13
В понедельник утром Цзян Шуцзин поднялась со своей постели раньше будильника. На удивление, она чувствовала себя выспавшейся и бодрой.
По привычке, выработанной годами, она уже собиралась написать Мин Бао, чтобы тот зашел за ней, но она вспомнила, что он уехал в лагерь.
Настроение сразу упало, и это чувство сопровождало ее всю дорогу до школы.
Хоть с ней и был Вэй Линь, она все равно чувствовала себя жутко одиноко. Так, словно ей вырвали половину сердца.
Брат всю дорогу молчал, не решаясь заговорить с ней. Молчание Шуцзин очень пугало Вэй Линя, но еще больше он боялся спрашивать.
Вот и вернулось то время, когда он боялся собственную сестру...
В последнее время Вэй Линь все чаще боялся оставаться один, поэтому старался всегда находиться в компании с кем-то. В тот день, когда его побили ученики Люйцзи, он тоже был с одноклассниками, но те сбежали, едва на горизонте замаячила красная форма. Лишь Цзян Шуцзин защитила его, хотя и была хрупкой девушкой. Он одновременно чувствовал стыд за себя, что не смог дать отпор, и гордость за сестру, что была так отважна.
Только с одним человеком он чувствовал себя в безопасности – с той, кто била его все детство.
В общем, теперь он маленьким хвостиком следовал за Шуцзин.
Лучше уж ее гнев, чем посторонний...
Неделя тянулась слишком медленно.
Мало того, что Мин Бао уехал в свой лагерь, оставив ее на произвол судьбы, так и Ван Анъин взяла больничный из-за болезни.
Цзян Шуцзин осталась совершенно одна!
Это было так жестоко.
Ей даже не с кем было поговорить.
В классе она общалась со многими ребятами, но лишь с Бао и А-Нин Шуцзин чувствовала себя уютно.
А Вэй Линь всегда молчал! Даже когда его о чем-то спрашивали он либо кивал головой, либо смотрел в сторону, не обращая внимания.
Всю неделю Шуцзин не общалась с Мин Бао, боясь помешать ему своим звонком или сообщением. Все же он поехал туда не просто так, а отвлекать человека пустой болтовней ей не очень хотелось.
В четверг после обеда к ним в школу должны были прийти ученики школы Люйцзи, чтобы обсудить предстоящий концерт, так как в пятницу у них был пробный экзамен. Из-за того, что Мин Бао не было, учителю У пришлось самому устраивать встречу и участвовать в обсуждении.
Цзян Шуцзин было глубоко по барабану происходящее, поэтому она открыла один из своих романов и самозабвенно стала читать.
В какой-то момент учителю У позвонили, и он вышел из малого зала.
Не прошло и минуты, как между школьниками двух школ завязалась драка.
Дабы не пострадать, Шуцзин отошла подальше и вновь уселась за чтение, не обращая внимание на происходящий вокруг беспредел.
Но кто же знал, что этот лис Хэ Синьчжоу последует за ней, чтобы в случае чего «защитить»!
Ей его защита была как собаке пятая лапа. Удар ее ноги мог сравниться по силе с ударом кенгуру. Чтобы не разжигать конфликт еще сильнее, девушка решила просто проигнорировать присутствие этого парня.
Кто-то из Циюэ решил проучить Хэ Синьчжоу и поспешил вслед за ним. Потасовка завязалась и там.
Хэ Синьчжоу настолько сильно разозлился, что напрочь забыл, что помимо него и его обидчика в радиусе метра был еще кто-то.
Замахнувшись кулаком, он случайным образом ударил Цзян Шуцзин локтем в уголок глаза. Не ожидавшая удара девушка свалилась на пол, при этом неудачно упав на ногу.
– Хэ Синьчжоу! – закричала Шуцзин, перекрывая своим звонким голосом гвалт других учеников.
Парень стремительно обернулся. Вся краска схлынула с его лица.
Сама Шуцзин сидела на холодном полу, обняв левую ногу и подвывая от боли.
– Какое плохое зло я тебе сделала? – спросила она, но вспомнила, как недавно запустила в него рюкзаком и быстро заткнулась.
Через полчаса они оба сидели на больничной койке. Мин Дачен прожигал несчастного Хэ Синьчжоу взглядом, готовый убить его в этот же момент, едва он пикнет.
Похоже, она, Мин Бао и Вэй Линь должны были пройти этот урок по очереди.
– Как ты себя чувствуешь? – спросил он.
– Униженно и оскорбленно.
Слабая улыбка скользнула по лицу Мин Дачена.
– Я не хотел... – попытался сказать Хэ Синьчжоу, но удостоился такого злого взгляда от мужчины, что тут же в страхе заткнулся.
Видеть напуганного парня комплекции среднего шкафа было действительно забавно. Если бы у Шуцзин не болела половина лица, она бы посмеялась от души.
