Слепая совесть

Ноэлия

Жених сегодня меня смущает. Стараюсь расслабиться и быть податливой, наверное, это здорово, что он так постепенно приучает к себе и к мысли о неизбежном. Стараюсь не размышлять, как не хватает теплого омаа, и еще чего-то, о чем я раньше не задумывалась и даже понять не могу. Запаха? Какого-то особенного уютного молчания? Взгляда, который видит меня насквозь, но почему-то давно уже не пугает...

Жених заплатил за меня выкуп. У него есть все права... наверное. Хотя как-то это не правильно. Но ведь выбора-то все равно нет. Значит, нужно приспосабливаться к тому, что имеется.

Гладит шею, опускается на грудь, покалывает щеку небритой щекой. Не могу избавиться от мыслей, что до него сюда касался только омаа, от воспоминаний о горячих ладонях на плечах. Намного горячее, чем руки императора. Стараюсь не думать об этом, не выдать! Иллариандр поворачивает к себе мою голову, целует, сначала мягко, лишь прикасаясь губами к губам, потом настойчивее. Все-таки в этом он мастер, увлекает, заставляет забыться. Получать удовольствие, не вспоминая о том, другом поцелуе. Почти...

Только без Дарсаля было бы проще. Даже когда Страж прикрывает глаза, так и кажется, будто продолжает смотреть, видеть.

Привал встречаю скорее с облегчением. Император уходит, по-моему, довольный. Дарсаль как всегда спокоен, для него, наверное, обычное дело — видеть интимные моменты личной жизни других людей. Только мне это не очень-то нравится. Все-таки тяжело с ним будет, может, я слишком привязалась? Может, действительно заменить — на того, чей взгляд мне безразличен? И безразличие тоже, если уж на то пошло...

Пуська отвлекает от мыслей, требуя еды. Собираюсь отправиться на поиски, как появляется служанка. Кажется, мы ее встретили, когда ночью запасным ходом возвращались.

— Здравствуйте, я Анга, госпожа. Эрлар велел помочь вам с кошечкой, я еды принесла... — начинает щебетать, бросаю взгляд на Дарсаля. Тот кивает, значит, ничего плохого у девушки на уме нет. Все-таки другому Стражу я едва ли смогу так же доверять...

Пока кормлю Пусю, Анга обустраивает лоток из какой-то походной утвари, все поглядывая на моего Стража. То ли жених меня на такой лад настроил, то ли что — в глаза бросается ее оголившееся плечо, выглядывающая из разреза смуглая ножка. Зачем это служанке такое платье? Может, она Стражей обслуживает, в тот раз от кого-то из них шла? А может, и к Дарсалю захаживала?!

Злюсь, завожусь, нужно успокоиться, только не могу никак.

— Что-нибудь не так, госпожа? — перестает улыбаться девушка.

Хочу спросить, нет ли у нее наряда поскромнее, но вдруг доходит, что Стражи же не видят ничего. Выдыхаю, выдавливаю улыбку.

— Все в порядке. Расскажи о себе, Анга. А то я еще далеко не со всеми успела познакомиться.

«Все время на гульню с подружками потратила», — почему-то бурчит в голове голосом Вальтии.

— Да нечего рассказывать, госпожа. Я с детства при дворе, мама служанкой, отец в гвардии эра Аждара, я все умею, меня даже в покои императора допускают, а это особая честь, ведь далеко не каждому дозволено прикасаться к его личным вещам, особенно тем, что уже выстираны, да и порядок навести так, чтобы эрлар доволен остался...

Почему это у него служанки такие хорошенькие? Пожалуй, после свадьбы поинтересуюсь...

— А что на Стража моего поглядываешь? Нравится? — не удержавшись спрашиваю.

— Эр Дарсаль многим девушкам нравится, — снова кокетливо стреляет в его сторону глазами.

