25 глава
Моя ладонь в хватке Адама стала тяжелее, но мужчина лишь крепче сжал её. Наверное, это хороший знак.
Эта женщина. Таня. Она стояла прямо перед нами, косо поглядывая на наши руки. А она знала, куда идет. Длинное платье оливкового цвета шло строго по её худощавому телу, на шее висели массивные украшения. Сразу был виден внушительный размер кошелька её мужа.
Рядом внезапно материализовалась Валери с бокалом в руке, перегородив собой Адама. Её белое платье так переливалось, что казалось, будто она светится.
— Кто её сюда впустил? — прошипела Кэт, хватая за рукав Доминика, подоспевшего к жене.
— Вход свободный! Это же благотворительный вечер, — буркнул он в ответ на её претензии.
— Добрый вечер, — сказала Таня, наконец подойдя к нам.
В её руке откуда-то появился бокал с шампанским, и она сделала добротный глоток. Последний раз, когда я такими дозами вливала в себя алкоголь — меня обвинили в убийстве. Адам заметно напрягся, и, насколько я поняла, хотел что-то ответить.
— Что ты здесь делаешь? — с нескрываемым презрением выплюнула Валери, опередив Адама. Настрой у девушки был более чем враждебный.
Доминик оглянулся по сторонам, и я была с ним согласна. Не совсем подходящее место для выяснения отношений. Как бы сильно я не любила хорошие заварушки. Слава Богу, половина гостей наслаждалась игрой оркестра, а другая ютилась у столиков с закусками.
— Хотела увидеть всех вас. Как-никак, семь лет назад мы были неразлучны.
— Господи, семь лет прошло, — тихо пробормотала Кэт, прижимая пальцы к губам.
— И чья вина, что это звучит в прошедшем времени?
По спине побежала дрожь, когда я поняла, что этот жёсткий голос принадлежит Адаму. Даже когда злился на меня, он не звучал так холодно. При этом я прилагала тонны усилий, чтобы вывести мужчину из себя, а его бывшей хватило одного приветствия. Валери на секунду оглянулась, окинув друга обеспокоенным взглядом.
— Я и не отрицаю, что завинила перед вами. Перед всеми вами.
Неужели её голос смягчился?
Доминик очень не по-джентльменски закатил глаза. Кажется, даже если она завинила и перед ним, мужчине было глубоко наплевать. Таня перевела взгляд с Валери на Адама, при этом её губы продолжали растягиваться в деланно вежливой улыбке. Кэт рядом со мной глубоко вдохнула: девушке действительно было больно. Подозреваю, что они были хорошими подругами.
— Что ж, как видишь, мы все по-прежнему вместе. Кстати, познакомься, это Мишель, — на удивление едким голосом произнесла Кэт, указав на меня.
Господи, сколько же ненависти эта женщина заслужила с их стороны?! Улыбка Тани невинно дрогнула, но было что-то в её выражении лица, что мне совсем не понравилось.
— Да, мы уже почти знакомы, — беззаботно произнесла она, и все взгляды моментально обратились на меня. — Я знаю, что ты видела меня тогда у дома Адама, перед тем, как поцеловала его.
Я скривилась, чувствуя, что ладонь Адама отстранилась от моей. Где-то в животе неприятно кольнуло, будто меня снова бросили в океан. Будто я снова начала тонуть. А ведь сердце только приняло тот факт, что Адам сделал этот шаг, даже несмотря на то, что я сама вчера не ответила. Вот ведь гадина! Кэт громко ахнула, Доминик за спиной Валери кашлянул, пытаясь скрыть улыбку, а его жена гордо расправила плечи.
— Не хотела бы ты вернуться к своему мужу и не мешать их счастью в таком случае?
— Ах, он сейчас где-то в Европе со своей любовницей.
И она думает, это кого-то разжалобит? Меня лично ни капельки.
— Тогда, думаю, стоит вернуться к ребёнку, — леденящим душу тоном проскрежетала Валери.
Адам издал такой жалостливый звук, что альтернатива устроить хорошую заварушку показалась не такой уж и плохой. Краски сползли с его точеного лица, от чего тон кожи почти слился с цветом рубашки.
— У тебя есть дети?
— У неё есть дети?!