– К счастью, нога в полном порядке, всего лишь легкий ушиб. К утру будет лучше.
– Слава богу... – прошептал рядом сидящий парень с заметным облегчением, – ему пришлось тащить Цзян Шуцзин на руках всю дорогу (поездка в машине не считалась).
Мин Дачену захотелось просто выгнать его отсюда, потому что иначе он мог попросту придушить этого Хэ Синьчжоу. Но он все же был врачом лечащим, а не калечащим, поэтому, сдержавшись, он продолжил:
– А вот глаз...
– О боже! – воскликнула Шуцзин. – Я же не останусь без глаза?!
Сейчас область вокруг глаз была опухшей, поэтому Мин Дачен наложил холодный компресс, стараясь не повредить глаз.
– Спокойно, твой глаз останется при тебе. Только вот попади он немного левее, ты действительно могла остаться без него! – на последних словах Мин Дачен сорвался на крик.
Хэ Синьчжоу невольно сжался. Его единственной мечтой сейчас было поскорее убраться отсюда.
Цзян Шуцзин это показалось очень забавным. Не часто можно увидеть, как жираф пытается стать незаметным муравьем.
– В общем, там будет огромный синяк. Я дам тебе мазь. Еще надо будет прикладывать лед.
Неожиданно Шуцзин расхохоталась.
– Теперь мы с Мин Бао будем ходить как парочка, с парными синяками. Они у нас даже на одной стороне.
Мин Дачен подобного веселья не разделял.
– Доктор Мин, просьба срочно пройти в первую операционную.
Голос медсестры, усиленный колонками, спас Хэ Синьчжоу от жестокой расправы.
– Отдохни тут, я позже отвезу тебя домой.
После этих слов мужчина быстрым шагом, не дождавшись ответа, удалился.
Конечно, Цзян Шуцзин не собиралась ждать его. Болеть лучше всего дома, особенно когда за это тебя пожалеют и дадут различные вкусности. В общем, Шу решила пойти домой.
Чувствуя вину, Хэ Синьчжоу вызвался отвести ее домой. Но так как девушка жила всего в двадцати минутах ходьбы, он решил отнести ее. Цзян Шуцзин, конечно, не стала отказываться.
– Я действительно не хотел этого делать. – Голос парня был настолько тихий, что его спутница едва услышала.
– Хотел – не хотел, придется тебе взять ответственность! – серьезно ответила Шуцзин, удобнее устраиваясь на его спине.
На мгновение Хэ Синьчжоу замер.
– Цзян Шуцзин, я готов взять на себя всю ответственность. Ты выйдешь за меня замуж?
– Боишься, что повредил мне мозг, и меня из-за этого больше никто не возьмет замуж?
– Нет.
Шу только хотела утешить его, как прозвучало:
– У тебя и так с головой не очень, так что хуже точно не будет.
Все желание тут же исчезло!
– Вообще-то я серьезно.
– Хэ Синьчжоу, – ошарашенно обратилась к нему девушка. – Ты всегда решаешь проблемы таким радикальным образом?
– В моем понимании ответственность – это серьезно.
Язвительность в его голосе была почти осязаема.
– Про ответственность я имела в виду обед или новую книгу... А ты про брак заладил! Ладно бы еще шутил!
– А я не шучу! – гневно выпалил он.
– В том-то и дело, дорогой.
– ...
– Нет.
– Что «нет»?
– Я не выйду за тебя.
– Это почему?
– Вообще-то у меня уже есть жених! – гордо выпалила Шу, ничуть не смутившись.
– Ты сказала, вы с Мин Бао просто друзья!
– Чего ты орешь? Чего ты вечно орешь? Мой жених не он.
– И кто же он? – спросил Хэ Синьчжоу, проигнорировав первую часть ее слов.
– Лю Юйнин! Я собираюсь выйти замуж за него!
–...
Нормальных слов у Хэ Синьчжоу не осталось. Только плохие. Но и их он решил держать при себе.
—Я уже посмотрела и нашу совместимость. Во всех аспектах больше, чем девяносто процентов!
—Цзян Шуцзин, а твой «жених» знает, что женится на тебе?
—Еще нет, но он точно будет не против. Где он еще найдет такую красавицу?
—И дурочку... — прошептал парень, надеясь, что останется неуслышанным.
Он нес ее на спине так легко, будто она совсем ничего не весила.
—Хэ Синьчжоу, — странным тоном проговорила Цзян Шуцзин. — У тебя такая широкая спина...
—К чему ты клонишь? — с подозрением спросил парень, уже ожидая чего угодно.
—Хочешь подзаработать?
—Цзян Шуцзин, ты же понимаешь, что твои вопросы звучат ну очень странно?
—Конечно, но у меня к тебе деловое предложение.
