Глава 4. Я выбираю Саб-Зиро!
Я настойчиво перебирала карандаши в отделе канцтоваров, выбирая более понравившиеся цвета. Мне приглянулся пастельно розовый, голубой и чёрный. В руке была корзинка, набитая бумаги, блокнотами, ручками, файлами, скрепками и многими другими вещами, необходимыми для школы. До начала осени осталось чуть больше недели. Учебный год начинается, как мне сказал Сал, десятого сентября, но мне следует сходить в школу в конце августа, дабы получить нужные учебники и выбрать предметы, на которые я буду делать упор. С каждым днём разговоры об этом стали все чаще проявляться в моей семье. Наверное, следовало бы прислушаться к матери и почаще посещать литературу и социологию. Хотела ли этого я? Я была подобно роботу или крайне послушной собачке – куда скажешь, туда она и пойдёт, потому что в голове у неё нет собственных желаний.
Это был мой первый одиночный поход в торговый центр Нокфелла. Родители как обычно торчали на работе, так что пришлось полагаться саму на себя и на двадцать пять долларов, оставленных на столе.
В отделе канцтоваров не наблюдалось большого количества народа, не смотря на мои опасения. Скорее всего, огромное столпотворение ожидалось в самом конце августа. Я считаю, что послушать родителей не было ошибкой, хотя бы в этот раз. Теперь здесь было просторно, слегка прохладно от шумного кондиционера неподалеку и даже цены выглядели намного приятнее. По моим подсчётам, у меня оставалась сдача, на которую я могу купить что-то из еды. Иногда возникает желание посидеть перед телевизором, похрустеть чипсами и не думать ни о чем, кроме происходящего на экране.
Я ещё раз прошлась по стеллажам, засматриваясь на симпатичные ручки с помпонами, которые были такими модными среди красоток школы. Мне они, пока что, были не к чему. Может, если удастся пробиться в компанию самых главных и крутых, то прикуплю себе парочку. Не хотелось по чем зря тратиться.
Но в пакете всё равно оказалась глянцевая ручка с пудрово-розовым помпончиком на конце. На всякий случай.
Подходя к кассе меня ждал сюрприз. Маленький, неприятный сюрприз, слегка подпортивший мне день. Для меня самой стало в порядке вещей витать в облаках, капаться в мыслях и думать о прошлом. Наверное, мне даже нравилось сравнивать себя настоящую с прежней, хотя я сильно не хотела признавать это. В шкатулке пылились огромные серьги-кольца, ожидая своего выхода в свет, но уже не в родной школе. Я прощала себе подобные мысли, ведь жила в Нокфелле всего лишь большую часть месяца и моя жизнь не настолько насыщенная, чтобы забыть о прошлом по щелчку пальца.
Пакет коснулся пола, а ручки и карандаши, что лежали внутри, продырявили его. Ноги подкосились, намереваясь отправить все моё остальное тело лежать на холодной плитке, но каким-то чудом выстояли.
— Ты куда прёшь, корова?! — мерзкий, скрипучий голос, как не смазанные петли двери, раздался прямо мне в ухо. В нём было столько желчи, что ты сам ненароком станешь её обладателем. От таких людей, хоть и невидимых, становилось тошно на душе, в груди застревал клубок, из которого обычно вяжут колючие и тесные свитера.
Я подняла глаза на того, кто так усердно пытался меня обозвать. Высокий парень, даже, по-моему, выше Ларри. На смуглом лице с чёрными глазами-пуговицами, слегка прикрытыми жёлтой чёлкой, красовалась гримаса злости. Причём в руках у него, в отличии от меня, ничего не было.
— Куда надо иду, — буркнула я первое, что взбрело в голову. И пришла на ум мне только детская, дурацкая фразочка! Не ответное «пошёл нахер, мудак», а это. Ещё не хватало расплакаться и топнуть ногой для полной картины обиженного ребёнка.
Незнакомец моего возраста фыркнул, закатывая глаза.
— На меня типо?
— Да нет же! Сам смотри, куда летишь! — я поджала губы. Возникло желание тоже недовольно закатить глаза. — Это ты на меня налетел, не я!
— А чё ты не увернулась? — парень скрестил руки на груди. Всё ясно. Для него виноваты все, но не он. С такими людьми нет смысла спорить, только по чём зря нервы тратить.
— Отвали от меня! — вырвалось из моего рта, пока глаза наполнялись мнимым, кратковременным гневом.
