4 часть
Вышла я опять в злом настроении. На завтра у меня была назначена встреча сперва с Ксенией, потом с Сережей.
Он как-то странно на меня посмотрел в конце. Узнал? Да вряд ли, как тут узнаешь. Я же даже голос немного меняла. Короче ладно, думаю, что все хорошо. Просто наверное я напугала своими терками с санитаром. Да любой бы испугался, включая меня саму.
Шура спрашивает все ли у меня хорошо, так как Олег дал ему боевую готовность
– Да все ок, подралась с санитаром, точнее он меня пытался придушить, а я ему локтем зарядила, – быстро говорю я
– Чего ты? Ладно, – удивленно отвечает Шура, – Ты бы полегче там
– Выбесил, – признаюсь я
– Ладно, если меня кто-то бесит, то не стыдно и колени ему прострелить, – говорит Шура.
– Я прекращу шутить про попугая!
Дальше мы садимся в машину и едем домой, я попутно разглядываю рисунки.
На пороге нас встречает разгневанный брат
– Вот что ты вытворяешь, Александра? – хмурится он
– Ой, да не ворчи ты! Я же сделала все как ты и хотел, мне легче будет следить за его состоянием наедине, чем в группе и со сворой сумасшедших санитаров, – всплеснула я руками и ушла в спальню.
Я себя не узнавала. Мое вселенское спокойствие в стрессовых ситуациях исчезло. Раньше, еще тогда в дет доме, я могла спокойно вытаскивать что-то из раны Олега или спокойно все бинтовать, сейчас, если я узнавала про какое-то происшествие, меня кидало в дрожь. Наверное началось после фейковый смерти моего брата. Если бы он это все устроил, и я бы знала об этом, то все было бы хорошо. Но когда я девять месяцев находилась в шоке и непринятии этого, рыдала, скрываясь от Сережи в отдаленных помещениях и серверных его башни, а в конце меня добили тем, что мой парень чумной доктор убийца, и типо «Саш, сорри, мы его короче забираем в психушку, где его уничтожат морально и заколют препаратами, но ты не грусти, у тебя теперь все акции компании Сереги, и что, что ты не собираешься ими пользоваться, сиди улыбайся, общайся с прессой, смотри сколько у тебя занятий, ну и ладно, отняли все, чем ты дорожила, сообразишь, что делать!»
И после всех слов, что вылетели в мой адрес, я занимаюсь тем, что работаю под прикрытием в психушке. Браво.
В дверь позвонили.
Я никого не ждала.
Олег крикнул, чтобы Шура открыл, но перед этим проверил. Да от кого они шугаются вечно.
Я выхожу в коридор и уже слышу недовольный голос Шуры
– Те тут не рады, мужик, – он опирается на косяк двери, а из-за его плеча я вижу майора Грома
– Что вам нужно? – спрашиваю я сухо, после нашей последний встречи, видеть я его, честно, не хотела
– Я извиниться пришел, за слова в участке. Не правильно поступил, это тебе, в качестве извинений, – он протягивает мне большой букет
– Спасибо конечно, но не стоило, я не держу зла, – отвечаю я, и беру букет, – Правда, не стоило.
– Еще раз извини, был не в настроении, – ответил он
– Может чая тогда выпьешь? – предлагаю я
– Какая ты дотошно добрая, – Шура закатывает глаза и уходит
– Нет, у меня работа, я так забежал, по пути было, я пошел, пока, – отвечает он и уходит
– до свидания, стоп, откуда адрес? – удивляюсь я
– Я все таки полицейский, – кричит он с лестничной клетки другого этажа.
Я похлопала глазами, но, смирившись с тем, что полиция знает мой адрес, зашла в квартиру
– Может мне ему руки сломать? – разглагольствует Олег, пока я ставлю пышный букет белый роз в вазу
– А может мне тебе нос? Хватит, он же просто извинился, ты мне вообще цветы не даришь, а наборы для выживания, – закатываю глаза
– В следующий раз подарю и то и то, чтобы ты не чувствовала необходимость принимать подарки от тех, кто упекает твоего парня в тюрьму, – цедит Олег
– Олег, это его работа.. к тому же Сережа и правда.. – начинаю я
– Лучше молчи, – останавливает Шура, – Завари чайка, – снова конючит он
Я кидаю банкой в его сторону, и сообщаю, что не бариста.
