Глава 43
Ребекка
— Я ведь сказала, что всё будет нормально.
Проверившись у целителя, мы вышли и шли по малоизвестной мне улице Ада. Воздух был густым, пахло дымом и редкими травами, а под ногами шуршала песчаная брусчатка.
— Ребекка, может тебе нужно напомнить, — Винчесто говорил, слегка сдерживая раздражение, — он сказал, что ты чуть ли не разорвала свою рану?
— Я помню, — улыбнулась я, потрясая пакетом с зельями перед его носом. — Но он ещё сказал, что всё обошлось. Если я буду принимать эти зелья, смогу даже пользоваться водоворотом в ближайшее время.
— Ты ненормальная, — вздохнул он, сжимая кулаки в карманах.
— Не преувеличивай, смотри, мне уже лучше.
— Он вколол тебе около десяти разных зелий. Как же удивительно, что тебе уже лучше, — язвительно произнёс он.
Я молча отвернулась, сжав губы, чувствуя, как тепло от его взгляда и его присутствия разливается по коже, заставляя сердце колотиться чаще.
— Шепфа, какая же ты невыносимая, — его взгляд смягчился.
Он взял мою руку, переплёл пальцы с моими. Я почувствовала, как его ладонь твёрдая и тёплая обхватила мою, и тело невольно расслабилось.
— Ладно, не обижайся,— покачал он головой сдаваясь.
Я оперлась плечом о его голову, шагая рядом, чувствуя, как его плечо мягко прижимается к моему, как будто держит меня от невидимых бурь.
— Ребекка, повремени с Землёй ладно? Дай себе излечиться до конца.
— Мне незачем спускаться на Землю.
— Не понял, а твоя семья? Дочь?
— Я приношу им только боль, Винчесто. Навещая их, я продолжаю напоминать о себе, даже не желая этого. Я тереблю их раны, снова и снова.
Я непроизвольно сжала его руку, впиваясь ногтями в ладонь, ощущая тепло его кожи и силу его хватки. Отпрянув, я пришла в себя, когда увидела, что его лицо слегка изменилось — напряжение и тревога, которые он пытался скрыть.
— Чшш, всё нормально.
Он вновь взял мою руку, и мы продолжили идти. Я чувствовала ритм его шагов, совпадающий с моим, и сердце словно синхронизировалось с ним.
— Ты справишься, — уверенно произнёс он, будто другого исхода просто не могло быть.
— Справлюсь, ради них.
Я привстала на носочки и оставила лёгкий поцелуй на его щеке. Его кожа была тёплой, почти обжигающей на кончиках губ, и это ощущение оставило дрожь по всему телу. Он ответил почти невесомым поцелуем на моём виске.
— Сегодня должны прилететь Мамон с Элизой. Завтра начнутся занятия.
Я остановилась, внезапно вспомнив.
— Что случилось? — встревоженно спросил он.
— Чёрт, я же обещала приготовить им рагу с драконьими глазами.
Он выдохнул, качая головой, но в его глазах уже появилась мягкость.
— Ничего страшного, потом сделаешь.
— Нет, я им пообещала. Пошли, — нетерпеливо потянула его я в сторону рынка.
— Куда?
— Купим всё необходимое, — ответила я, не отпуская его руку.
— Ребекка, тебе нужно отдыхать.
— Отдохну за ужином.
Я слегка подталкивала его, ощущая, как наши тела почти касаются, как его шаги повторяют мои, как его тепло обволакивает меня с каждой секундой, пока мы шли в лабиринте узких улочек Ада.
— Шепфа, — его голос прозвучал тихо, но так уверенно, что я невольно замедлила шаг, чувствуя, что именно так выглядит спокойствие среди хаоса.
Винчесто
Купив на рынке всё необходимое, мы направились в кухню школы. В наших комнатах не было полноценного кухонного уголка, как у Элизы, а эта кухня была просторной и почти пустой, с блестящей посудой и оборудованием, от которого веяло холодной стерильностью. Бессмертным готовить почти не приходилось — мы могли позволить себе есть крайне редко. Даже в школе можно было найти готовую еду в столовых, если захотелось.