Этот мимо проходящий парень, которого я забуду через неделю, заворчал в мою сторону. Обычные оскорбления, не самые простые, но на них мне, почему-то, было всё равно. Что толку от «дуры», «суки» и «шлюхи»? Я знала, что это не так, что я не дура и уж тем более не шлюха. Только одно оскорбление заставило меня задуматься, заставило замереть руку, выкладывающую ручки перед кассиром.
Корова.
Я почувствовала все свои органы, кости и мышцы, обтянутые толстым слоем кожи. Я почувствовала жир, все видимые и невидимые складки. Он прилип к телу, как огромные пиявки, высасывающие все жизненные силы. По телу прошелся зуд, больше похожий на разряд тока. Захотелось вцепиться в бока, выдрать весь жир, срезать его ножом. Я смотрела в своё отражение через очки ничего не подозревающего кассира и видела, как лицо приобретает животные черты, плечи становятся все шире, подбородок слился с шеей. Глаза стали похожи на пуговицы: чёрные и беспомощные, как у коровы.
— С вас семнадцать долларов и сорок центов, — из транса меня вывел уже другой голос, не такой скрипучий. Я моргнула, приходя в себя.
Кассир смотрел на меня, выжидающе постукивая пальцами о прилавок. Старый, потёртый бейджик, где имя слегка стёрлось, болтался на синей рубашке-поло мужчины, будто бы намекая на его медленно иссекаемое терпение. Было очень неловко отнимать время у себя и у рабочего собственными загонами. Вручив купюры и дождавшись сдачи, я направилась на выход. Есть чипсы мне больше не хотелось. И телевизор смотреть тоже.
Апартаменты встретили меня тихим скрежетом люстр. Я шла к лифту, махая лёгким пластиковым пакетом. Мне начинало здесь нравится. Стены запоминали моё имя, невидимыми ветвями распространяя его по всему зданию. Теперь все знали, кто такая Мелоди из «201» квартиры.
Я обернулась, прожигая взглядом огромную квадратную камеру видеонаблюдения, которая подобно пауку висела в углу, спрятавшись. Вроде бы и хорошо, что есть камеры, а вроде бы и раздражают. Ты везде, абсолютно на каждом этаже будешь под прицелом красного мигающего огонька. Это, как я была уверена, сыграет злую шутку.
Собираясь нажать на кнопку вызова лифта, большая зелёная входная дверь отворилась. Мой секундный диссонанс успокоили две знакомые макушки. Сал шёл, болтая с Ларри, и держал в руке небольшой чёрный прямоугольник, похожий на коробку. Он вертел его, переодически даже открывал и заглядывал внутрь.
Они заметили меня. Их шаги сразу же стали быстрее, голоса громче. Да и на моем лице появилась легкая, наверное, даже робкая улыбка. Рука двигалась, переплетая ручки пакета, ожидая своих друзей.
— Мел, чувиха, привет! — Ларри спрятал большие ладони в карманы джинс.
— Привет, — произношу я, кивая. — Вы откуда? И что это у вас?
— Мы ходили в торговый центр, — глаза Сала сузились. — Потом и кровью дрались за «Mortal Kombat 2»!
— Внатуре! Последнюю урвали, — длинноволосый взял у друга коробку и помахал перед моим лицом. Я увидела очертания золотого китайского дракона в круге на фоне грозного неба, а красивым шрифтом после рисунка было написано название игры.
— Вау, — попыталась восхититься я. У меня не было страсти к видео играм.
— А ты, кстати, играешь? — Ларри вернул кассету Салу, не отрывая взгляда от меня. Поза его выглядела более чем расслабленной, но глаза не переставали изучать меня, пытаясь найти все мои тайны.
— Да, — я соврала. — Это одна из моих любимых игр!
Прежде мне не доводилось играть в видео игры, что уж говорить о «Mortal Kombat». Разумеется, я видела на тусовках, как парни агрессивно щёлкали джойстиками, пока на экране происходила кровавая бойня. Ещё мой кузен, с которым встречалась дай Бог раз в год, любил и обсудить, и поиграть в неё. У всех этих людей была попытка затащить меня в этот омут резни, но я всегда упиралась. Не хотелось и всё тут, просто неинтересно.
