3
Магазинчик цветов был закрыт на неделю в связи с ремонтом, которым Тэхён решил заняться самостоятельно. Он захотел покрасить стены в разные цвета, обновить освещение и сделать красивую вывеску.
Они провели с Чонгуком, знатоком «сочетаемости-несочетаемости» цветов, всё утро в IKEA, выбирая подходящую палитру из четырёх оттенков.
— Аквамариновый будет слева от входа, справа — арлекин. Стену, у которой находится рабочее место флориста, можно оформить в вердепомовый, а противоположную ей — в ирландский зелёный.
Тэхён слушал воодушевлённого Чонгука и не переставал удивляться:
— Откуда у тебя это всё в голове?
— В нашей семье все всегда очень запаривались по поводу цвета занавесок. И подруги мамы вечно говорили: «этот цвет не сочетается с этим». Поэтому у меня богатый опыт.
— Безумие просто. Но спасибо, ты меня очень выручил.
— Обращайся, но помни, что глубокая фуксия Крайола никогда не будет сочетаться с оттенком гуммингут.
— Эм...
— Розовый и оранжевый не очень хорошие соседи, вот я о чём.
— А, — парни рассмеялись и, дойдя до магазина, попрощались, так как Чонгуку срочно нужно было бежать на лекции.
После целого дня напряжённой работы Тэхён остался доволен собой, так как ожившие в цвете стены поднимали настроение. Или настроение поднимал запах краски? В любом случае, нужно уже было идти домой, а по дороге подышать свежим воздухом.
Измотанный, но счастливый, он вернулся в общежитие. В коридоре был выключен свет, видимо, почти никто ещё не вернулся. Но спальня Хосока была открыта, а из неё звучала громкая музыка, способная оглушить любого.
Подойдя ближе, Тэхён решил узнать, что происходит, но застыл, не в силах сделать ни шага. На кровати, расставив ноги, сидел Чон, а у него между ног активно двигал головой Микки. Хосок смотрел куда-то в потолок, сжимая зубы, и постанывал иногда низким голосом.
Кима пробил озноб. Он вспомнил, как делал минет Хосоку, и как тот не сводил с него глаз, провожая взглядом каждое движение губ. Но здесь, пусть он даже не смотрел на Микки, видеть это было мерзко. Противно.
Чон отвлёкся от потолка и вдруг увидел Кима в дверях. Застывшего. С испуганными глазами. Хосок смотрел на него, не отрываясь, словно изучал лицо, изучал черты. Словно никого и не было у него между ног. Словно он не видел никого, кроме Кима в ту секунду.
Тэхён увидел, как Чон беззвучно произнёс его имя и вслед за этим прикрыл глаза в оргазме. Музыка била прямо в уши. Тэхёну хотелось плакать, и он метнулся к себе, закрыв зачем-то дверь изнутри, будто его собирались поймать и вывести на чистую воду, будто его собирались вывернуть наизнанку и заставить разлюбить Хосока.
Но он страдал, потому что понимал свою ничтожность перед Чоном. Понимал, что никогда не сможет причинить ему боль, что не сможет хоть как-то защитить себя от унижений.
Утром встречает Хосока на кухне, желает доброго утра, тот отвечает и поглядывает на Кима, пока парень заваривает себе кофе.
— Тэхён... извини за вчерашнее. Надо было закрыть дверь. Просто...
— Не нужно оправдываться, прошу. Не порть мне хотя бы утро.
— Ты обижаешься на меня?
— Ты сейчас серьёзно? — у Тэ опускаются руки, и он нервно улыбается, — Ты серьёзно спрашиваешь, не обижаюсь ли я? Если тебе так интересно: нет. Я не обижаюсь. Наши пути разошлись, и я не вижу смысла в том, чтобы обижаться на тебя. Мы никто друг другу.
— Мы обещали остаться хотя бы друзьями.
— И что? Как тебе наша дружба? Отличная, правда?
— Тэхён, я не хочу тебя терять.
— Ах...- Тэхён зажмурился на секунду, затем взял свой кофе и, проходя мимо Чона, сказал, — Ты уже давно потерял меня.
***
Джин зашёл в магазинчик к Киму во время обеденного перерыва.
— Тэха, как жизнь?
— Всё хорошо, — улыбнулся младший и налил им чай.
— Помнишь, я говорил, что найду тебе парня?
— Пожалуйста, хён, не начинай.
— Ты думал, я пошутил? Сегодня же пойдёшь на свидание. Отказы не принимаются. Он образованный, воспитанный, богатый, и, что самое главное, он — гей.
