24.
У сводной сестры есть родинка на кончике носа.
Я раньше и не замечала.
Да и сейчас бы не обратила внимание, но это сложно, потому что мы уже час сидим друг напротив друга, играя в гляделки.
Победителей нет.
Никто не сдается.
И как бы ни пытались Джису с Чимином нас отвлечь, у них ничего не получается.
— ДженЮ, помоги мне... — Джису первая теряет терпение и поднимается, — Там. На кухне. Я хотела... Короче, пошли.
Маленькая ведьма, которая решила стать доброй, с неохотой встает, и на ее место тут же садится Пак.
— Ты представляешь, она мне сама позвонила, — верещит он, галстук поправляя, — Лиса, ты слышишь? ДженЮ мне позвонила!
— Поздравляю. Не спрашивал, может, она номером ошиблась?
— Ну, мы с ней до этого общались уже. Но звонил я. А тут она сама. Да не просто позвонила, а попросила приехать.
— В смысле общались? У нее же парень был. Как его там...
Друг Чона, с которым они в игры играли.
— Как я понял, они расстались, — с улыбкой на лице поясняет Чим, — Это не важно. Главное другое, ты должна мне помочь.
— Гуманитарная помощь сегодня не работает, — бурчу себе под нос, — Давай потом как-нибудь. В следующем году.
— Ли-и-ис, ну пожалуйста. Без тебя никак.
— Что тебе надо? Я без понятия, какие цветы любит ДженЮ, да и вообще не знаю, что она любит.
— Розы, конечно же, — тут же отвечает он, — Но я не про это.
— Тогда о чем ты?
— Я хочу пригласить ее в клуб, — смущенно говорит Пак, смотря на свои носки, — Пусть она знает, что я тоже могу веселиться.
— Пусть на слово поверит. Стоп! А от меня ты чего хочешь?
— Чтобы ты поехала с нами, — и вот чего мне в комнате не сиделось? Вышла. Нашла беду на свою голову, — Мне она откажет. И я ее понимаю, не то настроение. Ты в курсе, что ведьма не захотела брать Джен с собой на курорт?
— На курорт?
Кто это придумал?
— Да-а-а. Она сама рассказала, когда я спросил, где ее мама. Ей надо развеяться. Да и тебе тоже. Кажется. Вид такой, будто ты...
— Нормальный у меня вид. Отстань.
— Отстану, когда ты мне поможешь. Лиса, пожалуйста. Ты мне друг?
К счастью, в этот момент в комнату возвращается Джису, а за ней следом и ДженЮ. К огорчению, сестра тут же выходит, и Пак идет за ней.
Они издеваются?
Второй раунд гляделок?
У меня глаза уже высохли.
— Недавно я нашла в гостиной твою губную помаду и оставила ее себе, — она скрещивает руки на груди, и демонстративно смотрит на меня.
О, настоящая дочь своей матери. Та мошенница, а эта воровка. Одна камера по ним плачет.
Почему я не удивляюсь?
— Можешь не возвращать.
— Я и не собиралась.
И снова тишина.
Как же бесит.
— В тот раз я специально села на твой макбук, — не то чтобы я покаяться хотела, просто надо было счет сравнять, — Врала, что случайно.
— Знаю. Рассказывать про колеса, которые я проткнула?
Вот стерва!
Да мне тогда пришлось весь вечер гонять на убитой шестерке семьи Пак, у которой поворотники не работали.
— Злишься, да? — спрашивает она без намека на беспокойство.
— Не-а. Вспомнила, как рассказывала твоей идиотке подруге, что ты сидишь дома из-за педикулеза.
— Из-за чего? — напрягается Джен, приподнимаясь с кресла.
— О. Вот и ей пришлось долго объяснять, что такое вши и где их можно подцепить.
— Где?
— В твоей комнате. Где ж еще?
— Она тогда месяц со мной не общалась.
— Какая жалость.
— Ты не жалеешь об этом.
