Глава 8
— Извини, я знаю, что уже поздно, — наконец нарушил молчание Бенни. Ава осталась стоять у двери, не зная, куда себя деть.
— Всё в порядке. Тебе что-то нужно?
Бенни только улыбнулся, но по его лицу было видно, что он хочет что-то спросить. Его состояние было где-то между рыданиями и смехом. Это напугало Аву. Раньше она его таким не видела.
— Ты говорила о нём сегодня, — сказал он, и теперь Ава поняла, почему этот разговор не мог подождать до утра. — Это просто застало меня врасплох.
Ава фыркнула, смотря в пол:
— Дело было не только в тебе, — сказала она, чувствуя, как напряжение в комнате начинает спадать. — Не знаю почему, просто...
— Не имеет значения, почему, — перебил он, и у Авы возникло ощущение, что он пытается контролировать, то что он говорит, что бы не сделать ей больно. – Я просто рад, что ты это сделала. —Затем он встал, глубоко вздохнул и уставился на озеро. — Могу я быть с тобой откровенным? — спросил он, и у Авы перехватило дыхание. Она неловко рассмеялась, чувствуя, как краснеют щёки от поднимающегося адреналина.
— Я думала, ты всегда честен со мной. — Да, — сурово ответил он. Поворачиваясь к ней лицом, — но я имею ввиду жестокую честность.
Ава сделала паузу:
— Конечно.
— Я буду много болтать, так что просто... останови меня, если я буду вести себя слишком грубо. — Ава кивнула, поражённая тем, что он борется со своими мыслями. Она никогда не видела Бенни таким взволнованным, особенно, когда речь шла о чём-то, что он хотел ей рассказать.
— Мне кажется, что первые три месяца твоего пребывания здесь я тебя совсем не знал. Я знал твоё имя, твою семью и её историю. Я знал твоего отца, но каждый раз, когда я пытался узнать тебя, у меня ничего не получалось, — он приложил руку ко лбу, пытаясь разобраться в собственных мыслях. — Это приводило меня в бешенство, если не сказать больше.
Бесит. Ава не знала, что он так к ней относится.
— Я хотел узнать тебя, точно так же, как я знаю, что шахматная доска восемь на восемь квадратов и ферзь может двигаться куда угодно. Я всё ещё хочу узнать тебя. Это похоже на то, что каждый день я узнаю что-то, о чём не знал, и заканчивается тем, что ругаю себя, потому что не видел этого раньше.
У Авы задрожали губы:
— Мне очень жаль...
— Нет, не извиняйся, — быстро сказал он, шагнув к ней с широко раскрытыми глазами. — Это не то, что я хотел донести до тебя. Ты не должна передо мной извиняться. Я пытаюсь сказать, что я... — он замолчал, не сводя с неё глаз. Его губы изогнулись в улыбке. — Я рад, что теперь чувствую, что знаю тебя. Как будто ты открылась мне, или впустила меня, или что-то в этом роде.
Ава наконец-то поняла, что для Бенни не свойственно говорить так свободно. Он позволял своим мыслям течь рекой. Можно было сказать, что он боролся с этим. И Ава его хорошо понимала.
И это только её чувства к нему.
— Бенни...
— Мне очень жаль, если я сказал что-то не то, — тихо рассмеялся он. Было видно, что он чувствует себя уязвимым.
— Это...
— Боже, я наверное говорю как последний придурок. — Ава не знала, как ещё реагировать на такое поведение, кроме как обнять его. Когда она обвила руками его шею, он тут же замолчал, позволив её голове устроиться между шеей и плечом. Ава закрыла глаза, когда он обнял её в ответ.
Она широко улыбнулась, и её щёки были ярко-красными. Ава чувствовала, как быстро колотится его сердце и задавалась вопросом, был ли он таким же красным, как и она.
Это было нечто такое, что Ава даже не могла себе представить, пока её не обнимала его, слыша, как его быстрое сердцебиение, наконец, начинает успокаиваться. Когда это произошло, он крепче обнял её.
Когда она отстранилась, то думала, что Бенни будет избегать её взгляда, но нет. Он смотрел прямо на неё.
— Ты хочешь выпить? — она спросила это почти покровительственно, как будто он был ребёнком, который только что произнёс свои первые слова. Бенни в ответ беззаботно усмехнулся.
— Виски сейчас звучит неплохо.
***
Ава проснулась рано, адреналин всё ещё бурлил в её в крови, после импровизированного визита Бенни в её комнату прошлой ночью. Свежий снег покрывал землю снаружи, озеро за ночь замёрзло.
