Учитель Чон. °[Юнсоки]°

Прошла неделя. Скорее всего худшая неделя в жизни Юнги. Отец, словно с цепи сорвался, приходит домой только ночью и неприменно будит сына, чтобы за что-нибудь, да отчитать, пару раз даже руку поднимал, но далеко все это не заходило. Следую из этих ночных скандалов, длившихся по часу, а то и по два, каждый божий день, а после не может больше спать и тихо плачет в подушку, Юнги не высыпается вообще. Спит по четыре часа, что естественно не хватает организму, привыкшему к двенадцатичасовому отдыху. Не смотря на требования Хосока появляться в школе каждый день, чтобы старший мог за ним приглядывать, Мину пару раз все-таки удаётся улизнуть. К Чонгуку за эту неделю он сходил четыре раза, но лучше не становилось, только хуже. А как может быть по другому?! Если сначала Чонгук вытирает ему, что все нормально, объясняет, что он не должен чувствовать себя ненужным и одиноким, а после приходит домой, где отец кричит совсем об обратном. И, если честно, слова отца Юнги убеждают больше, чем слова квалифецированного специалиста. Да, его поддерживает Хосок, Техен, Джин, Намджун, Чонгук, которым он всем рассказывает об отличной жизни вместе с отцом, не показывая всю горечь, но видеть их раз в два дня, Мину критически мало, а к себе домой, даже Техена, он притащить не может: отец опять устроит скандал. В жизнь Юнги вновь вернулись его лучшие друзья: сигареты и алкоголь, ибо только они помогают обрести хоть каплю спокойствия на пару мгновений. Он не то, чтобы бухает, но иногда выпить может. Кроме школы и больницы, Юнги никуда не выходит, отказываясь погостить у Хосока и Техена. В редкие часы спокойствия он либо лежит на кровати, задумчиво глядя в потолок, либо сидит на подоконники с любимой пачкой сигарет и слегка приоткрытым окном, чтобы отцец не учуял запах дыма.

Мин уже тупо не может ходить, как придурок, лыбясь во все тридцать два зуба. Он даже не пытается. Но и то, что все плохо, тоже не признает, хоть некоторые и догадываются.

Он постепенно возвращается к прежнему себе. Сломленному, ненавидещего жизнь, считающего себя и окружающих людей ничтожествами.

Он перестал открыто говорить с Чонгуком, большая часть сеансов проходит либо молча, либо Чон пытается вывести младшего на разговор, задаёт, на первый взгляд, не значимые вопросы, котрые на самом деле, помогли бы ему. Но Юнги молчит, как партизан, сжимает губы в тонкую полоску и отрицательно матает головой, показывая, что не хочет говорить. А что Чонгук? Чонгук не может заставить его говорить, не может и Хосок, каждый раз привозящий младшего к врачу. Чонгук, только после двух таких сеансов, с горечью осознает, что сохранить такого Юнги уже не получилось. Что самое страшное, он молчит. Не огрызается и матерится. Молчит, боясь проронить лишний звук, крепко сжимает зубы. И каждый раз уходит, бросив на прощание короткое "пока", а Чонгук опускается на стул, массиря пальцы на руках, так и не получив хоть какой-то важной информации.

Техен тоже не понимает, что твориться с его хеном. Тот неохотно идёт на контакт, избегая встреч за пределами школы, но при этом говорит, что все в норме и продолжает ходить в чёрном худи с капюшоном на голове, уставясь глазами в пол, делая вид, что не слышит окрикивающих его старших. Знает, что тот вернулся к отцу, и возможно это он причина его столь непонятного поведения, но заявиться к нему домой и предъявить его отцу обвинение в домашнем насилии тоже не может по понятным причинам. Все, на что он способен, так это рассказать о своих догадках Хосоку, но и этого он не делает, по просьбе смогу Юнги, сказавшему, чтобы Техен не нёс чушь и не отвлекал Хосока от работы, а после посмеялся над словами о домашнему насилии.