Так почему же я соврала ребятам тогда? Почему не отрицала, как делала это обычно? Мне хотелось понравиться им. Тогда почему я отказывала тем, кому тоже когда-то хотела понравиться? Не знаю. Здесь так мало моих ровесников и Сал, Ларри и Тодд стали моим маяком. Стали теми, к кому хочется навязываться, выпрыгивать из штанов, чтобы заслужить расположение, потому что я слепо верила, что других друзей у меня не будет.
— О, крутяк! — сказал Сал, но глаза загорелись у обоих парней. — Ещё одна девчонка, которая шарит за «Mortal Kombat»!
— А есть кто-то ещё? — я слегка склонила голову в бок, демонстрируя свой интерес.
— Эшли — наша лучшая подруга. Она классная, — Фишер младший принялся теребить край кофты.
«Лучшая подруга», «классная». Что это за Эшли? И кто тогда я? Разве я не классная? Разве я не гожусь на роль лучшей подруги? Она ни разу не появилась за эти две недели, с ребятами была только я. Почему она?
Мысли в голове перемешивались, брови неосознанно насупили, что контролировать это было бессмысленно. Я ведь так старалась...
И что, что прошло всего лишь две недели? Тогда меня не волновали эти сроки, а сейчас даже на смех пробивает. Я не могла стать им близкой за жалкий месяц. Они ведь, и Сал, и Ларри, и Тодд – не все такие простые чудаки, как кажется. Голубоволосый часто отходил в ванную, а я всё равно слышала шуршание таблеток. Ларри избегал разговоров об отце, когда я интересовалась этим. Что касается Тодда, хоть его поведение и было достаточно «обычным», я всё равно чувствовала, что он что-то не договаривает, что внутри него есть то, что он тщательно пытается скрыть.
Я хотела раскрыть все их тайны, но сколько мне понадобиться для этого? Уж явно не две недели.
— Мелоди, всё нормально? — мягкий голос Сала и щелчки перед лицом разбудили меня.
— Ой, да, — затараторила я, не переставая трясти головой. Мне нужно было мыслить ясно и наконец выйти из вечного потока рассуждений. — Мне просто... Стало интересно, кто же такая Эшли. Хочу узнать её ближе.
— Да ты не парься, — вмешался Ларри. —Пойдёшь в школу и мы познакомим вас. Эш явно не хватает ещё одной девочки рядом.
Я натянуто улыбнулась, лишь бы парни не поняли, что внутри меня бушует ураган из тревоги и зависти.
— Пойдёшь с нами играть? — голубоволосый попытался деликатно перевести тему, словно видел те стихийные бедствия внутри меня.
— С радостью, — опять соврала, хотя стоило увильнуть, например сказать, что дома дела. — Только пакет занесу. Я за канцелярией ходила, тоже в торговый центр, к слову.
Сал и Ларри согласились и отправили меня в свою же квартиру. Фишер младший, перед тем как нажать на кнопку моего этажа, дал мне ключ-карту от подвала. Точно, она мне как раз понадобится, иначе в квартиру Джонсона я вряд ли попаду. У нашей семьи тоже была ключ-карта, но лежит где-то у мамы в сумке. Мне бы стоило чаще брать её у матери.
Я оказалась на своём этаже, быстро зашла в квартиру, не включая свет, добежала до комнаты и кинула в приоткрытую дверь пакет. Ручки с карандашами отозвались глухим стуком друг о друга. Оставшаяся сдача осталась лежать на кухонном столе. Я покосилась на холодильник, когда живот предательски заурчал, напоминая о том, что завтрак был съеден уже давно и пора бы перекусить. Нельзя. Добравшись до входной двери, закрыла её на ключ. В коридоре всё так же тихо, и на том спасибо.
У меня был шанс сбежать, а то есть остаться дома и просто завтра отдать Салу ключ-карту. Всё просто, если не учитывать тот факт, что парни придут за мной и разочаруются. Они бы прознали о моём вранье. Я не хотела этого, поэтому мне пришлось спуститься на цокольный этаж и просто молиться об удаче. Может, приставка сломается, или Сал с Ларри так заиграются в новую игру, что забудут обо мне.
Такого не случилось.
Я неторопливо зашла в комнату Джонсона. Уши, как и подобает, держала в остро, дабы не прослушать чего-то важного в диалоге парней, но нет, они продолжали обсуждать свой «Mortal Kombat», говоря какие-то заумные для игры слова, в которых я никогда не разбиралась. Никто даже не затих, когда моя душенька уже стояла посреди комнаты, уж больно Сал и Ларри были увлечены разговором. Конечно, спустя пару секунд они удосужились посмотреть на меня.