Она оделась небрежно, взяла «Грозовой перевал» и решила сесть на подоконник в гостиной, любуясь живописным пейзажем, вокруг дома Мод. Белое «одеяло» простиралось на многие мили, делая всё таким невероятно ярким, что почти слепило глаза.
Ава сидела и читала, не заметила, как быстро пролетело время, пока Мод не вышла из своей комнаты. Она улыбнулась ей, направляясь на кухню:
— Кофе?
Бенни и Мэтт вышли в гостиную, обсуждая планы на день.
— Счастливого Дня благодарения всем, — с энтузиазмом сказал Бенни, смотря на Аву игривым взглядом. Девушка была поражена тем, как кто-то такой мудрый и умный мог выглядеть так по-мальчишески в определённые моменты. То, как его глаза расширились, а улыбка расползлась по его лицу, заставило бы любого подумать, что он ещё просто мальчик.
Ава вернулась к своей книге с недопитой чашкой кофе на коленях, свернувшись калачиком на подоконнике.
— Есть ещё кофе? — спросил Бенни, усаживаясь в кресло за обеденным столом. Мэтт с ухмылкой поднял пустую банку.
— Ты опоздал, — сказал он, посмеявшись.
Ещё минуту было тихо, пока глаза Авы скользнули по страницам книги. Но это было нарушено, когда подошёл Бенни и стащил кофе прямо с её колен и сел рядом с ней.
— Эй... — начала протестовать Ава, но он уже сделал несколько больших глотков кофе. Он вернул ей остатки и сел, просунув свои ноги, между её бёдрами, и откинулся назад, любуясь видом.
Мод хлопнула в ладоши и начала говорить:
— Прошлой ночью озеро замёрзло, так что вам ребята лучше одеть коньки.
— Ты уверена, что тебе не нужна помощь в приготовлении ужина, Мод? — спросила Ава, но она только махнула рукой в знак отказа.
— Иди, катайся на коньках и наслаждайся льдом. У меня всё под контролем.
Вскоре после этого они втроём закутались в тёплую одежду и как пингвины шли к озеру на коньках. Ава чувствовала себя воодушевлённо, зная, что будет кататься на коньках. Бенни, же, однако, выглядел менее воодушевлённо.
— Мы делаем это каждый год, и почему-то ты всё ещё катаешься как корова на льду, Уоттс! — крикнул Мэтт, легко скользя по льду. Ава остановилась на краю озера, оглядываясь на Бенни, который неловко держался за дерево.
Она протянула ему руку, её щеки раскраснели от холода и она ободряюще ему улыбнулась. Он сделал паузу, чтобы сделать глубокий вдох, прежде чем взять её за руку, позволяя вести его по краю озера.
— Ты раньше каталась на коньках? — спросил он, и Ава поняла, что он тянет время.
— Когда была младше. Моя подруга со школы занималась фигурным катанием. Иногда я ходила с ней на тренировки.
— То есть ты в этом хороша? — спросил он с любопыством.
— Идём со мной на лёд, и ты увидишь.
Бенни схватил её за руку, когда она сделала свой первый шаг на лёд, мелено направляясь вперёд, чтобы дать ему какое-то движение. Ава повернулась к нему лицом, держа за обе руки и откатываясь назад, увлекая его за собой.
— Ты уже едешь задом на перёд, — выдохнул он, — Это просто нечестно.
Ава старалась не смеяться над ним, но Мэтту было всё равно. Он легко перекатился, зацепил Бенни за руку и отдалил его Авы.
— Это мой воспитанник дорогая! — крикнул он, приподнимая шляпу Бенни, чтобы видеть его лицо. Он был в ярости. — Ты едь. На данный момент он со мной.
Ава улыбнулась и поехала одна, огибая маленькое озеро по периметру. Она плавно скользила по углам, приказывая себе, один конёк ставить перед другим и не смотреть вниз.
Ава закрыла глаза, подняла руки верх, по бокам и почувствовала, как холодный воздух со свистом пронёсся вокруг неё.
Она набрала скорость, опустив центр тяжести, и заломила руки за спину, двигаясь всё быстрее и быстрее, пока не пронеслась мимо Бенни и Мэтта, её волосы развивались позади неё.
Ава выпрямилась, оглянувшись на парней и замедлилась.
— Как, чёрт возьми, ты можешь быть хороша во всём!? — завопил Бенни, пока Мэтт кружил вокруг него.