—Как это относится к моей спине? В чем связь?
Шуцзин положила голову на его плечо, уткнувшись в основание шеи.
— Связь самая прямая.
Хэ Синьчжоу вздрогнул, и по его телу пробежался табун мурашек.
—И что за предложение? — небрежно спросил он.
—Ты можешь в дождливые дни собирать людей на своей спине и относить их в школу. Это принесет тебе много денег.
—Цзян Шуцзин! — возмутился парень.
—Не кричи, пожалуйста, — простонала Шуцзин. — У меня разрывается голова.
Хэ Синьчжоу не нашелся с ответом. Его захлестнуло чувство вины.
Дойдя до дома Цзян Шуцзин, ее «носильщик» хотел было занести ее туда, но девушка остановила его и аккуратно слезла со спины.
—Что случилось? — встревожился он.
—Дальше тебе нельзя.
—Почему?
—Ты склонен к суициду?
—Нет, — растерялся Хэ Синьчжоу. — У тебя точно все хорошо?
—Если не хочешь умереть от рук моих родителей, то тебе лучше бежать. Обычно они мирные, но когда кто-то обижает их детей, то они превращаются в страшных людей. Мало того, что ты избил их племянника, теперь и их драгоценная дочь пострадала от твоей руки... или локтя... не важно в общем.
—Но...
—Поверь, дядя Мин — ангел по сравнению с ними.
—А...
Не дав ему договорить, Цзян Шуцзин во всю мощь своих легких закричала:
—Папа!
Стоит ли говорить, что вместо Хэ Синьчжоу осталось лишь облачко пыли?
***
Наконец сойдя с междугороднего автобуса, Мин Бао почувствовал облегчение. Все это время непонятное напряжение сжимало его грудь, не давая вздохнуть. Никогда прежде он не покидал свой родной город на такой длительный срок. Все его поездки длились не более нескольких дней, но теперь он отсутствовал больше недели.
Мин Бао скучал не только по своему дому и отцу, но и по этой несносной девчонке. Он сто раз успел пожалеть, что не обнял ее на прощание. Эта мысль не давала ему покоя на протяжении всей недели.
Они не расставались так надолго с самого детства. Раньше Мин Дачен всегда брал ее с ними в их семейные поездки, и Мин Бао привык к этому. Воспринимал как само собой разумеющееся.
Мин Бао размеренными шагами шел в сторону своего района, но ему хотелось сорваться на бег и бежать до тех пор, пока он не увидит Шу. Незримое присутствие этой девчонки рядом всегда успокаивало его, действуя не хуже сильнодействующего лекарства.
Всю эту поездку он чувствовал себя не на своем месте. Рядом никто не читал сомнительные романы, при этом гадко подхихикивая. Никто не подкалывал его. Никто не дарил ему чистый, искренний смех. И от этого ему становилось не по себе. Он стал слишком зависим.
– Мин Бао! – крикнул кто-то.
Крик вырвал его из мыслей, и Мин Бао резко поднял голову.
На другом конце улицы стояла Цзян Шуцзин и энергично махала ему рукой. Сердце Мин Бао сжалось, но затем он наконец вздохнул полной грудью.
Впервые за неделю.
Напряжение, которое давило на него все это время, наконец улеглось.
Ее прекрасные пряди, собранные в высокий хвост, развевались на ветру, словно шелковые нити. Сейчас Шуцзин казалась ему особенно красивой. Она была живой и яркой, словно написанная лучшими красками.
Бао смотрел на нее, не в силах отвести взгляд, стараясь запечатлеть эту картину и этот миг в своей памяти, вшить под кожей.
Цзян Шуцзин, похоже, тоже была рада их встрече. Она побежала к нему на встречу, слегка прихрамывая.
Время вокруг словно замедлилось, и Бао с странным оцепенением наблюдал за ее приближением.
Не сдержавшись, он заключил ее в свои объятия и сжал.
Сжал так сильно, что у Шуцзин перехватило дыхание.
Мин Бао со всей ясностью понял, что Цзян Шуцзин стала для него не просто подругой. Она была кем-то гораздо большим.
Он окончательно и бесповоротно влюбился в нее. Уезжая в лагерь, он оставил с ней часть своего сердца и только увидев ее, ожил.
Осознание резануло по нему острой бритвой, обнажая плоть.
– Что с тобой? – спросил Бао, едва внимательнее всмотревшись в ее лицо. Поначалу, находясь под воздействием своих эмоций, он не заметил ничего странного.
Теперь же, когда первая волна улеглась и он, наконец, выпустил ее из своих объятий, изменения в Цзян Шуцзин стали слишком очевидны.
Она прихрамывала на левую ногу, и половина ее лица опухла, налитая синевой.
Мин Бао ужаснулся:
– Я оставил тебя всего на неделю, что с тобой произошло?
