Мальчик, который не читал сказок [L.S.]

     Следующий день поразил меня даже больше предыдущего. Я снова отвозил девочек в школу, так как мама опять придумала на это свою причину вселенского масштаба. А что я? Мне пришлось соглашаться. Может она просто хотела, чтобы я больше проводил времени с сёстрами — не знаю. В «нашем втором доме» я наткнулся на своих друзей, когда зашёл в класс по химии. Почему именно в этот день мне придётся учиться с полными идиотами, которые совершенные ноли в этом предмете? Они снова будут просить списать. Да-да, мистер-гавнюк-и-неудачный-бездарный-ученик-Томлинсон шарит в химии. Только давайте не будим ломать из этого комедию?

   После урока, который был сплошнейшим раздражением, парни стали бурно что-то обсуждать, явно споря о девушках.

– Че за движ, а я не в курсе? – подхожу сзади к Найлу, кладя руку ему на плечо, и осматриваю друзей.

– Только не говорите, что он тоже должен знать, – закатывает глаза Дилан.

– Должен, а как же? - Эд слегка удивлён. – В общем, к нам по обмену перевели француженок. Они все просто...конфетки. Одним словом, самые француженные француженки. И Зейну удалось пригласить их сегодня на вечеринку в его доме. Мы заранее хотим расставить все приоритеты, чтобы потом не возникло конфликтов, – объясняет он затем.

– Француженки? По обмену? В середине года? – это стечение обстоятельств было слегка странным.

– Ага, круто, правда? – Найл довольно лыбится, скалясь.

– Господи, вы такие звери, - хватаюсь рукой за голову. – Но мне нравится такой расклад событий.

    Перед обедом мне удаётся встретиться с этими самыми девушками из Франции. Их было всего пять, но все словно на подбор: привлекательные, со всем набором (я так называю все прелести женского тела) и красивыми голосочками. Они стояли около фонтанчика и переговаривались на родном языке, поглядывая на проходящих мимо учеников. Я решаюсь подойти к ним. Нужно быть гостеприимным.

– Здравствуйте, девушки, – весело протягиваю я, оглядывая каждое личико, повернувшееся, чтобы посмотреть на меня.

– Ну, привет, – как я понял, эта была такой своеобразной «мамочкой» в их группе. Знаете, такие обычно защищают своих подруг, не дают попасть в беду и вообще ведут себя как Лиам, когда тот поймает очередную вспышку.

– Как вам новая страна, новая школа?

– Пока не жалуемся, но тут парни слишком...липучие, – с отвращением говорит она, а я пытаюсь не морщиться от ее ужасного акцента. Ей-богу, даже у Жоржа он приятнее.

– Рад, что вам здесь нравится, – пропускаю последнее ее заявление мимо ушей. –  Я Луи. А вас как зовут? – ещё раз пробегаюсь по девушкам и замечаю одну, что смутно мне кого-то напоминает.

– Жанет, – ко мне подходит шатенка, одетая в короткие шортики и топ розового цвета. Черт, я сейчас сойду с ума, если посмотрю на ее подтянутый зад. Как им вообще разрешили ходить в таком по школе? Наши девчонки и не отважатся.

– Эстель, – представилась блондиночка с «кричащим» вырезом на груди.

– Габриэлла, – чёрные длинные волосы, чёрные глаза, которые прямо-таки бросаются, и короткое, обтягивающее фигуру, платье.

– Джоселин, – рыжая, низкая девушка с наушниками в ушах и жвачкой во рту. Она выглядит той ещё охотницей, если бы не ее мешковатая местами одежда. Ей-богу, маленькая копия Эда.

– Диана, – до ушей доносится тихий звон ее голоса. Вот она — та, которую я заметил из-за ее внешности. Она очень сильно мне кого-то напоминала, хотя выглядела совершенно обычно: зеленые яркие глаза и кудрявые волосы, сильно выраженные скулы и тёплый взгляд. Будто я видел ее уже где-то. Однако никаких Диан я до этой поры не знал. Может модель какая?

– Приятно со всеми вами познакомиться, – откидываю мысли подальше, все ещё смотря на Диану и её девственно-белое платье. – Увидимся на вечеринке, да?

