3
Прошел месяц, и новая пара Монако не сходила с первых полос всех изданий. Их фотографии мелькали в социальных сетях. Элоди, наблюдая за этим, порой даже ловила себя на мысли, что они действительно красивая пара.
За этот месяц она всеми силами старалась избегать Шарля, держаться подальше от Селин. Но избежать случайных встреч было невозможно. Несколько раз они пересекались на улицах, в магазинах. Селин, сияющая от счастья, рассказывала ей о своих отношениях, о том, как они счастливы, о планах на будущее.
Каждая такая встреча разбивала сердце Элоди на тысячи мелких осколков. Она приходила домой и разрывалась на части. Разум говорил ей, что нужно радоваться за подругу, что это правильно, что так и должно быть. Но сердце... оно не хотело слышать никаких доводов разума. Ей было больно, одиноко, обидно. Она тосковала по Шарлю, по тем чувствам, которые они испытывали друг к другу.
Поборов в себе это смятение, Элоди с головой ушла в работу. Она перестала спать ночами, разрабатывая новую коллекцию, связанную с миром Формулы-1. Она продумала каждую деталь, каждый шов, каждый цвет. Вдохновением для нее служили гонки, скорость, драйв, а также... воспоминания о Шарле. И, несмотря ни на что, она смогла добиться своего: открытие магазина в Дубае было запланировано на начало мая, как раз к выходу новой коллекции.
За прошедший месяц Шарль начал демонстрировать неплохие результаты на трассе. Но это было не потому, что он обрел счастье, а потому, что он хотел доказать Элоди, что она совершила ошибку, что она его упустила. Он старался, превозмогал себя, чтобы показать ей, что он достоин ее.
Никаких чувств, кроме дружеских, он к Селин не испытывал. Он считал ее хорошим человеком, но сердце его было занято другим. За весь месяц они всего лишь раз поцеловались, но в этот момент перед его глазами на мгновение возникла Элоди. Он не мог забыть ее, не мог выкинуть из головы.
Он постоянно следил за ней в социальных сетях, надеясь увидеть хоть какую-то новость о ней, искал встречи, но все было напрасно. Он спрашивал у Селин про Элоди, но та, словно почувствовав его холодность, ничего не рассказывала, а лишь сухо отвечала, что все хорошо.
Шарль мало спал, мучаясь от бессонницы. Все чаще его посещали мысли о том, что так больше продолжаться не может. Он осознал, что совершил ошибку, поддавшись минутной слабости. Он должен расстаться с Селин. Это не тот человек, который ему нужен. И он понял, что никогда ее не полюбит.
Утро началось с неприятного разговора. Менеджер Шарля, узнав о его намерении расстаться с Селин, категорически запретил ему это делать.
— Шарль, ты сошел с ума? — воскликнул он, буквально разрывая воздух. — Сейчас не время для таких решений!
— Но я не люблю ее, — попытался возразить Шарль.
— Это не имеет значения! — отрезал менеджер. — Важно другое. Вы пара номер один в Монако. Вы на виду, вы создаете идеальную картинку. Это положительно влияет на твою репутацию, на контракты, на спонсоров. Разрыв сейчас — это катастрофа! Это скандал, это удар по твоей карьере!
— Ты должен думать о карьере, Шарль, а не о своих чувствах! Это бизнес! И ты должен играть по его правилам! — закончил он свою тираду.
Шарль был взбешен. Он чувствовал себя запертым в клетке, не имеющим права на собственные чувства. Ему не давали права выбора, за него все решали. Он понимал логику менеджера, видел, как это все работает, но смириться с этим было выше его сил.
В ярости и отчаянии Шарль поехал домой к своей маме. Ему нужно было выговориться, поделиться своими переживаниями, найти поддержку. Рассказав ей все, о своих отношениях с Селин, о давлении со стороны менеджера, о своих чувствах к Элоди, он сидел перед ней, не понимая, что ему делать дальше.
