16
Наконец наступили праздничные дни, и всех отпустили на мини-каникулы.
Цзян Шуцзин провела в своей комнате добрую половину дня, проснувшись после обеда и только после криков матери.
В конечном итоге, Цзян Мин надоело отсутствующее присутствие дочери, и она выгнала дочь «проветриться», ведь такими темпами она просто прирастёт к своей кровати. Но она не учла одной детали: прежде чем выгонять дочь из дома, стоило отобрать у неё телефон.
Это была фатальная ошибка.
Наученная горьким опытом, Шуцзин сделала вид, что очень расстроена, и потопала по улице, подальше от дома. Но душа её парила в небесах. Наконец-то она дочитает главу без лишних криков и причитаний.
Её главной целью было найти тихое место и продолжить чтение своей любимой новеллы, где как раз начиналась одна очень интригующая сцена.
Один из круглосуточных магазинчиков, находящийся не далёко от дома Мин Бао, как раз оказался открыт, поэтому, накупив себе различных снеков и шоколадного молока, девушка уселась в удобном пластиковом кресле с рядом стоящим маленьким столиком и принялась читать, злобно подхихикивая.
Глядя на неё, пожилой хозяин магазина не мог сдержать умильной улыбки.
– Ах, молодость, пора самых незабываемых отношений...
Шуцзин:
– ...
Сама же Шу целиком и полностью погрузилась в сюжет и с замиранием сердца читала сцену, которая, на её взгляд, казалась одной из самых интересных в данной новелле.
В момент, когда сцена достигала кульминации, её отвлёк странный звук.
Медленно обернувшись, она заметила бегущего в её сторону Хэ Синьчжоу. По выражению его лица можно было сразу сказать, что он чем-то взволнован. Но даже несмотря на это, выглядел он превосходно. В спортивных брюках, майке без рукавов и светлой олимпийке, накинутой сверху.
Должно быть, у него много поклонниц с его-то внешностью.
Драматично вздохнув, Шуцзин вновь принялась читать.
Но не успела она прочитать и строчки, как парень остановился возле неё.
— Спрячь меня, — приказал он.
Просьба была максимально странной, по мнению Шуцзин. Как она может спрятать этого бугая? И есть ли вообще такое место?
— А что мне за это будет? — без колебания вопросом на вопрос ответила Шуцзин, плюнув на полное отсутствие логики.
— Сочтёмся.
Ответ удовлетворил девушку, и она нахмурилась, раздумывая:
— Олимпийку сюда, сам за мусорный бак.
Учитывая, что там стояли большие баки для сортировки мусора, Хэ Синьчжоу со своим ростом и телосложением вполне мог там поместиться.
Все их действия были слаженными, будто парочка репетировала как минимум несколько месяцев. Хэ Синьчжоу юркнул за мусорный бак, а Цзян Шуцзин кинула олимпийку в рядом стоящий куст так, чтобы выглядывал белый рукав.
Едва она уселась на свое место, как из угла вывернули несколько качков. Выглядели они внушительно и грозно, так что Шуцзин мысленно посочувствовала Хэ Синьчжоу. И себе, если ее как соучастницу все же поймают. Попасть к таким в руки – это такое себе удовольствие.
– Эй, школьница, – позвал один из бугаев, приблизившись. – Не видела здесь паренька в белой куртке?
Шуцзин лениво огляделась и мазнула по ним оценивающим взглядом:
– Ну, допустим, видела.
Она спиной ощутила убийственный взгляд парня.
– И где он? – вкрадчиво спросил второй.
– Расскажи нам поскорее, девочка, – попросил первый.
Цзян Шуцзин в тот момент почувствовала себя непроходимой тупицей. Таким тоном объясняли маленьким детям, что пора перестать ходить на горшок.
– Вы думали, я просто так скажу вам? – спросила Шу с милой улыбкой. – Любая информация стоит денег.
Тот, что повыше, сжал кулаки и сделал было шаг вперед, но второй остановил его.
Он вытащил купюру в сто юаней и положил на столик.
– Он побежал в сторону главной дороги, через вон тот проулок, – Шу на одном дыхании выдала всю эту чушь, еще и махнула в противоположную от них сторону, а затем добавила: – Но вы ищите не парня в белой куртке, а в простой черной футболке без рукавов. Олимпийку он скинул по пути.
Она махнула рукой в сторону кустов, откуда выглядывал белый рукав.
Мужчины удовлетворенно кивнули и не сговариваясь побежали в сторону главной дороги, куда и указала Шуцзин, напрочь позабыв о ее существовании.
– Это что сейчас было? – возмущенный Хэ Синьчжоу вылез из своего укрытия и присел рядом с Шуцзин.
– А что?
Цзян Шуцзин довольно потрясла купюрой в воздухе.