— Я не провела всю свою жизнь, играя в шахматы? — крикнула она в ответ улыбаясь и подъехав к Бенни вцепилась в его руку чтобы остановить. — Давай кататься со мной, — сказала Ава, таща Бенни за собой. Он взял её за руку, когда они оба скользнули за угол, шмыгая носом из-за холодного воздуха. Ава терпеливо ждала, пока он привыкал ко льду, к движению вперёд и лёгкому повороту.
— Видишь? Ты быстро учишься, просто иногда нужно верить.
— Вера — это для пятилетних и пожилых людей, — угрюмо сказал он. Ава вздохнула, и ей в голову пришла мысль.
— Но ты веришь в меня, — сказала она, глядя вперёд и избегая его взгляда, — без тебя я бы, наверное, никогда не играла в шахматы.
— Тебе не нужна помощь в игре в шахматы, — начал он, входя в конькобежный ритм вместе с ней.— Тебе просто нужно понять, что у тебя это хорошо получается.
Ава не ответила, не зная, что сказать. Вместо этого она сосредоточилась на том, чтобы набирать скорость. Бенни вздрогнул. Когда она рванула вперёд таща его за собой.
— В доме есть шахматная доска? — внезапно спросила Ава. Глаза Бенни расширились, и в следующе мгновение его конёк зацепился за лёд, из-за чего он споткнулся и упал на Аву сверху.
Они оба упали, приземлившись с глухим стуком, продолжая скользить по льду, хотя были уже не на коньках.
Когда они перестали скользить по льду, Ава практически была сверху на Бенни, когда он поморщился от боли, от обжигающего холода на пальцах, его шляпа слетела с головы в результате падения. Щёки Авы сразу же стали красными, когда н открыл глаза и уставился на неё, сидящую на его коленях.
Мэтт так сильно смеялся из-за этой ситуации, что чуть не упал.
— Я... прости, — пробормотала Ава, и попыталась встать, но Бенни потянул её вниз, удерживая сверху
— Повтори это ещё раз, — строго сказал он.
— Что прости? — выдохнула она, и её брови нахмурились от замешательства и смущения.
— О шахматной доске.
Ава сидела не подвижно, чувствуя, как он вдыхает и выдыхает под ней.
— Я хочу поиграть, — сказала она. Бенни улыбнулся ей своей классической ухмылкой. Ава нашла бы это очаровательным, если бы не сидела на нём сверху.
— Тогда давай поиграем.
***
После этих слов день пролетел в вихре чёрного и белого.
Сначала Ава победила Мэтта, обыграв его менее чем за две дюжины ходов. Однако он не выглядел разочарованным, он практически признал своё поражение, как только сел соревноваться с ней.
— Ты победила? — спросила Мод, подбегая к столу, стоящему в гостиной.
— Это была просто разминка, — сказал Мэтт, смотря на Аву восхищённой улыбкой. — Ты ещё не видела её в лучшей форме.
Ава закатила глаза, но не могла отрицать, что ей было хорошо. Было приятно снова размять пальцы и разум, без двадцати пар студенческих глаз, следящих за каждым его движением. Вместо этого у неё был чемпион мира, выглядывающий из-за её плеча, пытаясь прочитать её мысли.
Когда Бенни сидел на против Авы, адреналин в её крови поднялся.
Было что-то в его взгляде, когда он сидел за шахматной доской, почти хищное. Бенни Уоттс был королём с пешкой, ладьёй и слоном, и он знал, что так оно и есть. Это только делало его более опасным.
Ава видела, как он ругает себя за то, что до сих пор не разгадал её методов. Он не мог «видеть» историю в том виде, в каком она разворачивалась в голове у Авы, иона тоже не могла, пока все фигуры не были расставлены перед ней. Это было что-то такое, что просто щёлкала, как только она видела доску. Это просто приходило к ней, и она сразу же понимала, куда должна двигаться.
В некоторых случаях ей просто везло. Чем больше Бенни анализировал её игры, чем больше она играла, чем больше она видела, как шестерёнки медленно вращаются всё быстрее и быстрее у него в голове. Ава знала, что он попытается сделать всё, чтобы поймать её, как только он положил руку на стартер часов.
— На этот раз будем делать ставки? — спросил Бенни, на что Мэтт игриво поднял брови.
— Ма, на кого ты ставишь, чтобы выиграть!?
— О! — воскликнула Мод из кухни. Она засуетилась, закончив то, что делала прежде чем побежать в гостиную и сесть на подлокотник дивана. — Мы ставим ставки, не так ли?
— Ты же меня знаешь Мод, — сказал Бенни, но на только вздохнула, как будто сотни раз, говорила с ним об этом.