Мама, выслушав его с пониманием, обняла сына, успокаивая и поддерживая.
— Шарль, дорогой, — сказала она, поглаживая его по голове, — тебе нужно быть счастливым. Нельзя заставлять себя делать то, чего не хочешь. Нельзя жертвовать своими чувствами ради чьих-то интересов.
— Помнишь, как ты тогда расстроился, проиграв в гонках на картинге? — спросила мама. — Ты плакал, а Элоди, несмотря на свои детские обиды, прибежала тебя утешать. Вот тогда я поняла, что у вас особенная связь, что вы друг другу нужны.
Она посмотрела ему в глаза, в которых отражалась вся его боль и сомнения.
— Я всегда знала, что вы с Элоди связаны невидимыми нитями. Не бойся, сынок, слушай свое сердце.
Шарль, поблагодарив маму за мудрый совет, уехал домой, переполненный противоречивыми чувствами. В голове все еще звучали ее слова, слова поддержки и веры. На душе стало легче, но сомнения и неуверенность все еще терзали его.
Был вечер, и он не мог уснуть. В голове роились мысли, воспоминания, все те моменты, связанные с Элоди, которые он так отчаянно пытался забыть. Набравшись смелости, он взял телефон и набрал ее номер. Гудки тянулись вечно.
Наконец, она ответила. Сонный, чуть хриплый голос, прозвучал в трубке.
— Эл? — прошептал он, стараясь скрыть волнение.
— Шарль? Что случилось? — сонливо произнесла она.
— Где ты? — спросил он, не в силах скрыть трепет в голосе.
— В Дубае, — ответила она, зевнув. — У меня открытие магазина...
В голове у Шарля все перевернулось. Дубай! Он тут же принял решение.
— Хорошо, — сказал он, стараясь, чтобы его голос звучал ровно, — я скоро буду там.
— Что? — переспросила Элоди, явно не понимая, что происходит.
— Я должен тебе кое-что сказать, — быстро произнес Шарль. — И я должен сказать это тебе лично.
Не раздумывая больше ни секунды, он тут же заказал билеты на ближайший рейс в Дубай, понимая, что больше не может ждать, что должен бороться за свое счастье.
Дорога до аэропорта, перелет, а затем путь к ее отелю показались Шарлю вечностью. Охваченный одним-единственным желанием – увидеть Элоди, рассказать ей правду, признаться в своих чувствах. По пути он заскочил в цветочный магазин, где купил самый большой букет роз, какой только смог найти. Он хотел поразить ее, показать, как сильно она ему нужна.
Элоди, узнав, что Шарль летит в Дубай, была ошеломлена. Ее охватило смятение, радость и страх одновременно. Она провела всю ночь в ожидании, не сомкнув глаз. В голове крутилось множество вопросов, сомнений, надежд. Было ли это безумием? Или, наоборот, самым правильным решением в ее жизни?
Наконец, когда наступило утро, раздался стук в дверь ее номера. Сердце Элоди бешено заколотилось. Она глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться, и открыла дверь.
На пороге стоял Шарль, в его глазах сияла такая нежность, такая преданность, что у Элоди перехватило дыхание. В руках он держал огромный букет роз, который тут же протянул ей.
Не сказав ни слова, Шарль шагнул вперед, осторожно обхватил ее лицо ладонями и, нежно притянув к себе, поцеловал. Это был их первый поцелуй. Нежный, робкий, но одновременно страстный и полный надежды. В этом поцелуе было все – и долгие месяцы разлуки, и страдания, и радость долгожданной встречи. Он поцеловал ее так, словно боялся разбить, словно хотел навсегда запечатлеть в своей памяти вкус ее губ. И в этот момент Элоди поняла: она дома.