— Нет.
Отворачиваюсь к телевизору и несколько минут смотрю дурацкое кулинарное шоу, пока до меня не доходит, что я даже не понимаю, о чем они говорят.
Зато орущий нервный повар, который кидает тарелки в стену, переключил все мое внимание на себя, и за это короткое время я не вспоминала Чона.
К несчастью, всхлип сводной сестры заставил меня вернуться в реальность.
Она не плакала. Но была близка к этому, держа в руках свой телефон.
Я не буду ее трогать.
Нет.
У нас не те отношения, когда я обязана подставлять свое плечо.
Точно. Нет.
Нужно отвернуться и досмотреть, как парни в фартуках спорят, кто из них плохо почистил картошку.
— Если Пак увидит, что ты плачешь, то решит, что это я тебя довела, — начинаю я, не зная зачем. Нет бы промолчать... Ведь никто же не просил, — И выкинет меня из окна. Тогда моя смерть будет на твоей совести.
Я выключаю телевизор и, отложив пульт в сторону, тянусь к стакану с какао.
— Или нет. Он меня галстуком задушит, — не смешно, ну и пофиг. Я не клоун, чтобы всех развлекать
— Не удивлюсь, если ты и летать умеешь, — наглядное доказательство того, что Джису не врала, когда говорила, что Гаргамель вечно сравнивала ДженЮ со мной. Хоть в этом тоже есть моя вина, но виноватой я себя не чувствую.
— Пока не умею, но через месяц точно научусь, — делюсь своими планами я, — Почему ты решила остаться здесь? Я уверена, что Гаргам... СуРа звала тебя с собой.
Смотрю по сторонам, на квартиру сестры и делаю вывод, что мы на нейтральной территории. Именно здесь мы вдвоем никогда не были.
— Я ей не нужна.
— Глупости. Ты ее дочь.
— Она твое имя вспоминала чаще, чем мое. Утро мамы начиналось с разговора о тебе и заканчивалась этим же, — с хрипотцой в голосе рассказывает она, продолжая крутить телефон в руках, — После того как папа сказал ей убраться из дома, все стало бы намного хуже. Я так больше не хочу жить. И ты можешь не волноваться. Джису разрешила мне пожить у нее. И я...
— Зачем?
— Ты всегда говорила, что этот дом – твой. И когда мама уехала, то...
— Мы много чего говорили друг другу, — я же не монстр. Одно дело гнать Гаргамеля, а другое... — Да, сестрами нас назвать сложно, но... Никто и не думал тебя выгонять.
— Правда?
— Ты же реветь собралась не для того, чтобы услышать эти слова?
— Нас и правда нельзя назвать сестрами, — теперь на ее лице красовалась заразительная улыбка, а ее рука потянулась к моему какао.
Сейчас я понимаю, что рядом со мной сидит будто другой человек. Не та ДженЮ, которую я знаю всю жизнь. Конечно, это не означает, что я начну с ней юбками делиться, но... Она выбрала нас, а не свою родную мать.
Это ведь должно что-то означать?
— Вы помирились? — дверь резко открывается, и к нам забегают кричащие в один голос Джису с Чимином.
— Нет! — мы синхронно подскакиваем, будто нас поймали с поличным возле вскрытого банкомата.
— Да? — удивленно протягивает старшая сестра, — А я-то уж надеялась... Чимин говорил, что вы в клуб собираетесь пойти. Может, это и правильно. Развеетесь. Если не хотите, то мы можем вместе чем-нибудь заняться. Давайте пригласим тетю Джи, и она покажет нам, как правильно лепить пельмени?
Что?
В одной комнате будет тетя Джи, тесто, фарш и я?
— Нет! — да какого черта Ю за мной повторяет!
— Я в клуб, — опережаю ее и первая отмазываюсь от пыток на кухне, — Мне и правда нужно развеяться.
— Я с ней, — поддакивает маленькая ведьма, — Покажу ей, где проходят самые крутые тусовки. Заблудится же одна. Да?
