часть 14
Когда солнце выглянуло из-за песчаных барханов, разбавив чернила ночи нежным розовым и золотым, зябкий холод отступил, туман начал собираться в ещё укрытых тенью низинах. Пейзаж перед глазами причудливой карты небес с мириадом звёзд словно разрезали пополам: сверху голубое небо, снизу жёлтые пески. Со временем воздух начал нагреваться, пока не обратился знойным маревом. Небожители стойко терпели, продолжая путь, но вот Фу Яо начал постепенно отставать. На его лбу проступила испарина, взгляд помутнел, и шаги его были уже не такими бодрыми. Се Лянь, заметив, что юноша плетётся в конце, остановился, подождав, когда к нему подойдут. Когда на него подняли полуприкрытые глаза, то их тут же скрыла шляпа доули. Фу Яо только задушено крякнул.
— Держи, не то голову напечёт.
Пока Се Лянь завязывал шнурки под чужим подбородком, Фу Яо вяло пытался протестовать, но быстро сдался. Когда Се Лянь удостоверился, что шляпа не спадёт, то кивнул сам себе и осмотрелся. Вокруг не было никаких построек, только песок.
— Я думаю, нам стоит поискать место для привала, — окликнул он уже убежавших вперёд Сань Лана и Нань Фэна, — Скоро жара не даст нам продолжить путь.
— Вот только по близости нет ничего, — вздохнул Нань Фэн, приложив ладонь к глазам, чтобы осмотреться.
Тогда Се Лянь размотал Жое и, дав указание, отправил ленту в воздух. Та очень быстро скрылась из виду, но вскоре показалась вновь, обмоталась вокруг запястья и указала одним концом в сторону. Се Лянь махнул рукой, чтобы следовали за ним.
Действительно, спустя два шичена в далеке показался оазис, около которого высилось здание, на первый взгляд небольшое, но стоило подойти ближе, то внушительное, из глинобитных кирпичей, в несколько этажей, рядом — пристройка, невысокая, с крохотными окошками. Вокруг стояли порушенные временем небольшие жилища, от которых остались только покрошенные стены. Все вместе они создавали картину странной отчуждённости, словно не принадлежали этому месту и были перенесены сюда не по собственной воле. Возле здания собрались верблюды, опустившиеся на песок, скрываясь в тени от солнца. На их спины были нагружены товары, а рядом бродил человек, проверяя ремни. Заметив приближающихся путников, он приветливо помахал рукой.
— Проходите, люди добрые! Скоро время самого зноя! Не желаете укрыться от жары и передохнуть?
— Было бы очень хорошо. А вы, господин?.. — спросил Се Лянь.
— Я хозяин этой скромной почтовой станции. Вы можете звать меня Мо Лян, — бесхитростно улыбнулся мужчина, отряхивая руки. Он прохрамал к двери, подзывая путников ближе, — Вы, видно, совсем утомились! Проходите, проходите!
Стоило ступить за порог, как спасительная прохлада тут же окутала разгорячённые тела. Внутри был небольшой зал, со столами и стульями, за углом угадывались очертания узкой лестницы на верхние этажи, а в глубоком проходе была спрятана дверь. В неё заглянул Мо Лян, подзывая кого-то. Уже через мгновение, в зал выбежала женщина. Смуглая, краснощекая, она протирала руки, видно, только выйдя из кухни. Увидев новые лица, она приветливо заулыбалась.
— Это моя лаопо, Сяо-Сию. Путники устали с дороги, принеси им воды, — обращаясь уже к жене, попросил Мо Лян.
— Конечно, — легко ответила женщина и вновь выбежала за дверь.
Тем временем четверо юношей наконец опустились за один из столов. Стоило им сесть, как Фу Яо, привалившись к стенке, снял доули и принялся обмахиваться, страдальчески подняв глаза к потолку. Мо Лян сел напротив.
— Куда же путники держат свой путь? — спросил он пытаясь поддержать беседу.
— Дальше, на север, — улыбнулся Се Лянь. Быстро осмотревшись по сторонам, он как бы невзначай заметил, — Это место кажется слишком большим для почтовой станции.