Около десяти минут они стояли, не в силах оторваться друг от друга, утопая в поцелуе, забыв обо всем на свете. Наконец, прервав поцелуй, Шарль перевел дыхание, и, не отпуская ее руки, Элоди, взяв его за руку, повела его к кровати. Она села рядом, поглаживая его ладонь, ожидая, что он скажет.
— Элоди... — начал Шарль, его голос немного дрожал. — Я должен тебе все рассказать. Всю правду.
Он глубоко вздохнул, готовясь к самому сложному разговору в своей жизни.
— Я всегда любил тебя, — начал он, глядя ей прямо в глаза. — С самого детства. Ты была моей лучшей подругой, моей опорой, моей семьей. Но я был слишком глуп, чтобы это понять. Слишком боялся признаться себе, что ты для меня больше, чем просто друг.
Он рассказал ей о давлении со стороны менеджера, о своих обязательствах перед спонсорами, о том, как ему было тяжело, о том, что он был вынужден притворяться счастливым с Селин.
— Я не люблю Селин, Элоди, — признался он, — Я никогда ее не любил. Это была лишь попытка убежать от своих чувств, заглушить боль. Но ничто не могло заменить тебя. Твоей улыбки, твоего смеха, твоей поддержки.
Он рассказал ей о своей тоске, о своих страданиях, о том, как его мучили мысли о ней, о том, как он следил за ней в социальных сетях, надеясь увидеть хоть какой-то намек, хоть какую-то весточку.
— Я понял, что не могу жить без тебя, — сказал он, его голос сорвался. — Что все эти гонки, вся эта слава, все это не имеет смысла, если рядом нет тебя. Ты — смысл моей жизни, Элоди. Ты — моя любовь. И я прошу тебя... прости меня за все. Пожалуйста, дай мне шанс.
Слушая его признание, Элоди заплакала. Слезы ручьем текли по ее щекам, но она не пыталась их сдержать. Ей было больно, но в то же время невероятно хорошо, что Шарль наконец-то признался в своих чувствах.
— Шарль... — начала она, глотая слезы. — Я... Я тоже тебя люблю. Всегда любила.— Она рассказала ему о своих чувствах, о том, как боялась признаться, о том, как ревновала к Селин, о том, как ей было тяжело видеть его несчастным. Она призналась, что, уехав в Рим, надеялась забыть его, начать новую жизнь.
— Я пыталась убежать от своих чувств, — сказала она, всхлипывая. — Но ничего не получилось. Я поняла, что ты – часть меня... —Она рассказала ему о том, как мучилась, как страдала, видя его рядом с Селин. О том, как ей хотелось быть с ним, но страх, гордость и желание никому не причинить боль удерживали ее.
В этот момент Шарль понял, что все его страдания, все его мучения, все его усилия были не напрасны. Он, наконец-то, обрел свое счастье.
Они проговорили весь день, наверстывая упущенное, делясь друг с другом всеми своими чувствами и переживаниями. Шарль пропустил пресс-конференцию, за что его оштрафовали. Но сейчас это казалось ему таким незначительным, такой мелочью.
Ночью, чтобы не привлекать внимание желтой прессы, они вернулись в Монако разными рейсами. Дорога обратно казалась им бесконечной, ведь их ждало много всего.
На следующее утро Шарль, собравшись с духом, принял твердое решение: он расстанется с Селин. Это было неизбежно. Он понимал, что больше не может врать.
Но все оказалось намного сложнее, чем он предполагал. Селин, узнав от кого-то о его поездке в Дубай была вне себя от ярости. Пазл в ее голове сложился. В тайне от Шарля она установила приложение для отслеживания его местоположения. Она ждала его у него в квартире, готовая к скандалу. Когда Шарль, ничего не подозревая, открыл дверь, она стояла перед ним, вся дрожа от гнева.
— Где ты был? — резко спросила она.
— Селин, давай поговорим... — попытался он, но она его перебила.
— Я знаю, где ты был! В Дубае! С ней! С Элоди! — закричала она. — Ты предал меня, Шарль!