Кто бы знал, что плохое настроение застанет меня прямо с утра.
Моросил легкий дождь, даже в своей толстовке за минуту я продрогла до костей.
Выбралась в кофейню, чтобы попить любимый кофе, дома у меня такой не получался. Олег побурчал с утра, чтобы я прекращала пить всю эту ужасную бурду, но смирился.
Я сижу в телефоне, когда ко мне резко подсаживается девушка с ярко красными волосами, она была тогда.. когда я ворвалась в офис «Vmeste».. я с ужасом отстраняюсь
– Здравствуйте, Александра, вы наверно меня не помните, – начинает она
– Что вы, вас, я не забуду никогда, – вспоминаю то, как она подкралась ко мне, чтобы взять интервью после суда
– Тогда будет чуть легче, извините, за столь резкое появление, я хочу взять у вас интервью, – быстро говорит она и достает камеру
Я аккуратно отодвигаюсь
– Прошу прощения, я не даю интервью, – быстро шепчу я. Внутри меня настигает небольшая паника
– Я всего лишь хочу узнать, что вы думаете по поводу того, что вашего молодого человека, ака чумной доктор, собираются выпускать, вы спонсируете это дело? Компания переписана на вас. Как вы после этого будете смотреть в глаза жертвам того дня, – говорит она
Чувства такта у нее нет. Совсем.
– Юлия, я не знаю, что вам на это сказать. Мой молодой человек находится в психиатрической больнице на принудительном лечении. И его оклеветали, делом занимаюсь не я, я до последнего была не в курсе, довольны? – быстро спрашиваю я, поднимаясь со своего места
– Александра, не врите самой себе! Вы прекрасно знаете, что Разумовский – чумной доктор, и я не знаю, почему вы его защищаете. Я бы на вашем месте отреклась от него и пустила бы деньги на благотворительность. Сергей – убийца, которого хотят выпустить, – с предвзятостью говорит она
– Юлия, прошу, оставьте меня и Сергея в покое. Вы думаете я не занимаюсь благотворительностью? Пришлю вам чек о расходах на почту, хватит. Мое мнение по поводу всего не меняется. Сергей и я не виновны, Чумной доктор, если вы заметили, продолжает орудовать, и юристы это докажут. У вас нет никаких прав меня здесь снимать, я не буду жаловаться, но еще раз прошу, уберите камеру, по-хорошему, – говорю я сухо
– Мы в свободной стране и я могу снимать, что захочу, – стервозит она, – Хватит защищать убийцу! Насколько мне известно, вы тоже выходец из детского дома, так же у вас был брат, Олег Волков, который погиб в Сирии, и как после такого вы можете оправдывать чумного доктора?!
– Хватит! – рявкаю я не нее, – Прекратите! Я нигде не оправдывала чумного доктора! Нигде! Хватит вечно шпионить за мной, я же видела кадры в вашем канале, просто отстаньте от меня! Никакие деньги не вернут мне брата и те нервы, что я убила! Сережа – последнее, что было, у меня забрали и его. Вам не надоело таскаться за мной по пятам, займитесь лучше полезным чем-нибудь, той же благотворительностью, а не клипанием однообразных хвалебных видео про майора Грома, поверьте, к нему, не смотря ни на что, я отношусь хорошо, но Юлия, вы же журналист. Расскажите о проблемах в тех же детских домах, а не снимайте по миллиону видео о том, что я странная девушка, которая отжала у Сергея все, и что оправдываю чумного доктора! Всего вам хорошего! А брата даже не смейте омрачать! – опять слезы пускаю, что-то в последнее время совсем расклеилась, я быстро выхожу из кофейни и иду домой. Пчелкина явно довольна отснятым материалом.
Заходя в квартиру, встречаюсь с настороженным взглядом Шуры
– Тебя можно оставить хоть на секунду? – спрашивает он
– Да, я же справилась, откуда ты знаешь? – спрашиваю я
– Во-первых, с третьего этажа мне было прекрасно слышно твои оры, а во-вторых.. это уже успели выложить в сеть, – отвечает он
Серьезно, за три минуты?
