часть 15
Се Лянь, как оказалось, знал язык Баньюэ, пусть и скромно. Сань Лан, как образованный и начитанный юноша, помогал ему с расшифровкой старых записей.
— Это могила генерала.
— Откуда тебе известно слово "могила"? — недовольно спросил Нань Фэн, сложив руки на груди.
— Ну, мне кажется, не трудно догадаться? — хихикнул Сань Лан, указывая на сам камень. Действительно, гладкий, прямоугольный, он походил на надгробие. Фэнь Синь фыркнул, отвернувшись, да рассматривая скальные стены. Абсолютно ничего примечательного.
Время тянулось медленно. В какой-то момент Тянь Шэн, что задавал вопросы, принялся смеяться над нелепостью описанной смерти не-генерала, а Фу Яо начал поучать его, что не стоило бы смеяться над покойником, над чьим захоронением ты стоишь.
— Но ведь действительно — нелепо!
— Жизнь состоит из одних нелепостей, а смерть это всегда горе. А вот смеялся бы ты над призраком, что умер, запнувшись на ровной дороге и разбив голову, если бы он явился прямо перед тобой? Так не стоит смеяться и над трупом, покоящимся в земле.
Тянь Шэн разумно примолк, вняв урок. Сань Лан обернулся к сидящему рядом Фу Яо. Его лицо было бесстрастно, но глаза — чёрные, даже в всполахах огня, — выдавали его задумчивость. Сейчас, в полумраке пещеры, замерший неподвижно, он походил на статую: нечитаемый взгляд, резкие углы, прикрытые дрожащими тенями на фарфоровой коже. По спине пробежали мурашки, и Сань Лан невольно пустил ци по кончикам пальцев, отчего пламя на ладони вспыхнуло ярче. Иллюзия тут же пропала: Фу Яо вздрогнул и обернулся, их взгляды встретились, и тот тут же нахмурился.
— Что такое?
— Ничего, — покачал головой Сань Лан.
Неожиданно раздался крик. Небожители тут же встрепенулись, вскочив на ноги.
— Змея! Здесь змея!
Действительно. Из дальнего угла пещеры, на свет медленно выползала змея. Она медленно подняла голову и высунула раздвоенный язык, покачиваясь из стороны сторону, словно осматриваясь. Под её прозрачной кожей проглядывала пурпурного цвета плоть с чёрными прожилками. Казалось, будто просвечивали её органы, и от этого змея показалась ещё более страшной для людей. На конце её длинного хвоста чашуйки наслаивались, образуя сегменты с острым концом, словно хвост скорпиона.
— Без паники, — мягко проговорил Се Лянь, выступив вперёд. Его аура небожителя, которая проступила сквозь его фасад обычного человека, привлекла внимание людей и успокоила сама собой. Се Лянь продолжил всё также ласково, — В пустынях водятся змеи. Обычное явление! Постарайтесь отойти от дальних, тёмных углов, не шумите и не толкайтесь.
Люди зашевелились, неспеша, как и было велено, пусть паника и проскальзывала в их резких движениях. Уже скоро все люди стояли ближе к выходу из пещеры. Ко всеобщему удивлению, один из мужчин воскликнул:
— Буря утихла!
На улице более не завывал ветер, вечерний золотой свет пробивался под своды пещеры. Се Лянь в недоумении почесал подбородок. Как это могло произойти? Они едва ли остались более, чем на один шичен, так отчего же буря стихла также быстро, как и началась? Впрочем, мысли вскоре ушли на второй план, когда помимо одной змеи, выползло ещё несколько. Казалось, с каждым мяо их становилось всё больше.
— Быстрее, на выход! — скомандовал Нань Фэн и люди гурьбой посыпали вон из пещеры.
