Глава 7
— Нэоко? — За спинами ничего не подозревающих девушек раздался удивленный голос. Они обе развернулись к источнику шума.
Молодой юноша, с криво подстриженными белоснежными волосами, стоял посередине узкого прохода. Несмотря на свои небольшие размеры, он занимал всё пространство. Из-за его спины виднелись длинные пряди тёмно-синих волос, но их обладательница не спешила выдавать своё присутствие. Сейчас спутница беловолосого была похожа на ребёнка, спрятавшегося за матерью при виде чужаков.
— Привет, Ацуши, — Спокойным голосом ответила Нэоко. После приветствия парень сразу перевел взгляд на сидящую рядом незнакомку. Она, также не отрываясь, смотрела на него. — Это моя подруга — Маико, — Решила развеять напряжение Нэоко.
— Приятно познакомиться, Ацуши, — Аризу приветливо помахала рукой, мысленно надеясь, что этот парень не такой догадливый, как бывший мафиози Дазай. В ответ Накаджима слегка поклонился.
В этот момент, внимательно изучая парня, Аризу успела заметить недоверчивый взгляд голубых глаз стоящей сзади девочки. Казалось, было что-то в нем знакомое. Холод, как стальной клинок и обида, в ответ на жестокость мира. Аризу уже видела эти отметины в глазах совсем маленького Юмэно Кюсако. И они не пропадали ни на мгновение, пусть Аризу и Кью пробыли напарниками не дольше двух месяцев.
— Кёка, и ты тут! — Нэоко тоже заметила одну из присутствующих на расспросе сотрудницу. Удивившись тому, что ей удалось запомнить единожды произнесённое имя, Нэоко подошла ближе к Ацуши. — Вы тоже пришли посмотреть на салют?
— Да, он скоро уже должен начаться, — белобрысый, как и Кёка, не переставал разглядывать чудной вид Аризу. Для него он казался необычным и слегка нелепым, а у юной убийцы вызывал чувство насторожённости.
— Тогда нам стоит пойти ближе, пока не набежало слишком много людей, — голос Аризу был лёгкий, как парящее в ветреный день, перо.
Ацуши улыбнулся и, кивнув, повернулся к Кёке. Забыв о стоящей позади девочке, он столкнулся с ней лбами. Та сразу же отстранилась, слегка покраснев. Наконец выбравшись из закоулка, компания направилась к побережью. Прекрасное и романтичное место, отлично сочетающиеся с яркими вспышками искр. Молодые парочки мило обсуждали весело проведённый вечер, вместе ожидая начала представления.
Нэоко и Кёка с детским нетерпением пытались угадать, что организаторы придумают на этот раз. Возле них стоял Ацуши. Необыкновенные жёлто-фиолетовые глаза внимательно следили за стоящими перед ним девушками. Также парень старался наблюдать за стоящей позади всех Аризу. Он то и дело поворачивался, делая вид что, осматривает местность или становился в пол оборота, следя за новой знакомой боковым зрением.
«Определенно их подослал Дазай» — насторожилась Аризу.
Вечер прошёл чудесно. Все веселились, и даже волк в овечьей шкуре смог влиться в роль.
***
— Странная девушка в чёрной шубе, с кудрявыми волосами и с безразличным взглядом? Отлично, Ацуши-кун, — Дазай улыбнулся. Эта улыбка вернула его на пять лет назад. Прямиком во времена портовой мафии.
***
Подруги решительно отказались от того, чтобы их проводили работники ВДА. Остатки праздничного настроения требовали ещё больше впечатлений. Но это чувство присутствовало только у одной из подруг. Другая, в свою очередь, хотела лишь добраться до кровати и наконец отдохнуть перед оправданием за пропуск. На полпути от дома, Аризу, сказав, что отправляется к подруге, повернула в слабо освещённый переулок. Нэоко, ничего не успев ответить, продолжила свой путь, успокаивая себя тем, что Маико на два года старше её и не попадёт в опасность по глупости.
Редкие фонари освещали скрытые переулки Йокогамы. Путь был уже привычен и Аризу казалось, что она может пройти с закрытыми глазами. Но сейчас каждый шаг давался с трудом. Ноги путались, пытаясь отговорить хозяйку от неразумной идеи. Сейчас девушке было всё равно на возможную опасность.
«Достоевский не позволит этому случиться» — Как обычно успокоила себя Аризу.