– И что пишут? – со смешком спрашиваю я, разуваясь и протягивая синеволосому матчу.
– Девушка Разумовского скандалит с известной журналисткой в кафе, – разводит руками Шура и шумно пьет зеленую жидкость
– Ничего нового, так, я пошла переодеваться и поедем в форт, – быстро говорю я, – А Олег где?
– Вышел в магазин, – отвечает Шура и продолжает играть в телефон
Я прохожу в мрачное здание форта. Меня провожают в кабинет Рубинштейна для подписания определенных бумаг
– Машенька, спешу предупредить. Вы наверняка знаете, что у Сергея ДРИ, но оно куда сильнее, чем вы думаете.. я не знаю, вам точно не страшно будет находиться с ним один на один, – уточняет он
– Нет, не из пугливых, в случае чего просто выбегу оттуда или позову на помощь, не обкалывайте его сильно, я должна видеть настоящие состояние пациента, чтобы помочь. – быстро говорю я
– Сделаю все, что в моих силах, – ни капли интереса в голосе, Рубинштейну определенно плевать.
Меня ведут, ведут долго. Очень.
Светлые коридоры сменяются более мрачными, помещение просто плачет по капитальному ремонту. Обшарпанная штукатурка. Потертые банкетки. Пол, как после бомбежки. Да и потолок тоже. Повезет, если на меня ничего не свалится. Пахнет сыростью.. конечно, тут же вода вокруг. Странное место для больницы, вот честно, очень странное. Как вообще разрешили держать здесь людей?
Меня заводят в комнату, там я оставляю все свои вещи, сумку, телефон. Меня проверяют и лишь потом запускают в камеру. Палатой это не назовешь. Я представляла себе белую комнату, отделанную мягкой тканью, а получила камеру в подземелье. На стенах разглядела плесень.. что за кошмар.. стараюсь не подавать вида, что меня что-то не устраивает. Кровать, измотанная веками, единственное, что есть в комнате, не считая прикованного к стене Сережи.
Я морщусь, когда меня туда заводят.
– Отвяжите его, пожалуйста, – прошу я у Вениамина
– На ваш страх и риск, Маруся, – говорит он и подает знак санитару. Спасибо, что санитар сейчас не тот Владимир, а какой то Леша.
– Сергей, вы нас слышите? Помните Машу? Она будет проводить с вами занятия, прошу не обижать ее, еще одного человека, который согласится с вами работать, я вряд ли найду, – устало говорит он и оставляет нас.
У двери все таки оставляют двух санитаров.
Я скептически смотря вслед Рубинштейну, сердце бьется все сильнее и сильнее.
– Сергей, здравствуйте, вы готовы к работе? – спрашиваю я, садясь на пол, чтобы быть с ним на равне. Пол очень холодный.. напомните мне написать жалобу в органы за такое содержание больных. Даже если это преступники. Никто такого не заслуживает. У Сережи всю жизнь был плохой иммунитет, я с Олегом за ним постоянно приглядывали, пока тот болел. Иногда у меня создавалось впечатление, что все мои болезни он притягивал на себя, так как я могла годами не болеть. От слова совсем
Он не реагирует.
– Сергей, я хочу помочь, – начинаю я, но не успеваю закончить
Он быстро поднимает на меня взгляд и тут же шарахается в сторону. Но смотрит явно не на меня сейчас. Я начинаю оглядываться по сторонам, чтобы посмотреть, что вызвало его панику, ничего не найдя, соображаю, что должно быть он видит что-то, чего не вижу я. Будет сложнее..
– Сергей, все в порядке? – уточняю я.
Он растерянно смотрит на меня, зажимаясь в угол
– Вы боитесь меня? – вновь спрашиваю я
Он отрицательно качает головой
– Проблема в другом? – переспрашиваю я, – Вы видите что-то, что не вижу я?
Он активно кивает.
– Все в порядке, чтобы вы не видели, это лишь игры сознания. Просто ваша фантазия! Просто успокойтесь и будет легче, давайте со мной, вдох, выдох, вдох.. – я спокойно двигаю руками
Он смотрит на меня, а точнее на мое плечо, просто сверлит его взглядом, потом закрывает уши
– Штука трогает меня? Да? – уточняю я
Он снова кивает
– Видите, я ничего не чувствую, он лишь пугает вас, – говорю я быстро, – Сергей, я хочу помочь, давайте вы расскажите о том, что или кого вы видите, что он хочет, что говорит, говорит ли вот вообще?