   Улыбаюсь им напоследок и ухожу куда подальше. Голова снова начинает кружиться, а стены иногда будто держат меня в заложниках, так как то и дело наваливаются слева и справа, не давая нормально дышать.

   Через пару часов я уже стою на поле, ожидая Найла, и готовый его убить. Он опаздывает на пятнадцать минут. Что он там делает? Неужели опять жрет?

– Ты где был? – не могу не орать на него. Ненавижу ждать людей.

– Я ел. После школы это единственное средство, которое помогает мне не пасть духом. Тебе бы тоже не помешало, Томмо, а то вон уже как зомби передвигаешься, – он был в прекрасном настроении, что не заметить было бы сложно. Что только еда делает с людьми?

   Мы начали тренировку, попутно обсуждая все на свете и подкалывая друг друга. Думаю, именно из-за этого я продолжаю каждый раз приходить сюда и жду его каждые гребанные пятнадцать минут, только чтобы нормально поговорить. Как обычные люди. Без всякой скукоты и фальши. Обожаю Хорана лишь за это. Он всегда говорит то, что думает, даже если это жестоко или глупо. Ему плевать. Главное, что он сказал это, а не промолчал. И такое его качество, несомненно, делает его лучшим.

– И я такой: «Да пошёл ты, кусок дерьма!» и толкнул его в толпу. Ты бы видел его лицо! – он ещё не рассказал свою историю, а уже заливался во всю смехом. Найл такой Найл иногда. – Ну, потом, конечно, мы подрались жестоко. Я тогда даже в первым раз сломал руку. Но это того стоило, – это он так рассказывал про свою первую драку из-за девушки. И неважно, что этой девушкой была картошка фри.

– Ты за еду кого угодно убьешь, – смеюсь, забивая мяч в ворота. В который раз.

– Да. И что в этом плохого? Еда и пиво для ирландца — главное, что есть в жизни. Даже семья и дети не так важны. Так мой отец говорит, – хмыкает он, пожимая плечами. Я лишь смеюсь. Но не успеваю даже нормально поржать, как голова снова вертится волчком, отчего я останавливаюсь посреди поля, как дурак, и хватаюсь за неё, пытаясь прекратить это все.

– Эй, приятель, ты как? Я что-то не то сказал? – подбегает ирландец, склоняясь передо мной и пытаясь заглянуть в лицо.

– Голова...кружится. Уже который день. Я не могу понять причину, – поднимаю на него взгляд. Через пару мгновений эта пытка начинает отступать и мой взгляд фокусируется на парне, стоящем передо мной.

– Может нужно в больницу? – видно, что он беспокоится, но я что, так сильно похож на того, кто нуждается в помощи?

– Не надо. Само пройдёт, – встаю с травы (как я тут оказался?) и иду в сторону выхода, хватая рюкзак по пути и пытаясь держать равновесие.

  Когда я забираю сестёр из школы, не могу не заметить красные глаза у одной из моих принцесс. Она пытается их скрыть и отворачивает голову к окну, притворяясь, что вид за ним ей очень интересен, но сама она находится далеко-далеко в мыслях. Оставляю разговор на потом и обращаюсь к Дейзи:

– Дорогая, как школа? Может что-то новое проходили?

– Нет, не проходили, но я нарисовала тебя и Гарри. Показать? – она сразу же всполошилась, начиная искать в портфеле рисунок.

– Хорошо, давай, – пытаюсь оставаться спокойным.

– Смотри, – на протягивает мне листок формата А4, на котором красочными карандашами нарисован дом на заднем плане, трава, солнце в зените и синие облака, на переднем плане Гарри и я. Мы держимся за руки. Просто... Что?

– Малышка, а это что? – тыкаю пальцем на место между с нашими с Гарри головами на рисунке.

– Сердечко. Не видишь что ли? – беспечно отвечает она и смотрит как на дурака.

– Вижу, но зачем ты сделала это?

– Потому что вы любите друг друга, братик. Это же очевидно, – такое чувство, будто я отсталый, так как её тон именно это и выражал.

– Дей, мы..., – начинаю.