— Ох, как раз то, что я искал.
— Ну вот, видишь!
— Это сарказм, Джин. Я не хочу ни с кем встречаться.
— Я тебя и не уговариваю с ним встречаться. Просто поужинайте вместе. Поговорите о чём-нибудь. Простой разговор ни к чему не обязывает, ведь так?
Тэхён с сомнением посмотрел на Джина.
— Я уверен на сто процентов, что ты сейчас больше всего волнуешься за реакцию Хосо...
— Нет, — оборвал его Ким, — Я пойду. Я схожу на свидание. Я давно должен был сходить развеяться с кем-нибудь.
— Вот это я понимаю решение, — одобрительно кивнул Джин, — Так бы сразу.
***
Тэхён поздно освободился, поэтому на встречу пошёл сразу после работы. В кафе, куда он пришёл, была приятная атмосфера, живая музыка и отличный персонал.
За столиком его ждал мужчина лет тридцати пяти. У него была притягательная внешность и милая улыбка.
— СунВон, — представились ему, пожав руку.
— Тэхён. Приятно познакомиться.
Они сделали заказ, и мужчина начал разговор.
— Чем ты занимаешься?
— Я работаю флористом. У меня свой магазин.
— Как называется?
— «Смеральдо».
— О, мне кажется, я там уже покупал когда-то букет своей маме на день рождения.
— Спасибо, — скромно улыбнулся Тэхён и поймал себя на том, что очень волнуется, сжимая салфетку в руках, — А вы чем занимаетесь?
— Я являюсь начальником фирмы по поставкам бытовой техники.
— Звучит солидно, — усмехнулся Тэ.
— Джин сказал мне, что ты сейчас переживаешь не лучшие времена. Что случилось?
— Ах, Джин... он любит всё рассказывать.
— И всё же. Расскажи, может быть, я смогу помочь.
— Здесь ничем нельзя помочь. Просто тот, кого я когда-то любил, привёл домой своего нового парня.
— Домой? Ты вроде как живёшь в общежитии.
— Да, мы просто в соседних комнатах.
— Ох, это, должно быть, неприятно, — нахмурился Сунвон, продолжая внимательно слушать Кима.
— Если он считает, что ему будет лучше с этим парнем, это же хорошо? Я ведь не должен переживать?
— И всё же ты переживаешь?
— Я не знаю, — у Тэхёна от неожиданной откровенности опустились плечи, и он уже не пытался что-либо утаивать, чтобы выглядеть холодным.
— Тебе не нравится этот новый парень?
— Не знаю...
— Будь честен.
— Нет, не нравится. Такие не во вкусе Хосока, я знаю.
— Какие «такие»?
— Неискренние. Самовлюблённые. Эгоистичные.
— Это ведь только ты его таким видишь. Может быть, он совсем другой.
— Если бы вы только его видели. Он — настоящее исчадие ада.
— Это в тебе говорит твоя ревность, Тэхён.
— Почему вы говорите со мной об этом на первом свидании? Пожалуйста, давайте не будем...
— Хорошо-хорошо.
После вечера в разговорах обо всём и ни о чём, они попрощались, и каждый пошёл своим путём. Сунвон, отойдя подальше, позвонил Джину:
— Я поговорил с ним. У него, действительно, много серьёзных переживаний, это сразу заметно.
— Спасибо тебе. Ты очень выручил. Встретишься как-нибудь с ним ещё раз на этой неделе?
— Обязательно. Помогу, чем смогу.
Джин довольно сжал телефон и подумал, что обманом устраивать Тэхёну сеансы у психолога — вещь полезная, и это не вызывает нервотрёпку.
***
Тэхён зашёл в подъезд, чтобы подняться на нужный этаж, когда в темноте его вдруг схватили и прижали к стене. Ким попытался вырваться, но у него не получилось, поэтому он закричал. Его рот тут же заткнули поцелуем, а потом оторвались, и прижали тело Кима к себе
— Хосок? — спросил вдруг тихо Тэхён, узнав в поцеловавшем своего друга.
Чон не отвечал, лишь прижимал ближе и тяжело дышал.
— Хосок, что-то случилось? — Ким не мог расслабиться, так как чувствовал тот всплеск эмоций, с каким парень его обнимал, — Хосок?
— Ты ходил сегодня на свидание? — тело Чона, казалось, дрожало от злости.
— Нет, — зачем-то соврал Тэхён.