Он внимательно смотрит, потом снова закрывает уши.
– Я понимаю, что вы не доверяете мне, я не враг, – говорю я спокойно, – Я психолог и хочу помочь вам вернуться к жизни
– Лучше уходите... – шепчет он растеряно, – он может навредить..
– Значит он, Сережа, он мне не навредит, – он перебивает
– Вы не понимаете... не понимаете.. это не обычный случай, лучше уходите.. не хочу причинять вам боль, я знаю какого обо мне мнения общественности, – его очень трясет
– Меня не волнует мнение общественности, по их мнению я проститутка, – только щас я поняла, что сморозила, – Ладно, не будем про это, это все не правда. СМИ вообще много чего пишут, верить этому – глупо, я не боюсь вас, можете не волноваться
– Саша! Ты не Саша сейчас! – ругается Волков в наушник
– Вы не понимаете.. – он снова оглядывается и потом жмурится
– Я правильно поняла, что у вас есть вторая личность, – осторожно спрашиваю я
Опять кивает.
Все занятие я пытаюсь вызнать у него что да как, нормальных ответов я сегодня не дождусь, и это очевидно. Спустя час я уже хотела выбежать оттуда, только бы не видеть, во что превратили моего близкого, родного человека. Натворил бед конечно.. я что.. все простила ему?? Потом разберусь.
Заверив Сережу в том, что я его не боюсь и то, что верю ему, собираюсь выходить из камеры, чтобы отправиться на встречу с другой пациенткой Ксенией, но Сережа кидает мне пару слов
– Она тоже мне верила, и чем это обернулось, – про меня что ли блин? Идиот
– Уверена, что она все понимает, до встречи, Сергей, – быстро отвечаю я и скрываюсь в коридоре
– Ох, мать, тоски нагоняешь, – ворчит Шура в наушник
– Я не начинала еще, – шепнула я
Вечером сижу и бездумно отчитываюсь менеджеру по поводу своего внепланового отпуска. Он сильно злиться, потому что я должна была присутствовать на форумах, но я сказала, что не в состоянии и мне самой нужен психолог. Вова поворчал, но он понимал, насколько мне было тяжело со всей этой фигней.
Олег что-то стряпает на кухне, Шура уехал проверять других людей брата. Я устало припираюсь на кухню, после того как мой телефон начинает разрываться. Пчелкина выложила это поганое видео целиком. В комментариях люди опять поделились на две группы. Тех кто желает мне сдохнуть в бренном огне и муках и тех, кто поддерживает. Вторых явно меньше. Гораздо
– Не обращай внимания, людям только и нужны какие-то скандалы, – говорит спокойно Олег, ставя передо мной тарелку с пастой
– Это ты в Сирии на курсы поварские ходил? – выдаю я, Олег лишь закатывает глаза, – Мне было бы все равно, если бы она так старательно не задевала бы тему семьи. Ты прекрасно знаешь, как я к этом отношусь
– Если ты про то, что Серый чумной доктор, а я погиб в Сирии, то, де-факто, это все таки правда, – напоминает он мне
– Иногда тебе лучше молчать, – говорю я раздраженно
– И Саш, я сегодня искал кое-какие документы и нашел твой загранник, ты ничего мне не хочешь объяснить? – строго спрашивает он
Черт. Сейчас огребу, надо было лучше прятать.
– Что именно? Я им не пользуюсь толком, – рассеяно говорю я, прикидываясь дурой
– Не обманывай меня, ты прекрасно знаешь про что я говорю.. – начал Олег и резко долбанул кулаком по столу, – Что ты, мать твою, забыла в Сирии?! Как ты вообще до туда добралась!? Все аэропорты закрыты!