– Благодаря тебе я и подзаработала.
– Ты же могла пострадать, – хмуро заметил парень.
– Но не пострадала же.
– Но могла, – упорствовал Хэ Синьчжоу.
– Ты бы, конечно, спас меня.
Внимание девушки медленно переключалось с него на ярко горящий дисплей телефона. Он так и завлекал ее продолжить увлекательное путешествие по черно-белым строчкам.
Хэ Синьчжоу, впервые встретив ее вне стен школ или чьей-то компании, разумеется, не собирался упускать такую возможность, поэтому попытался завести разговор:
— Что читаешь?
Девушка бросила на него мимолетный взгляд и ответила после небольшой запинки:
— Детектив.
— О, я люблю детективы. Как называется?
— Чтение в темноте.
— Какое интересное название.
— А содержание какое интересное, — не удержавшись, Шуцзин хихикнула.
В этот самый момент пожилой продавец как раз выглянул в окно и увидел, как юная девчушка смущенно улыбается парню. Должно быть, это он писал ей пару минут назад.
— Это интригует.
Поняв, что спокойно почитать не получится, Шу со вздохом отложила телефон.
— Ты что-то хотел?
— Хочу узнать тебя получше.
— Для чего?
Хэ Синьчжоу откинулся на спинку стула и посмотрел на нее своими чарующими темными глазами.
— Ты мне интересна.
— Твой интерес возник из-за моего отпора, который я оказала тебе в саду, и исчезнет едва мы станцуем чертов танец и закончим школу.
— Даже если и так, разве не могу я насладиться твоей компанией?
— Хорошо, — Шуцзин откинулась на спинку стула, копируя движения своего собеседника. — Тогда поиграем в игру. Спрашивай, а я отвечу. Затем, если ответ покажется тебе нормальным, спрошу я. Договорились?
Хэ Синьчжоу кивнул и сразу начал их игру:
– Вы давно знакомы с Мин Бао?
– Сколько себя помню.
– Друзья с детства?
– Да. Наши мамы дружили задолго до нашего рождения, и их дружба перешла на нас.
– Вы удивительно хорошо ладите, и мне казалось, что вы далеко не друзья. Зная, что вас связывает многолетняя дружба, мне становится легче.
Почему ему стало легче, Шуцзин уточнять не стала.
– Теперь моя очередь. Почему эти люди преследовали тебя?
Хэ Синьчжоу присвистнул:
– А ты решила пойти с козырей.
– Не люблю ходить вокруг да около и хочу знать, во что ты меня втянул.
– Когда ты соглашалась мне помочь, тебя это не интересовало.
– Когда я соглашалась тебе помочь, я ожидала, что тебя преследует пара школьников, а не два шкафа гангстерского разлива.
Возможно, в любой другой ситуации, Цзян Шуцзин не стала бы задавать столь личные вопросы. Все же она предпочитала не лезть в чужую душу с расспросами. Если человек захочет, он расскажет обо всем сам. Но сейчас Хэ Синьчжоу сам решил поиграть в эту игру. Уйди он сразу, она бы попросту забыла об этом происшествии. Да и если говорить откровенно, эта парочка изрядно напугала девушку, хоть она и не показала этого.
Видимо, и он сам понял это, потому что не стал отступать.
– Это недоброжелатели моего отца, которые хотят с помощью меня повлиять на него, – уклончиво ответил он и затем добавил:
– Обычно я не хожу один, но тут мне захотелось немного побегать. Не ожидал, что они найдут меня.
– У меня еще один вопрос.
– Ведь сейчас моя очередь? – изящная бровь Хэ Синьчжоу изогнулась.
– Так задавай, – девушка пожала плечами.
Хэ Синьчжоу замолчал, размышляя.
О чем он думал, невозможно было угадать. Но в конце концов он выдал:
– Пусть за тобой останется должок. Ответишь на мой вопрос позже, а сейчас валяй свой.
Шуцзин не стала отказываться.
– Почему ты делаешь все это?
– Что именно?
– Задираешь всех, ведешь себя как хулиган.
Цзян Шуцзин выпрямилась.
– Ты же нормальный парень, к чему все это?
– А вдруг я пытаюсь казаться нормальным только для тебя?
Хэ Синьчжоу смотрел прямо в ее глаза. Казалось, что он пытался сказать многое именно таким образом. Но Цзян Шуцзин не могла или не хотела понимать. Жизнь была слишком коротка, чтобы принимать на себя чужие проблемы.
Первой нарушила их бессмысленные гляделки именно она, решив сменить тему:
– И как ты вернешься домой?
Парень развел руками. То, что его телефон благополучно остался дома, он говорить не стал.
– Я живу не так уж и далеко, как-нибудь дойду.