Сань Лан же сначала отбивался от змей одиночными огненными шарами, но вскоре, поняв, что ситуация не становится лучше, надкусить палец и взмахнул рукой. Тут же капли крови, упавшие на землю, вспыхнули ярким пламенем, образовав огненную стену, сжигая тварей в один миг. В то же мгновение пещеру наполнил горький запах жаренной плоти, и чёрный густой дым принялся стелиться по земле. Сань Лан поспешил на выход, зажимая ладонью нос и рот.
Когда он оказался под чистым небом, то невольно зажмурился от слепящего солнца. Оно уже склонилось к горизонту, но по-прежнему грело несчадно. Люди каравана стояли в плотной кучке, Тянь Шу пересчитывал состав, кто-то взялся проверять верблюдов. Отдельно ото всех стояли Се Лянь, Нань Фэн и Фу Яо, с подозрением щурясь на А-Чжао, затерявшегося среди торговцев.
— Всё в порядке? Никто не ранен?
— Дядюшку Чжэна укусили!— ответил Тянь Шэн, подбегая к Сань Лану. На нём не было лица: на место прежней самоуверенности пришла паника и страх за близкого человека. У него дрожали руки, голос срывался, — Братья заклинатели, вы можете что-нибудь сделать?
Вперёд вышел Нань Фэн, тут же врываясь в общую толкучу. Мужчина, которого укусили, медленно сползал по плечам товарищей, уже не в силах стоять на ногах. Нань Фэн сперва проверил место укуса: рана на ноге вспухла, под кожей поползли чёрные вены. Затем он проследил за меридианами, потянулся к мешочку висящему у него на поясе. Из него он достал пилюлю и заставил мужчину её проглотить. Раненный вмиг расслабил искажённое болью лицо, по щекам заструился пот, и он выдохнул с облегчением. Тянь Шэн с надеждой взглянул в глаза Нань Фэна, но тот только покачал головой.
— Это продлит ему жизнь, но это не противоядие. Яд слишком сильный.
— Но что же делать?! Неужели, он умрёт? А-Чжао! — юноша повернулся к проводнику и жалобно заломил брови.
Повисла недолгая, но тяжёлая тишина, с привкусом горечи и страха. Сань Лан всмотреться в лицо А-Чжао. По-прежнему бесстрастное, на силу удалось углядеть в нём дрогнувшее сострадание. Спустя ещё несколько мгновений молчания, А-Чжао всё же сказал.
— На самом деле, противоядие есть.
Не успевший возликовать, Тянь Шэн был перебит жестом ладони:
— Но достать его почти невозможно.
— Но... Как же?.. — слабо проговорил юноша.
А-Чжао же продолжил:
— Трава шаньюэ способна снять действие яда скорпионовых змей. Но растёт она только на территории бывшего Баньюэ.
Снова повисло молчание. Теперь перед людьми встал выбор: отправиться за противоядием с риском не вернуться или потерять близкого товарища. И тот и другой вариант не представлялся людям возможным. Послышались шепотки, обсуждения. Было сложно принять решение, но время было на исходе.
Пока люди были заняты, Сань Лан с Нань Фэном подошли к своим спутникам. Се Лянь присел на невысокий камень, рядом с ним стоял Фу Яо. У них обоих было сложное выражение лица, выражающее беспокойство. Они тоже слышали разговор.
— Что будем делать? — спросил Се Лянь первым.
— Мне кажется, ответ всё же очевиден. В конце концов, не зря же наш путь лежит в крепость Баньюэ, — ответил Фу Яо.
Тем не менее у Нань Фэна нашлись возражения:
— Это же самая настоящая ловушка. Нас загнали в пещеру песчаной бурей, там объявились змеи, противоядие от яда которых можно найти только в Баньюэ. Чтобы нас ни поджидало, добра оно нам определённо не желает.
Спутники погрузились в раздумья. Ситуация выходила действительно сложная, и соваться в крепость Баньюэ, не зная, что там, было равносильно смерти. Сань Лан приложил ладонь к виску, но до духовной сети так и не смог дозваться.
— Здесь нарушен поток духовных сил. До небесной столицы не достучаться.