Дарсаль

Такая четкая ревность промелькнула, не могу понять — неужели Ноэлия догадалась? Впрочем, не похоже, превентивно скорее. Стараюсь не думать о том, что она ревнует императора.

Что этой Анге понадобилось? Помню я ее уборки, здесь, в Йоване, наблюдал не раз. Шустрая девица, белья не носит, знает, какую позу при императоре занять и для чего ее вообще позвали. Ивен тоже частенько ей подол задирал, наверняка не без ведома Иллариандра. Девочка-то всегда согласна и довольна, а для нас, Стражей, это редкость. Насчет других не знаю, но вполне возможно. Она к официальным фавориткам господина не относится, так, по случаю. А нас не всякая женщина даже у Бесстыжей Палми выдержит.

За навязчивыми мыслями едва не упускаю нить разговора, пожалуй, нужна мне разрядка, так и взорваться недолго. Очередной четкий отпечаток взгляда в мою сторону заставляет насторожиться, прислушаться.

— ...только неприступный он, никто похвастаться не может, а уж вы-то и совсем его не отпускаете, — смеется.

— Я? — Ноэлия стремительно смущается, тоже уплотняю омаа, еще не хватало, чтобы как у мальчишки к щекам прилило. Вот же повелитель служанкой наградил! Не мог кого посдержаннее прислать?

Госпожа проходится по мне взглядом, поднимается, спешит наружу.

— За мной можешь не идти! — бросает.

Поворачиваюсь к Анге, подбавляю омаа в глаза и губы. Ее пронимает. Испуганно отступает на шаг, аура яркая, цветная, безалаберная какая-то. Икристое веселье, жажда наслаждений. Ни капли синего.

— Эр Дарсаль... — бормочет.

— Уходи, — произношу тихо, ее сразу же сдувает. Все-таки репутация иногда полезная вещь.

Ощущаю несколько пересечений омаа, но Стражи помалкивают. Остаюсь в фертоне, есть не хочется, становиться предметом сплетен тоже. Вот ведь удружила.

Ноэлия

Лучше бы не слышать мне слов Анги, да только она права, наверное. Ну, пускай они там... ох не хочу думать, что. Насильно переключаю мысли на императора, тем более, он уже ожидает в раскладном кресле у накрытого стола. Сажусь в такое же. Глаза непроизвольно обращаются к фертону, но лишь когда вижу стремительно выскочившую Ангу, могу, наконец, попытаться сосредоточиться на разговоре. Император что-то спросил, вспомнить бы еще, что.

Анга подсаживается к костру слуг, берет миску, платье раскрывается разрезом еще с одной стороны, девушка уже с кем-то напропалую кокетничает. Только сейчас замечаю, что шнуровка у платья развязана, а ни корсета, ничего другого не видно, сквозь тонкую ткань все, что не нужно, просматривается. Не хочется думать, что это Дарсаль развязывал, может, я просто внимания не обратила?

— Она на перевале не замерзнет? — выдаю быстрее, чем успеваю смолчать.

— Стражи согреют своим омаа, — смеется император, но в ответ на мой недоуменный взгляд замолкает, подносит к губам мою руку: — Прости, любимая, неудачно пошутил.

Жених что-то еще говорит, только я почти не слышу, пытаюсь понять, чем же меня настолько задело-то? Дарсаль так и не выходит, я же как лучше хотела, оставить его, действительно, все время отнимаю. Уже и император ушел, и костры гасят. Подхватываюсь, он ведь не ел ничего, обиделся, что ли?! Оглядываюсь, подхожу к котлам с остатками обеда. Слуги, похоже, посуду пошли отмывать — прямо в реке?! Нахожу две чистые тарелки, насыпаю всего побольше. Ощущаю на себе пристальный взгляд командира Лийта, спешу поскорее к фертону. Уже возле него вдруг вспоминаю, что снова неправильно себя повела, должна была слуг озаботить, и что этот Лийт вместе с остальными Стражами обо мне думают? Видимо, не стать мне нормальной императрицей...