Несмотря на предвкушение встречи, тонкая рука никак не могла решиться открыть дверь. С виду простая, ничем не отличающееся от остальных, дубовая дверь, но волнующуюся Кариши она вела в воспоминания. Прошлое распахнуло свои двери.
Шатен уже сидел за барной стойкой. Он знал, что старая подруга захочет увидеть его, даже спустя столько лет. Догадывался о намерениях, хоть и не до конца. Привычно нажимая на кусочек льда в стакане, Дазай услышал звук открывающейся двери.
— Осаму-сан, как же давно мы не выпивали вместе, — тон девушки был притворно издевательским. Аризу подошла к кудрявому и села на соседний стул. — Виски.
— А ты ни капли не изменилась. Даже уйдя из мафии, не можешь выспаться, — в каждом предложении Дазая был намек. Главное понять настоящий подтекст его слов.
— Я бросила эти темные делишки, прям как и ты, Осаму. Теперь моя жизнь спокойна и не предвещает перемен, — напряжение в баре нарастало и, казалось, даже бармен чувствовал это. — А что насчёт тебя? Ты до сих пор пытаешься убить себя?
— Да, но умереть в одиночку слишком скучно, что на счёт двойного самоубийства? — С первого дня их знакомства, бывший мафиози пытался покончить с собой. Честно, способы были обречены на провал.
«Если ты не смогла умереть по собственной воле, умри по воле наиважнейшего для тебя человека» — Дазай не был таким человеком.
— О-о-о, Осаму так и не смог найти смысл жить, — протянула Аризу, после чего отпила свой виски. Горький вкус, так давно не касавшийся её губ, ободрил девушку.
— Смысл? Жизнь не имеет смысла, кому, как не тебе знать об этом, — шатен хитро улыбнулся. — Твои волосы! Ты покрасилась! Теперь так похожа на Кью.
— Как думаешь, он помнит меня? — Оборвала ход мыслей Дазая, Аризу.
— Надеюсь, нет. — Хоть ответ и был грубым, но он полностью успокоил её.
— За Одасаку, — Дазай поднял стакан с алкоголем в сторону старой знакомой. Девушка сделала то же самое в его сторону и, не соприкоснувшись с друг другом, оба стеклянных сосуда были опустошены.
— Ты же теперь работаешь в ВДА? — Поинтересовалась Аризу.
— Да, а ты? — Напряжение вернулось в заведение или вовсе не пропадало?
— Небольшая кафешка.
— Скучно-о-о, — Протянул Осаму, положив голову на стойку. К тому моменту бармен опять наполнил стаканы и суицидник разглядывал тёмно-желтую жидкость. — Совсем на тебя не похоже.
— Безопасно, — Заключила черноглазая, опять отпивая из стакана.
— Ты так и не научилась пить. Нельзя так много отпивать, — повернувшись к слегка удивленной заявлением «собутыльнице», сказал Осаму.
— Это было один раз! — наконец вспомнив, возмутилась Аризу, — До того дня я вообще даже не пила, так что не в счёт!
— Ну да, — Осаму ей, конечно, не поверил.
Ещё полчаса бар был заполнен воспоминаниями из мафии и попытками выяснить настоящие мотивы друг друга. Когда одна из крыс уже еле держалась на ногах, а суицидник, выпивший такое же количество алкоголя не изменился в лице, было решено расходиться. Девушка отказалась от попутной охраны Дазая, ранее придуманным предлогом про ночёвку у парня.
Мгновенная тишина, а после громкий смех.
— Ха-ха, у тебя парень? Ха-ха-ха, — Дазай никак не мог успокоиться. — Я скорее поверю, что Чуя выкинул свою шляпу.
— Ты так и не вырос, Осаму! — Аризу вскочила со стула. Язык слегка заплетался, но ещё мог спорить со смеющимся молодым человеком.
— Я, в отличие от тебя, вырос, — в очередной раз надавил на больное шатен. Дазай тоже встал и, смотря на раздражённую Ари, продолжил. — Ты стала слишком нудной, что с людьми делает возраст.
— Я всего лишь на год старше тебя, придурок! — девушку качало и казалось, что она вот-вот упадет посреди бара и суициднику опять придется тащить её подальше от выпивки.
— Да, да, как скажете. — он всё равно не переставал задевать бывшую коллегу. — Думаю, тебе уже пора, а то выдуманный парень начнет волноваться, — Дазай так и не признал, что Аризу может полюбить кого-то.
