навсегда ли это?

Прозрение наступило медленно, сквозь пелену тяжелого сна и дурмана обезболивающего. Минхи с трудом разлепила веки, и мир плывущими пятнами встал перед ней. В стерильной белизне больничной палаты она узнала человека, сидящего у ее кровати. Того самого врача, который когда-то озвучил ей страшный диагноз.

— Господин... — хрипло прошептала она, пытаясь приподняться, хоть каждое движение и отзывалось болью.
— Тихо, не двигайтесь, — мягко, но настойчиво остановил ее доктор. — Как вы себя чувствуете?
— Минуту... Голова кружится...
— Минхи, — врач посмотрел на нее с бездонной жалостью. — Ваши близкие... Им стоит знать о вашем состоянии.
— Нет, — ее пальцы судорожно вцепились в край простыни. — Пожалуйста, никому не говорите. Я сама... я сама им когда-нибудь расскажу. Только не сейчас.
— Но поддержка семьи так важна для лечения. Шанс есть, пусть и не стопроцентный. Давайте попробуем?
— А если нет? — ее голос дрогнул. — Я не хочу провести то, что мне осталось, в больничных стенах. Просто... дайте мне время.
Доктор тяжело вздохнул.
— Хорошо. Как пожелаете. Решение за вами.
— Доктор... а где Шиын?
— В соседней палате. Он уже в порядке.
— Спасибо.

Едва дверь закрылась за врачом, Минхи, стиснув зубы от боли, спустила ноги с кровати и, держась за стены, побрела к соседней палате.

— Шиын? — она тихо приоткрыла дверь.

Он сидел на кровати, смотря в окно, но тут же обернулся на ее голос. Его лицо озарилось облегчением.
— Минхи?Почему ты вышла сиди
здесь.

Она подошла и села на край его кровати, ее взгляд упал на его загипсованную руку.
— Как твоя рука?
— Нормально— его взгляд упал на ее перебинтованную ногу. Лицо его помрачнело. — Стой... а твоя нога?..
— Уже не болит, — солгала она.
— Значит, болело? Сильно? Прости меня, Из-за меня ты...
— Перестань, — она перебила его, положив ладонь ему на здоровое предплечье. — Ты себя не вини.
— Но я слабый, — он с ненавистью посмотрел на гипс. — Из-за меня ты пострадала. Минхи, если не хочешь... ты не должна быть со мной.

Сердце Минхи сжалось. Она наклонилась к нему ближе, заставив его посмотреть себе в глаза.
— Помнишь, ты сам говорил: «Я слабый» — такие слова говорят только сильные. Не важно, физическая это слабость или моральная. Ты помог мне, понимаешь? Если бы не ты, они бы меня... — голос ее оборвался.

Он резко вскинул на нее взгляд, и в его глазах читался настоящий ужас.
— Не говори так.Я не переживу, если с тобой что-то случится. Я не вынесу, если ты... умрешь.

Последнее слово повисло в воздухе тяжелым грузом. Не вынесешь? Если я умру?— пронеслось в голове у Минхи, и комок подступил к горлу.

— Не думай об этом, — прошептала она, и ее пальцы невольно сплелись с его. — Все будет хорошо. Шиын... давай Сухо не будем рассказывать всю правду? Скажем, что упали с лестницы, когда тортик несли. Если ты не против.
— не против, — он тут же согласился. — Ему будет слишком больно знать.
— Да.

Прошло две недели. Их наконец выписали. Самое странное было то, что за все это время Сухо так ни разу и не навестил их. Все ли с ним в порядке?

Минхи зашла к Соен. Подруга встретила ее теплыми объятиями, и за чашкой чая Минхи наконец решилась спросить:
— Ты Сухо не видела?
— После его дня рождения он пропал. Ни в школе, ни во дворе. И сюда, в больницу, не приходил, верно?

