17
Наконец, очередная учебная неделя подошла к концу, и Цзян Шуцзин облегчённо выдохнула.
Последние дни вся школа стояла на ушах из-за близящегося выпуска. Напряжение в классах достигло предела.
Но самое обидное, что страдали невинные ученики, такие как Цзян Шуцзин, – не гоняющиеся за идеальными оценками.
Нельзя сказать, что и отличникам было легко. Груз ответственности на их плечах стал куда тяжелее на фоне всеобщего невроза. Не только школьная библиотека была заполнена под завязку, но и городская.
Цзян Шуцзин искренне не понимала, чего от себя хотят школьники. Неужели они всерьёз думают, что смогут за эти три недели вбить в свою голову всё, что не смогли за столько лет?
Хуже всего было Мин Бао. Он требовал идеала не только от себя, но и от Цзян Шуцзин! Сам-то вышел в топ учеников по среднему баллу за все предметы, так и от неё требует теперь.
Получив от нее отличный результат ранее, он решил, что и на большее она точно способна.
Знала бы Шуцзин об этом раньше, не стала бы так хорошо сдавать тот экзамен.
Так и начался ее персональный ад.
Раньше контроль за её успеваемостью был только в пределах школы, и стоило им переступить её порог, как Мин Бао отпускало. Но теперь его одержимость стала обостряться, вероятно из-за весенней лихорадки, и доставал он её ещё и дома.
Ему казалось жизненно важным позвонить ей в одиннадцать часов, когда глаза уже слипались, и спросить, занимается ли она. Конечно, она занималась, иначе он бы тут же прибежал к ней в дом и заставил учить до утра.
Жаловаться на него родителям смысла не было, они бы только поддержали его, пеняя на лень своей дочери.
Хуже всего было в пятницу, когда они с Хэ Синьчжоу вознамерились наконец начать учить танец, дабы не опозориться перед администрацией. Но и там Мин Бао сумел достать их. От начала и до конца до Цзян Шуцзин доносился его недовольный бубнёж.
– Могли потратить время с умом и решить пару задач.
– Зачем так впустую тратить время перед главным экзаменом?
И всё в этом духе.
Под конец ей просто хотелось выть. Ни дома, ни в школе от него не было покоя. Даже Хэ Синьчжоу проникся её положением и не доставал её во время репетиции. И даже великодушно предложил ей убежище. Зная характер друга, Шуцзин скрипя сердце отказалась.
Нет, он и в детстве слетал с катушек едва на горизонте появлялись только разговоры об экзаменационных периодах, но сейчас ситуация достигла пика.
Единственным светлым лучом надежды был Мин Дачен – только он был способен повлиять на своего фанатичного сына, но, чтобы его поймать вне работы, необходимо танцевать с бубном тридцать дней, и лишь на тридцать первый он, возможно, появится.
Цзян Шуцзин не могла столько ждать. Главный экзамен состоится уже через три недели. Возможно, она вообще не доживет до этого дня, с таким прессингом от окружающих.
Даже Ван Анъин, этот маленький зашуганный цветочек, опылилась пыльцой ядовитого цветка по имени Мин Бао и стала маниакально зубрить все предметы. Цзян Шуцзин пару раз порывалась пригласить её к себе домой на совместную ночевку, но та лишь неопределенно махнула рукой, оба раза даже не дослушав. Она даже на обеды перестала ходить, ссылаясь на загруженность.
Казалось, все вокруг Цзян Шуцзин поддались истерии, и лишь она одна сохраняла спокойствие.
Ну придут плохие результаты? Ну и что с этого? У неё будет множество попыток, чтобы пересдать и получить нужный результат.
На плохих отметках жизнь не заканчивается.
Когда она вслух озвучила эту мысль, то получила затрещину от своего лучшего друга. Поэтому теперь эта мысль крутилась лишь в ее голове.
Так что оставалось лишь терпеть, пропускать через себя энергию солнца, дарящую спокойствие, и пропускать мимо себя негативную энергию, исходящую от Мин Бао.
Цзян Шуцзин требовалась перезагрузка.
Смена обстановки с окружающими ее людьми могла бы здорово облегчить нервную систему. Но это было так же нереально, как и внезапное известие о месте нахождения Атлантиды.
Даже если люди останутся теми же, шанс куда-нибудь съездить все же имелся.
Идея возникла сразу. Сложнее была организация.
Их город находился недалеко от Шэньчжэня, который в свою очередь находился у побережья Южно-Китайского моря.