Дарсаль лежит, открывает глаза, прямо отшатываюсь — такой взгляд.

— Ты не ел, — бормочу, заставляю себя сделать голос тверже.

— Спасибо, не голоден, госпожа.

И что вот теперь делать? И вообще... не верю.

— Ты мой охранник, — говорю. — Нельзя тебе голодать.

— Как прикажете, госпожа.

— Дарсаль... я же как лучше хотела. Ведь действительно ты круглосуточно со мной.

— Это мой долг, госпожа.

— Но... — начинаю, окидываю взглядом фертон, и о чем я только думала?! Ну не станет же он здесь, на виду у других Стражей, лучше бы не акцентировала внимания, а потом отпустила бы где-нибудь в гостинице, изолированном помещении. Так и сделаю, пожалуй.

Сердце нехорошо сжимается, приближаюсь, ставлю тарелки на стол.

— Поешь, пожалуйста, — прошу. Дарсаль бросает на меня взгляд, хмурюсь. В конце концов, я императрица! Моментально чувствует перемену, даже говорить ничего не нужно. Садится, приступает к еде. Отправляюсь на свою койку, отворачиваюсь к окну. Надеюсь, скоро поедем, но не тут-то было. Заявляется Валтия, сразу же начинает с претензии, что негоже мне до служанки опускаться.

— Императрица будет делать то, что считает нужным! — перебиваю холодно. Между прочим, она сама учила, что я всегда могу спрятаться за этой фразой.

Валтия поджимает недовольно губы, но приступает к занятию, больше не пытаясь указывать. До вечера мучает меня титулами и наградами. Зато нет возможности с Дарсалем ничего выяснять. И к лучшему.

На ночь въезжаем в небольшой городишко — Дарсаль говорит, чуть ли не последний перед перевалом, где более-менее приемлемые условия. Не гостиница, но частный особняк, что тоже неплохо.

Ужинаем, как обычно, почти ночью. Почему-то жду, не придет ли Иллариандр...

Дарсаль

— Ты сегодня свободен, — произносит Ноэлия таким тоном, что сразу же Анга вспоминается. Может, и правда?..

— Как прикажете, моя госпожа, — отвечаю, ухожу. Спрашиваю Ивена, нет ли у императора планов на императрицу. Прогуляться там... Но нет, у императора планы на одну из служанок.

Императрица у себя в комнате, забавляется с роботом и котенком. Я бы тоже не отказался...

Впрочем, стряхиваю с себя хандру, решаюсь, иду вниз, в задний дворик. Там кто-то из наших, из зрячих воинов Аждара, развлекаются с местными прислужницами. Смех, запах феромонов и легкий привкус табака. Ощущаю себя лишним.

Отхожу дальше к ограде, опираюсь, осматриваю огни ночного города — те, что доступны моему измененному восприятию. Пройтись, что ли? Не отпускаю настройку на синюю ауру, она все еще в комнатах. На них легкая защита, наложенная Стражами, но без необходимости к императрице никто заглядывать не станет.

Зачем-то ищу пеструю ауру Анги, она тут же недалеко на кухне, вместе со слугами доедает. И что я ей скажу? Понятия не имею. У Бесстыжей Палми обслуживают молча и всегда знают, что нужно клиенту. А кадрить ветреных девиц — никогда не умел.

Бред какой-то, о чем я думал? Поворачиваюсь, чтобы возвращаться к себе, как останавливает звонкое:

— Эр Дарсаль! Какое редкое зрелище! Подышать вышли?

Анга приближается, отчетливые улыбки и смазанные петли азарта.

— Надышался, — отвечаю, девушка пугается на миг, странный отклик сверху — Ноэлия у окна, что ли? Спешу вернуться в дом, поднимаюсь по лестнице. Сзади несмелые шаги, в ауре решительная настойчивость, усиленная веселящей жидкостью и еще чем-то. Не хочу разбираться.