Нет.
В любое другое время я бы так и сказала. Но пять минут назад мы из одной кружки пили. Это нас породнило, вроде как.
— Конечно, — рычу сквозь зубы, — Побудешь вместо китайского навигатора.
— Девчонки, я с вами, — Пак от радости прыгает на месте, а потом наклоняется к Джису и что-то говорит ей.
— Не за что, — отвечает она.
Черт.
Нас развели.
* * *
Уже сидя в такси, я увидела, что Чон звонил мне час назад. Всего один пропущенный вызов, а мне уже захотелось остановить машину и вернуться обратно к сестре. А когда я увидела, возле какого клуба мы начинаем парковаться, желание только усилилось.
— А нет других мест, где Пак смог бы угостить тебя коктейлем, взамен на обнимашки? Почему именно сюда? — спрашиваю у ДженЮ, выпрыгивая из такси.
Чимин забыв обо мне, открывает дверь сводной сестре, оправдывая свой дурацкий галстук на шее. Джентльмен недоделанный.
И зачем мы именно сюда приехали?
Вселенная определенно хочет меня добить. Не просто же так привела в то место, где мы с Чонгуком первый раз встретились.
— Вообще-то – это лучший клуб в городе. Просто доверься и не ной, — деловито отвечает ведьма, поправляя лямку короткого топа.
— Чем плох клуб Ли?
Кто рычит?
А-а-а, Пак.
Сорян, друг. Ты не хочешь вспоминать бывшего дружка Джен, а я не хочу смотреть на парковку. В тяжелые времена живем. Привыкай. Справедливости не существует.
— Тем, что это клуб Ли, — отвечает девчонка, и я на расстоянии слышу, как она шепотом матерится.
— И?
— Лиса... — встревает друг, отдавая деньги таксисту.
— Я разгромила там бар. Теперь понятно, почему мне вход закрыт?
— Зачем? Скучно стало? — первый раз в жизни, мне действительно было интересно. Обычно, я и знать не хотела, как проводит свои вечера сводная сестра.
А еще мне нужно было чем-то отвлечься и не думать о телефоне, который я убрала в сумку.
— Даже очень, — слишком агрессивно начинает ДженЮ, — Подслушала разговор Сона и твоего Чонгука. Он предлагал Чону на тебя поспорить. И опережая твой следующий вопрос, скажу: у Сона сотрясение и сломанная рука. Чон постарался.
Это Пак хмыкнул?
А мне, наверно, надо закрыть рот, который я открыла после услышанного.
— Так, а зачем ты бар громила? Не на тебя же спорить предлагали.
Говорю первое, что приходит в голову.
Признаюсь, меня не всегда посещают умные мысли.
Сейчас именно тот случай.
— Потому что мне больше нравилось самой делать тебе гадости. Не люблю, когда кто-то за мной повторяет.
Логично.
Ну, мне так кажется.
— Странные вы сегодня, — косо смотря на нас, заключает Пак, — Очень странные.
— Я тоже люблю делать тебе гадости, — не обращая внимания на друга, смотрю на маленькую ведьму. Это ей вместо «спасибо». Она поняла.
— Все мужики козлы, — заключает она, — Кроме тебя, Чимин. Ты исключение.
Не хочется так говорить, но я снова с ней согласна.
Я свихнулась.
— Она меня исключением назвала, — шепотом ликует друг, дергая меня за руку,
— Ю, подожди. Там собака. Я тебя проведу.
Поворачиваю голову и вижу знакомого песика.
Парочка останавливается и внимательно смотрит на меня. Надеюсь, я выгляжу сейчас достойно, а не как курица с грустными глазами.
— Я видела пропущенный, — раздается голос сестры, — Перезвони. Не будь дурой.
Я медленно оборачиваюсь и делаю первый шаг, кивая головой.
— Не понимаю, о чем ты.