— Я поставлю на победу Бенни, — сказала Мод, и Ава поймала себя на том, что улыбается ей с лёгкой обидой. Мод подняла брови. — Боюсь, никто не побеждает моего сына и не выходит сухим.
— Мне это сходило с рук уже десять лет, — самодовольно сказал Бенни. Мэтт ударил его в грудь, просто для пущей убедительности.
— Ставлю на Аву. Потому что знаю, что она надерёт тебе задницу, — сказал Мэтт, как ни в чём не бывала.
— Ладно, по десять долларов в одну сторону, — сказал Бенни, потирая руки. Ава закатила глаза.
— Ты ещё такой ребёнок Бенни Уоттс.
— Ребёнок, который вот-вот тебя побьёт, — секунда молчания, а потом Бенни хлопнул рукой по часам.
Всё началось.
А потом всё кончилось.
А Ава и Мэтт стал на десять долларов богаче.
Бенни не дулся – он никогда не дулся, но можно было почувствовать исходящий от него жар, когда он пятидесятый раз осматривал доску. Несколько раз ей приходило в голову, что она может просто позволить ему победить, но у неё было чувство, что это приведёт его в ярость.
Это было оскорбительно – ставить себя в проигрышное положение только для того, чтобы он мог взять победу. Он бы раскусил её быстрее, чем упал на лёд.
Мэтт и Мод отправились на кухню заканчивать ужин, Ава осталась сидеть, скрестив ноги, и просто ждала, когда Бенни вернётся в реальность.
— Как ты это делаешь? — прошептал он, н сводя глаз с павшего короля. — Я не могу читать тебя, не так как Хармон или Боргова. Ты для меня — чистый лист.
Ава думала о том, чтобы рассказать ему о том, как она играет, о том, как история в разуме ведёт её к побед за победой. У неё не всегда была такая способность, нет — она пришла с годами наблюдения, с тем, что она видела игру пред собой, с тем, что у неё отнимали шанс играть с каждой победой отца.
Она нервничала из-за того, как это воспримет Бенни. Его мозг с цифрами, с квадратами и фигурами. Её же работал в повествовании, постоянно развивающейся истории, происходящей прямо перед ней с каждым её движением.
Ава знала правила игры — гамбиты, уровни защиты. Всё это укоренилось в ней. Когда дело доходило до игры, это был рефлекс.
Но когда Бенни смотрел на неё, у неё внутри всё рушилось.
Его глаза были широко раскрыты, он жаждал объяснений. Было видно, как сильно он этого хочет. Это немного ломало Аву, зная, что она заставит его подвергнуть сомнению всё, что он знал об игре.
Но она не скажет ему, что именно так себя чувствует. Это было хуже, чем извиниться за победу, чем позволить ему победить.
— Это просто приходит ко мне, — начала говорить девушка, и он впитывал каждое её слово. — Это как внетелесный опыт, когда фигуры знают свой ход, а я просто проводник. — Ава думала, что он рассмеётся, может скажет, что это звучит, как чушь собачья, но его лицо смягчилось. — Я думаю, они живые, эти фигуры, — она указала на его взятого слона. — В этой игре твой слон предал короля. Он произнёс ложное слово бога и был изгнан в пустошь, где был убит.
Бенни только слушал. Он не говорил ей, что это глупо, неправильно или по-детски — ему было всё равно. Она вспомнила, что сказала Мод накануне вечером, и поняла, что, несмотря ни на что, Бенни всегда выслушает её.
— Каким образом? — повторил он. — Как, это просто... пришло в тебе голову? Я не понимаю.
— Честно говоря, я тоже.
Бенни улыбнулся:
— Ты такая же, как она, как Хармон, — он скрестил ноги и откинулся на спину дивана. — Она сказала мне, что если посмотрит на потолок, то увидит, как игра происходит прямо у неё на глазах. Она делает там доску, и фигуры просто двигаются.
— Бет — чемпионка мира не просто так, — сказала Ава, вспоминая, что почувствовала, когда услышала, что она выиграла Борогова.
— Ты можешь стать одним из них — чемпионом мира, — когда она смотрела на Бенни, его глаза были прикованы к ней. — Ты обыгрываешь меня снова и снова, как будто эта самая лёгкая партия в шахматы, которую ты когда-либо играла. Ты обыграла Бет. Хотел бы я, чтобы ты это помнила, — он улыбнулся, вспоминая игру в своей голове. — Наверное, это была лучшая партия в шахматы, которую я когда-либо видел.
