Глава 2
Как только мы вернулись домой, я сразу занялась столом. Работа всегда помогала отвлечься от тяжёлых мыслей.
Дверь открылась — и в дом вошёл Роберт. В руках у него был букет тюльпанов. Он всегда дарил мне их, говоря, что эти цветы напоминают ему меня. Я никогда не спрашивала, почему именно тюльпаны.
Вики, радостно закричав, бросилась к нему. Роберт подхватил её на руки и закружил. Смех дочери разлился по дому, наполняя его теплом. Я смотрела на них и улыбалась. Между ними была связь, настоящая и прочная. Он любил её так же сильно, как она его.
Вдруг он поймал мой взгляд и улыбнулся — искренне, так, как умел только он.
— Дорогая, с годовщиной нас, — сказал Роберт и протянул мне букет.
Я приняла цветы, он легко коснулся губами моей щеки.
— Проходи. Мы с Вики накрыли на стол, — улыбнулась я.
— Ложь! — тут же выдала дочка. — Мама всё сама сделала, а я играла с куклами!
Роберт засмеялся и принялся щекотать её.
— А ты обещала помогать маме! В следующий раз точно поможешь, хорошо?
— Хорошо-хорошо, только перестань! — визжала Вики, смеясь.
Роберт отпустил её, и тут же достал из внутреннего кармана коробочку.
— У меня тоже есть подарок.
Я открыла её. Внутри лежала серебряная цепочка с кулоном-звездой.
— Очень красиво, — сказала я сдержанно.
— Дашь надеть?
Я молча подняла волосы, открывая шею. Цепочка холодком коснулась кожи и засияла на ней. Вики восторженно ахнула.
— Папа, а когда я вырасту, ты купишь мне такое же?
— Конечно, — улыбнулся он.
После ужина Вики поспешила наверх. Мы с Робертом остались на кухне — я мыла посуду, он вытирал и убирал её. Он всегда помогал по дому: если я мыла полы, он брал пылесос; если нужно было за продуктами — мы шли вместе. Роберт был хорошим человеком. Может быть, даже слишком хорошим.
— Ты сегодня какая-то мрачная, — заметил он.
— Просто устала.
— Проблемы на работе?
Я вздохнула.
— Пришлось зайти к мистеру Генри. Просила отпустить пораньше. Раздражает сам факт, что я вынуждена объясняться перед пустоголовым идиотом.
— Ребекка, какая разница? Делай своё дело и не обращай внимания. У каждого своё место.
Я резко вскинула голову.
— Получается, я не могу быть на их месте?
— Любимая, — он говорил мягко, стараясь успокоить, — у нас есть уютный дом, стабильность. Мы живём счастливо. Зачем тебе эти сложности?
Сложности? Поддержать меня — это сложности?Разделить мои амбиции — это слишком много?
— Роберт, я должна быть на их месте. Я заслуживаю большего. Я хочу большего.
Он посмотрел на меня с тем же спокойствием, что всегда бесило.
— А зачем?
Он просто не поймёт тебя, твои стремления и увлечения, для него это всё пустой звук. Пронеслось в моей голове, я отрезала:
— Закроем тему. У меня нет сил спорить.
В этот момент Вики спустилась вниз, держа в руках шкатулку.
— Мама, смотри, какая красивая!
Я обернулась — и сердце ухнуло. В её руках была та самая шкатулка. Я спрятала её глубоко, но она всё равно нашла.
— А это кто? — Вики показала фотографию с моего восемнадцатилетия. На ней я стояла между родителями. Счастливая. Настоящая.
— Это твои бабушка и дедушка, — мой голос прозвучал настолько отчужденно, что я сама его не узнала.
Дочка хотела спросить ещё, но Роберт мягко отобрал шкатулку и отнёс её в сторону.
— Пора спать, принцесса.
Вики не стала протестовать возможно она действительно устала и хотела спать. Роберт поднял её и понёс на верх, напоследок бросив на меня сочувствующий взгляд. Взгляд сам упал на шкатулку.
Открыв её начала одна за другой пролистывать старые фотографии, среди них так же был мамин платок, который я забрала когда уходила из дома. Я годами испытывала чувство, в котором не могла признаться самой себе. Я сожалела и очень сильно. Сейчас в голове промелькнул один вопрос стоило ли это того?
В прошлом, я поступила импульсивно отказавшись от всего ради Роберта. Тогда, мне казалось, что родители со временем смогут принять мой выбор. Я была избалованной, привыкшей получать то, что хочу. И совсем не ожидала, что всё обернётся именно так.
Первые годы во мне всегда теплилась надежда, что однажды всё встанет по местам. Пока, в один день я решилась поехать к ним вместе с Вики. В тот день, все мои надежды были разрушены. Они не простили, стёрли меня из своей жизни. Временами, лежа ночью в тишине я ненавидела их, но иногда я понимала... они были правы во всём с самого начала. Я обрекла себя на несчастье.
— Ребекка? — Роберт вернулся. Его голос был осторожным.
Он подошёл ближе, хотел обнять, но я выставила руку.
— Не надо.
— Ты скучаешь по ним. Но они сделали выбор. Не ты им важна была, а их репутация. Прости их и отпусти.
— Оставь меня, — прошипела я.
Он замер. В его глазах мелькнула боль. И всё же он попытался.
— Твоя семья в прошлом. У тебя есть мы. Живи настоящим.
Я рассмеялась истерично.
— Настоящим? Реальность в том, что я променяла жизнь на такого ничтожного человека, как ты!
Я вскочила. Руки дрожали, сердце колотилось.
— Скажи, когда ты был рядом? Когда?! Ты есть вообще в моей жизни?
— Ребекка...
— С каждым днём я становлюсь похожей на тебя. Никчёмной. Слабой.
— Замолчи! — рявкнул он.
— Я устала молчать! Шесть лет — и что? Я горю изнутри, а ты даже не замечаешь! — я горько усмехнулась.
— Чего ты хочешь от меня?! — закричал он.
— Жалок ты, Роберт. Жалок. Мне жаль, что я связала свою жизнь с тобой.
Его рука взметнулась, и звонкая пощёчина полоснула по щеке. Я дёрнулась, коснулась горящей кожи. Роберт отшатнулся, на лице — шок и сожаление.
— Чудесный подарок на годовщину, — усмехнулась я. Он потянулся ко мне, но я оттолкнула его. — Уходи.
Он замер, глаза наполнились болью.
— Как жаль, что я не умею читать твои мысли, — тихо сказал он. — Может быть, тогда смог бы понять тебя.
И пошёл к лестнице.