Шарль, ошеломленный, не мог вымолвить ни слова.
— Как ты мог? Как ты мог так со мной поступить?! — продолжала кричать Селин, ее голос срывался от слез. — Я отдала тебе все! Я была предана тебе, поддерживала тебя, любила тебя... А ты... Ты лгал мне!
— Селин, прошу тебя, успокойся... — попытался он, но она не слушала его.
— Я видела все! — выкрикнула она, указывая на телефон. — Я видела, где ты был! Ты думал, я ничего не узнаю? Ты думал, я дура?
Шарль, осознав, что за ним следили, был шокирован.
— Ты следила за мной? — с трудом выдавил он.
— А что мне оставалось делать? — Селин усмехнулась, в ее голосе прозвучала ядовитая нотка. — Ты же мой жених. И ты мне изменял! Я должна была знать, что ты делаешь!
— Это все закончилось, Селин, — сказал Шарль, собравшись с духом. — Я не люблю тебя. Я люблю Элоди.
— Ты разрушил мою жизнь, Шарль! — кричала Селин, ее голос срывался на визг. — Ты разрушил все! И ты еще пожалеешь об этом!
Она достала телефон и, листая контакты, начала угрожать.
— Ты знаешь, кто мои друзья, Шарль? — с ехидной улыбкой спросила она. — Я могу рассказать обо всем, что произошло, всем известным изданиям. Они с удовольствием опубликуют эту историю. И твоя карьера, твоя репутация... все это будет уничтожено!
— Не смей, Селин.
— Смею! — она продолжала нажимать на кнопки. — Я расскажу о том, какой ты изменщик, как ты врал мне, как ты разбил мое сердце. А потом, я расскажу, какой аристократический род у Элоди, какой скандал это вызовет, ведь в высшем свете репутация важна, а тебя выставят не в лучшем свете. Ты же понимаешь, что это значит?
Шарль, понимая, что Селин способна на все, попытался успокоить ее, но она была неумолима.
— Уходи, Селин, — твердо сказал Шарль, собрав всю волю в кулак.
— Что? — переспросила она, не веря своим ушам.
— Уходи, — повторил он, указывая на дверь. — Нам не о чем больше говорить.
— Ты пожалеешь об этом! — крикнула Селин, но Шарль был непреклонен.
Он проводил ее до двери, захлопнув ее за ней, и тут же достал телефон. Ему нужно было поговорить с Элоди, ему нужно было рассказать ей обо всем, подготовить ее к тому, что скоро произойдет. Он набрал ее номер, с нетерпением ожидая ответа.
Звонок застал Элоди врасплох. Она и подумать не могла, что все так быстро обернется.
— Элоди, — начал Шарль, — Селин все знает. Она угрожает...
— Что? — переспросила Элоди, сердце ее ушло в пятки. Она сразу поняла, о чем идет речь. Она знала Селин, ее характер, ее связи.
— Она хочет разрушить мою карьеру, выставить тебя в плохом свете... — продолжил Шарль.
Элоди замерла, в ее глазах отразился страх.
— Шарль, — прошептала она, — она способна на это... Не сейчас. Ты ведь знаешь эту прессу, моя компания разорится... а ты... Тебя лишат всех контрактов... Я...
Она запнулась, не зная, что сказать.
— Я... Я встречусь и поговорю с ней, — твердо сказала Элоди, собравшись с духом. — Я все объясню... Я не допущу, чтобы ты страдал. Я не позволю ей разрушить твою карьеру.
Сбросив трубку, Элоди почувствовала себя так, словно ее накрыло волной ледяной воды. Паника охватила ее. Она знала, что нужно действовать быстро, что каждая секунда на вес золота. Не раздумывая ни секунды, она набрала номер Селин.
— Я еду к тебе, — твердо сказала она, когда Селин взяла трубку.