– Приехали! – кричит мелкая козявка и вылетает из машины, за секунду добегая до двери и врываясь в дом. Вздыхаю. Видимо, для неё это все лишь смешно и несерьезно. И зачем я так заморачиваюсь?

После обеда я оставляю Лотти с собой на кухне, называя это «Помоги старику с посудой, Шарлотта» и усаживаюсь напротив неё за стол, наблюдая, как она протирает, ещё влажные от мойки, тарелки.

– Так что случилось? Почему ты плакала?

– Ты заметил? – испуганно уставляет свой взгляд на меня.

– Конечно заметил. Я же не слепой. Рассказывай.

– Доминик из класса по английскому сегодня сказал, что любит меня, а Сара услышала и всем рассказала на обеде. Они стали так смеяться! А потом Доминик подошёл ко мне после уроков и сказал, что пошутил, – ее глаза снова наполняются слезами, и она едва сдерживается, чтобы не зареветь снова.

– Он дружит с Сарой? – пытаюсь выглядеть незаинтересованным, но уже готов убить этого молокососа, который обидел мою девочку.

– Да. Роза сказала мне, что они ходили за руки неделю назад, – она закончила своё занятие и села за стол рядом со мной.

– Знаешь, что? Да пошёл этот Доминик куда подальше. Он не единственный парень во Вселенной. Ты обязательно найдёшь кого-нибудь другого, да? А пока просто пытайся их всех игнорировать. Если они смеются над тобой — значит, они не уверены в себе и видят в тебе угрозу. Выше нос, пироженка! – хватаю её за нос и смеюсь, когда она начинает верещать.

– Спасибо, Луи. Я люблю тебя, братик, – она крепко обнимает меня.

– Весь твой, детка, – пытаюсь не лыбиться как последний дурак, но я так чертовски счастлив от того, что ей стало лучше. Мои сестры — моё все.

    На вечеринке все было как всегда: подвыпивший Зи ходил по гостям и впихивал им алкоголь в руки, едва ли не заливая в рот насильно, он это объяснял тем, что хочет, чтобы все повеселились. Да, странное у него представление о веселье. Но я даже не против. Сегодня это как раз кстати. Дом у него, кстати говоря, был огромный, поэтому свалить от хозяина не было чем-то невозможным. Этим я и занялся первым делом, проходя на задний двор, где располагался бассейн. Конечно, там уже было дофига народу, но кого это волнует? Разбегаюсь, по пути стягивая футболку, и ныряю, заставляя каких-то телок, стоящих около самого края, завизжать из-за брызг. Заливаюсь смехом от их тупых и возмущённых рож. Господи, эти вечеринки никогда не меняются.

– Ты уже здесь? Чего не поздоровался? – а я так отчаянно хотел от него скрыться.

– Зи! Я думал, ты занят. Вот честно, – пытаюсь быть действительно убедительным. – Слушай, а француженки уже пришли на бал?

– А что? Понравились? – его хитрый взгляд можно было увидеть за сотни миль, потому что он был слишком выразительным.

– Ну, может быть...

– Да, они уже здесь. Тусуются внутри в гостиной. Эд уже окручивает там одну. Смеховорище! Ты бы видел, как он к ним подкатывает, – пакистанец засмеялся в конце, изображая повадки Эдди. Я тоже прыснул со смеху, ибо это было ну очень правдоподобно.

   Мы пошли к этому рыжему неудачнику, который был уже в окружении баб и с гитарой в руках. Музыку внезапно отключили (только на улице оставили), и он сделал такую серьезную рожу, что я не удержался. На меня все посмотрели как на последнего придурка (сколько ещё я должен себя сегодня обзывать?), и Эд начал играть. Это была песня Карлы Бруни — Le plus beau du quartier*, от которой наши французские гостьи просто поплыли. Господи, и откуда только мой друг знает песни на французском? Этот трек скорее подойдёт мне, чем ему.

– Привет, – слышу рядом с собой и поворачиваю голову на звук. Вижу перед собой прелестное создание с шоколадными кудрями и снова задаюсь вопросом, где я ее видел.

