе цель — добиться больших высот любой ценой. — «И каких же?» — задумался Янлин, но друг будто прочитал его мысли, ответив: — Я создал сайт, который принёс мне хороший заработок. Узнав об этом, семья Ян предложили мне сделку. Я играю роль их хорошего сына, а они дают мне первоначальный капитал для создания разных программ, от заработка которых они потом получат свой процент, — поведал парень, от чего Янлин широко раскрыл свои веки, не зная до этого, что приёмные родители парня — это лишь его бизнес партнёры, не более... — У меня нет семьи, кроме тебя Янлин. Ты единственная моя семья. Единственный... — прислонившись к дорогому человеку, Юнксу прижался к его губам, тихо прошептав, — кто мне дорог.
Сердце юноши было готово выпрыгнуть из груди, ощущая он приятные прикосновения и ласки от дорогого человека. Юнксу был хорош, делая всё осторожно, но качественно, словно давно изучал теорию ради этого момента, и наконец перейдя к практике.
Начав с поцелуя, парни медленно легли на кровать, и, будучи снизу, Янлин сильно занервничал. Ему нравился Юнксу, и он хотел его, но мысли о том, какими развратностями они могут сейчас заняться, очень испугали правильного мальчика, от чего он резко отстранил от себя друга.
— По... постой... давай... давай... пока так... — голос юноши дрожал, что показалось хозяину комнаты очень даже милым.
— Всё хорошо, не бойся, — прижав ладонь друга к своей груди, в которой сердце стучало как бешенный ураган, мягким голосом успокаивал дорогого человека Юнксу. — Поверь, я ни за что не сделаю тебе больно.
Видя чистый взгляд и слыша родной голос, Янлин опустил руку, позволив другу продолжить ласки. Расстегнув рубашку парня, Юнксу принялся ублажать его соски, что было не совсем приятно, но юноша терпел. Попутно стянув с друга штаны, одной рукой парень ласкал его грудь, а второй ухватился за член, чем вызвал у Янлина вскрик.
— Всё хорошо, — как ребёнка успокаивал парня хозяин комнаты, голос которого так же начал немного дрожать от возбуждения. — Я сделаю тебе приятно.
Янлин тяжело дышал, ощущая странные чувства. Парень и сам иногда позволял себе возбудиться с помощью руки, но впервые ощутив, как это делает кто-то иной, юноша понял, как это может быть приятно. Юнксу так старался вызвать в друге возбуждения, что тот пожелал сделать это же и для него.
Штаны парня уже были приспущены, от чего Янлину оставалось лишь взять того за член, начав повторять за другом его движения.
— Ах! — явно не ожидал такого парень, уже начиная задыхаться от, казалось бы, обычной дрочки.
Но она была не обычной. Молодые люди были воодушевлены и влюблены, от чего сами не заметили, как запачкали кровать, удовлетворив друг друга более пяти раз своими ласками, поцелуями, прикосновениями и взглядом... Таким чарующим и манящим, что, казалось, только от него можно было кончить.
— Я люблю тебя... — произнёс Юнксу, обнимая друга, лежащего к нему лицом.
От чего-то Янлин не мог сказать дорогому человеку то же самое. Ему явно нравился Юнксу. Если бы не нравился, то парень не смог бы сделать с ним то, чем они только что занимались больше часа. Но вот сказать «Я тебя люблю», Янлин всё же не решался, сам не понимая почему.
— Я... — чувствуя, что друг ждёт ответных слов, хотел что-то сказать парень, как вдруг услышал громкий хлопок входной двери.
Янлин тут же подскочил с кровати, натянув на себя штаны. Парня трясло лишь от мысли того, что родители узнают, чем они тут занимались. Хоть сын и решил устроить бунт и сегодня сбежал из дома, но к раскрытию своей ориентации он был не готов...
— Это, наверное, Линда с Гюреном, — сухо бросил Юнксу, явно расстроившись тому, что друг так резко отстранился от него.