— Верно, верно. Когда-то это был наблюдательный пункт на границах Юнань. Когда его строили, то уже знали, что война с Баньюэ неизбежна. Много воды утекло с тех пор, прошла не одна битва, вскоре пустыня начала пожирать землю, обращая чёрную почву в жёлтый песок, и вот этот наблюдательный пункт больше не мог выполнять своей роли. Тогда мой предок занял это место, сделав его почтовой станцией, изначально для поддержания связи королевства Юнань с западными землями, но сейчас здесь останавливаются и торговцы и простые путники.
— О? И разве так много народу здесь ходит? — поинтересовался Сань Лан, прищурив глаза. Мужчина после его слов вздрогнул.
— Этот торговый путь всё ещё пользуется спросом, даже несмотря на опасность призрачных воинов Баньюэ, — глухо проговорил Мо Лян, нахмурившись. Повисла тяжёлая тишина.
Её прервала Сяо-Сию, вернувшись с кувшином и подносом, на которых стояли чашки. Опустив ношу на стол, она принялась разливать воду на каждого. Фу Яо испил из своей чаши залпом, тут же благодарно склонив голову перед женщиной.
— Благодарим за радушный приём, Мо Тайтай.
Она только улыбнулась и снова ушла на кухню. Сань Лан не спешил пить, задумчиво всматриваясь в лицо Мо Ляна.
— Так выходит, это правда? Легенды не врут, и войны Баньюэ по-прежнему охраняют свои территории?
— Правда, истинная правда! — замахал руками Мо Лян, — Иногда их высокие тени можно увидеть ночью, на барханах. Они никогда не приближаются слишком близко, словно их не пропускает невидимая стена, но достаточно один только раз уловить их силуэт, как дрожь пробирает до самых костей.
— И вам не страшно оставаться здесь? — поинтересовался Се Лянь, надломив брови в выражении, близком к сочувствию и удивлению одновременно.
— Моя семья столетия содержала эту станцию и призраки никогда не подходили слишком близко, так чего боятся? Но вот торговцы и путешественники опасаются. Оно и понятно, да только зная границы павшего государства, и не пересекая их, можно в безопасности пересечь пустыню.
— Получается, вы знаете? — надавил Нань Фэн. Мо Лян кивнул.
— А как же. Да только я совсем не ходок, — он указал на свою правую ногу, которую до этого подволакивал, — Старая травма. А вот мой племянник как раз собирался проводить караван. Они отправятся сегодня вечером. Не желаете ли присоединиться к ним?
— Если мы не помешаем, — мягко улыбнулся Се Лянь.
Мо Лян сказал, что пойдёт, подготовит комнаты для гостей, спросил, что они желают отобедать и ушел, поднявшись по лестнице на верхние этажи. Оставшиеся в одиночестве юноши переглянулись.
— Мне кажется, что-то здесь не чисто, — хмуро проговорил Нань Фэн, налив себе ещё воды. Его губы потрескались и в уголках стянулась кожа, отчего образовались небольшие ранки. Тем не менее, дискомфорт его мало заботил.
— Ты тоже заметил? — хмыкнул Сань Лан, откинувшись на стуле и покачиваясь на задних ножках, — Он что-то не договаривает. И очень явно хочет убедить нас отправится вместе с караваном. Что причина, если не попытка заманить в ловушку?
— Разве можно на людей так наговаривать? — без интереса, из чистой упрямости бросил Фу Яо.
— Ещё рано судить, — примерительно сказал Се Лянь, отпив ещё воды. Медленно покачивая чашку в руках, он вздохнул. Кажется, дело Баньюэ оказалось не таким уж простым.
Спустя время, Мо Лян со своей женой и ещё одним невысоким мальчиком, которого представили как Сян-эр, их сыном, вынесли еду с кухни на подносах. Лапша, рис, курица и свинина, свежие овощи, обжаренные до румянных боков — застолье выдалось приличным. Сань Лан протянул мальчику мешочек с деньгами, сам же задавая вопрос Мо Ляну:
— Вокруг песчянные дюны, а на кухне у вас готовятся отменные блюда!
— О, совсем недавно была поставка. Что-то и здесь выращиваем — почва у оазиса плодородна, радует своим урожаем.
Сань Лан не стал давить. Он широко улыбнулся и поблагодарил за прекрасный обед. Нань Фэн ел с опаской, палочками переворачивая каждый кусочек так, будто боялся, что среди еды свернулась змея. Се Лянь наслаждался, совершенно не опасаясь. Фу Яо тоже ел без проблем, казалось, его не заботили чужие подозрения. Сань Лану же хватило осмотреть, принюхаться, надкусить и вынести вердикт, что их не пытаются отравить.