Нань Фэн чертыхнулся, Се Лянь покачал головой. В этот самый момент произошло то, чего мало кто мог ожидать.
По спине Се Ляня медленно, но верно взбиралась змея. Как богу войны, ему ничего не стоило почувствовать опасность загодя, но та не намеревалась атаковать его. Вместо этого всё её внимание было сосредоточено на рядом стоящем Фу Яо. Тот, не подозревая ни о чём, задумчиво глядел на торговцев.
— Берегись! — Сань Лан тут же выбросил вперёд руку, намереваясь перехватить змею в момент атаки. Но он был слишком далеко.
Фу Яо опустил взгляд и отшатнулся. Се Лянь тоже поднялся с места, но змея, потревоженная резкими движениями, уже намеревалась укусить ближайшего к ней человека, потому целилась уже в принца. В этот самый момент её тело пронзил кинжал, и она принялась извиваться с громким шипением. Фу Яо вовремя перехватил её голову, сжимая так, чтобы та не смогла вывернуться, но совсем не следил за её хвостом. Тот, со скорпионовым жалом, впился ему в тыльную сторону ладони. Фу Яо не дрогнул, резким движением разрывая змею напополам и отбрасывая в сторону.
— Чёрт, — только и сказал он, глядя на место раны. Незаметная дырочка, тёмное пятнышко — даже не скажешь, что это был смертельный укус!
Сань Лан тут же перехватил его ладонь. Действовать нужно было быстро. Выхватив кинжал из чужой ладони, Сань Лан протянул его в сторону Нань Фэна. Тот молча зажёг пламя на ладони, нагревая сталь. Быстрым, выверенным движением Сань Лан надрезал место укуса крест-накрест, пустив отравленную кровь. Фу Яо только нахмурился, но не подал виду, что больно. Тщательно промыв рану, Сань Лан наложил чистую повязку, а Нань Фэн протянул ещё одну пилюлю.
— Зачем нужно было подставляться? — грубо сказал он. Впрочем, в его голос подкралась дрожь. Скорее, из-за беспокойства за Его Высочество, нежели из-за неизвестного ему юноши.
— Теперь ничего не поделаешь, — пожал плечами Фу Яо. Он был чересчур спокоен для человека, которому осталось жить не более суток.
— Теперь двое раненых. Нам всё же придётся идти, — подвёл неутешительный итог Се Лянь.
Обсудив ситуацию с торговцами, было принято решение, что А-Чжао отправится с Се Лянем и Сань Ланом в Баньюэ.
— Надеюсь, что путь до Баньюэ не займёт много времени, — опечаленно покачал головой Тянь Шу.
— Путь не долгий. Около двух или трёх шичэнов в одном направлении, — объяснил А-Чжао и махнул рукой в нужную сторону.
Нань Фэн и Фу Яо же должны были остаться с другими людьми.
— Тебе лучше поберечь силы и не двигаться, — наставлял Се Лянь Фу Яо, когда тот решил поспорить. — К тому же, ты обещал меня слушаться.
— Конечно, — закатил глаза Фу Яо, но не стал больше упрямиться.
— Проследи за людьми, — обратился принц уже к Нань Фэну.
Люди боялись оставаться одни, именно поэтому нужно было оставить хоть одного "заклинателя", который бы смог отогнать змей в случае опасности. Нань Фэн с готовностью кивнул. Се Лянь ни на миг не сомневался в его силах, но на всякий случай размотал с руки Жое. Белая лента взметнулась в воздух и, выбирая между Фу Яо и Нань Фэном, выбрала Нань Фэна, обернувшись вокруг его наруча. Тот проследил за ней настороженным взглядом, но не стал возмущаться.
Сань Лан, Се Лянь и А-Чжао отправились в путь. К тому времени, как чёрные скалы потерялись вдали, солнце уже зашло за горизонт, на пустыню опустились ночь и холод. Когда жара отступила, идти стало легче, даже завязался короткий разговор.