– Сам подумай зачем я это сделала! – огрызаюсь я
– Почему что ты дура! Зачем ты туда сунулась вообще?! – орет он
– Не знаю! Наверное потому что мне сообщили, что ты блять без вести пропал там! – ору я в ответ, не сдерживая нецензурную брань
– И что?! Это повод соваться в боевую зону?! – продолжает орать брат
– Да я волновалась за тебя! Придурок! Свалил туда никому ничего не сказав! Я с ума чуть не сошла! Потом эти заявления о твоей пропаже! Вот Разумовский видимо до конца съехал на нервной почве! Меня тоже не надолго хватило! Ну слетала я туда и что?! Лишним не было! – я с шумом отодвинулась от стола
– Ты ненормальная, Александра?! А что если бы тебя там убили?!
– Как тебя?! Огромное спасибо!
– Как ты, бляха муха, туда проползла вообще! Особенно в разгар конфликта!
– С военными! – ору я в ответ
Олег схватился за голову. Что развозить то
– Что еще ты вытворяла пока меня не было? – с ужасом спрашивает он
– Ты меня убьешь, – быстро говорю я и начинаю мыть тарелку
– Вываливай, а то я посмотрю через хакеров компании все твои расходы и передвижения, – строго говорит Олег
– Скажем так, наемники есть не только у тебя
– А ну повтори!
– Что слышал!
– Ты вообще не в себе?! какие еще наемники?!
– Которые мне тебя искали по базам! Их правда убили, там взрыв какой-то
– Который устроили мы
– То есть они все таки тебя нашли?!
– Да! Завалились к нам, ну мы уж ждать не стали
– Олег, ты кретин!
– Сама не лучше! Господи... куда смотрел Серый?! – обречено спрашивает брат
– Я сказала, что мне нужно побыть одной и принять факт того, что ты пропал, он не стал лезть. Да меня не было всего пять дней в Питере, – отмахиваюсь я
– А если бы ты с этими наемниками была?! – взвыл он
– Ну не была же в итоге, – отмахиваюсь я, – Я, вообще-то, за тебя сильно волновалась, ты не представляешь чего мне стоило не выйти в окно! Ты вообще мне не писал не звонил! Так что помалкивай, герой, пока я тут все не разнесла!
– Александра!
– Не называй меня Александрой! – рявкаю я на него, тарелка летит в стену и чуть не врезается ,в только что зашедшего Шуру. Прекрасно знает, как я ненавижу эту форму имени, засранец
– Ого, – выдает он на выдохе
– Я все сказала, ты не имеешь права меня за это судить! Я искала брата! Своего родного брата! А не эгоиста! – с этим криком я ухожу в спальню и заваливаюсь на кровать.
Шура о чем-то шепчется с Олегом.
Я снова лежу в наушниках. Шурик пытался со мной поговорить, но я послала его играть в планшет или компьютер. Олег не объявлялся, ушел куда-то, ну и хрен с ним, с эгоистом. Ни разу не написал, не позвонил мне за это время. Три года.. три года я жила на нервах. У меня есть полное право злиться.. а не видела я его суммарно.. ну около пять лет. Какой кошмар, мне уже 24..
Утром встаю и завариваю крепкий кофе. Шура в смешной позе спит на диване. Из куртки, которую он благополучно забыл снять, торчит пистолет. Я аккуратно вытаскиваю и начинаю рассматривать. Тяжелый
Шура подрывается и выхватывает из моей руки оружие
– Это тебе не игрушки! – восклицает он
– Поэтому он у тебя вывалился, – смеюсь я
– Э.. ладно, Олег уехал, – начинает он
– Я ничего не хочу слышать про этого придурка, – обрываю я, – пусть еще хоть раз мне попробует устроить истерику после того, что сам сделал, – уже тише говорю я
– А что он сделал? – спрашивает Шура
– А ты не знаешь? – отвечаю вопросом на вопрос
– Нет, он тебя обидел? – уточняет он
– Лучше бы обидел, – отстраненно говорю я и предлагаю ему кофе
– Он никогда не говорил с нами о семье, сказал, что из детского дома и все. Уже потом я случайно узнал, что у него есть сестра, он нехотя че то там сказал и все, мы забыли, между вами что-то произошло? Расскажи, – прочит Шура
– Он бросил меня с Сережей, оставив записку, что никакие универы ему не нужны и он хочет посветить себя военному делу.. даже не попрощался.. просто исчез. Я звонила, искала через полицию, обращалась в нужные органы, даже написала заявку на его демобилизацию, но все четно. Знала лишь то, что он где-то в Сирии. Один раз поздравил меня с днем рождения и все.. – мне тяжело про это говорить, – я бы никогда не помешала ему заниматься тем, чем он хочет, просто волновалась сильно, это все таки боевая зона. Просто хотела, чтобы он хоть иногда вспоминал про меня и Сережу, у меня кроме него только мразотная тетка в Москве и ее сынишка дауненок, а он взял и просто нас кинул. Не объяснив ничего, – зло говорю я, активно размешивая сахар в кружке и гремя ложкой так, что кажется скоро посуда не выдержит
– Да уж.. а вчера вы что за скандал устроили, – спрашивает Шура
– Узнал, что я ездила в Сирию, – сказала я непринужденно
Шура аж подавился
– Чего?! Как ты туда попала то вообще?