Немного успокоившись тому, что это приёмные родители друга, а не его, Янлин всё же решил прикрыть их дверь, но стоило парню подойти, как он замер, видя через проём приёмную мать Юнксу и отца. Своего отца.
— Что слу... — заметив замешательство друга, парень поднялся с кровати, подойдя к нему, и так же увидел проходящую пару, движущуюся к спальне. — Ох...
— Что... Зачем он... Почему он здесь? — не мог даже точно сформулировать свои речи паренёк, ощущая, как его привычный мир рушится.
Отце был тем, кто всегда твердил сыну о том, как важна семья и верность в ней. Как надо быть умным и честным, не врать и не предавать близких, а в итоге... Мужчина столько раз наседал и поучал своего ребёнка, а сам позволил себе такое!
Янлин не знал, сердится он на своего родителя или же на самого себя, что был так глуп, веря предкам, не видя того, как они на самом деле грешны и порочны, скрываясь за масками хороших людей. Отце явно пропадал не в командировках, как и мать. Женщина и мужчина выглядели в глазах окружающих милыми людьми, но на деле осуждали всех и вся, будь то малый достаток или же непривлекательная внешность. Родные заставляли сына быть идеальным, хотя сами до него не тянули.
— Янлин... — приобнял дорогого человека Юнксу, заметив, как парень помрачнел. — Что ты хочешь, что бы я сделал? Я всё сделаю, только не делай такого печального лица, — как преданная собачка проговорил юноша, и впрямь готовый хоть сейчас пойти и убить двух людей в соседней комнате, но Янлин желал не этого.
— Юнксу, можно... — ощущая, как цепи ответственности и желания угодить близким спадают, парень впервые решил отдаться своей прихоти, не испытывая при этом страха и сомнения, — я сегодня буду сверху?
***
Янлин как-то слыша о том, что секс — отличный антидепрессант, который действует эффективно, но сейчас убедился в этом лично. Парни больше трёх часов провели в кровати, а поскольку Юнксу был для юноши первым, он старался сделать всё более аккуратно, хоть мозг почти не работал из-за мрака в душе. В итоге после третьего раза Янлин успокоился, но хозяин комнаты не желал на этом останавливаться, потому парню пришлось ещё раз пять приложить друга к постели и заставить его издать стон.
Первый секс всегда будоражит. Испытав новые ощущения, подростки желают получить их ещё и ещё, пока полностью не истратят последние силы. Это и случилось с друзьями, которые после бурной ночи уснули в объятиях друг друга, очнувшись лишь с восходом солнца.
Янлин проснулся первый, удивившись тому, что он кого-то прижимает к своей груди. У парня не имелось такой привычки, но именно сейчас он крепко сжимал в объятиях друга, мило сопящего рядом.
«Он похож на котёнка», — подумал подросток, ощутив, как ему хочется поцеловать Юнксу, и тот, словно почувствовав это, открыл свои зелёные глаза. Стоило парню лишь увидеть Янлина, как он привстал с постели, чмокнув любимого в лоб.
— Доброе утро, — светился ярче солнца хозяин комнаты, будучи очень довольным тем, что он созерцает.
— И тебе, — улыбнулся Янлин, но, встав с кровати, парень ощутил небольшое отвращение, ощутив на себе и друге их вчерашние излияние.
— Надо бы помыться, — заметил Юнксу, словно умея читать мысли. — Идём, — взяв друга за руку, хозяин комнаты повёл его в личную ванну. Янлин был рад, что ему не пришлось выходить из комнаты друга в таком грязном виде.
Включив душ, хозяин комнаты пропустил гостя вперёд, после чего зашёл за ним, закрыв прозрачную дверцу. Янлину было неуютно мыться с другом, несмотря на то, что вчера ночью они вытворяли всякое...
