UnКnown

  – Что за чушь ты говоришь? – Спросил меня Калум, смотря сверху вниз. Никогда к этому не привыкну.

– Отстань. Это не чушь, сам ты чушь, — засмеялась я и толкнула парня в плечо своим кулаком. Худ засмеялся вместе со мной, но состроил серьёзную мордашку и со словами «Ах, так?!» закинул меня на плечо и побежал в сторону моего дома. Правда, через некоторое время он устал и поставил меня на землю, беря в свою большую ладонь мою маленькую.

– Ты не обязан меня провожать.

– Не обязан, ну а что, если я этого хочу?

Я с хитрецой посмотрела на Калума. Ему нравился мой взгляд, ему нравилась я, что нравилось мне. Мы шли ко мне домой, точнее, он просто провожал меня до дома, но мне кажется, что это новый шаг, новый этап в наших отношениях. Калум часто провожал меня, но тогда это было несколько иначе. Во-первых, не было поцелуев на каждом шагу; во-вторых, не было странного ощущения во время прикосновений Калума или моих к нему; в-третьих, не было риска. Никакого риска. А сейчас он есть. Присутствует угроза моей безопасности либо Худа.  

  – На чай не пригласишь? – Вот мы уже стояли возле моего дома, а Калум всё не отпустил мою руку.

  – Свой пей, – я опять насмешливо усмехнулась и высвободилась из хватки руки Калума. Не хочется больше оставаться с ним наедине. Вот просто не хочется – и всё.
Я не знаю, что со мной происходит, не знаю почему позволяю Калуму целовать себя, почему позволяю себе вести с ним такого рода отношения: как будто мы парень и девушка, но это не так. Я не хочу всего этого, на то у меня есть свои важные причины, довольно понятные, но я позволяю этому всему происходить. Какого чёрта? Почему я такая непостоянная? Я уверена, на все 100, мать его, процентов, что не будь эта история с Неизвестным, я бы никогда не подпустила к себе Калума ближе чем на четверть мили.

  – Ну-у, твой вкуснее, — парень состроил щенячьи глазки и я просто... Нет, нет, даже не думай – не прокатит. Неа.

  – Я тебе завтра в школу принесу упаковку с чаем, раз он тебе так нравится, ну или по почте отправлю, — поднимаюсь по ступенькам, но Худ не даёт это сделать – тянет на себя, и я буквально падаю в его объятья.

  – А ты можешь себя по почте отправить? – Лёгкий поцелуй в губы, и я готова взлететь – такой невесомый он был. Худ удивительный в роли парня, и мне всё больше и больше (ох, чёрт, только не это!) нравится эта затея.

  – Это типа намёк на зайти в гости?

  – Ага.

– Ладно, приду, — произнесла я, но увидев немного грустную мордаху этого чертя из табакерки, добавила: — С чаем, который у меня вкуснее. Но вкусняшки с тебя.

  – Договорились. Завтра всё обсудим в колледже, — последний короткий поцелуй, но я не хочу так рано отпускать от себя Калума, поэтому углубляю поцелуй.

Парень сдавленно охает, такого он от меня не ожидал, и крепко обнимает меня за талию, присоединяясь к поцелую. Так продолжалось, может быть, вечность, а, может быть, не более тридцати секунд, но я полностью, как бы это банально ни звучало, растворилась в этом поцелуе. Так не хотелось отрываться от вкусных губ Калума, которые всегда были со вкусом шоколадно, что удваивало моё желание целовать Худа, но так или иначе, а мне нужно домой.

Легко отстраняюсь от парня, мягко надавливая на его грудь, и скрываюсь за дверью своего дома. Прислоняюсь к двери спиной и чувствую себя ненормальной девушкой, которая сбежала из клиники для душевнобольных. Между прочим, в Сиднее шикарная частная психбольница, так что я не против так поваляться недельку, ну или год. Если мне ничего не будут колоть.

– Доча, посмотри сюда, — как по мановению волшебной палочки появилась мама.

– Куда?

– На ручку, — сказала мама, вытягивая впереди себя свою любимую шариковую ручку, как крест. Женщина, ты спятила?

– Просто посмотри на ручку, — отрывисто произнесла эта чокнутая женщина, и я, закатив глаза, послушалась. – Ты моя дочь?

– Что? Мам, ты совсем? – Но после взгляда мамы я продолжила: — Да, да я твоя дочь.

– Тебя никто не кусал? Просто ответь.

– Нет, никто. Мама, что ты...

– Тебя забирали инопланетянины?

– Нет. Мама, да ты что вино перепила?

– Вопросы здесь я задаю, – у-у-у, как страшно. Мне сейчас эту ручку в горло запихнут, если я не отвечу на вопросы. – Ты пила что-то непонятного цвета и непонятного вкуса?