– У Сережи уже тогда была огромная компания с большими возможностями, я наняла военных поисковиков, так как узнала, что брат исчез без вести. Ну и сама приехала, чтобы проконтролировать процесс, – объясняю я
– Я тебя недооценил, честно, вот сейчас уверен, что вы брат с сестрой, но и ты его пойми, он волновался за тебя, – говорит Шура
– Ага, и не написал ни разу как он и что с ним, я то тоже волнуюсь, – рассержено говорю я
– Ну такой человек, вообще повезло, что у тебя хоть он есть, от меня мои родные отказались после того, как узнали, что я наемник, – он отводит глаза в сторону
– Не расстраивайся, ты всегда можешь приползти ко мне и я напою тебя чаем, – я дружески хлопаю его по плечу и подаю кружку, после иду переодеваться в Машеньку
– Сколько ты его не видела? – бросает в след Шура
– Уехал мне 19 было. Сейчас 24, вот и считай, – отзываюсь я
Вечером, после очередного выматывающего дня в форте, я заваливаюсь в квартиру без задних ног. Так устала.
На кухне стоит Олег. Он протягивает мне огромный букет и плюшевого медведя.
Не ожидала так не ожидала. Я просто замерла на месте
– Я кретин и был не прав, признаю, не стоило так быстро уезжать от вас, – он покорно кивает головой
– Придурок, – я накидываюсь на брата с объятиями, не могу долго злиться на родных.
– Я надеюсь, что прощен, – отстраняется брат
– Не нужно было тащить такой огромный букет, я бы позлилась и успокоилась, все в порядке, просто я скучала по тебе, сильно очень, – признаюсь я
– Я понимаю, тоже скучал, но щас ты можешь довольствоваться моим присутствием, так уж и быть, – говорит он с закатываем глаз
– Ох, ну раз сам царь снизошел до простушки... – начинаю я
– Язва, – обрывает он меня, – Что с фортом, я сегодня не слушал
– Вымоталась. Занятие провела, опять щас буду рисунки и записи разгребать до ночи. Частное занятие с Ксенией прошло хорошо, она спокойная. С Сережей все сложно, в невменозе. Толи обкололи, толи съехал уже до такой степени. Вроде первое. Я хочу купить нейтрализатор от психитропных, такие вроде есть. Я не могу даже оценить его истинное состояние, он вечно шугается второго.. не знаю как его назвать. В моей практике были случаи с ДРИ, но не такие серьезные, – я не успеваю закончить
– Ты даже не представляешь, что может вытворить.. называй его двойником. Имя Птица. Я не хотел говорить, но в свете того, что ты потом меня убьешь, я решил, что ты должна знать. Он может занимать.. – он ушел в мысли, чтобы лучше мне объяснить, – Как бы сказать.. он может меняться местами с Сережей. Тело одно, а души.. ну две короче, я не знаю как объяснить
– Вы боялись, что второй появится и руками Сережи меня убьет, да? – переспрашиваю я, – Чумной доктор второй?