Кэт была более чем шокирована, не знаю, что удивило её больше, — что они есть, или что Валери не рассказала ей. Голос моего адвоката был отстраненным, он бросил взгляд в Доминика, а тот в свою очередь закусил губу и понурил голову. Подозреваю, что ему Валери рассказала. Кажется, Таня тоже была не совсем готова к тому, что её тайну раскроют. На её лицо опустилась тень, и она гневно уставилась на Валери. А ведь и правда, на её странице не было ни одного фото с ребёнком.
— Да. Ему сколько? Пять? Твоя мать говорила, что Виктор славный мальчик, очень похож на своего отца.
— Но ведь ты вышла замуж только два года назад.
Ох, это было отчаяние. Голос Адама дрожал, при этом источая недоверие и неприятие. И я его понимала. Валери говорила, что они пытались поддерживать отношения какое-то время после её отъезда, и что получается? Что одновременно с этим она где-то там беременнела? Мерзкая стерва.
— Если ты считаешь, что можешь вот так явиться сюда, потому что твой муж нашел любовницу, а моя мать грешным делом рассказала твоей о страданиях Адама, о попытке суицида, и нескольких заключениях в участке!.. — Валери ткнула в неё бокалом с шампанским и спихнула с плеча руку Доминика, который пытался её остановить. — Ты чёртова эгоистка, которая не достойна даже находиться с ним в одном помещении!
Что? Попытка суицида? О таком девушки не рассказывали. У меня заныло где-то под ложечкой от того, насколько оказывается он любил. От обычной подростковой влюбленности столько времени не страдают. Да и резать вены обычно предпочитают сопливые девчонки, а не стойкие адвокаты. Закусив губу, я снова скосила взгляд на свою защиту. Ох, бедный Адам, на нём лица не было.
Руки сжались в кулаки от желания помочь ему. Облегчить эту боль. Жаль, что я слишком уважала Доминика, а единственным способом защиты на данный момент, который подкидывал мозг, — был бой без правил.
Кэт прикрыла лицо ладонью, кажется, она таким образом пыталась скрыть слёзы в глазах. Получается, что все те годы они не просто пытались предотвратить какие-то вспышки гнева из-за больной любви. Они действительно не спали ночами, зная, что Адам может что-то сделать с собой. И когда Валери говорила, что были в их жизни такие моменты, когда они не расставались днями напролёт, — это не было преувеличением? Вот почему их дружба крепка как сталь, потому что они вместе прошли сквозь огонь и воду.
— Виктор точно не сын Адама, такими вещами можешь не манипулировать. Я знаю, что твой муж сначала сделал три анализа ДНК, прежде чем сделать предложение. Нужно было подумать о счастливом будущем прежде, чем расставлять ноги перед денежным кошельком!
А мне говорили, что у меня язык острый! Боже, будь я на месте этой Тани, хотела бы провалиться под землю. И почти это женщина и сделала. Поставив пустой бокал на столик рядом, она поджала губы и скрестила руки на груди. Это змеиное выражение лица не сулило ничего хорошего. Я с таким знакома. Внутренний инстинкт самозащиты весь напрягся, готовый броситься в бой. Вот только атаковать на этот раз собрались не меня.
— Хорошо говорить, когда твоему парню изначально было предначертано блестящее будущее, миссис Блэкторн.
Идеальное лицо Кэт нахмурилось до неузнаваемости, Доминик неверяще открыл рот, а Валери, наоборот, закрыла свой. Что она только что сказала?
— Да как ты смеешь, дешевка несчастная?! — воскликнула я, делая шаг вперёд.
Да она видела себя? Некоторые женщины действительно заслуживают лучшего, чем имеют, но она в их список точно не входила. Всё же не зря мои инстинкты тренировались годами.
— Мишель, — со вздохом позвал Адам, тронув меня за предплечье.
Ну уж нет! В этот раз ему не удастся сдержать меня. Я и так достаточно терпела весь этот цирк.
— Адам. — Я со стойким хладнокровием дёрнула рукой и перевела взгляд с него на Таню. — Что-то по тебе не видно, что блестящее будущее мужа делает тебя счастливой, скорее, все сливки достаются его любовнице. Хвалить конечно же можешь только себя. Наверное, было легко продать чистые чувства этого прекрасного мужчины за пару бриллиантов и надеяться, что карма не вернётся бумерангом. Вот только карма она такая, настигает врасплох, когда слишком расслабляешься. Подвеска, кстати, отстой, — напоследок бросила я.