Селин была вне себя от ярости. Она чувствовала себя преданной, брошенной, униженной. Ее гордость была растоптана, ее чувства – оскорблены. Ей хотелось кричать, ломать, крушить все вокруг. Узнав о звонке Элоди, она почувствовала прилив новых, еще более жестоких эмоций.
Когда Элоди пришла, Селин открыла дверь, ее лицо исказилось от злости.
— Ты думаешь, ты сможешь что-то исправить? — ядовито спросила она. — Ты думаешь, тебе удастся меня переубедить?
— Селин, выслушай меня... — попыталась начать Элоди, но Селин перебила ее.
— Выслушать? А кто меня выслушает?! Кто выслушает мои чувства?! Мою боль?! — она говорила, переходя на крик. — Ты украла у меня все! Ты украла у меня Шарля! Ты разбила мое сердце!
Она задыхалась от обиды, ее глаза метали молнии.
— Ты думаешь, я позволю вам спокойно жить? — продолжала Селин. — Ты думаешь, я позволю тебе разрушить мою жизнь, а потом просто так уйти? Нет! Я покажу вам, что такое настоящая боль!
Элоди, выслушав поток обвинений, не стала перебивать. Она понимала, что сейчас Селин нужно выплеснуть все свои эмоции, всю боль, которая накопилась в ее душе. Когда Селин немного успокоилась, Элоди, собравшись с духом, сказала:
— Селин, послушай меня. Пожалуйста.
Она села на диван, стараясь сохранять спокойствие.Селин, тяжело вздохнув, села рядом, смерив Элоди взглядом полным ненависти. Ей хотелось кричать, бить, но что-то внутри, возможно, остатки здравого смысла, заставило ее прислушаться. Она дала Элоди шанс высказаться, надеясь услышать хоть какие-то оправдания.
Тогда Элоди, глубоко вздохнув, начала свой рассказ. Она рассказала о своих чувствах к Шарлю, о своих детских мечтах, о том, как они росли вместе, как их связывали общие воспоминания. Она рассказала о тех редких, но таких дорогих встречах, которые у них были до появления Селин в его жизни.
Она вспомнила, как встретилась с Селин у лифта, когда она узнала, что Селин нравится Шарль.
— Помнишь, — сказала Элоди, — когда ты рассказала мне, что Шарль тебе нравится? Я тогда... Я отступила. Я подумала, что так будет лучше для всех. Я знала, что ты тоже любишь его. Я не хотела причинять боль никому, особенно тебе, моей подруге. Но судьба распорядилась иначе. Прости, если сможешь...
Селин молчала, слушая рассказ Элоди, ее лицо оставалось непроницаемым. Когда Элоди закончила, Селин задала вопрос, который висел в воздухе:
— Почему ты не сказала обо всем раньше?
Элоди опустила голову, чувствуя себя виноватой.
— Я не знала, что он чувствует, — сказала она тихо. — Он был... непредсказуем. Иногда он казался таким далеким, иногда — таким близким. Я не понимала, что у него на душе. Он пропадал, а потом появлялся снова. Я боялась... Боялась ошибиться.
Она рассказала о своих сомнениях, о своих страхах, о том, как она пыталась забыть Шарля, как ей было тяжело видеть его с Селин.
В конце концов, Селин была ее близкой подругой, и, несмотря на всю боль и обиду, она не хотела терять ее. Элоди поднялась, подошла к Селин и обняла ее. Селин сначала застыла в объятиях, но потом, осознав, какие чувства они все это время испытывали, ответила на объятие.
Они простояли так несколько секунд, а потом Селин резко отстранилась.
— Я не буду ничего делать, — сказала она, ее голос звучал твердо, но в нем слышались нотки горечи. — Я не собираюсь мстить. Я не собираюсь портить жизнь ни тебе, ни Шарлю.
Она сделала паузу, глядя на Элоди.
— Но я не знаю, смогу ли я простить тебя, — закончила она. — Я считала тебя своей лучшей подругой.