В этот момент телефон Минхи вибрировал.
—————————————————————
Шиын:Сухо только что у меня был.
Минхи:Он что-то заподозрил? Почему нигде не появлялся?
Шиын:Не знаю. Пришел, спросил, как мы, и ушел. Выглядел странно.
Минхи:Как именно?
Шиын:Спокойным. Слишком спокойным.
Минхи:Надеюсь, он ничего не натворит...
Шиын:Надеемся.
—————————————————————

На следующее утро, по дороге в школу с Соен, Минхи заметила у магазина тех самых хулиганов.
— Соен, смотри, это они.
— уроды! Пойдем, выясним, наконец.
— Стой, — пригляделась Минхи. — У них у всех... пальцы переломаны?

Они подошли ближе. Один из парней, увидев Соен, побледнел.
— Опять ты!
— Это вы еще легко отделались, — холодно сказала Соен. — Почему у всех пальцы в гипсе?
— Да скажи своему Сухо, чтобы отстал от нас! — вдруг взмолился второй, и в его глазах был неподдельный страх. — Он нас чуть не прикончил! Это все не мы, это Бомсок задумал! Мы просто были там!
— Я сама видела, как ты пинал Шиына, — вступила Минхи.
— Клянусь, это не я! Я просто для вида! Сухо всех нас по одному вычислил и... — парень сглотнул. — Он был в ярости. Я думал, он нас убьет. Он спрашивал, кто главный.
— Соен! Он все узнал! — Минхи похолодела внутри.
— А вы что, скрывали это от него?! — удивилась Соен.
— Что же делать?!
— Говори с ним. Срочно.

Минхи тут же развернулась и побежала к школе, набирая номер Шиына.
— Что случилось? — сразу ответил он.
— Сухо! Он все знает! Он их сам нашел и...
— Я позвоню ему.

Шиын бросил трубку. В классе Сухо не было. Минхи металась по школе и двору, не в силах его найти, как вдруг телефон зазвонил с незнакомого номера.

— Алло? Сухо, это ты? Где ты?!
— Дома, — его голос звучал непривычно ровно и тихо. — У бабушки.
— Дай адрес, я приеду!
— Не надо. У меня все хорошо. Обычно.
— Прости нас! Прости, что не сказали про заброшку... Мы не хотели тебя волновать.
— Главное, что вы живы, — он сделала паузу. — А им я просто дал понять, что так делать нельзя.
— И... все? Ты не злишься?
— Нет. Все нормально.

Разговор оборвался. Весь день Минхи ходила как в воду опущенная. Она корила себя за ложь и чувствовала, что его спокойствие — обманчиво.

Вечером когда соен зашла в магазин за покупками, Минхи пошла домой одна. Улицы были пустынны и тихи. И вдруг из глубокой тени под аркой вышла высокая, знакомая фигура. Его было легко узнать — на нем была та самая ярко-оранжевая ветровка, которая словно светилась в темноте.

— Сонджэ? — ее сердце пропустило удар, но не от страха, а от странного предвкушения.
— Каждый раз, когда видишь меня, удивляешься, как в первый раз, — его губы тронула улыбка.
— Потому что ты появляешься всегда неожиданно, как в первый раз.
— Справедливо, — он сделал шаг вперед, и свет фонаря упал на его  черты лица.
— Ты опять за мной следил?
— Ага, — усмехнулся он. — Целых три недели.
— И тебе не кажется, что это перебор?
— Нет.
— Если ты за мной следил, почему тогда не помог в той заброшке? — в ее голосе прозвучал упрек.
— Сталкинг — это когда знаешь, что с человеком все в порядке, а не идешь за ним по пятам, как телохранитель.
— А я думала, ты защитишь меня, если что, — призналась она.
— А разве тот парень, Шиын, не справился? Не смог за тебя постоять?
— Он стоял до последнего! Их было слишком много, это было нечестно.
— Мир несправедлив. Ты еще не в том ранге, чтобы этого не понимать.
— Он сильнее тебя. По крайней мере, он появляется тогда, когда действительно нужен.

Минхи ушла полсе этих слов