Сама Шуцзин никогда не была там, но всегда мечтала. Родители всегда были заняты работой, а сама она была слишком юной для странствий по стране.
Вода всегда была ее страстью. В детстве Шу всегда хотела научиться плавать. В этом было свое очарование — плыть по безмятежной водной глади, ощущая легкую вибрацию воды.
Мин Бао же всегда скептически относился к подобному времяпровождению. Какой смысл ехать куда-то, чтобы просто поплескаться в воде? Он предпочитал более активный отдых. Для него было куда интереснее съездить в горы, чтобы подняться на высоту, узнать предел своих сил. Или же долгие велосипедные прогулки.
Именно все это приносило ему радость.
Именно в этом была его страсть.
Мин Дачен разделял увлечения своего сына, поэтому чаще всего время они проводили именно так. Каждый раз они звали с собой Цзян Шуцзин с родителями. Но Цзян Ми и Цзян Кай в принципе не любили выходить из зоны своего комфорта. Для них провести выходные в кругу семьи в стенах дома было куда интереснее. А сама Цзян Шуцзин попросту ненавидела лишний раз двигаться. Ей хватило всего одного раза, чтобы пообещать себе больше в этом вопросе с ними не связываться.
Но еще больше она ненавидела это ужасное приспособление для передвижения, именуемое велосипедом. Кто бы ни придумал это адское изобретение, Цзян Шуцзин желала ему добра и удачи на том свете. Она не хотела опускаться до его уровня и устраивать человеку адские испытания.
Вся нелюбовь возникла в десятилетнем возрасте, когда родители купили Шуцзин первый и единственный велосипед. Мало того, что она напрочь не понимала, как на нем ездить, так еще и чувствовала себя жутко глупо, сидя на нем.
Видя попытки Шуцзин, Мин Бао решил ей "помочь", но в итоге сделал только хуже. В то время он верил в силу самовнушения, поэтому решил попробовать это и в случае с велосипедом. Он считал, что если говорить Шу, что он придерживает ее и позволить поехать самой, то она непременно поверит в то, что он ей помогает, и таким образом быстро научится.
Когда этот метод не оправдал ожиданий, Мин Бао решил поступить иначе. Толкнув ее на велосипеде с горки, он надеялся, что таким образом, в стрессовой ситуации, она научится управляться с ним. Но, увы, как и всегда, он переоценил ее способности.
Цзян Шуцзин на полной скорости влетела в мусорные баки.
Раздался хохот местных мальчишек, которые по несчастливой случайности в этот момент проходили мимо. Не смешно было только Мин Бао. В тот момент он уже прикидывал, какое у него имущество (шутки шутками, но у него были игры и техника, о которой любой другой ребенок только втайне мог мечтать) и кому его оставить, пока холодный пот тек по его спине. Вышло немало, несмотря на возраст.
К счастью, тогда все обошлось. Но это не значило, что Цзян Шуцзин обо всем забыла. Она лишь отложила это на время. Час расплаты потихоньку приближался.
В общем, Цзян Шуцзин решила, что они обязательно должны поехать куда-нибудь.
Они – сама Шуцзин, Мин Бао, Ван Анъин и Вэй Линь.
Куда-то – в Южно-Китайское море.
Осталось решить, как все это провернуть.
Конечно, она могла бы поехать и одна, но тогда риск быть пойманной был бы гораздо выше.
Вечером в пятницу она поймала Мин Бао и затащила к себе в комнату, чтобы поговорить вдали от чужих ушей – в гостиной расположился ее отец с коллегами, решая какой-то важный рабочий вопрос.
Испуганный парень едва не забился в угол комнаты, но Шуцзин опять перехватила его и, насильно усадив на кровать, склонилась над ним.
С недавних пор поведение Мин Бао немного изменилось. Он стал воспринимать Цзян Шуцзин не как подругу детства, а как девушку, в которую влюблен. Из-за этого их привычные взаимодействия стали казаться ему слишком неловкими. Поэтому он изрядно испугался, оказавшись в таких агрессивных маленьких лапках.
Девушка смотрела на него пристально.
Так, словно прикидывала в голове, с какой стороны лучше подступиться. И Мин Бао с неким волнением ожидал продолжения, перебирая в голове множество вариантов причины подобного поведения.
В реальности же, Цзян Шуцзин напрочь забыла о своих планах, увидев на лице Мин Бао большой красный прыщик. У нее возникло сильнейшее желание выдавить его.
Ее лицо медленно приближалось к лицу Мин Бао. И тот замер в томительном ожидании.