Я положил пакеты на стол, а Ребекка аккуратно расставила ингредиенты, книга с рецептом на готове.
— Ты хоть на Земле готовила? — спросил я, наблюдая за ней.
— Для Вики в основном, — с лёгкой улыбкой ответила она, пытаясь неумело разделать глаза, кривляясь от отвращения.
Она подглядывала в книгу, но движения были неуклюжими, и я тихо рассмеялся. Снял куртку и бросил её на стул, накинув фартук, взял нож из её рук.
— Я сам. Ты зря издеваешься над ними.
— Я делаю так, как показано в рецепте, — отрезала она.
— Тогда лучше займусь этим я, чтобы мы точно не остались голодными.
Она раздражённо откинула волосы назад и отошла, вздыхая:
— Не обижайся, в остальном помогать не буду.
Я присматривался, иногда подсказывая ей, а мы смеялись, увлекшись процессом. Кухня наполнилась ароматами, от которых урчало в животе, и каждая мелочь — шум нарезаемых ингредиентов, лёгкое бульканье в кастрюле — делала момент ощутимо живым.
— Знаешь, ты неплох с ножом, — сказала она скептически, но с тенью улыбки, слегка прищурившись.
— А ты неплоха в том, чтобы командовать, — усмехнулся я, пододвинув ей миску с глазами.
Она подошла к плите, стоя ко мне спиной, и тихо перекладывала ингредиенты, сосредоточенно прикусывая губу. Я наблюдал: как волосы соскальзывают с плеч, как лёгкая дрожь пробегает по её рукам, когда она держит ложку.
— Ребекка?
— Мм?
— Вчера, перед тем как ты уснула... Что ты хотела мне сказать?
Она не обернулась, продолжая перемешивать рагу.
— Не помню.
— Как не помнишь?
Она повернулась и встретила мой взгляд прямо, глаза словно держали невысказанную тайну.
— Думаю, я уже сказала достаточно. Поэтому не помню.
— Не хочешь говорить... значит.
Она набрала немного рагу и попробовала.
— Ммм, очень вкусно. Хочешь?
Намеренно перебивая, она вновь отвернулась к кастрюле. Я сделал шаг к ней, сердце забилось быстрее, дыхание сбилось. Как только она повернулась, я притянул её к себе и поцеловал. Ребекка ахнула, замерла на мгновение, а потом я так же быстро отступил.
— Очень, — прошептал я, чувствуя, как сердце ещё сильнее сжалось от волнения.
— Интересный способ дегустации, — покраснев, на этот раз от ярости прошипела она.
Я ловко взял у неё ложку и попробовал рагу. Тёплый аромат, пряные нотки, слегка острый вкус.
— Ты тоже можешь попробовать, если понравилось, — нагло усмехнулся я.
— Иди к чёрту, — отрезала она, но уголки губ дрогнули в сдержанной улыбке.
— Обязательно, но сначала приготовим всё на вечер. А то у нас мало времени, — сказал я, и её взгляд скользнул к окну, где солнце уже садилось, окрашивая небо в мягкие розово-оранжевые тона.
Мы закончили с едой, напитками и другими приготовлениями и вместе направились на крышу, чтобы встретить Мамона и Элизу.
Ребекка
Встретив их, мы взлетели на крышу и расположились на прежнем месте. Ветер шуршал между нами, слегка колыша мои волосы, а я ощущала, как Винчесто рядом напрягает плечи, держась за меня рукой.
— Как провели Рождество? — спросил он у Мамона.
— Замечательно, встретились с семьями, а потом собрались вместе, — улыбнулся тот.
— А вы как провели? — включилась Элиза, накладывая себе рагу.