— А-Чжао, часто ли встречаются эти змеи в этой местности?
— Не часто. Я сам их видел впервые, — ответил проводник достаточно сухо. Тогда заговорил Сань Лан:
— Скорпионовые змеи, по легендам, это фамильяры советника Баньюэ. Стало быть, это она навела их на нас?
— Я не верю в легенды, — отрицательно качнул головой А-Чжао. Сань Лан прищурился.
— Как же так? Ваш дядя говорил о призраках, которых можно увидеть на барханах. Стало быть, вы ни разу их не заставали?
А-Чжао посмотрел на Сань Лана очень и очень внимательно, словно хотел проверить на честность, но всё же ответил, пусть и с явной неохотой:
— Я не верю в легенды, но в каждой есть и доля правды. В воинах Баньюэ не сомневаюсь. Хотя, в действительности, мне не приходилось их видеть.
Сань Лан покивал головой, но перестал спрашивать. Когда они с Се Лянем переглянулись, то оба поняли, что подозревали их проводника.
Спустя шичэн местность начала меняться. Сначала постепенно они стали замечать вокруг с огромным трудом выжившие в пустыне сорняки, прорастающие в трещинах песчаных скал. Спустя ещё шичэн на горизонте начали вырисовываться в темноте очертания древнего государства.
Заметить город оказалось весьма непросто, поскольку он сливался с просторами пустыни, будучи такого же жёлтого, песчаного цвета. Стены города обвалились, в некоторых местах их давно погребло под песками. Только подойдя ближе, путники увидели, насколько высокими когда-то были эти стены: в некоторых местах они достигали более десятка чжанов. Нетрудно представить тот величественный образ, который город представлял собой в прошлом.
Стоило им войти в арку, которая когда-то служила вратами города, как перед путниками пролегла широкая пустая улица. Се Лянь осматривался с интересом, Сань Лан пытался вспомнить, каково это было — посещать этот город многие столетия назад, А-Чжао шагал осторожно, словно опасался ступать на эти земли.
Обходя разрушенное здание, от которого остались только доски да разбитые кирпичи, трое путников услышали чужие шаги. Более не думая, они тут же скрылись в ближайшем доме.
Вскоре из-за угла разрушенной улицы вышла заклинательница в белых одеждах.
На девушке красовалось летящее белоснежное одеяние, в руках она держала метёлку из конского хвоста. Ступая по улице, она глядела по сторонам сияющими глазами. Подобное выражение лица создавало иллюзию, будто она прогуливается не по заброшенному многие годы древнему городу, а по маленькому садику на заднем дворе собственного дома. Позади неё, сложив руки за спиной, следовала ещё одна молодая особа.
Глаза женщины в чёрном отличались холодной красотой, взгляд похож на кинжал, покинувший ножны, чёрные волосы рассыпались по плечам. Всё её существо словно источало струйки холодного пронизывающего ветра. Она шла позади девушки в белом, но никто бы и не подумал посчитать её чьей-то подчинённой.
Заклинательница в белом плавно махнула метёлкой из конского хвоста и произнесла:
— Ну и куда же они подевались? Стоило только отвлечься, их и след простыл. Неужели мне придётся вылавливать и убивать их по одному?
Женщина в чёрном приблизилась, без всякого выражения на лице миновала спутницу и произнесла:
— Не хочешь позвать своих дружков, чтобы те помогли тебе расправиться с ними?
Девушка в белом только рассмеялась.
— Ха! Не люблю просить о помощи никого, кроме тебя. Расценишь как повод для радости?
Женщина в чёрном не оказала ей ни капли любезности, ледяным тоном ответив:
— Нет ничего весёлого в том, что ты просишь меня участвовать в подобном. Идём скорее.
Её спутница приподняла бровь и в самом деле ускорила шаг. По их диалогу можно было догадаться, что женщины — давние знакомые, отношения между которыми весьма неплохи.
