Глава 4
Ночь.
Здесь она другая. Без звёзд, без луны. Словно небо забыло, что оно вообще небо. Только темнота, сплошная и вязкая, как сгущённый страх. Хомстед, скрипящий при каждом дуновении ветра, больше походил на клетку, чем на убежище. А гамак — на паутину, в которую она сама угодила.
Айра спала плохо. Тело сжималось, будто пытаясь спрятаться внутрь себя. Но от себя не убежишь.
Сон был странным. Словно кто-то звал её. Тихий голос, еле слышный, но полный боли и тоски. Перед глазами всплывало лицо мальчика. Глаза — как будто знакомые. Сердце колотилось чаще. Слов не разобрать — только ощущение, страха и имя, будто она его когда-то повторяла по сто раз в день. Оно было на кончике языка, но как только она пыталась его произнести — всё исчезало. Оставалась только тьма. И тепло. Откуда-то из груди — тёплое, тихое, почти забытое. Оно щекотало сердце и вызывало тупую боль.
Когда Айра распахнула глаза, она не сразу поняла, где находится. Пот залипал на висках. Пульс — бешеный. В груди глухо стучало что-то опасное и необъяснимое. Вокруг темно, воздух чуть прохладный. Она лежала в гамаке, подвешенном в одном из углов деревянного дома. Хомстед — так, кажется, называли это место. Скрип досок под чьими-то шагами выдернул её из сна полностью.
Гамак раскачивался. Комната была всё ещё тёмной. Но... кто-то в дверях.
— Шевели задницей, шанк, — донеслось в полудрёме. Голос был не грубый, скорее, усталый. — Экскурсия не будет ждать, пока ты тут выспишься.
Ньют. Светловолосый. Сдержанно дружелюбный. Она даже не удивилась, что узнала его голос. Он говорил с ленивой усмешкой, но в этом что-то было — как будто он видел таких, как она, уже сто раз, но всё равно не мог пройти мимо.
Пока Ньют ждал внизу, она натягивала на себя тряпье, что дали ей вчера. Грубое, мужское, чужое.
Каждая вещь здесь напоминала: ты не дома. Ты никогда не была дома.
Айра спустилась. Ньют стоял у входа, жуя что-то и лениво наблюдая за всеми, кто уже работал с утра. Когда она подошла ближе, он просто кивнул ей, коротко. Не с улыбкой. Не с жалостью. Нормально.
Она чувствовала себя камнем в горле у этого места. Лишней.Но в глазах Ньюта… Не было осуждения. Айра шла за ним, и с каждым шагом всё сильнее ощущала: она здесь не просто так. И её память — не просто каприз судьбы.
Она не знала, кто она. Но кто-то, где-то, знал её имя. И, возможно… ждал.
Они шли по Глэйду, и каждый его сантиметр был ей чужим. Место, где каждый был занят. Где не было времени на пустые разговоры.
Свет был слишком резкий. Воздух — слишком влажный. А земля под ногами казалась слишком… настоящей. Айра шла, будто по лезвию ножа. Всё раздражало, всё давило.
— Не отставай, — бросил Ньют, даже не оборачиваясь. — Слушай внимательно.
Она только кивнула. Молча.
Ноги сами двигались, но сердце в груди било тревогу каждую секунду. «Глэйд», «Шанк», «Хомстед» — что это вообще за слова? Что за уродский квест я прохожу?!
Первой остановкой оказался огород. Да, банально — грядки, земля, капуста, морковь. Только пахло здесь не свежестью, а грязью, потом и отчаянием.
— Это Копачи. Растят еду, — Ньют указал на парней, копающихся в земле. — Их курирует Зарт. Самый упрямый шанк после Галли. Если пошлёт – не обижайся.
Айра нервно хихикнула.
— А я-то думала, ты у нас по части упрямства…
Он посмотрел на неё. Молча. Глубоко.
Слишком глубоко.
— Ещё успеешь узнать, — сказал он спокойно.
Они прошли мимо строительной зоны. Молотки, доски, металлический звук ударов.