***
— Не как не могу понять, почему ты постоянно тут крутишься? — Гоголь расхаживал по комнате, украшенной в бежевых тонах.
Аризу сидела возле шкафа из белого дерева, наблюдая за ходящим туда-сюда клоуном. Несмотря на количества алкоголя, поглощённого за этот вечер, ей совершенно не хотелось спать. Можно сказать, что ей не хотелось ничего. Ходящий перед ней человек был совершенно лишним в этой комнате, но выгонять его Аризу тоже не хотелось. Два года которые она провела взаперти, изредка выполняя приказы Достоевского, скрашивались беседами с всегда разговорчивым Николаем. Ещё был Гончаров, но он не мог понять, что чувствует запутавшаяся сама в себе девушка. А Гоголю удавалось стать прекрасной заменой ранее упомянутого Фёдора.
— Я могу уйти, — Безэмоционально ответила Аризу, облокотившись на шкаф.
— А как я тогда задам тебя очень важный вопрос?
— И что же ты хочешь узнать? — закрывая глаза, спросила Аризу. Она знала, что не сможет заснуть без снотворных, но боже, как же ей надоели эти таблетки. Благодаря Достоевскому, его подчинённая ввязалась в сильную зависимость. Так просто завязалась ещё одна ниточка на её запястье.
— Что ты скажешь Дос-куну о своем состоянии? — чёрные глаза резко распахнулись, но, встретившись с любопытным взглядом Гоголя, снова закрылись. Аризу со всей силы сжала глаза, вызывая приятные узоры.
— Может то, что ему не должно быть никого дела до моего состояния, пока я жива? — девушка улыбнулась, но эта улыбка была с долей горечи. — Как он говорил, часть плана, все дела.
— Как же так?! Он места себе не находил, — продолжал Гоголь с явным сарказмом, — Беспокоился о тебе.
— Мне вс… — попыталась возразить Аризу, но Николай перебил её.
— Всё равно? Не ври себе. Думаю, ты уже поняла, что это ложь. Ему и вправду нет никакого дела, пока глупенькая Аризу не попытается сорвать планы, — Девушку уже начинало раздражать поведение собеседника. — Ты просто игрушка, не знающая, где заканчивается любовь и начинается боль. Поэтому и считаешь эти чувства синонимами.
— Мне очень интересно слушать тебя, но сон будет куда интереснее разговоров. — наконец решилась заткнуть Гоголя, Аризу.
Она тяжело встала с пола и, не обращая внимания на ухмыляющегося клоуна, направилась к выходу. Его веселило не то, что он смог прогнать чёрноглазую, а то, что задумка, основанная на нетрезвом состоянии девушки, сработала на ура. Так она ушла из своей комнаты ко второй стадии хитрого плана Гоголя. Теперь дело за малым эффектом бесстрашия от алкоголя. И вуаля, вновь подвал, вновь её страдания и вновь он станет единственным, кто будет разделять с Аризу камеру пока нету Фёдора. Ведь дискуссии с девушкой, когда та полностью отстранена от дел организации и Достоевского, были одним из излюбленных занятий Николая.
***
Тишину в комнате разрезал громкий хлопок двери об стену. На пороге стояла, в открытую улыбающаяся, Аризу. Худые ноги в чёрных чулках слегка подкашивались. Комната, в которую она только что ворвалась, совершенно отличалась от её. Мебели здесь было относительно мало. Зато большинство свободного пространства заполнилось кипами бумаг и папок. Тёмный дуб утончённо сочетался с чёрным полом и такого же цвета стенами. Казалось, что все эти тёмные оттенки поглощали и так малое освещение.
Достоевский, не обращая внимания на шум, продолжал свою рутину. Закусив большой палец, он рассматривал одну из бумажек. Мягкая белая ушанка лежала рядом с ним. В комнате, на самом деле, было жарко, и даже открытое окно не спасало ситуацию. Услышав тяжёлое дыхание до сих пор стоящей на пороге гостьи, Фёдор отложил листок.
Аризу внимательно следила за движениями Демона. Сердце билось с бешенной скоростью, адреналин бил по вискам. Когда Достоевский, наконец, повернулся к помешавшей ему работать, девушке, тело пробил ледяной ток. Ком из слов застрял в горле. И только бледные губы слегка приоткрылись, чтобы высказать всё, испортившему её жизнь, демону. Но Фёдор первый начал диалог:
— О, здравствуй милая Ризу. Ты поступила так опрометчиво. И прошу, не говори, что не знала о последствиях.