Обе незнакомки явно не являлись простыми смертными. Возможно, что кто-то из них являлся советником Баньюэ, но кто же тогда вторая? Се Лянь задумался, пытаясь припомнить всё, что услышал от Сань Лана. Он и не заметил, когда женщина в чёрном, проходя мимо их укрытия, резко обернулась в их сторону.
— Эй, чего ты замерла? — окликнула её спутница.
— Отойди подальше, — ответила женщина в чёрном и подняла руку.
В этот самый момент в доме Сань Лан подскочил к двери и снёс её одним ударом ноги. Се Лянь в недоумении глядел, как юноша лёгкой походкой вышел вперёд, поднимая руки.
— Цинсюань-мэй! Вот это встреча!
Заклинательница в белом удивлённо распахнула глаза, прежде чем на её лице проступило узнавание.
— Дагэ! Я совсем не ожидала тебя здесь увидеть! Что ты здесь делаешь?
— Хотелось бы сперва спросить это у тебя.
— Ох, я здесь по делу. Его Высочество наследный принц спрашивал про Крепость Баньюэ, и мне стало интересно. И как оказалось, не зря: стоило нам войти в город, как мы столкнулись с призрачными воинами. Ух, и жуткое это зрелище, скажу я тебе! Но только мы отвлеклись на одного, остальных как ветром сдуло, ха-ха! Не встречал ли ты их, дагэ? И пора уже на мой вопрос ответить!
— Я здесь за тем же, за чем и ты. Воинов, увы, мы пока на своём пути не встретили, но уже столкнулись со скорпионовыми змеями. Простые люди пострадали, и мы пришли сюда в поисках противоядия.
— О, это печально. Погоди, а кто это "мы"?
В этот момент из укрытия вышел Се Лянь, сцепив руки за спиной. На лице у него играла неловкая улыбка. Но стоило Цинсюань-мэй его увидеть, как она, убрав метёлку за пояс, вежливо поклонилась.
— Ах, Его Высочество! Наслышана о вас, наслышана.
"Наслышана" в случае Се Ляня никогда не было о чём-то хорошем, и тому стоило больших усилий, чтобы сдержать нервный смех.
— Позвольте я вас представлю, — Сань Лан ладонью указал на Цинсюань-мэй, — Его Превосходительство Повелитель Ветров, Ши Цинсюань. Его Высочество наследный принц Сяньлэ, Се Лянь.
— Рада с Вами познакомиться, — мягко произнесла Ши Цинсюань, и Се Лянь кивнул.
— Взаимно, — и обернулся в сторону второй незнакомки.
Девушка в чёрном коротко склонила голову. Судя по её взгляду, она бы предпочла остаться не названной.
— Повелитель земли Мин И.
Тут из дома вышел А-Чжао, склонившись в низком поклоне. Видимо, он признал в новоявленных личностях небожителей. Повелитель Ветров только отмахнулась, не обращая на него никакого внимания. Её больше стало интересовать противоядие, даже думать забыла о воинах Баньюэ, по-прежнему прячущихся где-то среди развалин!
Как рассказал А-Чжао, по легендам, трава шаньюэ предпочитала расти в тени, поэтому было решено искать самое высокое строение, а какое, если не дворец? Уж его искать и вовсе не пришлось: он возвышался среди порушенных жилищ каменной скалой. Стоило пересечь главные ворота, и перед путниками возник заросший сад. Возможно, тут и вовсе когда-то сада не было, но природа взяла своё.
— Трава шаньюэ растёт низко, корни её очень тонкие, а листья широкие, чем-то по форме напоминающие персик, — описал растение А-Чжао. Сань Лан, ни на миг не упускающий его из виду, косился в его сторону с настороженностью. Уж очень хорошо знал этот человек легенды, когда и вовсе ими не интересовался. Впрочем, вскоре его мысли были заняты поиском нужной травы.
— Вы с Повелетилетем Ветра в хороших отношениях, — аккуратно приметил Се Лянь в один момент. Сань Лан кивнул.
