Слепая совесть

Ноэлия

Не могу в комнате сидеть, задыхаюсь. Устала убеждать себя, что все правильно. Не могу разобраться, что не так, только в голове постоянно стучит: Дарсаль видит мою ауру. Отвлекаю себя чем получится.

А у него там шум, какой-то разговор, женский голос. Льется вода...

Выглядываю в окно, поздно уже, но не в силах в комнате находиться. Хоть во двор, хоть куда-нибудь. Невдалеке поблескивает гладь озера.

Спускаюсь, размышляю, позвать ли кого, или во дворе можно обойтись без охраны. Не успеваю прийти к решению, как замечаю у ворот эра Базира. Улыбается, делает несколько шагов навстречу. Вот не пойму, то ли он все же следит за мной, не взбредет ли куда сунуться? То ли такая натура деятельная, что на месте не сидится... Или, может, Иллариандр приказал быть на подхвате, а Стражи передают? Никогда, наверное, не узнаю. И ладно. Сейчас он как нельзя кстати.

— Доброй ночи, эрлара! Что это вы не отдыхаете от поездки?

— А вы? — смеюсь.

— А я вообще непоседливый, — широко улыбается. — Я в каждом месте, где останавливаемся, устраиваю себе мини-экскурсию. Доведется ли еще когда побывать?

— Что же вы молчали? — испытываю острое сожаление, знала бы — обязательно присоединилась бы! Мне ведь тоже не доведется...

— А вам интересно разве?

— Конечно! Только я не думала, что можно. Но уж с вами-то император разрешил бы...

— Так идемте, я сегодня задержался немного. Куда-нибудь далеко уже не успеем. Но вокруг озера точно можно обойти — Стражи его просматривают, я выяснял.

Ощущаю почти облегчение, даже некоторое любопытство, какое часто появляется при знакомстве с новыми местами.

Киваю радостно, пройтись — именно то, что мне сейчас необходимо.

Хочу спросить, почему он один, но вовремя замолкаю. А то еще поставлю и этого в неловкое положение, последнего друга лишусь.

Мысль обжигает, рвется заглянуть в комнату, узнать... Обрываю.

Эр заводит разговор ни о чем — как мне в поездке, как настроение и самочувствие. Поддерживаю и почти расслабляюсь. Идем вдоль берега, сначала по дорожке, потом она сворачивает вместе с фонарями в сторону строений, и мы выходим на утоптанную тропу.

Темно, буквально ощущаю, как не хватает Дарсаля. Не только для «подсветки» — с ним совсем не страшно почему-то. Все кажется, будто сзади кто-то идет. А может, и отправили за нами кого из Стражей.

Тихое шуршание воды, шелест ветвей. Отчего-то не по себе, хотя скорее не пугающе, а будоражаще. Непроизвольно беру эра за руку, спохватываюсь, но он не выпускает мои пальцы.

— Не бойтесь, моя госпожа, — произносит тихо. — Здесь безопасно.

Словно в ответ на его слова из воды доносятся какие-то невнятные звуки — не то шорохи, не то плеск, не то стоны.

Мой спутник останавливается, настораживается, прислушивается. Оглядывается почему-то.

— Помогите! — слышу хриплое. Тихо, почти не разберешь. Женский, что ли, голос?

Эр Базир делает пару шагов к озеру, всматривается.

— Сейчас, моя госпожа, — достает что-то из кармана. Обнаруживаю обычный фонарик на батарейках, каких полно в наших магазинах, улыбаюсь. Неожиданно.

В воде у берега шевелится темная масса, очертания человека — не то связанного, не то замотанного во что

— Помогите! — слышится громче, Базир снова оглядывается.

— Простите, моя госпожа, — шепчет, отпускает мою руку, идет к воде. За что бы ему извиняться, неужели за то, что отпустил? Недоумеваю.

Тихие шаги сзади, оборачиваюсь, из-за кустов приближается привычное сияние, самая высокая в гвардии императора фигура. Бросаюсь к ней с облегчением:

— Дарсаль! Ты видишь, что там?

В последний момент пресекаю порыв обнять, все-таки озеро патрулируется. Расфокусированный взгляд светящихся глаз умиротворяет, успокаивает, вызывает ощущение безопасности.

— Девушка, моя госпожа.

— Девушка?! — изумляюсь. — Как, откуда?!

Вот вам и «безопасно»! Дарсаль опускает веки на минуту, прислушивается — у своих спрашивает, наверное.

— Недавно там, на улицах, — кивает дальше за озеро, — был какой-то скандал и драка. Похоже, девушку бросили в озеро.

— А ваши почему молчали?! — недоумеваю уже в спину: Дарсаль приближается к Базиру. Вижу с другой стороны еще один светящийся силуэт. В голове дурацкие мысли, что с маскировкой у них тяжело, должно быть. Правда, если вспомнить о слепом пятне...

— Необходимость в постоянном сканировании на такое расстояние отсутствует, четверть часа назад, когда проходил патрульный отряд, ее не было. Сейчас при вашей прогулке обнаружили, передали тем, кто ближе. Мне и Глару. Девушка обессилена и не опасна. Одна, больше никого.

Пока они аккуратно вытаскивают стонущее тело из воды, стою, жду. Почему-то мелькает мысль об Анге. Как это он так быстро справился? Или из-за меня снова не удалось? Ругаю себя, не могла в комнате посидеть, не мешать человеку. С другой стороны, тогда, может, ее не спасли бы.

Приближаюсь, несчастная действительно обмотана какой-то гадостью, мужчины снимают веревки, куски грязной ткани.

При свете Дарсаля смутно различимы синяки и кровоподтеки. Глаза закатываются, зубы стучат.