— Ты напряжён, — заметил Юнксу, подавая другу шампунь.
— А ты нет? — начал мыть голову парень, прикрывая глаза, тем самым слегка успокаивая себя, не видя обнажённое тело рядом.
— С тобой я всегда напряжён, — прозвучал голос друга, а после Янлин ощутил, как его обнимают сзади. — Но только в хорошем смысле, — стоило парню сказать данные слова, как его рука легла на наиболее чувствительную плоть Янлина, заставив того вздрогнуть.
— Постой... что ты... Зачем... сейчас, — заволновался паренёк, пытаясь смыть с головы шампунь, дабы пена не попала в глаз, но Юнксу, будто желая, чтобы парень оставался с закрытыми глазами, выключил воду.
— Расслабься, — почти с приказным тонном изрёк юноша, присев на колени.
— Ах! — вновь издал стон Янлин, впервые ощутив, как его половой орган оказался в чьём-то рту. — Юн... Юнксу, постой... пожалуйста... щиплет... — скулил Янлин от столь нежных ласк, всё же приоткрыв веки, куда сразу же попала пена. — Юнксу я... хочу тебя видеть... — выдал парень, и впрямь ощущая себя странно, чувствуя друга, но не видя его.
Ласки резко прекратились, но лишь на мгновение. На голову парня хлынула вода, смывшая шампунь, и стоило ему только избавиться от пены, как он открыл веки, увидев, как дорогой друг сидит на коленях, лаская его член. «Всё же лучше бы я этого не видел», — от чего-то Янлину жутко поплохело, хотя вчера всё было отлично, и он уже видел обнажённого друга. Но такие извращенные действия заставляли его смутиться до тошноты.
— Янлин, смотри на меня, — проговорил Юнксу, одной рукой массируя член друга, а второй помогая себе. — Смотри... на... меня, — чуть было не приказывал юноша, из-за чего Янлину пришлось подчиниться.
Смотря глаза в глаза, парни вместе издали глухой стон, вновь став грязными, но быстро отмылись, всё ещё находясь под горячим душем. Выйдя из ванны, Янлину казалось, что из него выжили все соки, а ведь часы показывали только полседьмого утра.
«Надо идти домой...» — подумал парень, но после в нём словно заговорил демон, твердящий ему, — «А ждут ли тебя там или же вновь желают вылить дерьмо?» Янлин сам же испугался своих мыслях, но не успел ничего понять, покуда вышедший из ванны юноша обнял его со спины, растворив все страхи.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил Юнксу, поглаживая желанное и самое дорогое тело на свете.
— Всё хорошо, а ты как? — отошёл в сторону немного уставший от прикосновений парень, хоть и наслаждаясь их соитию, но имея предел ласкам.
— С тобой мне всегда хорошо, — улыбнулся Юнксу, убрав руки за спину, словно злясь на друга за его отстранения, но не желая показывать этого.
— Пойду домой. Надо переодеться и взять учеб...
— Зачем тебе возвращаться? Тебя разве там ждут? — неожиданно задал вопрос подросток, но из-за длинных волос Янлин не увидел его выражения.
— О чём ты? Как я могу не вернуться домой? — отдал вопрос другу парень, но тот не ответил, словно не понимая, зачем дорогому человеку уходить туда, где ему не рады. Где нет Юнксу... — Увидимся в школе. — Быстро собравшись, Янлину от чего-то сильно захотелось уйти, ощущая он странную атмосферу в комнате.
Всё происходило слишком быстро, поэтому парню нужно было время, дабы всё обдумать и осознать, но друг словно намеренно лишал этого, торопя события. Янлин, всю жизнь прожив по правилам семьи, впервые встал против них, и хоть бунт начат, парень не хотел этим ранить родных, любя их всем сердцем, но так же желая показать семье, что он уже вправе сам принимать решения и жить своей жизнью. Своей...