— Повелитель Ветра — хорошая компания и надёжный друг. Мы с ним знакомы не одно столетие.
Се Лянь улыбнулся. Как же здорово, когда есть, на кого положится! Он был искренне рад за Сань Лана, но сейчас было не время отвлекаться на душевные разговоры, и всё внимание было переключено на поиск шаньюэ.
— Я нашла! — оповестила Ши Цинсюань, взмахивая рукой с зажатыми пучками травы. Оглядевшись у ног, она удивлённо воскликнула, — Ой, а как же её здесь много!
В самом деле: широкие листья шаньюэ налезали друг на друга высокими зарослями, распластавшись вдоль всей стены. На удивление, чем дальше тянулся пласт зелени, тем мельче становились листья. Се Лянь даже в недоумении склонил голову. А трава и должна быть настолько большой? В тот же момент, когда он об этом задумался, рядом раздался чей-то недовольный крик:
— Эй, как это грубо! А ну, убери свои ноги!
Ши Цинсюань в удивлении огляделась. Откуда шёл звук? Но стоило ей опустить голову, как всё стало на свои места: прямо из земли, среди травы, находилось самое настоящее человеческое лицо! Повелитель Ветра даже не успела ничего сказать, как её оттащила за плечо как можно дальше Повелитель Земли.
— Что ты такое? — рассмеялся Сань Лан, стоило ему подойти ближе на шум. Лицо оскорбительно нахмурилось.
— Я человек! Что, если видно только одно лицо, то уже и узнать трудно?!
— Люди обычно в земле не закопаны.
— И что? Будто в этом есть моя вина! Я был самым обычным торговцем! Дай-ка подумать... Наверно, лет шестьдесят назад.
Шестьдесят лет назад? Это ж какой человек шестьдесят лет проживёт, закопанный по самую шею? Кем бы раньше оно ни было, сейчас человеком это назвать можно было с натяжкой. Лицо, верно угадав чужие мысли, обиженно закряхтело.
— Ишь, чего возомнили! Стоят тут на своих двоих! Топчут ни в чём не повинных! — затем оно хитро прищурилось и продолжило хриплым напевом, — Но вам долго бродить не придётся. Ведь с вами тот, кто когда-то обрёк меня на такую судьбу!
Столпившиеся рядом переглянулись. Повелители Ветра и Земли только пожали плечами, они ко всей этой истории не имели отношения с самого начала. Сань Лан с Се Лянем как раз и явились в Баньюэ, чтобы разобраться с проклятием крепости. Оставался только один человек. Все взгляды мигом устремились к А-Чжао. Тот замер, словно статуя, смотря на лицо в земле с отсутствующим выражением.
Кажется, разгадка с самого начала ходила рядом.
***
Последующие события нельзя было назвать никак иначе, чем сущий хаос. Неиствующий генерал Кэмо обвинял советника Баньюэ, что принимала его яростный напал с покорно поникшей головой, А-Чжао или, вернее будет, младший генерал Пэй, скармливавший торговцев разъярённым солдатам, затачённых в Яме Грешников, и сам Се Лянь, непосредственно заставший начало самой истории под именем Хуа Се.
Сань Лан хохотал от души, хотя смешного в их ситуации было мало. Се Лянь, стоически державший лицо на протяжении всего допроса, так и не смог скрыть румянец, расползавшийся по его щекам. Повелитель Ветра тоже улыбалась, прикрываясь веером. Но ситуация требовала разрешения, и Се Лянь беспокоился, что на небесах дело обернётся не в пользу Бань Юэ.
— Можете быть спокойны, я сделаю всё, чтобы виновный понёс наказание, — пообещала Повелитель Ветров уже серьёзно. Она взмахнула веером, небрежно указывая на стоящую его спиной девушку в лохмотьях, — Пусть советник Баньюэ достигла ранга "свирепый", она не принесла никому вреда и заперла воинов под магическим барьером. Мы заберём с собой только младшего генерала Пэй и Кэмо. А вы поскорее отправляйтесь к людям и принесите противоядие.