— О, ты чего так долго? — возник голубоволосый.
Я пожала плечами, мол: «Само получилось», и оглянула обстановку. Ларри сидел на полу, Сал на ободранном временем пуфике, а у его ног красовалась тот самый красочный картридж. Никто из них даже не спешил начинать игру, к моему сожалению. Ларри заметил мой удивлённый взгляд и объяснил:
— Не хотели без тебя начинать.
Да, была бы я профи, то обрадовалась бы такому или даже умилилась, но не тогда, когда я молилась на то, чтобы парни забыли обо мне.
— Как мило, — лишь выдавила я, натягивая улыбку до ушей. Мне конец.
Пристроившись между парнями и махнув рукой, когда Сал предложил уступить мне место, я в ожидании начала наблюдать, как Ларри быстро втыкает в разъём приставки картридж. Пузатый телевизор на миг потускнел, а после на всю комнату раздалась напряженная музыка. Каждый из нас вздрогнул. Длинноволосый тут же потянулся за пультом, чтобы убавить громкость. Он настолько долго зажимал кнопку, что звук уже пропал вовсе. Быстро сообразив, Ларри прибавил громкость на среднюю мощность.
Я наблюдала за происходящим на экране, положив голову на колени. Сал нажимал на цветастую клавишу джойстика, переключая слайды. Не более секунды на толстом стекле всплывало изображение старика, явно китайца, в синем обличии, затем накаченного парня с красной банданой и нарукавниками с шипами. Он дрался с какой-то тенью на фоне ночного пиксельного неба. Я вчитывалась в текст на экране, медленно погружаясь в историю...
«Пятьсот лет назад Шан Цзун был изгнан на Землю. С помощью Горо он должен был вывесть фурий из равновесия и обречь мир на хаос. Захватив контроль над турниром в Шаолине, он попытался клонить чашу весов порядка в сторону хаоса. Только семеро воинов выжили в этих битвах, и план Шан Цзуна потерпел крах от рук Шао Кана. Перед казнью за свой провал и смерть Горо. Цзун убеждает Шао Кана дать ему второй шанс. Его новый план состоит в том, чтобы заманить своих врагов на соревнование во внешнем мире, где они встретят верную смерть от рук самого Шао Кана...»
Экран на миг потух, перед тем, как воцарился мини-трейлер самой игры с кровавой бойней и как выглядит игра в целом. Я анализировала текст, ничего не понимая от слова совсем. Не хватало лишь почесать макушку и лампочки над головой. Наконец, появилось главное меню.
Парни взбодрились, хватая джойстики. Я притихла. Застыла, подобно статуе. Я – часть интерьера.
— Афигеть, ты смотри, персонажи новые! —Ларри судорожно тыкал на кнопки, листая иконки персонажей. Они выглядели более объёмными, почти как в реальной жизни, в отличии от старых приставок, где ты смотришь на кучку ярких пикселей, кое-как напоминающих силуэт человека. Наверняка этот «Mortal Kombat 2» стоил, как квартира в апартаментах.
— А где моя Соня?! — чуть ли не подпрыгнул Сал. Я нахмурилась, потом смекнула, что вызову своим недопониманием подозрения.
— Нет твоей Сони, и слава Богу! — сказал Ларри, продолжая рассматривать новых персонажей. — О, Барака крутой.
— Иди ты, — я не смотрела на «лицо» Сала, но почувствовала, что он закатил глаза.
— Вон тебе сразу две: Милина и Китана, —длинноволосый тыкнул в экран пальцем на иконки почти одинаковых девушек, но в масках разного цвета. У одной – синяя, а у другой – розовая. Или пурпурная...
— Мелоди, ты чего притихла? — Сал повернулся в мою сторону. Мда, когда пытаюсь быть тихой, все это замечают, а когда наоборот стараюсь выделиться, то всем всё равно. Спасибо, лучше бы было наоборот.
— Да я это, — я попыталась подобрать слова. — Над сюжетом думаю, пытаюсь вспомнить предыдущую часть.
— А-а-а, — протянул голубоволосый. — А мы с Ларри особо не запариваемся над сюжетом.
— А тебе кто понравился? — Ларри ткнул мне острым локтем в бок, от чего я вздрогнула.
