навсегда ли это?

Они шли домой, не отпуская руки друг друга. Их пальцы были сплетены так естественно, будто всегда были предназначены только для этого.
— Значит... мы теперь встречаемся? — тихо спросил Шиын, останавливаясь под фонарем, свет которого окутывал их мягким ореолом.
— Получается, что так, — смущенно ответила Минхи, чувствуя, как жар разливается по щекам. Она смотрела на него снизу вверх, тону в его темных глазах.
— Знаешь, когда я впервые увидел тебя, я подумал: «Что она тут делает?». Но потом... я стал искать тебя повсюду. Ты стала моей моей опорой. Все, что я видел, все, что слышал, — все напоминало мне о тебе. Я долго не мог понять, что со мной, а потом просто осознал: я безумно влюблен в тебя, Минхи.
Ее сердце готово было выпрыгнуть из груди.
— А я, когда впервые увидела тебя, подумала только одно: «У него самые красивые глаза на свете». Я была готова утонуть в их глубине. А потом ты показал себя — не просто красивый парень, а тот, кто всегда защитит, поймет, поддержит. Ты был... идеальным.
Он мягко улыбнулся и легонько провел большим пальцем по ее костяшкам.
— Мы утешали друг друга, даже не зная об этом.
— Точно, — прошептала она.

Они дошли до ее дома и замерли в нерешительности на пороге.
— Ну, вот и пришли, — сказала Минхи, не желая отпускать его руку.
— Увидимся завтра? — его голос звучал низко и тепло.
— Обязательно.
— Пока.
Он медленно, почти нехотя, разжал пальцы, и его ладонь скользнула по ее руке, оставив после себя лишь воспоминание о тепле. Он не отошел сразу, давая ей первой скрыться за дверью.

На следующий день все были заняты подготовкой к дню рождения Сухо. Комната была заполнена разноцветными шарами.
— Ну, еще сколько? — с стоном выдохнула Соен, надувая очередной розовый шар.
— Осталось штук пять, и все! — ободряюще сказала Минхи.
— Слава богу, а то у меня спина уже сломалась, кажется.
— Шиын, иди ко мне, сыграй! — позвал из-за монитора Сухо, не отрываясь от игры.
— Сейчас, сначала Шиын должен меня сфоткать с этой гирляндой из шаров, — улыбнулся Минхи,принимая затейливую позу.
— А можно я пока к Сухо? — глаза Соен загорелись. Она была ярой фанаткой игр.
— Иди, в принципе, мы тут почти закончили.
— Сухо, не плачь, когда проиграешь! — крикнула она, уже усаживаясь рядом с ним.
— Это еще посмотрим! — парировал он.

Минхи тем временем командовала Шиыну:
— Вот так меня сфоткай! Держи телефон под этим углом!
— Как тебе? — он показал ей снимок.
На фото она смеялась, обняв охапку разноцветных шаров, и выглядела по-настоящему счастливой.
— А как тебе? — спросила она, заглядывая ему в глаза.
— Очень красивая. Самая красивая, — он сказал это так искренне, что у нее перехватило дыхание.
— Правда?
— Конечно. Давай еще вот так.
— Хорошо.

Вдруг ее телефон вибрировал. Веселье мгновенно схлынуло с ее лица.
— Стой, подожди секунду, — она отошла в сторону, и ее взгляд стал серьезным.

Сообщение было от Бомсока.
Бомсок:Минхи, можешь спуститься? Хотел передать подарок для Сухо. Самому не хватает совести.
Минхи:Я бы с радостью, но сомневаюсь, что Сухо сможет его принять. Инцидент с мотоциклом был слишком серьезным. Думаю, вам стоит поговорить в другой день.
Бомсок:Это очень важно. Просто передай, пожалуйста.
Минхи вздохнула. Несмотря на все, в его тоне сквозила искренняя просьба.
Минхи:Хорошо.

— Ребята, я на пять минут схожу в магазинчик! — крикнула она, на ходу накидывая куртку.