— Благодарю за помощь, Ваше Превосходительство, — облегчённо вздохнув, склонился в поклоне Се Лянь. Ши Цинсюань улыбнулась.
— До встречи, Ваше Высочество. Дагэ, ещё увидимся! — напоследок кивнулюв Сань Лану, Повелитель Ветров взмахнула веером. Поднялся сильнейший ураган, у неся с собой двух повелителей стихий, Кэмо и Пэй Су.
— Нам верно сказали — необходимо скорее вернуться с травой шаньюэ, — поторопил Се Лянь.
Втроём, нарвав несколько пучков чистой травы, они вернулись обратно к торговцам. Люди, когда завидели их на горизонте, так радостно закричали, что показалось, что это прозвучал гром. Но не увидев среди них провожатого, удивлённо переглянулись между собой.
— А где А-Чжао? — спросил Тянь Шэн, — И кто эта девушка?
— Как же это объяснить... — неловко рассмеялся Се Лянь.
— О, это очень интересная история, — улыбнулся хитро Сань Лан и принялся рассказывать.
По его версии истории выходило, что они столкнулись с самим генералом призрачных воинов в страшной схватке. Бань Юэ предстала как попавшая в беду заклинательница, желавшая помочь неупокоенным душам, а А-Чжао — героем, погибшим под палицей воина. К концу его рассказа люди горько заливались слезами, Се Лянь улыбался, а Бань Юэ глядела широко раскрытыми глазами. В ночных тенях её бледность и синева губ остались незаметны, и люди охотно согласились, чтобы она отправилась вместе с ними.
Сань Лан после рассказа лично занялся раной Фу Яо. К его удивлению, под повязкой была почти чистая кожа, только едва вздувшиеся фиолетовые вены тянулись к зяпястью. Медленно втирая порошок шаньюэ в крестообразную ранку, которая снова вскрылась, Сань Лан спросил:
— У тебя какая-то особенная устойчивость к ядам?
— В путешествиях всякое случается. Даже змеи кусают, — пожал плечами Фу Яо.
Сань Лан не стал настаивать на своём, наложив новую чистую повязку. Он ненавязчиво проверил пульс. Жилка на запястье билась, грудь медленно вздымались — всё, как у настоящего человека. Тогда Сань Лан отступил. Всё равно ничего страшного в их пути не приключилось.
— Что на самом деле приключилось в городе? — спросил Нань Фэн, когда караван двинулся дальше. Раз проклятье крепости было разрушено, люди, не боясь, продолжили свой путь. На брошенный вскользь взгляд Сань Лана, Нань Фэн недовольно бросил, — Ты же не думаешь, что я поверю в твою чушь? И эта девушка — не человек.
Пришлось рассказать правду. Про Пэй Су и Бань Юэ, про захваченную крепость, про ненависть воинов, которых заперли в Яме Грешников.
— Неужели, призрачные войны так и остались запертые в Яме? — спросил Фу Яо в конце.
— С этим будут разбираться уже на небесах. Пока они — это доказательство вины небожителя, — ответил Сань Лан.
Фу Яо промолчал. По его лицу было заметно, что от всей этой истории он был не в восторге. Но держался он стойко, лишний раз не спрашивая, отчего его новые знакомые так тесно связаны с небесами. Вероятно, просто смирился.
Дорога через пустыню выдалась длиною в целые сутки, и когда караван достиг нужного города, дороги небожителей и людей разминулись. Пора было прощаться и с Фу Яо.
— Пусть в дороге тебе будут неведомы трудности, — пожелал напоследок Се Лянь
— Без трудностей и путешествие уже нельзя назвать таковым, — ответил ему Фу Яо, ухмыльнувшись. Тогда Се Лянь рассмеялся.
— И то верно. Тогда береги себя!
— Вы тоже, — и Фу Яо, помахав рукой, ушёл.