После обеда, Мо Лян показал им их комнаты.
— Приношу извинения, — раскланялся он, — У нас совсем не осталось комнат. Последние две. Но я сделал всё, чтобы гостям было комфортно!
— Ничего, ничего. Гэгэ, разделишь комнату со мной? — спросил Сань Лан. Фу Яо только пожал плечами, совершенно лениво.
— Тогда я с Нань Фэном, — улыбнулся Се Лянь. Нань Фэн кивнул, его вполне устраивал подобный расклад.
И юноши разбрелись по комнатам.
Комнаты были совсем небольшие, узкие, покрытые полумраком, с маленьким окошком, старыми иссохшимися досками, скрипящими под шагами, и одной кроватью, впрочем, достаточно широкой, чтобы на ней поместилось два человека так, чтобы не чувствовать себя неловко. Фу Яо, совсем разомлённый жарой, почти не стал осматривать обстановку. Ленивой, но все ещё грациозной походкой он дошел до постели, сбросил сапоги, развязал пояс, снял верхние одежды, аккуратно сложив их на тумбочке и поверх опустив шляпу доули, и совершенно неграциозно вальнулся в обьятия постели. Выглядел он совершенно измученным.
Сань Лан хохотнул, подходя ближе, нависая над юношей тенью. На него даже поленились поднять закрытые глаза, огрызнулись так:
— Что нужно?
— Ничего, гэгэ. Устал?
Ответить ему удосужились не сразу. Поелозив на скрипучей постели, Фу Яо опёрся о стену и приоткрыл глаза.
— А ты как думаешь? Неужели сам не хочешь отдохнуть?
Действительно. Встал Сань Лан вчера раньше всех, переделал не мало дел и всю ночь провёл в дороге, да в перебранках с Нань Фэном. Как тут не утомиться! Но Сань Лан, как дух войны (или даже как настоящий Небожитель), не чувствовал усталости. Что для него сон? Лишь способ отречься на миг от мира, пропустить тёмное время суток.
Но не смотря на отсутствие усталости, Сань Лан тоже решил скинуть верхние, запылённые одежды и сапоги, и, обойдя кровать, лёг, перекатившись на бок. Фу Яо наблюдал на ним, лениво обводя глазами.
— Расскажи про Баньюэ, — попросил он, сместившись так, чтобы лежать лицом к лицу. Сань Лан вскинул брови в лёгком недоумении.
— Я, кажется, всё рассказал.
— Разве ты не знаешь каких-нибудь интересных легенд? — протянул Фу Яо так, словно бросал ему вызов. На губах у него играла хитрая ухмылка. Сань Лан прищурился.
— Ох, видимо, сегодня моя очередь рассказывать истории перед сном?
Юноша с готовностью кивнул, а вот он призадумался. На самом деле, ему действительно было известно ничтожно мало про это государство. До его изничтожения двести лет назад он им не сильно интересовался, в конце концов, север был не в его подчинении. Лишь единожды ему удалось в нём побывать, ещё тогда, когда в сердце Баньюэ красиво серебрился огромный оазис. То было удивительное, но прекрасное зрелище, которое отложилось в его памяти. Затем была война с Юнань, и генерал Иньчжэн краем уха слышал о кровавой трагедии, пару раз обращался к свиткам, но дальше этого не заходило. Какие интересные легенды он мог знать? Медленно перебирая в голове воспоминания, словно свитки на полках, он зацепился за одну историю.
— Как я уже рассказывал, чародей Баньюэ овладел тёмным искусством. То было искусство повелевать скорпионовыми змеями — ужасными тварями, с головой змеи и жалом скорпиона. Но одну важную деталь я не договорил.
— О? — прислушался Фу Яо, подложив ладонь под щёку.
— Чародей Баньюэ на самом деле был женщиной. Как она овладела силой, способной подчинить себе ядовитых тварей не знает никто, но ходят легенды, — заговорщески продолжал Сань Лан, наклоняясь ближе, — Одна из таких — что силу эту ей подарил демон, её возлюбленный.
— Демон и возлюбленный? Звучит как что-то невозможное, — хмыкнул Фу Яо, улыбаясь. Сань Лан же покачал головой.
— А что в этом такого? Неужели, демонам не дано любить?
— Они же давно мертвы и сердце их давно истлело.