Захожу, пережидает несколько мгновений под дверью. Сверяюсь с аурой императрицы, но та уже снова ровная, продолжает слушать рассказы робота, на руках кошка — уютное урчание. Анга под дверью все ждет, не давая расслабиться. Наконец, стучит. Впускаю.

— Хочу узнать... не нужно ли вам чего...

— Нужно, — соглашаюсь, закрываю дверь. Легко, почти непроизвольно ведет плечом, блуза сползает. Будто мне там хоть что-нибудь видно, кроме следа движения, да ведь и не на Слепых рассчитано. Усмехаюсь мрачно. Анга напрягается, но решительно поднимает голову в ожидании поцелуя. Опирается спиной о дверь.

Стараюсь не обращать внимания на любопытные перекрестья омаа. Кому какое дело.

Приподнимаю руки, выпускаю легкие струи, приближаю к ее лицу, шее. Омаа обтекает, проявляя картину. Пышная грудь, тонкая талия, стройные ноги. Хороша, пожалуй. Император знает толк.

Анга стоит, терпит. Омаа начинает обжигать, но она привычная. А в голове все крамольные мысли, что императрице прикосновение моего омаа всегда приятно.

Приглушаю, нащупываю разрез, веду ладонью по шелковистому бедру. Красный проблеск боли, нет, это не для меня. С моим уровнем силы прикосновения не бывают безболезненными. Почти. Убираю руку. Почему-то задумываюсь о том, как Ивен обходится...

— Давай я сама все сделаю, — шепчет Анга, азарт преобладает над возбуждением. Странное ощущение не то тишины, не то какого-то ожидания. Словно все вокруг затаились. Или моя мнительность зашкаливает.

Резко придавливаю служанку к двери, сжимаю ладонью шею.

— Кто тебя прислал? — спрашиваю.

— Эр Дарсаль... — бормочет испуганно, закашливается.

Похоже, резкий звук настораживает императрицу. Синяя аура приближается, почему-то ожидаю, что войдет, но лишь останавливается у двери со своей стороны.

Словно встрепенувшись, отходит к дальней стене. Прикрываю глаза, утихомиривая рвущийся омаа.

— Тарелки грязные в фертоне забери, — отпускаю Ангу, отворачиваюсь. Не настаивает, юркает в дверь. На шее светится пятно. К бесову Рауму. Моей репутации вряд ли что поможет.

Спешу в душ, остыть немного. Смесь злости и облегчения. Снял бы напряжение, может, попустило бы? Дурак.

Поглядываю за Ангой — действительно заходит в фертон, останавливается на несколько мгновений. В ауре преобладает мутное раздражение, но не глубокое. Скоро сойдет.

Что-то берет, не вижу что именно, но там везде полно охраны, ослушаться не рискнет. Возвращается в кухню. Все-таки не показалось, все внимание к ней, любопытство, петли азарта со всех сторон тянутся. Потирает горло.

— Сами его соблазняйте, я пас! Импотент хренов! — выпаливает Анга, заставляя меня скрипнуть зубами. Служанки хихикают, кто-то из парней уже вовсю зажимает беспутную девицу, посмеивается на ухо:

— Не бойся, я все исправлю. Только вот ты проспорила!

Усмехаюсь криво. Я уже и забыл, что периодически становлюсь предметом спора. Как-то раз даже юношу подослали.

Интересно, кто-то из Стражей слышал? Наши как обычно не проявляют эмоций, молча сканируют окрестности.

Что-то я увлекся наблюдением за Ангой, не заметил, как Ноэлия куда-то собралась. В ауре коричневые ручейки тоски. Хоть бы догадалась позвать Альбера или... не хочу, чтобы кого-то звала! Зачем меня отпустила? Куда на ночь глядя понадобилось? Дурацкая ситуация.