– Да, там долго, я не смог надолго пробраться в камеру Серого, да и он, как овощ был, так что до конца не знаю, что произошло вообще, – отвечает брат
– Ясно, значит точно куплю нейтрализаторы. Мы работаем уже больше двух недель, я уже натерпелась этой психушки вдоволь. Сколько еще будет идти процесс суда? – уточняю я
– Недолго, скоро финал, ты должна будешь присутствовать на суде, как представительница «Vmeste», – говорит Олег
– Да, ок, но мне кажется странным поведение Рубинштейна, главный в психушке. Мне кажется, что там пытают людей.. хотя. что я... я в этом уверена. На Сереже странные следы. На руках, на шее. Я замечала их у многих больных. Это как ожоги.. Олег. Сделай что-нибудь. Как закрыть это место? Там издеваются над людьми! – взрываюсь я
– Мы пороем информацию на этих докторишек, а за Серого я лично шею сверну главному. Отслеживай травмы Серого. Потом пригодится, и прошу, будь осторожна, если все так, как ты говоришь, то дело пахнет жареным, – говорит Олег настороженно
– Он не хочет нормально со мной разговаривать, не доверяет, хоть я и стараюсь убедить в обратном, но, Олег, я не выбью доверия за такие короткие сроки, может есть смысл раскрыться перед ним, чтобы не так сильно нервничал, я все таки не чужой человек, – начинаю я
– Нет, Саш, это слишком рискованно, только если прям перед самым выходом оттуда, сейчас – нет. Мы не знаем, как он отреагирует на это, учитывая то, что ты говорила про допросную, – говорит брат
– Как Маша я не добьюсь ничего, а как Саша, вполне может получиться. Я вспоминаю, что в допросной глаза.. они были другого цвета, это был не Сережа..? – интересуюсь я
– Да, когда второй занимает тело, глаза желтые, запомни это, – строго говорит брат
– Тогда тем более, он почему-то считает, что мы с тобой мертвы. Это странно, учитывая тот факт, что ты к нему заявлялся. Про себя не понимаю вообще, я думаю, что выдам, – говорю я тяжело
– Как хочешь, я могу тебя понять, но будь предельно осторожна, – просит брат
– Я постараюсь
Я прохожу в знакомую камеру. Все так же сыро.. тоскливо..
Сережа сидел в углу
– Здравствуйте, Сережа, это я, – приветствую я его, – Есть настрой на работу?
Он панически на меня смотрит, а я замечаю новый след на щеке. По виду – от удара.
Я быстро подхожу и развязываю ему смирительную рубашку. Санитар хочет возразить, но я перебиваю на полуслове.
– Не лезьте!
Только щас поняла, что забыла вставить наушник, так, значит я сегодня без связи с Олегом и Шурой, которые потом прожужжат мне все мозги.
Не знаю, сегодня признаться или нет
– Сергей, скажите мне предельно честно, это вас санитары ударили? – осторожно спрашиваю я, присаживаясь на пол рядом с ним
Его начинает трясти, я быстро беру его за плечи и начинаю успокаивать
– Все, я поняла, не буду спрашивать про это пока.. расскажите как вы, – прошу я
Он молчит
– Может у вас что-то болит? Что-то беспокоит? – продолжаю спрашивать я настойчиво
Молчание
– Ну скажите хоть что-нибудь.. чем мне вам помочь.. – обреченно спрашиваю я
Мы еще какое-то время сидим молча
– Вы не обязаны со мной работать.. – начинает он
– Я здесь чисто по своей воле, – говорю я , откидывая голову назад, – Ну и по воле брата
– Я понимаю, что вы боитесь, не мучайте себя.. я опасен, если он вырвется, то порвет вас, я не хочу делать каким-то людям больно, правда.. – он весь дрожит
Я осторожно поглаживаю его по спине
– Все в порядке, не боюсь, не сахарная, не растаю, тем более что он мне сможет сделать? Наброситься? Уверена, что не сможет прибить. Максимум синяки, – я развожу руками
– Вы не понимаете.. я не хотел убивать тех людей... я думал, что это делает мой друг.. он погиб, а мой разум заменил второго на него.. я не понимал, что моими руками убивают людей, – быстро говорил он, явно нервничая
– Верю, только друг вполне живой, – хмыкаю я, что уж скрывать, я устала притворяться Машенькой
Говорю тихо, чтобы санитар не услышал, но ему как-будто все равно
– Вы не понимаете.. я.. я, – он начинает запинаться
– Понимаю, я тоже чуть с ума не сошла, – я тяжело вздыхаю. Сережа не понимает про что я, не фокусируется на моих словах
– Я.. не хотел этих смертей.. он все сделал за меня.. – я старалась его как-то успокоить, поглаживаниями, потому что трясло его не по-детски, – он нагрубил ей.. он.. все он, я не хотел... а потом она погибла..