Ава смотрела на свои руки, чтобы не смотреть на него. Она не привыкла к комплиментам, особенно в отношении шахматах. Казалось, что её нет в комнате, что кто-то другой принимает всю её похвалу за неё.
Это заставляло её грустить.
Это заставляло её злиться.
И она не могла понять почему.
— Всё! Хватит игр в шахматы, — сказала Мод. — Ужин готов, а сегодня День благодарения, так что мы должны съесть больше, чем съели за этот год.
— И выпить! — добавил Мэтт, весело размахивая в воздухе бутылкой красного вина.
— И выпить, — повторила Мод.
После того как они все наполнил свои тарелки, Мод схватила Мэтта за руку:
— Это моя любимая часть, — сказала она, с энтузиазмом пожимая плечами. Мэтт взял руку Бенни через стол, а Ава взяла руку Мод в свою.
Бенни нежно посмотрел на Аву и протянул ей руку. Она взяла её и быстро отвернулась, игнорируя тепло, распространяющееся в груди.
— Я очень благодарна вам за это, — начала Мод, одарив всех улыбкой. — Я благодарю за еду, которую мы едим, за моего сына и его невероятно красивого друга Бенни, — подмигнула Мод. Мэтт тут же нахмурился. — И за то, что новое лицо присоединилось к нам в этом году и надеюсь в следующем. — Мод пожала руку Авы, когда закончила и она сжала в её ответ.
Мэтт откашлялся:
— Я тоже благодарен за это, за моего самого верного лучшего друга, которому нужно побриться, и за то, что его обыграл блестящий шахматист.
— Тебе не нужно было упоминать обо мне дважды Мэттью, — сказал Бенни, ухмыльнувшись. Мэтт быстро пнул его под столом. — Ладно, ладно, — начал Бенни. Ава увидела, как он пытается разобраться со своими чувствами, и она понятие не имела, как всё это закончится. — Я благодарен за...ну за многое, я полагаю, — сказал он, начиная бессвязно бормотать. Ава ободряюще сжала его руку, заставляя повернуться к ней лицом. Он улыбнулся успокаиваясь. — Но больше всего я благодарен за то, где мы сейчас находимся и с кем. Я благодарен людям, на которых могу положиться, если что-то пойдёт не так, — он по очереди улыбнулся Мод и Мэтту.
Три пары глаз в унисон уставились на Аву. И она почувствовала, как сердце заколотилось. Ей было, за что быть благодарной, но она понятие не имела, с чего начать. Она понятие не имела, как выразить эти слова. Она остановилась, обдумывая слова, ей казалось, что от её слов, многие удивиться, но в этом был смысл.
— Я благодарна за шахматы, — сказала Авы, и как она, и предположила брови Мэтта и Бенни мгновенно поднялись вверх. — Без них я никогда бы не встретила Бенни, — она не осмелилась встретиться с ним взглядом. — И без Бенни я бы никогда не встретила Мэтта, и без Мэтта, Мод, — она глубоко вздохнула, заставляя себя поднять глаза, даже если только смотреть в стену. — Без шахмат мой отец не был бы тем, кем был.
Уютная тишина повисла за столом.
И в кой-то веки Ава почувствовала гордость за себя.
— Неплохо для первого Дня благодарения, понимаешь? — шутливо заговорил Мэтт. Он улыбнулся ей, и Ава улыбнулась ему в ответ. — А теперь мы пируем, как короли.
Мэтт и Мод не теряли времени даром, пока Ава брала вилку.
Она даже не заметила, что пальцы Бенни всё ещё переплетены с её, пока он не обвёл большими пальцами её костяшки. Медленно, осторожно, одну за другой и снова возвращался к началу.
Это был тот же самый ритм, который он использовал, когда гладил её по волосам.
Ава посмотрела на него, держа в руке вилку. Он делал тоже самое, ведя себя так, как будто это было нормально для двух людей держаться за руки в течении всего дня благодарения. Можно представить его реакцию, если бы она спросила, почему он так крепко держал её за руку.
«— Это традиция Дня благодарения, разве ты не этого знала?»
Ава почувствовала утешения от того факта, что ему самому очевидно было комфортно, что он намеривался держать её руку, так долго, как только сможет.
Бенни держал её за руку всю трапезу, осмеливаясь разжать её только тогда, когда она выходила из-за стола, чтобы выкурить сигарету на свежем воздухе.
Ава схватила одеяло, обернув его вокруг себя, когда холод просачивался сквозь всё, к чему прикасался.
Но она едва ли это почувствовала.
Ава всё ещё чувствовала руку Бенни, согревающую её.