Присутствия Хосока в его жизни нехватает больше всего. Хочется проводить с ним все свободные минуты, но сам же почему-то и отказывается, когда Хосок предлагает посидеть у него или в кафе, неподалёку от школы и поспешно возвращается домой, ссылаясь на важные дела. Хочется говорить с ним по телефону, слышать голос и размеренное дыхание старшего, но сам же сбрасывает его звонки, поступающие каждый день на телефон Мина по нескольку раз. Хочется переписываться с ним всю ночь, разговаривая о всяких пустяках, но сам старательно игнорирует его смски. А сердце продолжает неприятно ныть после каждого такого отклоненного звонка или удалённого письма. Каждый раз спрашивает себя, что там у него творится с глупым сердцем. Ответ у него есть давно. Но он боится. Боится гнева отца, непонимания с его стороны, которое неприменно последует, боится, что отец может угрожать Чону, опять же опасаясь за свою и так подпорченную репутацию.

Все проходит, и это пройдёт...

Это Юнги повторяет себе каждый божий день, ещё с тех пор, когда он жил у Хосока. Но не проходит. Боль в груди только возрастает, разростается большим деревом в груди парня, царапает ветками сердце и приносит невыносимые мучения. Юнги, словно может почувствовать эту боль, словно его бьют каждый день, в разные части тела, не переставая, не останавливаясь ни на минуту, даже ночью.

Вот и сегодня день, как обычно, не предвещает ничего хорошего. Даже надеяться уже можно перестать. Изначально, Юнги планировал идти в школу, но чем время ближе к восьми часам, желание остаётся меньши. И уже в пол восьмого утра, Мин обратно переодевается в пижаму и заваливается в постель, при этом не забыв выпить сильного снотворного, которое хоть иногда даёт возможность поспать спокойно, не просыпаясь каждые два часа, и о котором не знают ни Хосок, ни его лечащий врач Чонгук.

                                 ***

Мин просыпается только к трём часам дня. Взяв телефон в руки, на экране мгновенно отображаются множества смс от всех возможных людей, что есть в контактах у Юнги. "Почему ты не в школе?" от Хосока. "Хен, мне скучно без тебя! " от Техена. "Юнги, когда ты планируешь появиться в школе?" разумеется от Намджуна. И "Юнги-я, что-то случилось?" от Джина. На все эти сообщения он отвечает однотипно и односложно. Мол дела и не стоит переживать.

В пять часов они с Хосоком договаривались встретиться на остановке, возле дома Мина, чтобы поехать к Чонгуку. На сборы времени почти не остаётся, оно в принципе ему и не нужно. Он снова нацепил на себя излюбленное и застиранное худи, чёрные рваные джинсы и на всякий случай чёрная кепка, чтобы на улице меньше узнавали. С тех пор, как отец забрал его, каждый день он обязательно встречает всяких выскочек, котрые бесстыдно спрашивают то, что придёт им в голову. Разумеется Юнги это не нравится и на вопросы он тоже не отвечает, а торопится убежать от настойчивых людей и камер. Но даже не смотря на такие меры предосторожности в сеть интернета и телевидение уже попали снимки Юнги, где еле удаётся узнать парня или видео, на которых Мин чаще всего либо кроет всех матом и уходит, либо просто уходит, молча. И непременно, в каждой такой статье или сюжете выставляют плохим именно Юнги. Каких только гадостей про него не пишут в этих же сотцетях. С момента смерти мамы прошло достаточно времени, весь скандал улегся и вот теперь все снова выходит на поверхность. Это тоже играет достотчно большую роль в нынешнем состоянии парня. Он угнетен постоянным высказываниями со стороны, просто когда он куда-то идёт в его сторону могут крикнуть что-то, что до глубины души его задевает, или же в школе он часто стал встречать свое имя, написанное на партах и спинках стульев, а следом за именем идёт нецензурная брань. Это тоже расстраивает. Пусть он даже и не знает, что каждый Божий день все эти надписи ручками или замазками старательно оттирают Хосок, Техен, Намджун и Джин, каждый в разных кабинетах. Хотя смысла то в этом нет: каждый день появляются новые. Те думают, что Юнги по просту их не замечает, но увы это не так. Люди даже какую-то петицию против него создали, правда какую он не узнавал, но уверен, что подписало её до хрена человек. В отличии от сына, Мин старший охотно раздаёт интервью на право и на лево, а как иначе? Это помогает его компании снова подняться. Он рассказывает всякие несуразицы, которых и не существует. Про переходный возраст Юнги, который давно прошёл. Рассказывает о том, что ему действительно тяжело после смерти жены приглядывать за непослушным сыном, но по его словам он справляется. А под конец интервью, он, как "настоящий отец", попросил не оскорблять Юнги и не лезть в его личное пространство, но эту фразу почему-то благополучно пропустили, но вот зато фразу про переходный возраст и непослушного сына, все услышали идеально!