— Любовь может заставить биться вновь даже сердце мертвеца, — уверено заявил Сань Лан, на что Фу Яо недоверчиво фыркнул. Тогда он продолжил, — Говорят, чародей Баньюэ смогла своей смелостью и отвагой завоевать доверие демона, а затем и его любовь. Тогда он научил её тайному искусству, что подчинает чужой воле змей, подарив артефакт, окраплённый его слезами. Как рассказывает легенда, слёзы демона наделяют артефакт такой силой, что способна укротить не только змей, но и любую другую нечисть.
— Чушь. Разве могут слёзы демона хочь чего-то стоить? — отчего-то разозлился Фу Яо, но быстро успокоился, немного смущённо пробормотав, — Что стоит горечь демона, когда он и есть воплощение горечи жизни?
— Кто его знает, это просто легенда, — пожал плечами Сань Лан, — Мне не доводилось встречаться с чародеем Баньюэ, так что не могу сказать, что из этого правда, а что ложь.
— Действительно... Так, как чародей смогла покорить демона своей смелостью?
Сань Лан широко улыбнулся, продолжив свой рассказ. Возможно, он немного привирал, но, в конце концов, разве можно его обвинить в том, что он составлял красивую историю?
***
— Ваше Высочество? — тихо позвал Нань Фэн, лёжа на боку, задумчиво сверля глазами окно.
— М? — также тихо отозвался Се Лянь, с другой стороны кровати.
В комнате стояла ленивая, праздная тишина, словно замершая в томительном ожидании чего-то. Пусть жар уже не обхватывал горячими объятиями тело, всё равно оседал на коже перестым одеялом. В этот самый момент сон подкрадывался особенно крепкий. Но двоим юношам не спалось.
Нань Фэн вздохнул и обернулся за плечо:
— Ваше Высочество, вы доверяете этому... Фу Яо?
— А что такое, Нань Фэн? — спросил принц ласково, приподнимая голову, — Почему ты спрашиваешь?
— Просто ответьте, Ваше Высочество, — сквозь зубы попросил Нань Фэн, не в силах сдержать раздражение, вызванное тревогой. Беспокойство скребло под рёбрами дикой кошкой. Се Лянь молча сел на постели, убирая волосы за плечо, обернулся. В глазах его не было даже тени сомнения.
— Сложно сказать — доверяю. Я никому не доверяю в том смысле, что подпускаю близко к своему сердцу, если ты об этом, Нань Фэн, — покачал головой он, с лёгкой улыбкой. От этой улыбки сердце юноши больно сдавило стальными обручами горькой вины, но он только стиснул посильнее челюсти и отвёл взгляд.
— Тогда почему...
— Почему я позволяю идти с нами? Ну, потому что в компании дорога будет не такой одинокой, верно? — хихикнул Се Лянь, совсем обезаружив этим Нань Фэна. Он дрожаще выдохнул и отвернулся обратно к окну.
— Ваше Высочество... — не в силах подобрать нужных слов, он просто покачал головой, — Нет, ничего, забудьте.
На какое-то время в комнате снова повисла тишина. Всё та же, будто утомлённая зноем. Затем послышался шорох ткани и скрип постели — Се Лянь лёг на место, прежде, чем сказать:
— Спасибо, что пришел мне помочь, Нань Фэн.
— Не стоит, Ваше Высочество, — тихо ответил он.
Про себя же он добавил: "Я готов идти за Вами куда угодно, только не прогоняйте вновь".
***
Сань Лана разбудил стук в дверь. Открыв глаза, налившиеся тяжестью после лёгкой полудрёмы, он зевнул и встал постели. Пока он возился с сапогами да верхней одеждой, проснулся и Фу Яо, медленно потягиваясь на своём месте. На пороге же его встретил незнакомый юноша, с густыми бровями и разбросанными по загорелому лицу веснушками.
— Мо Лян сказал, что вы хотите присоединиться к нашему каравану.
— Верно. Как мне величать этого господина? — насмешливо отозвался Сань Лан. Парнишка же, видимо, оскорбился, забавно вздёрнув нос.
— Меня зовут Тань Шэн. Спускайтесь вниз, мы скоро будем отправляться,— и быстрым шагом Тань Шэн скрылся из виду. Наглости этому мальчишке было не занимать, но Сань Лан только покачал ему в след головой, улыбаясь.