— А о чем ты? Кому перезвонить? — переспрашивает Пак, подставляя свою руку.
— Я тебе потом расскажу.
* * *
— Лис, закажи что-нибудь, — кричит Пак, пытаясь переорать идиотскую песню, — Хватит сидеть с такой кислой миной. Посмотри по сторонам, здесь же круто.
Очень. Какая есть вероятность, что я увижу здесь Чона? Может и правда стоит перезвонить, и не быть дурой?
Нет. Завтра перезвоню.
У меня тоже есть гордость.
А Чонгук пусть разговаривает с ведьмой Милой. Сегодня так точно.
— Ты, я вижу, прям в ударе. Как так получилось, что ДженЮ с тобой заговорила? — до сих пор понять не могла, как это так, маленькая ведьма обратила на моего друга свое драгоценное внимание.
— Помнишь, когда я домой ее подвозил? Мы разговорились, и она ни разу не послала меня. Тогда я решил, что это знак, и написал ей на следующий день.
— И даже мне не рассказал.
— Боялся сглазить.
— А сейчас бойся, чтобы счастье твое не отбили, — взглядом показываю, что на Ю, которая стоит возле бара пританцовывая, таращатся два парня.
— Ну уж нет, — грозно рычит Пак, — Я пошел.
— Галстук оставь, — кричу ему в след, — Если бить начнут, могут и порвать. Бабушка тебе не простит порчу семейной реликвии.
Он отмахивается, и походкой Макгрегора направляется в сторону бара.
Ух. Прям самец.
Тут же мне хочется достать телефон и проверить, а не звонила ли мне Джису. Мало ли. Вдруг, спустя час после того, как мы уехали, она соскучилась и решила набрать родной сестренке.
Черт.
Кого я обманываю?
Не хочу я увидеть пропущенный сестры.
— О чем задумалась? — не успеваю вспомнить, кому принадлежит этот голос, как вижу Кима, который плюхается на диван, напротив меня.
— Я похожа на великого мыслителя? — меня даже не особо напрягает его присутствие.
— Отвечу, если буду уверен, что ты не сломаешь мне руку, — заявляет он, потягивая коктейль из красной трубочки, — Каким ветров такую птичку занесло в нашу тихую гавань?
— Мимо проходила и решила завернуть.
— Видел тебя на празднике тети Милы. Вообще не пожалел, что пошел. Такое представление вы устроили.
— Ты там был?
— Конечно. А кто, по-твоему, съел все бутерброды с икрой? — удивленно спрашивает он, — Я постарался.
— Ясно.
М-да, теперь я хочу, чтобы ДженЮ с Чимином поскорее вернулись.
Дожили.
Мне нужна сводная сестра.
Какой откат до глючных заводских настроек.
— Так, Джеки Чан в коротких шортах. Ты в курсе, что слова «ясно» и «понятно» – убийцы диалогов?
— Понятно.
Пусть меня еще таблице умножения поучит.
— Вот ты вредная. Но я бы все равно с тобой затусил.
— Ким, напомни, чтобы я тебе потом по морде дал.
Чон! За моей спиной Чонгук!
Что делать-то? Бежать от него или к нему?
«На месте сидеть» – подсказывает внутренний голос.
— Конечно, дружище, — парень встает, и прихватывает свой стакан, — Сначала почку свою предлагал, за полезную инфу, а сейчас хочешь в морду дать. Что ты за человек такой? Джеки Чан, что ты в нем нашла?
Да уйди ты уже.
— Тэхен!
— Ухожу, ухожу. Одна стены разглядывает, с видом умершей касатки, а другой рычит, будто ему на хвост наступили. Я должен был родиться во времена балов. Зажигал бы с Пушкиным, а не... Я ушел.
Секунда.
Вторая.
Чонгук садится рядом, и когда я не сдвигаюсь с места, подхватывает на руки и сажает к себе на колени.
— Ты обалдела?
Он злой.
Что?
Какого черта он злится?