Она вошла в маленькое кафе неподалеку, где ее уже ждал Бомсок. Но едва она переступила порог, как холодный ужас сковал ее. Бомсок был не один. Его окружали парни хулигани среди них был тот саиый парень с густыми бровями , что недавно угрожали им у школы.
— Бомсок, давай быстрее, — начала она, но он не поднял на нее глаз.
— Минхи, прости... — пробормотал он.

Это была ловушка. Она резко развернулась, чтобы бежать, но было поздно. Один из парней схватил ее за руку. Инстинктивно она рванулась, достала из кармана ручку и с силой воткнула ее в ляжку ближайшего хулигана. Тот взревел от боли, но его гнев лишь усилился. Ее быстро скрутили, , и мир погрузился во тьму.

Она очнулась в холодном, пыльном помещении заброшенного цеха. Руки были связаны за спиной. Перед ней стоял тот самый парень с густыми бровями, зловеще ухмыляясь и снимая все на телефон.
— Ты? — хрипло выдохнула она, пытаясь освободиться.
— Из-за вас я потерял всю свою репутацию в школе! Думаешь, я так просто это оставлю? — он пнул ногой старую банку, и грохот эхом разнесся по помещению. — Бомсок! Вылезай! Полюбуйся на свою «подружку»!
Бомсок вышел из тени, не в силах смотреть на нее.
— Бомсок?! Что ты делаешь? Вызови кого-нибудь! Одумайся!
— Бомсок теперь на нашей стороне! — крикнул кто-то из толпы. — Вы не умели дружить по-настоящему, а мы — да! Мы за него заступимся!
— Вы настоящие ублюдки! — выплюнула она.

И в этот момент дверь на петлях с грохотом распахнулась. В проеме, очерченный светом уличных фонарей, стоял он.
— Отпустите ее! — голос Шиына был низким, металлическим и полным такой ярости, что у толпы на мгновение вырвался испуганный вздох.
— Мы Сухо вызывали! Ты-то тут откуда?!
— Вы собрались избить его в день рождения? В вас вообще есть хоть капля человечности?! —сказала нервно Минхи— А ты, Бомсок, — она посмотрела на него, — злишься не на тех. Те, кто травил тебя годы, не мы.

Мгновенным, отработанным движением Шиын освободил Минхи, оттолкнув одного из державших ее парней. Прижав ее к себе на секунду, он прошептал прямо в ухо: «Беги»
— А как же ты? — ее глаза наполнились слезами ужаса.
— Я справлюсь. Вызывай полицию!

Минхи вызывало полицию пока Шиын защищал её

Но из угла, как тень, отделился еще один парень в серой кофте. Пока Шиын был занят другим, он подкрался сзади и нанес подлый удар по голове чем-то тяжелым. Шиын с глухим стоном рухнул на колени, а затем на пол. Кровь заливала ему лицо.

Парень в серой кофте, ухмыляясь, поднял с пола ржавую металлическую трубу.
— сами разбирайтесь—даль трубу он этому парню с густыми бровями

Они скрутили обессилевшего Шиына. Минхи, увидев это , забыла про все на свете. С криком она ворвалась  и изо всех сил толкнула того парня, целясь трубой в Шиына. Тот отлетел, но не упал. Разъяренный, он развернулся и с силой ударил ее кулаком в лицо. От неожиданности и боли она пошатнулась. Он ударил ее снова, по ребрам. Она попыталась устоять, защитить Шиына, но ее тело не выдержало. Послышался хруст, и острая, обжигающая боль пронзила ногу — она не выдержала нагрузки и сломалась. Минхи с криком рухнула на бетонный пол.

Парень хрипло засмеялся, пнул ее и снова направился к Шиыну. Двое других крепко держали его. Звук удара металла о кость был ужасающим, сухим и хрустким. Шиын издал сдавленный стон, и его тело обмякло.

— Шиын... — успела прошептать Минхи, прежде чем волна боли и беспомощности накрыла ее с головой, и сознание поглотила тьма.