– Привет. Как тебе представление? – киваю на друга, который купается в аплодисментах.

– По-моему, ему нужно поработать над произношением и немного... изменить образ жизни, – посмеивается она.

– О да! Он настолько послушный и мягкий, что меня иногда это вымораживает.

– Так ты местный плохой мальчик? - она подмигивает мне.

– Ну, возможно. Не знаю, – потягиваю пиво из стаканчика и пытаюсь выглядеть презентабельно. Нет, ну а что? У меня давно не было секса. А сегодня, да ещё и с француженкой, он будет как раз кстати.

– Надеюсь, потому что вон тот парень не сводит с тебя глаз весь вечер, – она указывает куда-то рукой, но я никого не вижу.

– Кто? – снова чувствую себя тупее амебы.

– Он ушёл, как только ты повернулся, чтобы посмотреть. Странно, – она улыбнулась как-то непонятно и посмотрела в ту сторону, в которой кто-то должен был стоять.

– Пойдём выйдем? Я что-то перебрал, кажется, – снова начинает кружиться голова.

– Да, конечно.

Мы выходим из дома, и я сажусь на крыльцо, вытаскивая пачку сигарет.

– Будешь?

– Нет, спасибо. Курение — опасно, – она мило улыбается.

– Вредно, – поправляю ее.

– Что?

– Курение вредно для здоровья, не опасно.

– И опасно тоже, если смотреть в мировом масштабе.

– Ну, не знаю. Никто так не говорит.

– Мой английский плох, да? Я порой не понимаю и половины, что вы говорите, – посмеивается.

– Нет, не так уж и плох. В любом случае, ты здесь только первый день — все придёт, – пытаюсь не раскрывать своего раздражения, затягиваясь сильнее. Ну, зачем она мне изливает душу?

– Хорошо, – вижу, что ей холодно, поэтому снимаю с себя кофту и накидываю ей на плечи.

– Здесь холоднее, чем кажется.

– Спасибо, – сильнее зарывается в кофту.

Я оборачиваюсь на дверь, так как замечаю, что кто-то собирался выходить, но сразу же закрыл дверь. Это странно.

– Слушай, я пойду, ладно? – к черту секс, у меня пропало настроение из-за ее нытья.

Захожу в дом, не расслышав точно ее ответ и ищу глазами нужного мне человека. Вот и он. Стоит совсем один возле столика с закусками и смотрит на окружающих, то и дело поправляя волосы.

– Как жизнь?

– Луи? – он очень удивился.

– Я не призрак, приятель, – меня смешит его реакция.

– Все в порядке, а ты...

Он не успевает договорить, потому что у меня резко начинает кружиться и болеть голова, да ещё и учитывая шум вечеринки, это меня добивает окончательно.

– Луи! С тобой все в порядке? – он трясёт меня за плечи, его зеленые глаза так сильно выделяются на общем фоне, что я невольно фокусирую на них взгляд.

– Нет, совсем нет. Я не знаю, что происходит. У меня с головой что-то не так, – и почему я вдруг ему так просто признался?

– Это я и так знал. Кружится или болит?

– Все вместе. И в глазах темнеет.

– Нам нужно в больницу, – он уже хватает меня за руки и тащит к выходу.

– Нет, у меня нет страховки.

– Появится. Пошли, – настаивает он таким строгим и железным тоном, что перечить просто расхотелось. Никогда его таким не видел. Но даже если бы и захотел, то не смог бы, потому что в глазах совсем потемнело, и я  больше не смог сдвинуться с места, падая на пол без чувств.

* песня, повествующая о парне, который «красив на весь квартал», по смыслу напоминает мне LMFAO - Sexy and I know it, правда последняя более грубого характера. Припев с французского переводится так:

Смотрите на меня
Я самый красивый в квартале
Я любимец
Мои красивые жертвы
Хотели бы повеситься на моих шнурках
Это их губит
Милые месье, они
так хотели бы меня раздеть

Странноватая песня для Эда, не так ли?) Кому, по вашему мнению, она бы подошла из героев? (это могут быть любые персонажи за пределами моего фф, мне просто интересно ваше мнение) Жду ваших комментариев ❤️