– Мама, я за Здоровый Образ Жизни как бы. Это я так, на секундочку.

– Тогда какого чёрта я вижу тебя целующийся на пороге нашего дома с Калумом Худом – мальчиком, которого ты с 5-го класса терпеть не можешь?! Я просто... Я просто не вижу логического объяснения этому событию. Нет, я не против, что у тебя есть парень или что у вас там с этим мальчиком, но ты можешь мне объяснить когда произошло это изменение в тебе. Я просто хочу знать, что я, как мать, пропустила.

  Сначала мама говорила на подвышенном тоне, что было редкость для неё – у нас довольно дружная семья, — но к концу своего монолога она понизила голос и уже говорила совершенно спокойно. Я со словами «Мама, положи, пожалуйста, эту ручку и я всё тебе расскажу» забрала у матери ручку и повела её в гостиную для «важного» разговора. Объяснила ей всё или почти всё – я полностью скрыла от неё историю с Неизвестным, — я рассказало про нашу ссору с Кэлом и то как мы случайно поцеловались, а потом как по накатанной. Ничего серьёзного. Мама слушала, не перебивая, но с каким-то странным выражением лица.

  – Что? – С мольбой в глазах спросила я, потому что этот чёртов взгляд меня напрягал.

  – Завтра он приходит к нам в гости, и это не обсуждается. Тем более вы всё равно собирались завтра встретиться, — сказав эти слова, мама смылась на кухню, а я так и осталась сидеть в шоке. Господь бог, да она подслушивала.

  Я зло хлопнула рукой по обивке дивана и поднялась наверх к себе в комнату. Я завалилась на диван и посмотрела на потолок – там были наклеены звёздочки и луна, которые ночью светились при условии, что они наберут достаточно света в течение дня. Я очень любила смотреть на них. Они такие яркие, но они олицетворяют меня. Я набираюсь сил, питаюсь энергией людей на протяжении дня, чтобы потом вспыхнуть и загореться ночью, чтобы гореть и гореть всю ночь напролёт. Но утром я начинаю потухать, сил меньше и любви к жизни тоже – я умираю и звёзды вместе со мной. Всё лучшее происходит ночью.

  Собравшись с силами, я поднялась с дивана и переоделась в футболку, которую недели 2 назад принёс мне Неизвестный с запиской внутри:

  «Она теперь твоя – ты слишком сильно любишь зарываться в неё носом во время сна.
Океан любви,

Неизвестный хх».

  Я люблю эту футболку, и я люблю то, что она пахнет ванилью и мятой. Теперь это мой любимый запах. И, кажется, я начала любить того, кто носил эту футболку. Люблю его руки на своей талии ночью, неожиданные сообщения, горячий суп в термосе во время моих болезней, короткие письма на голубой бумаге и многое, что связывает меня с Неизвестным.

  Но это всё пропало. В то мгновение, когда я поцеловала Худа в школе. Последние сообщения были написаны мне в столовой, и больше никаких признаков я не могла встретить, заметить, пощупать, вдохнуть. Я сходила с ума от запаха ванили и мяты, но ещё больше я сходила с ума, потому что не могла почуять их, не могла вдохнуть. Эти 2 недели я спала просто ужасно: мне было холодно и ничто не могло согреть меня так, как согревал Неизвестный. Я мёрзла и высыхала без этого парня. Я хочу вернуть его, но для этого придётся бросить Калума. Я знаю, что мы не парень и девушка, но эти чёртовы две недели между нами что-то происходило, и это было неправильно. Калум, кажется, счастлив, а я скрываю всё внутри за улыбкой. Я скучаю по Неизвестному и ничего не могу с собой поделать. Но я не могу бросить Калума – возможно, это разобьёт ему сердце.

Я схватила свой ноутбук со стола и переместилась на диван, укрываясь пледом с мишками – опять от Неизвестного. Это было на третий день моей болезни, и он считал, что мне нужно что-то, что могло согревать меня во время болезни, помимо чая и самого Неизвестного. Я открыла вкладку с соц. сетью и начала писать. Я писала, и казалось, что из-под клавиатуры дым пойдёт скоро от такого напряжения. Я писала, не замечая времени, его границ и лимита. Я просто писала, отдавшись чувствам. Наконец-то, когда я напечатала просто огромнейший текст и все слова были сказаны, я стала это перечитывать. Удосужившись, что всё написано верно, я нажала на Enter и стала ждать ответ, который и не надеялась получить. Ведь целых две недели все мои сообщения были проигнорированы и оставлены без внимания в общем. Я просто хочу, чтобы он это прочитал и был рядом. Я просто хочу.