– Кто она? – спрашиваю я, ну не может же он реально думать, что я погибла
– Моя.. моя девушка.. я все испортил.. не я, он, он это я... я довел ее своими поступками, не зная этого, я виноват в ее смерти, – я вижу страх в глазах, крепче прижимаю к себе
– Ага, по-твоему, ты сейчас с трупом говоришь? – уточняю саркастично
Он из-за нервов вообще не понимает, смотрит на меня
Я поворачиваю на него свою голову, так, чтобы санитар не видел моего лица.
Сережа внимательно на меня смотрит, я быстро поднимаю одну линзу вверх, даю ему секунду, и вновь опускаю.
Он в ужасе пялит на меня
– Дошло? – уточняю я
Его трясет еще больше
– Ну хватит, Сереж, успокойся, – прошу я, но он отшатывается от меня, начинает метаться по комнате.
Кричит что-то воздуху со словами зачем он его мучает и посылает такие галлюцинации
– Наверное потому, что галлюцинации настоящие, – я закатываю глаза.
Сережа опускается на пол и закрывает уши руками. Я быстро подхожу и обнимаю. Кому я врала, не отпустила ведь ничего
– Все.. давай.. спокойно. Я рядом, я с Олегом тебя вытащим отсюда, потерпи немного, родной, – я крепко держу в объятиях, чувствую как рукав начинает промокать, – Все.. тише.. санитар поймет и мне крышка
– Олег мертв.. это кошмар.. самый худший кошмар, который я видел.. зачем ты показываешь мне ее?! – истерично кричит он в воздух
– Сережа, ты не спишь, – напоминаю я, – Я настоящая, а Олег жив..
Еще минут пять, я просто держу дрожащее тело, потом он сильно цепляется за меня, шепчет, что не верит, что это я, что я не простой кошмар, просит прощения за все
– Сереж.. тише, прошу тебя.. услышат, мы вытащим тебя совсем скоро. Слышишь? Вытащим, еще немного, выйдешь и мы с тобой поговорим.. обязательно поговорим, слышишь? – настойчиво повторяю я
– Это не может быть правдой.. Олег и Саша.. Олег точно.. Ты не можешь быть такой доброй ко мне, после всего того, что я учинил.. что сказал.. ты просто не можешь, – начинает он
– Был не ты, а он, это во-первых, Олег жив, это во-вторых, я потом объясню, ну или он сам это сделает.. а в-третьих.. не знаю я, что в-третьих. Пожалуйста, успокойся и скажи мне честно, тебя тут мучают? И не молчи мне тут, – строго говорю я
– За дело мучают... я людей убил, – его снова трясет.
– Всё.. Сереж.. пожалуйста.. я рядом, пока не надолго, но рядом. Слышишь? Все будет хорошо, чуть-чуть осталось потерпеть.. Мне будет легче тебя понять, если ты расскажешь мне, как ведет себя второй.. почему ты от меня это скрывал расскажешь при выходе. Я щас еще морально не готова это слушать, – быстро говорю я, – Вижу, что тяжело, понимаю, что из-за меня. Сереж, я не держу обиду.. слышишь? Поспи, у тебя большие синяки под глазами.. тебе наверное тяжело тут спать, учитывая, что двойник всегда рядом..
– Прости.. прости меня за это все! Я не хотел! – перебивает он
– Все.. тише.. – шиплю я на него.
Даю ему положить голову мне на колени и начинаю гладить по голове. Пусть человек поспит спокойно
– Не волнуйся сильно.. Олег почти все решил, скоро выйдешь.. а пока спи.. – шепчу я
Он дрожит еще пол часа, потом засыпает.
Еще какое-то время я сижу с ним. Потом ко мне заходят и говорят, что пора идти на занятие с Ксенией. Я прошу, чтобы Сережу не будили и дали поспать спокойно, сама встаю и выхожу, кинув грустный взгляд