Тебя никто никогда не увидит

                — Но я не хочу работать! — повторяла я из раза в раз. Куратор посмотрела на меня с упреком.
— Дорогуша, ты должна отдать должное комиссии. Мы вырастили тебя, теперь твоя очередь помогать нам.
      Да, меня вырастила комиссия после того, как мои родители отказались от меня. Из-за сверхспособности, я могу становиться невидимой. Отсюда и мое имя — Незримая.
— Нет! Я не буду работать и точка. Как будто я могла выбирать кому меня воспитать. Если бы и могла точно не выбрала бы вас. — Что ты сказала? — спросила женщина с милой улыбочкой.
— Я молчала, — сказала я и, вздернув подбородок, добавила, — я не буду работать.
— Нет, будешь. Так-так-так…- Куратор порылась в стопке бумаг, лежащих на её столе, и вытянув две из них, протянула мне, — писать указания или отправлять их? Что выбираешь?
      Я посмотрела на нее исподлобья и выдернули из ее левой руки документ.
— Отправлять, — процедила я через зубы, понимая, что от меня не отстанут.
      Женщина улыбнулась еще шире. Да что за веселье, я не понимаю?!
Куратор ущипнула меня за щеку.
— Вот и прекрасненько. Ах да, и еще запомни: мы всегда будем на шаг впереди.
       Я нахмурилась еще больше. Что она задумала?
— До свидания, — сказала я, ехидно улыбнулась и стала невидимой. Я вышла из кабинета и направилась к себе в комнату. Ну, ничего, я что нибудь придумаю и они пожалеют, что заставили меня работать. ***
       Прозвенел будильник и я перекатившись на живот застонала. О Боже, мой двадцать первый рабочий день! Да, я их считаю. Как можно любить свою работу? Я вспомнила Куратора и поморщилась. Господи, я не хочу на них работать. Каждый день просто сидеть за столом, а когда к тебе приходят указания отправлять их. Что за идиотизм? Бывают ли работы скучнее этой?
Очевидно, нет.
      Я опять перевернулась, только уже на спину и уставилась в белый потолок. Он был белым как и все в этой комнате. Один раз я пыталась покрасить стены, но именно в тот момент меня решила навестить Куратор. Моя удача это просто нечто!
      Итак, прошло ровно три недели. И я не придумала ничего достойного, чтобы отомстить этим старперам. Что ж сегодня, я буду рассылать фальшивые указания, вместо нормальных. Посмотрим, что выйдет из этого. ***
       Я сидела за столом и печатала на машинке. Закончив предложение, я откинулась на спинку стула и посмотрела на то, что получилось.
" Не верьте и не следуйте указаниям в последующих указаниях». Думаю, нормально.
      Я взяла капсулу и засунула туда бумажку, затем плотно закрыла и встала изза стола. Штанина брюк зацепилась за край стула. Дебильный дресс-код. Зачем он вообще нужен в этой организации? Меня почти насильно заставляли одевать деловой костюм: белая рубашка, черные брюки и пиджак.       Но вот кроссовки я все-таки одела. Не дождутся они от меня каблуков.
       Я подошла к двери и выглянула из-за нее. Становиться невидимой я не желала, ибо пора научиться чему то новому.
      Так, вроде никого нет, путь свободен.
      Я вышла из кабинета. Дверь немного скрипнула и я опять огляделась-никого. По идее, я не должна была выходить из кабинета без тележки с капсулами. А, плевать, никто не заметит. Я тихо прошла мимо рядов труб, к самой последней и уже открыла крышку, как за моей спиной сверкнула синяя вспышка. Я вздрогнула и выронила капсулу.
***
      Пятый лежал на кровати, зарывшись лицом в подушку. Он пытался избавиться от ненужных мыслей. Но у него это плохо выходило.
В голове мелькает множество вопросов. Где она сейчас? Смогли ли ее вылечить?       Разумеется Пятый интересовался у Куратора, но та ему говорила, что девушка теперь живет простой жизнью, обычного подростка. Но Пятый ей не верил. В его голове вырисовывались картинки, как над ней ставят опыты или еще что похуже. Парень зажмурился.
***
— Эй, все хорошо? — Незримая лежала на кровати и что-то писала в тетрадке.
Наверняка решала уравнение.
— Да, — глухо отозвался Пятый и сел на край кровати.
— Да брось, я же вижу, — девушка отложила тетрадь и села рядом. Сердце парня забилось сильней. За три месяца вместе, что они провели в апокалипсисе он не первый к ее близости.
— Все плохо, все так паршиво, — Пятый об хватил голову руками. И зарылся пальцами в волосы. Вдруг, парень почувствовал легкое касание холодных пальцев. Он повернул голову к девушке.
— Что случилось? — произнесла девушка, в её глазах плескалась тревога, но они все равно были такими… Красивыми, добрыми и открытыми. Незримая накрыла его руку своими ладошками, — ты можешь мне сказать.
      Как? Каким образом он ей это скажет? Но слова сами сорвались с его губ: — Моя работа убивать людей. Сегодня я убил первого, — Пятый пристально посмотрел в глаза девушки, ожидая увидеть в них отвращение или еще хуже страх.
      Но она лишь вздохнула и посмотрела на их руки. Она погладила тыльной сторону его ладони большим пальцем. Бабочки защекотали желудок Пятого своими тонкими крылышками.