Ранее они часто находились в подобной близости. Но тогда он еще не понимал, что Шуцзин нравится ему.
Сейчас все его чувства казались в сотни раз ярче.
Таким же ярким оказалось и его разочарование, когда вместо ожидаемого поцелуя он ощутил резкую боль в области многострадального лба.
– Эй! – воскликнул он, отшатнувшись.
Не ожидавшая этого Цзян Шуцзин не устояла на ногах и навалилась на него сверху.
Слова тут же застряли в горле Мин Бао.
– Что ты раскричался? У тебя на лбу вырос огромный прыщ, а я лишь помогла избавиться от него.
– А можно было предупредить? – возмутился парень.
– И чтобы это дало?
– Я мог хотя бы подготовиться морально!
Цзян Шуцзин громко фыркнула.
– Ты за этим позвала меня?
Опомнившись, Шу сползла с Мин Бао и приняла позу лотоса рядом с ним.
Обнаглев, Мин Бао положил голову на колени Цзян Шуцзин. Та тут же принялась поглаживать его непослушные волосы.
– Понимаешь, – издалека начала она. – Эти последние дни оказались довольно тяжелыми и почти высосали мою грешную душу из этого бренного тела...
– Ближе к делу.
Скривившись, девушка сразу перешла к сути:
– Предлагаю поехать к Южно-Китайскому морю. Ты, я, Ван Анъин и Вэй Линь.
– А дядя и тетя Цзян уже дали разрешение? Или ты хочешь, чтобы спросил я? А родители этих двоих? Ты уверена, что малышку Ван Анъин вообще выпустят из дома? Что-то очень сомнительно.
– Нет и нет. Мы поедем, не предупредив их!
– Тогда ты вообще сошла с ума!
– Не хочешь – оставайся дома. Все, что ты сейчас говоришь мне не интересно, – фыркнула Шуцзин. – Тут либо «да», либо «нет».
Скривившись, Мин Бао пробурчал что-то похожее на «да».
Коварный план Цзян Шуцзин был до смешного прост.
Она скажет родителям, что она и Вэй Линь будут заниматься перед главным экзаменом дома у Мин Бао. Зная уровень подготовки Бао, они только будут рады и сами выставят дочь за дверь.
Мин Дачен в это время будет на ночном дежурстве, поэтому ему можно сказать, что Мин Бао будет ночевать дома у Шуцзин. Такое происходило очень часто, поэтому вопросов возникнуть не должно. Обычно они созванивались крайне редко.
Сложность была не столько с матерью Ван Анъин, как с самой девушкой, которая боялась отвлечься даже на минуту. Цзян Шуцзин долго убеждала ее, что для лучшего усвоения информации мозгу нужно немного отдохнуть, в идеале сменив род деятельности. С огромным трудом затея удалась. Но чтобы уговорить маму Ван Анъин отпустить дочь к ней на ночь, Цзян Шуцзин взяла с собой в качестве поддержки Мин Бао и Вэй Линя. На удивление, сложностей не возникло, и женщина отпустила дочь, ссылаясь на высокое качество таких совместных занятий. Скрипя зубами и боясь, что обман вскроется, Ван Анъин с горем пополам согласилась.
Проще всего было с Вэй Линем. Его родители все еще отсутствовали, поэтому никого предупреждать не нужно было. Как и его самого. По пути домой к Ван Анъин он не совсем понимал, что от него вообще хотят и выполнял роль украшения. Хотя поначалу предположил, что нужен для численного превосходства. Так что для него стало большим сюрпризом обсуждение поездки.
Организовав все это за максимально сжатые сроки, Цзян Шуцзин изрядно выдохлась. Держалась исключительно на своем упрямстве.
Так как Мин Дачен оставался в больнице на ночную смену, его машина оставалась свободной.
К счастью, Мин Бао прекрасно умел водить.
К несчастью, прав у него пока не было.
Но когда отсутствие прав останавливало подростков?
Собрав все самое необходимое, они загрузились в машину. Сами боги помогали им, ведь Мин Дачен именно сегодня решил поехать вместе с проезжающим мимо коллегой, оставив машину на парковке возле дома. А запасные ключи всегда лежали в верхнем ящике комода в прихожей.
Это была рискованная авантюра, которая могла плохо закончиться, если их поймают и хотя бы один из старших узнает. Но разве от этого не было интереснее? Риск всегда манил, а запрещенное казалось слаще меда.
Неприятности начались едва они стали выезжать из города.
