Глава 22
Глэйд дышал туманом раннего утра, когда небо только начинало окрашиваться в блеклый розоватый оттенок, а воздух щекотал кожу своей влажной прохладой. Айра шагала следом за Алби, чуть ли не спотыкаясь от собственной торопливости.
Каждый шаг Айры эхом отдавался в её голове. Сердце, как подвешенное, било набатом. Внутри бушевал шторм из ожидания, страха и решимости. Она не выспалась, но силы внутри будто взывали к действию. Алби шагал уверенно и молча. Его силуэт, тёмный на фоне рассветного света, казался непреклонным. Он был как гранит — холодный, строгий, и не знающий жалости. Айра будто ощущала, как его спина высекает искры с её надежд. Она задавала вопросы — короткие, но острые, как иглы:
— Они точно дойдут?
— Дойдут.
— Что, если что-то пойдёт не так?
— Значит, разберёмся.
— А если…
— Хватит, Айра.
Алби резко остановился, заставив её чуть не врезаться в его спину. Он обернулся, на лице появилась полуулыбка. Его тёмные глаза сузились, будто он обдумывал каждое слово
— Алби, — голос её сорвался, но она тут же выровнялась, — скажи, что нужно, чтобы стать бегуном?
— Если ты так хочешь быть бегуном — начни с малого. Десять кругов по Глэйду каждое утро, отжимания, помощь Фрайпану. Заодно поймёшь, хочешь ли ты этого на самом деле. И да, сначала ты узнаешь, что такое Гриверы. Они не сказки на ночь. — он говорил спокойно, но в голосе чувствовалась проверка. Он хотел посмотреть, загорится ли в ней что-то.
Затем, не дождавшись ответа, Алби скрылся в хомстеде, захлопнув за собой дверь, сквозняк с силой ударил в лицо Айры, заставив прилипшие пряди волос вздрогнуть. Она осталась стоять, разглядывая деревянные доски двери, будто могла уловить в них ответы. Внутри уже зарождалась жажда доказать. Себе. Им. Ему. Всем.
Её желудок тихо заурчал. Она направилась на кухню. Фрай, очевидно, ещё не проснулся. В темноте было пусто, глухо. Мешки с крупами, тусклый свет, пробивающийся сквозь грязные окна, и одиночество, севшее напротив неё за стол, — всё казалось нарисованным. Она открыла шкаф под плитой и нащупала пригоршню тёмных ягод и яблоко, Айра уселась на мешок с крупой, вжавшись в него спиной. Терпкий сок ягод заполнил рот, прохладой стекал по горлу. Но мысли не давали покоя. Она медленно жевала, всматриваясь в узоры солнечных бликов на полу и размышляя: «Где они сейчас? Что там, за стенами? Всё ли с ним хорошо?» Слишком часто она ловила себя на мыслях о нём. Эти глаза, этот мягкий, хрипловатый голос... Взгляд — тот, который мог сжечь всё внутри, даже если он был направлен на кого-то другого. Ньют…
Она потрясла головой, как будто хотела вытряхнуть мысли. Через полчаса Айра вышла на центральную поляну. Волосы стянула в тугой хвост, тяжело выдохнула и сжав кулаки, она пробежала взглядом по территории и, не теряя времени, начала бег. Через несколько минут её ноги уже били землю с чётким ритмом, сердце выстукивало безмолвный манифест. Внутри грохотал голос: «Если я сдамся — никогда не попаду в лабиринт. Никогда не пойму, что он скрывает.» С каждым кругом мысли становились яснее, страхи растворялись, но один остался — что с ним? Чувствовалась злость. Злость на себя, на то, что всё так сложно. Злость за то, что Ньют в лабиринте, а она — здесь, в безопасности.
Пот залипал на шее, футболка прилипала к телу. В её глазах отражалось небо, в теле — ураган. С каждой секундой она сгорала в огне желания быть сильнее, быстрее, нужнее. Быть той, кто никогда не предаст, кто дойдёт до конца. Он стал бегуном. А она? Достаточно ли она сильна?
К полудню она упала на траву, вытирая лоб. Тренировка была адом, но внутри что-то щёлкнуло — она знала, что не сдастся. Каждую минуту она смотрела в сторону Лабиринта, ожидая знакомую фигуру. Плечи, походку, голос. Но всё было… пусто. Лишь звуки природы, щёлканье насекомых и какое-то удушающее чувство, будто весь Глэйд затаил дыхание вместе с ней.
К вечеру она вышла встречать бегунов. Ноги сами понесли её к воротам. Воздух будто стал вязким, сопротивляясь каждому её движению.
Сердце уже стучало тревожно. Как будто знала. Как будто чувствовала.
Бегуны показались из-за стены — испачканные, вымотанные. Но… Ньюта не было.
Минхо был первым, кого она заметила. Его взгляд — тревожный, ищущий, метался по лицам. Он был растерян.
— Минхо! — голос её дрожал. — А где Ньют?!
Её дыхание сбилось, ноги налились свинцом. Её глаза, наполненные мольбой, ждали от Минхо хоть чего-то.
— Я… я не знаю. Он шёл за мной. Я обернулся — и всё. Ни следа. Ни звука. Будто растворился.
Сердце Айры пробилось сквозь грудную клетку, сжалось в точку боли. Губы задрожали. Но она не проронила ни звука. Она стояла, сжав кулаки так, что ногти впивались в ладони. Сдерживалась. Изо всех сил. Как будто если закричит — мир развалится.
— Перестань, — Айра качала головой. — Он же… он просто отстал, да? Он придёт. Минхо?
— Айра… — Минхо поднял глаза. Красные. От усталости или вины? —Его нигде нет. Я обыскал всё. Я даже сам чуть не остался там. Я… подвёл.
— Что значит "нет"? — закричала она, голос срывался. — Не говори, будто всё уже конец!
Он только опустил взгляд. Он не мог смотреть ей в глаза. В них была вина. Его губы дрогнули, но звук так и не вышел.
Толпа вокруг начала шуметь.
Люди начали сбегаться. Глэйдеры громко переговаривались. Слова эхом отдавались внутри её головы.
— Твою же...
— Не мог он просто…
— Что, серьёзно?
— Гривер, может?
Айра резко развернулась. Глаза горели. Лицо пылало от внутреннего огня, от боли, которую невозможно было заглушить. Но она продолжала держаться. Ни слезинки. Только тень в глазах.
Алби подбежал. Взглянул на Минхо, на Айру, на ворота. Поднял руки:
— Все. В хомстед. Сейчас же. Минхо, останься с ней.
Глэйдеры начали расходиться. Кто-то — с покачавшейся головой, кто-то — с гнетущим молчанием. Только Минхо остался. Он сел рядом на траву. Молча. Айра тоже присела. Она не смотрела на него. Только в землю. В никуда.
— Вы просто оставите Ньюта там?! — крикнула она.
Словно его имя обжигало. Как яд.
Как будто, если произнести его вслух, всё станет реальным. И она отказывалась это признавать.
Минхо вдыхал тяжело, будто в него груз положили. Он не знал, что сказать. Он знал только одно: эта девчонка не заслуживает такой боли, а ему теперь с этим жить.
В небе — миллионы звёзд. Айра сидела, возле костра. Мысли кружились, как осенние листья.
Где ты, Ньют? Где твои глаза? Где твой голос?
— Завтра, — прошептала она в темноту. — Я приду за тобой. Хоть сдохну, но найду.