— Там дальше Строители, — буркнул Ньют. — Они поддерживают лагерь в порядке. Если боишься высоты – сразу мимо.
Айра пыталась запоминать, но в голове всё путалось.
Дальше — бойня. Запах крови бил в нос. Свиньи, мясо, ножи. Айра резко отвернулась.
— Сюда тебя тоже не запишем, — с усмешкой сказал Ньют. — Но кто знает. Иногда самые хрупкие становятся самыми стойкими.
Хрупкая. Она сжала кулаки.
«Я не хрупкая. Я просто… не знаю, кто я.»
Следом были повара. У стола стоял парень с повязкой на голове, жарил что-то в большой кастрюле, на его лице — пот и усталость.
— Хочешь — запишем тебя в помощницы, — сказал Ньют. — А то, как я понял, ты даже со сковородкой не дружишь?
— Я не помню, — тихо сказала она. — Вообще ничего. Ни кухни. Ни себя.
— Эти в белом – Чистильщики. Их работа… не самая приятная, но важная. Мясники — А ещё есть Слоперы. Уборщики.
— А… ты кто? — спросила Айра.
— Сейчас… правая рука Алби, — он усмехнулся.
Они подошли к металлической ограде. За ней — громадные каменные стены.
Айра остолбенела.
— Что это… чёрт… — голос предал её.
— Это Лабиринт, — сухо сказал Ньют, указывая на каменные преграды — Он двигается каждую ночь. Стены закрываются на ночь. За ними Лабиринт. Туда ты не пойдёшь. Туда идут только бегуны. И возвращаются… не всегда. Просто… живи. Дыши. Делай, что надо. Это всё, что у нас есть, — ответил он, немного грустно.
Айра застыла. Внутри что-то сдавило грудь. Будто стены уже начали смыкаться. Ей хотелось сбежать. Кричать. Плакать. Всё сразу.
— Ты сказала «чёрт» слишком спокойно, — раздался сзади знакомый голос.
Галли.
Он стоял, прислонившись к стене, и смотрел на неё, как на игрушку.
— Добро пожаловать в грёбаный ад.
— У тебя проблемы? — отрезал Ньют, мгновенно напрягаясь.
— Да. А ты чего? Уже взял под крылышко новенькую? — хмыкнул Галли. — Осторожно, Ньют, она может оказаться не той, кем кажется. Она слоняется тут, как будто мы обязаны ей всё объяснять. Может, пусть поработает сначала, а не носит тут глаза, как затравленный щенок.
Айра почувствовала, как в груди поднимается злость. И страх.
— Я не просила ни твоего мнения, ни твоих советов, — выдавила она, стараясь говорить спокойно.
В воздухе повисло напряжение. Даже Ньют замер.
Галли шагнул ближе:
— Смотри, шанк. Здесь слабость долго не живёт.
Ньют шагнул вперёд, стал между ними.
— Да ты сам её алецитворение, — тихо бросил он. — Свали, Галли.
— Ладно, — хмыкнул тот. — Но ты за неё теперь в ответе, понял?
Молчание. Потом Галли хмыкнул, плюнул на землю и ушёл.
Внутри Айра будто впервые чуть расслабилась. Немного.
Ещё один участок — медаки. Пара парней бинтовали раненого, у одного было рассечено плечо.
— Их курирует Клинт. — заметил Ньют.
— Круто… — прошептала она.
Они шли мимо Хомстеда — большого деревянного строения. Он уже хотел уходить, но вдруг обернулся.
— Айра, — тихо сказал он.
Она подняла взгляд.
— Сколько бы ты ни боялась… Мы все через это проходили. Но ты справишься.
— Откуда ты знаешь? — сорвалось с губ.
Ньют подошёл ближе, на секунду задержал взгляд.
— Потому что у тебя глаза, как у тех, кто не сдаётся.
И ушёл.
Айра стояла. В груди стучало. Не от страха. А от… чего-то нового. В голове крутилось одно: почему я здесь. И кто был тот мальчик из сна, которого она никак не могла забыть. Имя на "Т"...
Ответов не было. Но было чувство. Словно это только начало.