– Так уж и быть, я сегодня добрая, провожу тебя.
Она поднялась и сделала пару шагов в сторону, прежде чем вернуться и забрать белую куртку, брошенную в кустах.
– Это будет моя плата.
– Я думал, ты уже получила свою плату, – он кивнул на ее карман, куда уплыла полученная купюра.
– То лишь оплата морального ущерба, а куртка все же полноценная оплата моих услуг.
– И вообще, – неожиданно возмутился парень. – почему ты меня прогоняешь? Я тебе мешаю?
– Прогоняю?
– Именно, – с жаром кивнул парень.
– Сомневаюсь, что ты продолжишь сидеть здесь в полном одиночестве после моего ухода.
Затем немного подумав, Шуцзин добавила:
– Ожидая своих «друзей».
Расстроенный Хэ Синьчжоу молча поднялся и поплелся за ней.
Вообще странно складывалась ситуация. Он – парень ростом почти в шесть чи, не смог постоять за себя, в то время как хрупкая девушка, напоминающая маленький земляной дух, в два счета увела от них опасность.
А еще, Хэ Синьчжоу поймал себя на мысли, что когда рядом находится эта странная девчонка он всегда теряется. Куда-то в неизвестном направлении исчезает его самоуверенность и дерзость.
Он вгляделся в девичью спину перед собой.
Откровенно говоря, Цзян Шуцзин нельзя было назвать красоткой. Да, она была симпатичной. Длинные темные волосы обрамляли белоснежное лицо в форме семечка. Стройная фигурка и невысокий рост. Все это было полной противоположностью типажа Хэ Синьчжоу. Ему нравились загорелые девушки, с длинными ногами и красивой фигурой.
Но именно рядом с Цзян Шуцзин он чувствовал радость, страх, ревность, бесполезность. Он чувствовал, что живет. Только испытывая сильные эмоции, можно осознать свое реальное существование. И хоть знакомы они были совсем немного, это чувство в его груди было таким же ощутимым, как и разряд электричества от высоковольтного столба.
Любовь с первого удара?
– Эй, Цзян Шуцзин, – позвал юноша.
Шу обернулась, не останавливаясь.
– Я, кажется, влюбился в тебя. – Голос Хэ Синьчжоу прозвучал серьезно, отчего у Шуцзин даже не возникло мысли ему не поверить.
Она бросила на него мимолетный взгляд.
– Тогда тебе можно только посочувствовать, бедняга.
Ответ изрядно удивил Хэ Синьчжоу.
– Почему?
– Ты просто не представляешь, во что ввязываешься.
– Так просвети меня.
– Ты исчерпал свой лимит вопросов, – ответила Цзян Шуцзин, накидывая на себя белую олимпийку. Стало ощутимо прохладнее, а свою куртку она благополучно забыла дома.
– Вообще-то, ты мне должна ответ, – глядя на Шуцзин в своей одежде, Хэ Синьчжоу едва не растаял. Тепло разлилось по его груди, не давая думать связно.
– Вообще-то, – в тон ему ответила девушка. – Ты проигнорировал мой вопрос, так что твой «ответ» аннулируется.
Ее лицо украсила улыбка.
Теперь в груди Хэ Синьчжоу стало еще теснее – отчаянно забилось сердце. И что за дурак посмел сказать, что она не красивая?
Он смотрел на нее и не мог наглядеться. Свет от уличных фонарей был неярким, отчего улицу окутывал приятный полумрак. Тень от длинных ресниц падала на щеки девушки. Сейчас в таком свете ее глаза казались нереально большими и такими завораживающими. Губы Цзян Шуцзин безмолвно двигались, но, как и шум вокруг, Хэ Синьчжоу совершенно ничего не воспринимал.
– Тут мы и разойдемся, – наконец до мозга Хэ Синьчжоу стали доходить звуки. – Надеюсь, отсюда ты сможешь добраться самостоятельно.
– Да... – тупо ответил он.
Они стояли на развилке дороги. Одна шла в жилой район, где жили Шу и Бао, другая же вела в сторону больницы, рядом с которой и жила семья Хэ Синьчжоу.
Им предстояло разделиться и каждому пойти своей дорогой.
Цзян Шуцзин уже помахала ему на прощание и направилась в сторону своего дома, когда Хэ Синьчжоу окликнул ее.
– Что еще? – устало спросила она.
– Я не хочу оставлять тебя в этой темноте одну. Хочу последовать за тобой и защитить.
– Но как же ты потом доберешься до дома?
Он щелкнул ее по носу.
– Поверь, с этим я как-нибудь найду способ справиться. Пошли?
Цзян Шуцзин кивнула, и они вместе, плечом к плечу, направились вперед, по дороге, освещенной уличными фонарями.