Я даже возгордилась своей речью, ведь голос не повысился даже на октаву выше дозволенного. Ребята застыли в немом шоке. Верно, ведь из всех них лишь Адам полностью осознавал, насколько я сумасшедшая. Таня в какой-то момент улыбнулась. Так ласково, почти любяще. Будто старшая сестра, которой ты только что битый час доказывала, что когда-то станешь президентом.
— Как бы ты ни старалась, всё равно не сможешь заменить меня. — Таня невинно пожала плечами, приводя этим мелким жестом в ярость не только меня.
Доминику пришлось держать одной рукой Валери, а другой Кэт. Вот ведь сукина дочь! У меня даже глаз задёргался. Ладони начали жечь в местах, где ногти впивались в кожу. Она действительно на что-то надеялась? Надеялась, что после всего, что наговорила, Адам заявит, что по-прежнему любит её? Такого не бывает даже в самых мыльных операх. Чёрт, да пора кончать с этим цирком.
— Уже заменила, — заявила я, выхватив бокал из рук Валери, и плеснула его содержимым прямо Тане в лицо. — Рада была познакомиться поближе!
Отвернувшись, я схватила оторопевшего Адама за руку и потащила подальше от этой мелочной стервы. Неужели только у меня одной чесались кулаки стереть эту самодовольную улыбку с её лица? Неужели только я на долю секунды задумалась над будущим в тюрьме? Зато сколько наслаждения принёс бы ее жалостливый визг!
Конечно, я была в этом ресторане впервые и даже близко не знала, куда иду, но ноги несли меня вверх по широкой лестнице, подальше от любопытных глаз. В данный момент для меня было просто жизненно необходимо утащить Адама от той змеи.
Боишься, что он принял бы её, да? — прошептал внутренний голос, насмешливо прицокивая. — После всего того, что она натворила, все равно предпочел бы ее тебе.
Махнув головой, я попыталась отогнать эту мысль. Она причиняла неожиданно много боли. Такой, которую можно сравнить разве что с болью от утраты любимого. Такую я уже испытывала.
Адам покорно следовал за мной, пока мы не вышли на просторный балкон. Прохладный вечерний ветерок коснулся разгоряченной от стычки кожи, и, вдохнув, я разжала кулак свободной руки. Кожа снова была покрыта отметинами от ногтей, но все остались живы . Он может гордиться мной, потому что я сама жалею, что не смогла сделать больше. Пришлось досчитать до десяти, прежде чем я осмелилась взглянуть на Адама. Мужчина в этот момент, закрыв глаза, упёрся руками в каменный парапет. Может, ему плохо? Хотя, чего тут спрашивать, я на его месте уже бы что-то разбила.
— Ты правда видела её тогда у моего дома?
Широкие ладони сжались в кулаки, и Адам повернул голову в мою сторону. Я кивнула. Его лицо исказила маска боли.
— И ты знала, кто она?
Снова кивок.
— Поэтому ты?..
— На пятьдесят процентов да. Остальные пятьдесят процентов побуждали меня сделать это ещё неделю назад.
Адам издал смешной звук и зарылся руками в волосы. И что теперь делать? От чего-то у меня возникло чувство, что я на одном уровне вины с той девицей.
— Адам, на самом деле... на самом деле я не считаю, что заменила...
— Даже не смей включать хорошего полицейского!
Что? Какого полицейского? Адам внезапно переместился так, что я оказалась прижатой спиной к выступу, а передом к нему. Всё внутри нервно сжалось, когда он коснулся рукой к моему подбородку.
— Когда-то я уже спрашивал, не жалеешь ли ты, что у тебя нет тормозов.
— А ты не жалеешь? — спросила я, глядя в его невероятные глаза.
Всё-таки я только что облила шампанским его первую любовь, заявив при этом на него свои права.
— Никогда не был более счастлив их отсутствию у кого-то.
Я, не сдержавшись, улыбнулась и почувствовала, как забили крыльями бабочки в животе. Адам сделал комплимент моему скверному характеру.
— Вы не знаете, во что ввязываетесь, мистер Уайлд, — прошептала я, положив руки на его грудь. — Я...
Я была грубо заткнута. Мужчина сжал свою руку на моем подбородке и притянул к себе, чтобы перебить заявляющим на меня права поцелуем. Видимо, таким образом он говорил, что это я не подозреваю, во что уже давно ввязалась.