— Ну, вот этот, — я указала пальцем на парня с белыми глазами и в голубой маске, похожей на респиратор. Надпись на экране гласила «Саб-Зиро». — Я выбираю Саб-Зиро!
— А мне не нравится он, — буркнул Джонсон.
— Почему? Классный вроде как, — моё наигранное удивленное лицо надо было видеть, но парни, как мне показалось, поверили.
— Мне его атаки не нравится, — коротко ответил Ларри, оборачиваясь, чтобы найти опору, на которую можно прилечь.
— Ты просто играть за него не умеешь, —прозвучало с моих уст. Очень иронично.
— Хватит, – довольно спокойно произнёс Сал, вручая мне джойстик. — Давайте играть уже.
Я посмотрела на вещицу. Мне показалось, что мои руки дрогнули. Последний раз я держала джойстик, когда играла в «Барби» и «Танки» на старой приставке. Желания начинать первой, так ещё и с Ларри, который мне показался более резким, чем Сал, мне не хотелось. Уж лучше я понаблюдаю, постараюсь изучить движение пальцев и потом постараюсь повторить их, чтобы все не выглядело слишком ущербно.
— А чего это я? Давай ты, — и впихнула Фишеру младшему гаджет обратно.
— А что такое? — поинтересовался голубоволосый.
— Хочу посмотреть, как вы играете. Мне же надо понять ваш уровень, — я гордо скрестила руки на груди, пытаясь всеми возможными способами скрыть наступающее цунами тревоги. Лучше бы не врала. Тогда бы всё обернулось куда проще. К чёрту эти попытки понравится, в любом случае моё враньё оттолкнет их куда больше.
Сал и Ларри переглянусь после моих слов. Их глаза смотрели друг на друга, но стреляли в меня. Единственное, что хотелось сделать, так это провалиться сквозь землю, чтобы меня не было здесь. Я помнила точно такие же взгляды, после которых хочется распороть всё тело и биться в предсмертных конвульсиях. Мне не забыть тех переглядок бывших подруг. Стоило сказать не то слово, оступиться в самых мелочах, то глаза начинали стрелять в меня. Одноклассницы либо поджимали губы, либо растягивали их в усмешке, а на все мои вопросы касательно выражения из лицо отвечали: «Ничего», или же: «Всё нормально». Я знала, что не было нормально. Я знала, что надо анализировать и планировать каждое своё действие, лишь бы не встретить эти осуждающие переглядки. Эта установка начала закрепляться в голове очень давно.
— Ну нет, — Ларри улыбнулся. — Мы хотим посмотреть, как ты играешь.
— И как найти компромисс? — на выдохе произнёс голубоволосый.
— Никак. Я буду играть, — я осторожно взяла джойстик из прохладных рук Сала. Он ободряюще кивнул мне, словно чувствуя мою тревогу.
У Ларри был основной джойстик, так что за такие функции, как «старт», отвечал он. Выбор первого персонажа тоже был за ним.
Слава богу, у меня хватило мозгов выбрать того самого Саб-Зиро, нажимая на одну из крохотных серых кнопок.
Начался бой. Заиграла напряженная, полная эпичности музыка. Джонсон, а точнее, Барака пошел в атаку. Кнопки трещали под его пальцами и я даже не успела заметить, как парень сносит моему персонажу чуть ли не половину здоровья. Опомнившись, руки начали инстинктивно нажимать на все кнопки подряд. Я то отходила, то приближалась, то била в воздух, то прыгала на месте. Персонажи дрались в странном фиолетовом сумраке на горе. Там же открывался вид на верхушки зданий в азиатском стиле. С горем пополам, мой Саб-Зиро снёс Бараке половину здоровья какой-то голубой ударной волной, напоминающую лёд. Это было безусловно неплохо для человека, который в жизни не играть в «Mortal Kombat», но когда твой персонаж погибает, в смешной попытке нанести удар, становится не очень хорошо. Барака повернулся лицом к экрану и радостно поднял руки, а грубый мужской голос в телевизоре произнёс: «Барака победил.»
Оторвавшись на секунду от экрана, я заметила, что кусала губы все это время, так ещё и под тишину. Никто не ликовал о победе, не маячил со своим злорадствующим лицом.
— Мел, — Ларри медленно повернул голову в мою сторону. — А ты точно умеешь играть?
Мне показалось, что я вздрогнула. Или же это было моё сердце? Ларри уже что-то заподозрил. Мне конец.