Нет, их никто не останавливал.
Но едва они выехали из города, как навигатор перестал работать как следует. Мин Дачен всегда и во всем предпочитал автономные устройства, не зависящие от сети. И выбирая навигатор в машину, он не стал себе изменять. В навигаторе банально разрядились батарейки, а запасных в машине не оказалось. Обычно Мин Дачен запасался всем и надолго, но в этот раз что-то пошло не так. Правда он не ожидал, что его машину решат угнать и не подготовил запасные.
Сеть тоже стала барахлить, от чего правильную дорогу через мобильный интернет посмотреть не получалось. Переглянувшись, Шуцзин и Бао решили не афишировать возникшие проблемы перед своими друзьями-паникерами. Достаточно дать им повод, как они начнут грызть и себя, и других.
Вэй Линь и Ван Анъин сидели на задних сидениях и подчеркнуто игнорировали друг друга. Смотрелось это странно и смешно одновременно. Стоило еще поискать людей столь похожих друг на друга.
Вообще, в целом, их компания выглядела очень странно.
Мин Бао и Цзян Шуцзин походили на женатую пару, живущую друг с другом больше сорока лет – вечно спорящие и ворчащие друг на друга. Тогда как Вэй Линь и Ван Анъин были их детьми – трудными подростками, которых насильно вытащили на семейную прогулку и те всем своим видом показывали, как все происходящее их бесит.
Первым подвох почуял Вэй Линь, когда время в дороге стало слишком тянуться. Пару лет назад, ему удалось попасть к Южно-Китайскому морю вместе с родителями. Тогда они поехали так же – на машине – поэтому он примерно знал, куда ехать и сколько времени это займет.
Подозрения стали крепнуть еще через десять минут.
Время перевалило за полночь, а они до сих пор не доехали.
В любой другой ситуации, Вэй Линь промолчал бы. Но в последние дни его уверенность в себе стала в разы выше. К тому же он злился.
Да, он тоже умел злиться. Его без спроса вытащили из дома и заставили трястись в машине столько часов без еды и воды. Его вопрос прозвучал громко и уверенно.
Может, поэтому Мин Бао и не стал юлить. Он ответил прямо:
– Да, мы потерялись.
Несмотря на возникшую проблему, его голос был спокойным, без тени паники.
Цзян Шуцзин обреченно вздохнула, ожидая, что их ждет дальше. Но со стороны Ван Анъин не доносилось и звука – девушка мирно спала, несмотря на громко играющую песню Лю Юйнина. Это была любимая песня Цзян Шуцзин, которой она наслаждалась сама и позволяла это делать другим.
Все трое выдохнули.
К счастью, Вэй Линь помнил дорогу.
А еще они встретили заправку с круглосуточным магазинчиком, и жизнь начала налаживаться.
Им требовалось не только заправить машину, но и взять что-нибудь перекусить. То, что взяла с собой Шуцзин, они уничтожили в первый же час поездки.
Мин Бао и Цзян Шуцзин направились туда вместе.
Пока Бао заправлял машину, Шу бесцельно бродила мимо полок, спиной ощущая подозрительный взгляд женщины-кассира.
Вид у нее был крайне суровый.
Было похоже на то, что каждый вечер в этот магазинчик вламываются вооруженные воры, а эта женщина в одиночку обезвреживает и выдает их полиции.
Мин Бао был занят, и Цзян Шуцзин решила немного поразвлечься.
Медленно подойдя к женщине, она заговорила почти шепотом, при этом изобразив чистейшее счастье на своем лице.
– Не посоветуете что-нибудь, чтобы не уснуть в дороге?
Молча глядя на девушку, женщина протянула блистер кофейных конфет с большим содержанием кофеина.
Цзян Шуцзин ожидала немного другого, поэтому, немного подумав, она продолжила свою игру:
– Едем в медовый месяц к Южному-Китайскому морю, – со смущенной улыбкой пролепетала она, прикрыв лицо ладонями. – Это почему-то так неловко.
На ней красовалось легкое шифоновое платье, выше колена, не узкое, но прекрасно подчеркивающее стройную девичью фигуру – самое то для юной жены.
Снизив градус своей подозрительности, женщина поинтересовалась:
– Почему неловко?
– Вы, наверное, заметили, что мы совсем юные, – доверительно сообщила Шуцзин. – На самом деле наши родители были против брака, поэтому мы сбежали и поженились.
– Вы хотя бы совершеннолетние?