Остались четверо, что вместе вернулись к храму Водяных Каштанов. Нань Фэн сначала был против, чтобы с ними шла Бань Юэ, но с упрямостью принца он просто не мог совладать.
— Бань Юэ хороший человек, пусть и демон, — настаивал Се Лянь, и Нань Фэн вскоре сдался.
— Делай, как хочешь, — в итоге проворчал он.
Храм встретил их тишиной и новыми фруктами, стоящими на столике для подношений. Видно, что заходили ещё люди в их отсутствие.
Бань Юэ умыли и приодели — Сань Лан запросил из своего дворца одежды. Они были простого, но удобного кроя, слегка великоваты для совсем уж маленькой девушки.
К вечеру, духи войны распрощались с принцем.
— На небесах переполох, такое дело так просто будет не замять, — покачал головой Сань Лан, — Нужно теперь написать отчёт.
— Мой генерал требует моего присутствия, — избегая смотреть принцу в глаза, сказал Нань Фэн.
— Спасибо вам двоим за помощь, — улыбнулся Се Лянь, — Даже не знаю, чем всё могло обернуться без вас.
Нань Фэн пробормотал что-то неразборчивое и собирался уже уходить, когда неожиданно Жое с его запястья метнулась к Се Ляню, едва не свалив его с ног. Белая лента оплелась вокруг их рук, крепко связывая. Се Лянь неловко рассмеялся — они совсем о ней позабыли в общей суматохе! Сань Лан едко заметил:
— Кажется, она не хочет, чтобы ты уходил.
— Жое, ну что ты, — Се Лянь погладил ленту, но та сжалась только крепче, — Отпусти Нань Фэна.
Жое поупрямилась ещё немного, но вскоре отступила, ослабив хватку и вернувшись на своё место на предплечье. Нань Фэн, красный, как варённый рак, пробормотал что-то нечленораздельное и убежал прочь. Сань Лан посмеялся ему вслед и тоже ушёл. Бань Юэ, после этой сцены, взглянула на принца:
— Они ваши друзья?
— Я думаю, да, — улыбнулся Се Лянь.
***
Небожители стояли на ушах. Дело с крепостью Баньюэ было очень громким, а на небесах сплетни расползаются, подобно пожару — достаточно одной искры, как вспыхнет весь лес. Вот и сейчас, каждый второй перемывал косточки главным виновникам. Кто-то роптал на Пэй Су, кто смеялся над неосторожностью Се Ляня, кто-то шептался про Ши Цинсюаня, не забывали помянуть и Пэй Мина. Это было самое обычное дело для небес. Хуа Чэн уже не удивлялся.
Как бы ему не хотелось, но в дело он ввязался уже тогда, когда согласился помочь Се Ляню. Поэтому в помощи Ши Цинсюаню не отказал, и, для доказательств, сперва опросил Кэмо, а затем они вместе спустились на землю. Им необходимо было опросить людей на почтовой станции, которые, вероятно, были служащими дворца Пэй Су. В таком случае, они тоже не могли избежать наказания.
Прибыв на место, Хуа Чэн первым распахнул двери. После яркого света на улице, полумрак комнаты показался особенно тёмным. Но стоило глазам привыкнуть, и Хуа Чэн в ужасе отшатнулся.
Стены и потолок, каждый угол был обернут серебряной паутиной. Она шёлковым полотном покрывала столы и стулья. Но это было ещё не самое страшное. Посреди комнаты, подвешенные к потолку, висели тела двух мужчин, двух женщин и одного ребёнка. Под ними медленно скапливалась огромная лужа крови, стекавшая с их израненных тел. Тяжело было узнать в них бывшего хозяина, его жену и сына — их лица были искарёжены в гримасе боли и ужаса. Ещё двое были Хуа Чэну неизвестны. В комнате, несмотря на жару за окном, было холодно, словно зимой.
Сомнений не было. Здесь побывал Плетущий Нити Под Луной.