Спустя два кэ, наконец, все путники собрались внизу. Сейчас в небольшом помещении стало совсем уж тесно. Столы все были заняты, приходилось стоять ближе к стене, чтобы ненароком никого не задеть. К юношам подошёл мужчина уже пожилой, с кожей, покрытой старческими пятнами и паутиной морщин.
— Я начальник караван, можете звать меня Тянь Шу. Мы движемся на запад, остановимся в городе Сихэ, а дальше двинемся в Вэйго. Если наши дороги совпадают, будем рады новым лицам.
— Пожалуй, нам придётся разминуться по пути, — улыбнулся Се Лянь, а затем оглянулся, — Мо сяньшэн сказал, что по пустыне нас проведёт проводник, его племянник.
— О, верно. А-Чжао, подойти, будь добр, — позвал старик. Тут же изо стола поднялся мужчина с изящным, но бесхитростным лицом. Стоило подойти ему по ближе, то Се Лянь отметил, что выглядел он очень молодо, не дашь больше двадцати лет, — С тобой хотят познакомится присоединившиеся к нам путники.
— Здравствуйте. Можете звать меня А-Чжао. Я племянник хозяина этой почтовой станции. Помогаю по хозяйству, занимаюсь доставкой сюда продуктов, провожаю заплутавших путников.
— Верно, вы очень трудолюбивый юноша! — улыбнулся Сань Лан, но А-Чжао только покачал головой.
— Не стоит, это просто моя работа, — взгляд его быстро пробежался по новым лицам, не цепляясь ни за кого, чтобы затем перейти на окно, — Жара спала, можно отправляться в путь. Лучше идти, пока ещё светит солнце.
Караван выдвинулся сразу после того, как каждый человек был накормлен учтивой хозяйкой. В дорогу Мо тайтай даже передала каждому паровые булочки, с начинкой и без, а также наполнила каждому флягу с водой. Как только оазис скрылся из виду пейзаж вновь сменился знакомой картиной: синее небо и жёлтый песок.
Четверо юношей шли рядом с Тань Шэном, ближе к началу каравана, который вёл Тянь сяньшэн и А-Чжао, развлекая себя праздными разговорами.
— Так вы заклинатели? — спросил радостно Тань Шэн. Сань Лан кивнул, игнорируя недовольные взгляды Нань Фэна.
— Да. Мы вместе с лаоши уничтожаем нечисть, путешествуем по миру, помогаем людям, — радостно вещал он, забавляясь реакцией.
— Здорово! А скажите, братцы заклинатели, возможно ли справиться с воинами Баньюэ?
— Что может быть невозможного? — развёл руками Сань Лан, но тычок в бок со стороны Фу Яо его мнение поменял, — Но пытаться все равно не стоит.
— Эх... — грустно вздохнул юноша, — А было бы очень здорово, если бы кто-то смог снять проклятие с крепости. Тогда бы нам не пришлось обходить пустыню стороной.
— Действительно, — с важным видом покивал Сань Лан, но заслужил только ещё один тычок под бок. По детски надув губы, он обернулся на Фу Яо, но не успел даже возмутиться.
— Остановитесь! — громкий голос Тянь Шу остановил весь караван.
— Дедушка? — беспокойно спросил Тань Шэн.
— Приближается песчаная буря, — сказал А-Чжао, хмуря брови. Он всматривался за горизонт, ещё слишком чистый, чтобы заметить грядущую опасность. Тем не менее, что-то действительно приближалось: ещё слабый, но поднялся ветер, — Нам стоит найти укрытие.
Караван двинулся быстрее, пока наконец не нашел пристанище: обнесённые с трёх сторон дюнами скалы возвышались на много чжанов в высоту, а под ними затаилась тёмная пещера. Оставив верблюдов, люди едва успели скрыться в убежище, когда небо заволокло чёрным песком.
— Надо же, как быстро изменилась погода, — вздохнул Се Лянь, опускаясь на камень. Рядом с ним присел Фу Яо, наконец отдавая шляпу доули её настоящему владельцу, — О, не стоило...
— Гэгэ, лаоши, мне кажется... — в темноте вспыхнул огонь — Сань Лан зажёг пламя на ладони, — Вы сидите на очень подозрительном камне.
°
°
°
Надеюсь, вам понравится эта глава) Буду рада отзывам!
P.S. я изменила 5 часть, там появился доп. контент. Если вы прочли на фикбуке, то может не перечитывать, там все тоже самое)