На миг Цзян Шуцзин задумалась. С одной стороны, им еще не было восемнадцати, но с другой стороны, не поднимет ли эта женщина шумиху из-за их возраста, если она расскажет?
Бросив мимолетный взгляд на Мин Бао, стоящего возле холодильника с напитками, она сообщила:
– Конечно! Мы тронулись в путь едва нам исполнилось по восемнадцать. Благо дни рождения с разницей всего в пару дней.
Женщина пораженно ахнула. Такая история разворачивалась прямо на ее глазах.
– Представьте себе, они держали меня в моей комнате на протяжении десяти дней! Только потому, что наши отцы в прошлом что-то не поделили.
– Тогда, где же ваши кольца?
Шуцзин запнулась. Эту часть истории она не продумала. Но решение тут же пришло в ее светлую головку:
– Так мы отныне без поддержки семей. А что остается делать бедным студентам? Со временем он обещал купить мне кольцо с большим бриллиантом! А что мне еще делать, кроме того, чтобы просто ждать?
– Да, такова наша женская доля, – покивала женщина. – Влюбленные женщины всегда слепы.
– Я ведь тоже рано вышла замуж, хотя в то время это было нормально.
– Сколько же лет вам было?
– Всего семнадцать.
Так же, как и им сейчас.
Горькая улыбка скользнула по лицу женщины.
– Вы жалеете? – спросила Цзян Шуцзин.
– Жалею ли я? Сложный вопрос. Одна моя сторона – да, другая – нет. Я все детство мечтала лечить людей, но, когда пришло время учиться этой профессии всерьез, родители выдали меня замуж без моего согласия.
Цзян Шуцзин слушала женщину с открытым ртом и опираясь о прилавок.
– А почему вы не учились, будучи замужней?
– Ты еще юна и никогда не жила в сельской местности, поэтому не знаешь, что там работа никогда не заканчивается. За домашними хлопотами и рождением детей я не заметила, как ускользнуло время. Поэтому сначала думай о себе и своем будущем, а не о молодом муже. Дети тоже могут подождать.
Дама пригрозила пальцем.
– Вы рассказали, почему пожалели бы, но не рассказали, почему нет.
– Мой муж оказался прекрасным человеком, – с теплотой ответила та. – Теплота, забота и любовь – то, что он дарил мне на протяжении многих лет. Он построил прекрасный дом по моим пожеланиям, подарил мне замечательных детей. Что еще для счастья надо? Здоровые дети и крыша над головой.
В этот момент подошел Мин Бао с водой и снеками, оборвав разговор двух женщин.
Цзян Шуцзин привычно повисла на его руке, и в этот раз Бао не смог держать холодное выражение лица. Его губы против воли расползлись в нежной улыбке.
Если до этого у женщины за кассой и оставались какие-либо сомнения, то сейчас они полностью исчезли. Только молодожены могли так смотреть друг на друга.
Растрогавшись, она выдала целую лекцию о том, что они должны пронести все эти чувства сквозь время, оставаясь верными друг другу. Всегда помнить, чего стоила им их любовь.
Шуцзин усиленно махала рукой, пока они выходили, а Мин Бао был растерян.
— Что это сейчас было?
— Это? Не важно, — хихикнула Шуцзин. — Мы говорили по душам.
— Боже, я, кажется, не хочу это знать, — простонал Бао.
— Да, ты не хочешь этого знать, — хохотнула в ответ девушка.
Перед входом как раз стояли автоматы с жвачками и различными игрушками. Стоило одно вращение всего один юань. Цзян Шуцзин заметила в одном из автоматов детские пластиковые кольца. Да сама судьба говорила ей сделать это!
Быстро купив два колечка, она показала их продавщице, пока та промакивала салфеткой мокрые глаза.
— Дай руку, — Цзян Шуцзин сама нагло ухватила конечность Мин Бао и нацепила на его безымянный палец. Оно налезло только на фалангу.
— Ты делаешь мне предложение? — удивленно спросил парень.
— Нет, конечно, — фыркнула Шу. — Ты же не Лю Юйнин.
И не дав договорить, потащила в машину.
Наконец они доехали до пункта своего назначения.
Спросонья ни Ван Анъин, ни Вэй Линь ничего не поняли, но это не помешало им вылезти из машины и потопать вниз, к морю. Мин Бао не стал рисковать и оставил машину немного в отдалении, поэтому к морю они шли пешком.
Светало.
Темное небо постепенно окрашивалось розовыми красками, разливая по горизонту мягкий свет, так будто легкие мазки на картине художниками.