Мы с Винчесто обменялись взглядом — воспоминания вспыхнули яркими искрами в глазах.
— Хорошо, — ответила я, чувствуя лёгкое тепло в груди, когда его взгляд ненавязчиво коснулся моего плеча.
Обсудив ещё несколько тем, мы начали есть. Элиза с осторожностью попробовала рагу первой.
— Ммм, это восхитительно. А ты говорила, что не умеешь готовить.
— У меня был отличный помощник, — бросила я взгляд на Винчесто и заговорщически улыбнулась.
— Помощник? Скорее учитель, — усмехнулся он, и его голос был мягким, но твёрдым, как всегда.
— Вы вместе готовили? — удивился Мамон, засовывая в рот глаз дракона.
— Было увлекательно, — кивнул Винчесто.
— Но снова я бы за это не взялась, — рассмеялась я.
— Солидарен, — согласился он, слегка склонив голову.
Я, по привычке, снова начала перекладывать глаза из своей тарелки в тарелку Винчесто, ощущая, как тепло его руки на моём бедре успокаивает, а сердце бьётся быстрее. Он молча помогал мне, съедая их за меня.
— Вик, красивое кольцо, — сказала Элиза, отпив от бокала.
Винчесто заметно напрягся, мгновенно бросив взгляд на руку, словно ядерный заряд мог сработать от любого неверного движения.
— Мхм, недавно купил.
— Да? Случайно не у нашего старичка-ювелира? — сдерживая смех, поинтересовалась она.
— Нет, в другом месте взял.
— Ясно, — ответила она, и это «ясно» прозвучало с ноткой ехидства.
Винчесто явно расслабился, взяв бокал и деликатно отпив, а после поинтересовался:
— С чего взяла, что у него взял?
Я прикрыла глаза, проклиная себя мысленно. Элиза уже откровенно смеялась, наблюдая за нами.
— Я видела его у нашего ювелира, когда сходила за украшениями... вместе с Ребеккой. Тебе ведь оно тогда тоже понравилось, Бекки?
Я бросила на неё взгляд, который кричал: «Я тебя убью!»
Винчесто, подавившись, начал кашлять, злобно уставившись на неё.
— Какого хрена спрашиваешь, если всё знаешь?
— Ради удовольствия, твоё выражение лица явно стоит этого, — усмехнулась она, не скрывая веселья.
— Стерва, — бросила я, смеясь.
Но в этом смехе было уверенное спокойствие: мы знали, что эти двое — знают больше всех, но и прикроют нас в любой ситуации. На крыше доносился смех, голоса перемежались с ветром, обсуждая важные и совсем пустяковые вещи. Мы наслаждались обществом друг друга, отдыхали от проблем, чувствовали лёгкость и настоящую близость.
— Как насчёт того, чтобы вместе собираться на ужин по выходным? — предложила Элиза, будто читая мои мысли.
— Как скажешь, viviento sili, — ответил Мамон, улыбнувшись.
— Только готовишь ты, — поддразнила я, откусывая пирожное с кремом. Не заметив, обмазала уголок губ.
Винчесто молча кивнул, наблюдая за мной. Затем, словно в замедленной съёмке, потянулся к салфетке, захватил её кончиками пальцев и аккуратно стер крем с губ, не отводя взгляда. Я чуть вздрогнула и отпрянула, почувствовав лёгкий ток по телу от этой простой заботы.
Мамон присвистнул, поднимая брови:
— Нас не было всего несколько дней, а тут уже воздух искрится.
— Не надо преувеличивать, — спокойно ответил Винчесто, глаза его слегка сияли, когда он наблюдал за мной.
— Я советую нам разойтись, пока ужин не закончился дракой, — усмехнулась Элиза.
— Это действительно разумно, — кивнула я, стараясь скрыть румянец на щеках.
Собрав вещи и попрощавшись, мы разошлись по комнатам, но тихое эхо близости осталось с нами, как невидимая нить, связывающая нас даже на расстоянии.