— Послушай, я… Ты не виноват. Ты хочешь, как лучше, ты стремишься спасти свою семь и… Хм… — девушка нахмурилась, — людей убивать не хорошо, но возможно, если бы они остались живы, то все остальные люди умерли бы, — Незримая посмотрела в глаза Пятому и улыбнулась, — я тебе доверяю.
      Девушка отпустила его руку, села рядом и обвила тонкими руками его талию.
— Мы справимся, — тихо сказала она.
По телу Пятого пробежала легкая дрожь, а сердце забилось еще чаще. Он приобнял девушку рукой и трепетно погладил ее волосы. ***
       Он виноват в том, что она там оказалась, он не смог уберечь её от этого всего.
      Пятый встал с кровати. Надо что-то делать. Он раздобудет сведения о ней. ***
      Звук щëлкающих клавишей, духота и невнятное бормотание нервировало. Пятый свернул листок и положил его в капсулу, плотно закрыв. Огляделся и убедившись, что никто не увидел капсулу, спрятал ее под пиджак.
Он встал и направился к выходу.
— Мистер Пять! — раздался писклявый голос. Пятый медленно повернул голову влево. Слишком низкий мужчина встал из-за стола. Он главный в этой комнате, — куда вы собрались?
      «Противный карликовый старикан» — подумал парень, но вместо этого поднял брови и равнодушно посмотрел на карлика.
— Вам так необходимо это знать, мистер Смит? — произнес Пятый с режущим уши сарказмом. Мужчина поправил очки.
— Да, мистер Пять, я ваш босс, — Пятому захотелось пришибить карлика. Босс.
Да что б он подавился.
— Я иду в сартир, мистер Смит, — произнес мальчик копируя писклявый голос мистера Смита. Карлик прищурился:
— Можете идти.
      Как будто Пятому нужно его разрешение.
      Парень дошёл до ближайшей кабинки туалета закрылся там и только тогда телепортировался к трубам доставки указаний.
       Что то упало на пол. Парень обернулся. Его глаза распахнудтсь, сердцебиение и дыхание участилось, а тело напряглось. До предела. Куратор обманывала.
       На него смотрела Незримая. В её глазах промелькнул страх и что-то непонятное Пятому, а затем они стали равнодушными. Она наклонилась, подобрала капсулу и повернулась к нему спиной, вставляя капсулу в трубу.
Пятый не заметил, что её руки дрожали.
— Молодой человек, — обратилась она к нему, будто бы не знала его. В сердце Пятого будто бы возили иглу и все внутри рухнуло, — советую вам лучше рассчитывать уравнения при перемещении, — она опять повернулась к нему и в её глазах было сочувствие.       Человек, которого Пятого любил больше всех на свете не помнит его.
      Парень промолчал. А что ему сказать? «О, привет, Незримая, как жаль, что ты меня не помнишь, ведь ты единственная кого я люблю больше себя. А, да не важно как поживаете под крылом у комиссии. Не очень? Да, я тоже.
Представляешь, я искал тебя год. Вот мы и встретились. Только печально, что ты меня не помнишь»
       Глаза Пятого защипало. Он сжал кулаки с такой силой, что из ладони пошла кровь. Он переместился к себе в комнату. Посмотрел на капсулу. И швырнул её в стену. Капсула разлетелась и бумажка упала рядом с металлическими останками.
       Он подобрал бумажку и, найдя в тумбочке спичку, сжег её. Сел на кровать и почувствовал как щеки намокли. Он плакал. Второй раз за свою жизнь.       Пятый встал и прошел к столу. Резко открыл ящик и вынул оттуда кулон ромашки на цепочке.Сердцевинка ромашки изображала сердечко. Пятый хотел подарить эту цепочку Незримой с тех пор как нашел её в апокалипсисе. В книжном магазине.
      Наверное это было странно и глупо, но девушка напоминала ему ромашку. Всегда такая светлая и искреняя. Такая белоснежная и прекрасная. Аккуратная и милая.
       Пятый спешно вытер щеки. Он принял решение сейчас же отдать девушке этот кулон. Бессмысленно будет держать её у себя дальше. Она все равно его не помнит.
      Немного подумав, Пятый переместился в комнату, где он с Ноль жили вместе. Как удачно, что он нашел там её вещи.
       Что ж, Куратор имеет чувство юмора.
      Парень положил цепочку на тумбочку и переместился в неизвестном направлении.
***
       Я бежала по коридору, захлёбываясь в слезах. Я пыталась сдерживать раздирающие грудь рыдания, но это плохо у меня получалось. Я все вспомнила. Семью, отца. Всех. И его. Тогда, когда я увидела его, я чуть не упала в обморок.
Слишком. Много. Информации.
      Но я не могла, ему сказать, что помню его. Куратор была хитра. Я вспомнила её слова «Мы всегда будем на шаг впереди».
      Мне чудом удалось взять себя в руки и сказать, что должна была.        Боль в его глазах, которую он даже не пытался скрывать, разбила мне сердце.
       Мне казалось, что я влюбилась в него заново. Только в миллионы раз сильней, а сердце разбилось на миллиарды осколков.
      Из моего горла вырвался еще один всхлип и у самой своей двери я подвернула ногу, упав на спину. Я поморщилась. Было не больно. Хотя не уверена, что было бы что-то больней, чем вспомнить все это.
      Я поднялась и вошла в комнату. Теперь я знала, что эта за комната.
      Интересно мне специально её выделили? Я еле доплелась до кровати и упала на нее. Повернув голову вправо я увидела, что на тумбочке что-то лежит.       Я протянула руку и взяла предмет. Это была цепочка. С кулоном в виде ромашки, в середине цветка было сердечко.