Сверкнуло солнце, и к розовым цветам стали добавляться оранжевые.
Первые лучи утреннего солнца ласково касались воды, создавая отблески.
Кое-как сделав одну общую фотографию, ребята разбрелись в разные стороны.
Мин Бао бесшумно достал свой телефон и стал снимать видео.
Цзян Шуцзин с визгом помчалась в воду, радостно разбрызгивая ее. Похоже, пара капель попали на разгоряченную после машины кожу Ван Анъин, потому что та отчаянно завизжала и принялась брызгать ни в чем неповинного Вэй Линя.
Промерзнув от прохладной воды, Шуцзин вышла к суше и стала наблюдать за окружающим. Сейчас она была очень похожа на Цзян Кая, который так же задумчиво наблюдал за их драками с кружкой кофе.
Мин Бао не сдержался и сделал пару фотографий Цзян Шуцзин, пока та наблюдала за Вэй Линем, который неизвестно откуда взял краба и погнался за визжащей Ван Анъин. На ее лице сияла нежная улыбка.
Прохладная вода приятно холодила разгоряченную кожу Мин Бао. Хотя скоро и начинался летний период, по утрам еще сохранялась весенняя прохлада.
Чтобы как-то согреться, Цзян Шуцзин нырнула в объятия Мин Бао. Так она делала всегда, когда ей было страшно. Но сейчас ей было хорошо, и она хотела разделить это чувство с самым близким человеком.
Наслаждаться прекрасным видом в компании близких людей было одним из приятнейших чувств, испытанных ею за ее годы.
Сам же Мин Бао отстраненным взглядом наблюдал за горизонтом, уже не обращая внимания на игры Ван Анъин и Вэй Линя – те стали неистово брызгаться водой.
Все его мысли были заняты девушкой в кольце его рук.
Было тепло и приятно.
Ему вдруг показалось жизненно важным проводить так каждый день его жизни – обнимать Цзян Шуцзин, чувствовать ее дыхание на своей коже, ощущать биение сердца.
Рассвет, море, романтичная атмосфера.
Разве это не идеальный момент, чтобы признаться в чувствах?
Эти мысли преследовали его всю дорогу, начиная с момента, когда Шу озвучила идею с поездкой.
Мин Бао с детства был человеком действия. Когда перед ним стояла цель, он всегда брал и делал то, что могло помочь ему в ее осуществлении. В нем никогда не было сомнений.
И сейчас, решение признаться в своих чувствах было твердым. О последствиях он просто не хотел думать.
– Цзян Шуцзин, – отодвинув девушку от себя, он заглянул ей в глаза. Неизвестно, что он хотел в них увидеть, но ответный взгляд был спокоен.
– Я должен тебе кое-что сказать.
Она просто кивнула, ожидая продолжения.
– Ты...
Не успел он договорить, как позади раздался крик:
– Эй, вы!
Все четверо разом обернулись. Краска схлынула с лица каждого из них.
На горке, в двухстах метрах от них, стоял офицер полиции.
Видимо, ему показалось подозрительным, что четверо подростков так рано без сопровождения находились в таком месте.
Первой не выдержала этого напряжения Ван Анъин, она попросту сорвалась с места и побежала вдоль воды со скоростью болида «Формулы-1».
– О боже, нас посадят! – кричала она, задыхаясь. – Мама меня убьет.
– Может, он просто хотел что-то спросить, зачем сразу бежать? – пораженно глядя вслед подруге, спросил, ни к кому не обращаясь, Вэй Линь.
Троим оставшимся подросткам не оставалось ничего, кроме как побежать за ней, потому что, увидев убегающую девушку, офицер тоже побежал!
Причем бежал мужчина довольно быстро.
Благо Ван Анъин бежала не к машине. Все же их могли найти и по номерам. Тогда Мин Дачен, несмотря на свой мирный характер, открутит им головы. А в случае с родителями Цзян Шуцзин ей остается заранее заказывать место в колумбарии.
Они бежали вдоль воды все вместе – Мин Бао, Цзян Шуцзин, Ван Анъин, Вэй Линь и офицер полиции.
От переполнявших ее эмоций Цзян Шуцзин закричала. Безудержный смех смешивался с криками Ван Анъин.
Напряжение схлынуло.
Мин Бао и Вэй Линь подхватили этот крик, уносившийся по водной глади.
Они были молоды, наивны и по уши влюблены.
В жизнь.
В мир.
И в тех, кто в этот миг находился так близко.