Шуцзин смущенно потупилась, и Мин Бао испугался еще больше. Смущение Шуцзин было еще более странным.
– Цзян Шуцзин, – Мин Бао взял ее за плечи. – Расскажи мне, что ты натворила, и я обязательно помогу тебе.
– Ничего...
– Ты во что-то влипла, и тебе решили отомстить?
– Нет.
– Я приму и помогу тебе с чем угодно!
– Да ничего я не делала!
– Тогда откуда у тебя синяк на половину лица?!
Цзян Шуцзин вырвалась из его рук и потупилась.
– Я действительно ничего не делала...
– Ближе к делу.
В голосе Мин Бао стала прорезываться сталь. Видя его таким, Шу не смогла сдержать смешок. Уж довольно забавным он ей показался.
— Это был обычный день пятницы...
— Цзян Шуцзин!
— Имей терпение! – в ответ повысила голос она и совершенно спокойно продолжила:
— Солнце светило ярко, а в школе было не так много народу, как обычно.
Послышался отчетливый звук заскрипевших зубов.
— Ладно-ладно, – хихикнула она. – Я просто сидела и читала книжку, когда в меня прилетело.
— Так уж просто сидела? – ехидно спросил Бао, сложив руки на груди.
— Я серьёзно.
— И кто же тебя ударил?
— Тебе не понравится это имя... – загадочно понизив голос, сказала она, повиснув на его руке.
— Говори.
Шуцзин жестом показала ему немного опустить голову и, когда парень подчинился, прошептала:
— Не скажу.
— А ещё, я едва не вышла замуж. Ты бы обрадовался моей свадьбе?
— За Лю Юйнина?
— К твоему удивлению, нет.
— Тогда я бы только посочувствовал тому несчастному, что решил бы связать с тобой жизнь.
Мин Бао настолько разозлился, что у него не осталось слов. Он попытался оторвать руки Шуцзин от своей, но та вцепилась словно клещ.
Чтобы не причинить ей боль, парень оставил все попытки.
— А где в это время был Вэй Линь? – В одной руке Мин Бао нес свою сумку, на другой висела Шуцзин.
— На занятиях. Да и чем он сможет мне помочь? Его самого надо защищать.
Ранее она говорила, что это произошло в пятницу. В этот день они должны были пойти на встречу с учителем и учениками соседней школы. Вэй Лина рядом не было, он был на занятиях. Значит, это произошло на этой встрече. Никто из «своих» её не тронул бы, следовательно, это ученики школы Люйцзи. Никому из них Шуцзин дорогу не переходила. Кроме одного.
Хэ Синьчжоу.
Гнев вскипел в крови молодого парня. Ему казалось, что сейчас он способен на убийство.
Мин Бао никогда бы не подумал, что это отродье поднимет руку на беззащитную девушку. Да ещё и ту, которая держалась в стороне!
Он хорошо знал Шуцзин, и она попросту не лезла в драки, только если её близким угрожала опасность. В прошлый раз она вмешалась только из-за опасности для Вэй Лина. Сейчас же она не стала бы это делать ни за какие деньги. Поэтому да, он верил, что она действительно не виновата. Виноват этот...
— Ты меня слушаешь?
Цзян Шуцзин вмешалась в поток его мыслей и напрочь сбила весь убийственный настрой.
— Что?
— Что? — передразнила его Шуцзин. — Я говорю, что мы могли бы сходить на роликовый каток, как только Ван Анъин станет лучше.
— А что с ней?
— Она взяла больничный на неделю в школе.
— Думаешь, она захочет?
— А почему нет? Я её уговорю. — Шуцзин злобно хихикнула. Сердце Бао пропустило удар. Ему казалось, что она чересчур радостная, и ему до жути хотелось, чтобы именно он оказался причиной этой радости.
— Да, ты умеешь быть убедительной.
Его голос был мягким, наполненный нежностью.
— Ах да, я забыла спросить тебя, — Шуцзин хлопнула себя по лбу. — как всё прошло?
— Тебе кратко или развёрнуто?
— Как хочешь.
— Ну... — протянул Мин Бао. — в целом неплохо.
— А если развернуть?
— В целом... всё не так плохо, как могло было быть.
Шуцзин побледнела.
— Что случилось?
— ...
Мин Бао выдержал паузу, полную драматизма.
— Если сдам главный экзамен хорошо, гарантированно попаду в Шанхайский университет.
— Мин Бао! — Шуцзин стукнула его и гневно потопала вперёд.
— Что? Я лишь ответил той же монетой!
Он, смеясь, побежал за ней.
Шуцзин улыбнулась ему, принимая его попытку. Ей уже давно хотелось кое-что сказать, но она никак не решалась. Ей оставалось лишь крутить это в своей голове.