                                 ***

Чон должен подъехать с минуты на минуту. Юнги пришёл чуть раньше назначенного времени и теперь ему приходиться ждать. Если бы хоть кто-то знал, чему ему стоит эти почти каждодневные поездки к Чонгуку. Отец приказал всему персоналу, что был в доме контролировать Мина. С кем и где он проводит время, с кем переписывается, кто ему звонил. Именно поэтому, после каждого разговора или отправленное смски, Юнги очищает историю телефона. Перед каждой консультацией у Чонгука говорит, что уходит к Техену в гости, а Техен, как настоящий друг позже это подтверждает и даже очень правдоподобно рассказывает, чем они занимались и как они проводили время, естественно предварительно обсудив все с Юнги, чтобы их показания, если что, не расходились.

Спустя долгих, для Юнги, пять минут, Хосок все же приезжает за ним.

- Как дела? - После короткого приветствия начал разговор Хосок. Ему хотелось знать как можно больше. Они, последнее время мало видятся с младшим.

- Хорошо. - Кратко отвечает Мин, понимая, что Хосок точно знает, что хорошо быть не может, максимум нормально, но и это не правда. - Как в школе? Меня ещё не выгнали? - Грустно хмыкнул Мин.

- Выгнали бы. Скажи спасибо мне и Намджуну, мы смогли уговорить директора дать тебе немного времени. Как испытательный срок.

- Спасибо, - Без какого-либо энтузиазма говорит Юнги и отворачивается к окну. Он бы наверное и не расстроился, если бы его выгнали.

- Юнги, я понимаю твою ситуацию, и я действительно прикладываю все усилия, чтобы тебе помочь, но пожалуйста пройди ты этот сраный испытательный срок, чтобы тебя не отчислили. Один прогул и диретор заберёт свое обещание назад.

- Хорошо, я буду ходить. - Также без эмоционально отвечает Мин, не обращая внимание на старшего. В школу ходить не охото, но ещё больше не охото, чтобы его выгнали, и отец отправил его учиться в другую школу, где-нибудь за границей. - Как Техен? Ходит в школу?

- Ходит, - Старший тяжело вздыхает, буквально крича, о том, что теперь его нервы, пока Юнги нет, треплет Техен. - Ещё бы он не ходил, его Чонгук заставляет.

- Ясно, - Отвечает Юнги, а после резко поворачивается к старшему, слегка хмуря брови, проявляя хоть какие-то эмоции. - Ты сказал Чонгук? Он то тут какого хуя?

- Они вроде как неплохо общаться стали.

- Удивительные люди... - Негромко хохотнул Юнги. - При первой встрече чуть не поубивали друг друга, а сейчас они друзья.

- Техен же вроде говорил. Это я отбирал у него телефон на уроке, когда он с энтузиазмом рассказывал это тебе же. - Данную реплику старшего Юнги оставляет без комментария. Может Техен и рассказывал что-то такое, но Юнги мог пропустить это, он вообще последнее время плохо концентрируется, когда общается с людьми, особенно по телефону, в эти моменты он пристально смотрит в одну точку и думает о своём, а выходит из мыслей только когда собеседник его окликнет.

<Мне очень жаль, что я такое разачарование...>