— Да нет же... – мой язык заплетался. —Просто подзабыла, как играть.
— Давай тогда следующий раунд, —длинноволосый отвернулся от меня, сразу же нажимая на кнопку, от которой на экране вновь появились знакомые персонажи.
Всё тот же закадровый мужской голос объявил: «Раунд два. Сражайтесь!».
Я взяла джойстик крепче. Мне нужно было быть расчётливей, успевать думать и делать одновременно, не нажимать на рандомные кнопки. Я ходила по лезвию ножа, продолжая играть. Подозрение друзей нарастало, как и мой страх.
Саб-Зиро пошёл в наступление, каким-то чудом атакуя пару раз ледяной волной, от которой у Бараки сносится половина здоровья. Но он хитрее. Барака – уродливое существо с огромными клыками, чем-то напоминающего человека, резко начинает кромсать Саб-Зиро лезвиями, появившимися из локтей. Это повторяется раз за разом, а уворачиваться никак не получается, всё стало каким-то медленным, сложным. В конечном итоге мой персонаж погибает и Барака вновь зловеще улыбается, прожигая меня своими пиксельными глазами.
— Так, — вздохнул Джонсон, убирая джойстик в сторону. По каждой клеточке моего тела прошёлся такой разряд, что в глазах на миг помутнело. — Почему обманываешь нас?
— Да с чего ты взял? — конфликтовать не хотелось, но и отстоять свою недо-правду нужно было.
— Да это же видно! Всё на твоём лице написано, — Ларри всплеснул руками от эмоций.
— Это правда. Ты все время хмурилась, вглядывалась в каждого персонажа, да даже на сам картридж ты смотрела так, словно инопланетянина увидела, — голос Сала звучал чуть громче обычного, из-за чего внутри всё сжалось.
— Ага, и на кнопки тыкаешь, будто по-приколу, — не унимался Ларри.
Я хотела сглотнуть, только вот нарастающий ком в горле не давал этого сделать безболезненно. Парни говорили правду. Настоящую правду. Не ту, где я главная фанатка «Mortal Kombat», а ту, где я обыкновенная неумеха-лжец. От этой правды действительно резало глаза. Меня спасал лишь тот самый ноющий ком в горле, который не давал слезам выйти на свет.
Я молчала, потому что говорить было больно, а успокоиться ещё больнее. Мне оставалось лишь кусать губы и теребить пальцы, признавая неправоту. Я была подобно маленькому ребёнку или провинившейся перед хозяином собакой. Мой видок, наверное, смягчил Ларри и Сала.
— Мелоди, почему ты сразу нам не сказала, что не умеешь играть? — голос Фишера младшего теперь звучал на привычный лад. — Мы бы в любом случае научили тебя.
Его слова на миг стали лучиком света. Таким едва заметным и быстро ускользающим. Свинцовый ком начал отступать.
— К тому же, мы ещё в первый день сказали тебе, что не будем осуждать за то, что тебе не нравится, — Ларри всё таки нашел опору и облокотился на стену. Подошва его кед была в пяти сантиметрах от меня.
— Простите, ребят, — выдавила я из себя, поднимая голову. Пряди волосы неприятно залезли в рот, но быстрым, рваным движением я привела себя в порядок.
— Нормально всё, — резко сказал Джонсон и сложил руки за голову. Он прикрыл глаза, словно рассуждал о чем-то.
Я отвернулась от него, не находя ничего интересного в его жестах, и посмотрела на Сала.
— Всё правда нормально. Это мелочи, — глаза парня сузились — наверняка улыбался.
— Но я ведь соврала! — моё лицо исказилось в гримасе непонимания.
— Забей. Твоя ложь не принесла никакого разочарования, — слова голубоволосого действовали, как мазь на ране.
Для меня это было главным — не разочаровать друзей. Я корила себя враньём ещё долго, переодически вспоминая это больше со стыдом, нежели болью и грустью. Перед сном резко думала об этой ситуации и в порыве била подушку с мыслью «какой позор», но зато знала, что меня и правда не осудят. Я не в том месте, где надо притворяться, где можно лгать обо всём ради своего же места в обществе.
Ларри неожиданно принял прежнее положение и вложил мне в руки упавший на пол джойстик – белый, с разноцветными кнопками.
— Начнём с основ. Чтобы прыгать, надо нажимать вот сюда...