— Не ври мне. Джин сказал, что ты на свидании. Что, возможно, ты не придёшь сегодня ночевать, — голос дрожал.
— Я просто... ходил на встречу. Ничего лишнего.
— Такие встречи называются свиданиями.
Тэ ощущал себя в тот момент птицей, попавшей в силки. Руки Хосока стискивали его до боли в костях, и учащённое сердцебиение Чона болью отдавалось в груди.
— Это было первое твоё свидание с ним?
— Хосок, отпусти меня.
— Ответь мне на вопрос.
— Это не было свиданием.
Хосок прижался губами к нижней челюсти Тэ, и каждое слово, сказанное им, теперь вырисовывалось узором губ на коже Кима.
— Если ты идёшь на встречу с каким-то мужчиной, чтобы познакомиться с ним, то какие цели ты преследуешь? Вы не друзья, не коллеги, вы — никто друг другу. Значит, это свидание.
— Даже если свидание, то что...
Хосок издал настоящий рёв, впиваясь зубами в основание шеи Кима, который сжимал его локти от боли.
— Хосок...- выдыхал болезненно Ким.
Чон весь уже дрожал от бессилия.
— Ты сказал утром, что я давно тебя потерял. Я не хочу тебя терять, Тэхён, не хочу.
— Иди ко мне, — сказал Тэ, прижимая к сердцу трясущегося парня и поглаживая того по голове, — Всё хорошо. Я рядом. Я с тобой.
Из разъярённого зверя, готового разорвать любого на своём пути, Хосок превратился в ребёнка, которого оставили одного. Ким не мог ответить, что испытал боль намного сильнее, потому что...это было выше его сил. Тэхён притянул Чона в сторону ступенек и усадил его рядом, укладывая голову на колени. Руки Хосока покоились на бёдрах Кима, и он плакал, шмыгая носом.
— Я не могу держать тебя рядом...- говорил Чон, делая паузы, — Но и ты не отдаляй меня от себя. Не говори, что... что я тебя потерял. Я умру без тебя... Я не смогу без тебя...
Тэхён прижал заплаканное лицо к своему животу и накрыл плечи Хосока, ждавшего его в подъезде в одной лёгкой рубашке, свободным нижним краем пальто.
Странно было вновь чувствовать тепло родного человека так близко. Странно было ощущать его дыхание, биение его сердца... Ким мягко гладил спину своего любимого, играл с его волосами, убирая их за ушко и вновь растрёпывая. Укус на шее сильно ныл, но Тэхён старался этого не замечать.
Чон немного сменил положение, и теперь он смотрел наверх, в глаза Киму, который нырял пальцами в его чёлку и по-доброму улыбался. Хосок знал, что в руках этого парня лежало его умиротворение, его покой, он чувствовал каждое прикосновение, теряясь в безумном потоке любви и чувств, которые он испытывал к этому человеку.
— Тэхён... как у тебя дела?
Такой невинный чистый вопрос, в котором нет ни капли формальности, нет фальшивости, нет тона будничности.
— У меня всё хорошо, Хосок-а. А у тебя?
— Назови меня так ещё раз.
— Хосок-а...
— Теперь у меня тоже... всё хорошо.
Они смотрели друг на друга в полумраке, словно нашли убежище. Убежище, где обнажаются их нераскрытые желания и истинные помыслы.
Тэхён вдруг засунул одну руку в карман и достал оттуда каштан.
— Смотри, что у меня есть, — он надкусил некрепкую скорлупу, которая тут же дала трещину, и извлёк оттуда орех, — Ты знаешь, что это?
Хосок протянул руку, забирая орех, и посмотрел на его очертания в освещении, исходящем от пролётов верхних этажей.
— Это каштан, — задумчиво ответил он.
— А ты знаешь, что значит каштан? Если один человек даёт другому каштан, значит...
— ...Он его любит.
— Нет, — испуганно помотал головой Тэхён, — Ты же помнишь, это значит «рассуди меня».
Хосок ничего не ответил, лишь откусил половинку каштана, а вторую поднёс Киму. Тот замешкался, глядя на орех, но обхватил его осторожно губами и съел.
— Пойдём наверх? — спросил Чон, выпрямившись и немного потянувшись. Тэхён всё ещё был в замешательстве, но тоже встал и оттряхнул пальто. Они поднимались медленно, каждый в своих мыслях. В своих мыслях...друг о друге.
Перед тем, как открыть дверь на этаж, Хосок шепнул Тэхёну:
— У меня для тебя ещё очень много каштанов.