Подросток осознавал, что сейчас у него идёт переход на новую стадию взросления, и этот переход его пугал. Он впервые в кого-то влюбился и отдался чувствам. Но правда ли это искренние чувства любви? Янлин был слишком одиноким и загруженным подростком, который имел лишь одного друга, который вдруг стал чем-то большим... Это пугало, но и радовало, вот только он не привык действовать необдуманно, хотя сейчас поступал именно так.
Всё это случилось из-за вечного давления со стороны предков, от которых парень давно желал сбежать. Но куда? У Янлина не было друзей, к которым он мог улизнуть, а тут появился Юнксу, словно спасательная шлюпка в океане обязанностей юноши. Но, несмотря на всё это, парень ещё не был готов к тому, чтобы навсегда уйти из родительского дома. Нет, он совсем к этому не готов...
— Янлин, — услышал своё имя, будучи около двери. Парень обернулся и тут же столкнулся губами с другом.
Юнксу так неожиданно поцеловал юношу, что тот аж ударился об край двери, не думая, что парень так поступит. Янлину нравился поцелуй, но сейчас он, как ему казалось, был не уместен, потому он мягко отодвинул от себя друга, тем самым прося прекратить их соития.
— Скоро увидимся, — помахав рукой хозяину комнаты, парень заметил, что тот огорчён, но не мог ему ничем помочь.
— Янлин, — вновь позвал друга Юнксу, когда тот уже почти подошёл к лестнице. На этот раз юноша не обернулся, но друг и не подходил к нему, с двери ласково произнеся, — я люблю тебя.
«Сколько раз он уже это сказал?» — сжался юноша, впервой раз услышав от дорогого человека данные слова очень занервничав и смутившись, но сейчас ощутив какой-то ступор, словно Юнксу говорит так вовсе не из-за личных чувств, а по иной причине. Словно этими словами он пытается удержать парня, зная, как ему этого не хватает, но зачем?
Ответив на слова улыбкой, Янлин спустился с лестницы и вышел из дома Ян, не заметив никого из взрослых. Стоя у двери комнаты, зеленоглазый юноша держал улыбку до тех пор, пока не услышал хлопок двери, а после губы быстро опустилась, а дверь комнаты захлопнулась.
— Люблю... — тихо прошептал Юнксу, ходя по комнате туда-сюда, словно пытаясь найти своё место. — А ты любишь? — так желал спросить юноша у дорогого человека, но очень боялся услышать ответ. — Что мне сделать, чтобы любил? Чтобы не желал уходить? Чтобы остался только со мной? — сам у себя спрашивал парень, подойдя к столу и начав искать сильные препараты, заглушающие его психические отклонения.
Отсчитывая три таблетки, руки Юнксу дрожали, ощущая он, что уйди Янлин чуть позже, и он мог бы сделать этими руками непоправимое. Парень жаждал друга. Целиком и полностью. Он жил лишь ради него. Лишь него...
Психика Юнксу давно дала сбой, но благо деньги решали многое и так же закрывали некоторые ненужные сведения, делая из психопата чистого гражданина.
Препараты помогали подавить психоз, от чего сильная дрожь в теле парня постепенно утихала, но сейчас она была настолько сильной, что баночка выпала из рук, рассыпав таблетки. Только думая собрать и выпить их, Юнксу вдруг остановился, посмотрев в окно и заметив, как друг мается перед дверью, не решаясь войти, но спустя пару секунд всё же скрылся в доме, вновь оставив Юнксу одного.
— А что, если, — задумался психопат, на лице которого возникла пугающая улыбка, — у тебя больше не будет тех, к кому ты захочешь и сможешь вернуться? — предположил Юнксу, и лишь от мыслей парень ощущал, как ему становится невероятно хорошо. — Тогда, у тебя останусь только... — отвернувшись от окна и подойдя к фотографии любимого, подросток взирал на него, представляя, как останется последним человеком, которого будет знать его дорогой, — я.