— Сможешь согреть? — спрашивает Базир.

— Обожгу, — едва качает головой Дарсаль.

— Ее нужно раздеть! — подхожу решительно. Дарсаль уже снимает с себя рубаху — только сейчас замечаю, что он не в форме. Эр Базир срывает с девушки остатки склизкой одежды, начинает аккуратно вытирать сухой тканью. Жертвую прихваченную на случай прохлады кофту. Базир тоже скидывает рубаху, даже Глар порывается отдать форменный нагрудник. Надо же, какая солидарность. Улыбаюсь почему-то.

Дарсаль

Кроме багровых полос боли, что-нибудь сложно рассмотреть. Преобладающие цвета ауры также не различить. Обида, тоска, бессилие. Не уверен, что она понимает, кто мы.

Только вот... надо же, по ауре легкий след узора, почти как у Ноэлии, присматриваюсь, но пульсирующие пятна боли не дают сосредоточиться. Бывает, ауры структурируются по каким-то причинам, но в Айо таких на весь мир можно по пальцам пересчитать. От чего это зависит, не известно.

Эр Базир бросает на меня взгляд, поднимает девушку на руки. Моя забота — императрица, все верно. Глар предлагает помощь, несут находку по очереди, пока навстречу не появляются еще несколько Стражей с носилками.

Заваливаемся в одно из помещений внизу, комнату слуг, похоже. Терпеть не могу незнакомые помещения, так и кажется — сейчас что-нибудь не замечу и снесу.

Ноэлия начинает раздавать приказы: принести чистые простыни, халат, настойку и позвать лекаря, а еще воды, омыть лицо с руками и дать напиться.

Слуги суетятся, перекидываются любопытными репликами, но приказы исполняют быстро.

Анга стреляет в меня глазами, ее болтливому кавалеру дал бы в челюсть, да стараюсь оставаться беспристрастным, не смотреть в их сторону. Ноэлию, похоже, служанка тоже не волнует. Да и с чего бы стала волновать?

Наша находка приходит в себя, аура отогревается, желтеет, узора уже не видать. Вот и пойми, был ли он, или просто случайный отпечаток.

— Кто ты? — спрашивает императрица, подсаживаясь. Лийт и Аждар уже тут. Опасности от девушки абсолютно никакой, но проверить все равно должны.

— На озере чисто, никого не видно, — сообщает Лийт. Почему-то в голову приходит Овиния, ее появление на реке.

Чуть отхожу, становлюсь так, чтобы не мешать, но и ничего не упустить.

Ноэлия

Помогаю незнакомке отмыть грязь с лица и рук, пока не замечаю взгляды служанок. Твою ж бестию, снова забыла, кто я!

Рассматриваю, девушка худая, но скорее от голода, чем по комплекции. Глаза светло-карие, волосы темно-каштановые, симпатичная.

— Меня зовут Пенелия, — отвечает. — Я тут в лавке работаю.

— Родственников позвать? Ты скажи, куда, я отправлю...

— Нет, — качает головой, — никого уже не осталось. Несколько лет по городам скиталась, пока не попала к Морфее Бранской, она меня приютила, взяла на содержание за работу... Ох, спасибо вам! — спохватывается. — Госпожа... и господа, — переводит взгляд на эра Базира. Тот выглядит мрачно, но девушке улыбается, едва поклонившись. Потом опасливый кивок достается и Дарсалю — мой Страж отвечает легким омаа, срывающимся с губ, чем, похоже, окончательно пугает несчастную.

— За что тебя так? — рискую спросить. Пенелия опускает голову, плакать начинает:

— За то, что соседский сын, Лерв, только на меня внимание обращает и уже сказал матери, что женится. А все вокруг с его рождения планы строили, а я тут пришлая и парням нравлюсь, в лавку ко мне захаживают, а Морфея только рада... Говорит, вырез у платья побольше сделай, еще и их отцы сбегутся... — последние слова совсем смущенно.

— А кормить нормально она тебя не пробовала? — ворчу.

— Что вы, госпожа! Я не голодаю!

— Ты-то Лерва любишь? Замуж хочешь? — спрашиваю зачем-то, а сама сержусь. И где этот жених, почему не оберегает любимую?

— Кто ж не хочет, — вздыхает тоскливо. — Сами же знаете, какая редкость... Да только боюсь, со свету меня соседки сживут.

— Другие как-то сживаются.

Пенелия пожимает плечами, ой не выглядит она влюбленной невестой!

— Навряд ли я здесь останусь, — шепчет. — Уйду. Пусть думают, что утопили.

Мороз по коже, бросаю взгляд на Дарсаля. Чуть не срывается предложение с нами поехать, но это, наверное, императору решать.

Дарсаль

Странная история. Или может, нам, Стражам, положено быть подозрительными. Аура слегка нормализуется, приобретает обычные цвета — даже не слишком мутные, вполне стандартный набор. Обмана не вижу, так, легкие попытки умолчать, естественные для любого человека.

Сведения, конечно, проверить бы: странно, что именно сейчас и именно здесь. Но это забота командира.

Появляется лекарь, прерывая беседу, просит всех из комнаты. Выходим во двор, слуги шепчутся, Ноэлия в растерянности — не знает, куда пойти и что сделать.

— Ну ты, любимая, прямо магнит для страждущих! — наконец соизволяет появиться эрлар. — Так, глядишь, всей свите невест соберем, — посмеивается. Ноэлия расслабляется, улыбается, подходит к жениху. Движение — он ее обнимает.

— Я думала предложить ей с нами поехать, — вся аура волнами ожидания. — Если ты не будешь возражать.

— Кто ж в Айо против девушек возражает, — улыбается император. — Но подождем, что Сверт с Кастом скажут.