UnКnown

Сейчас я стояла в конце строя девочек, прямо перед Калумом, в ожидании конца урока. За опоздание, из-за моей выходки, я удосужилась взыскание, но это ничего по сравнению с тем, что я до сих пор не знаю кто такой Неизвестный.

Мы сидели под дубом, обнявшись, но почти не разговаривая. Я даже имени его не узнала, даже ложного, выдуманного. «Ещё не время, ещё слишком рано», — это всё что он мне ответил на все мои расспросы. Как же это досадно, что я ничего не узнала. Ничегошеньки. Мы просто провалялись под деревом, я чувствовала его губы на своей макушке, но он не позволял даже голову поднять. Это был наш уговор. Если я хочу, чтобы Неизвестный проявлял своё присутствие хоть как-то, я не должна поднимать голову, смотреть ему вслед, когда он уходит и прочее, что помогло бы догадаться кто он. Я не понимаю как это возможно, но я приняла правила его игры. Ещё в тот день, когда ответила на его сообщение в соц. сети.

Я поворачиваю голову в левый бок и вижу сосредоточенное лицо Калума. Он зол, очень. За мою выходку. В течение всего урока у меня не было ни секунды для разговора с Калумом. Или он сам так устроил. Нас распределили в разные команды, точнее, Худ распределил. Как и в прошлый раз – он выбирал участников для своей команды, и я не попала в неё. Кэл долго смотрел на меня наверняка взвешивая все за и против, но глубокий вдох и он выбирает Сашу. Я улыбнулась и кивнула, но было неприятно. Я знаю, что у нас ужасные отношения, и ещё ужасней я поступила, но это больно, хотя Калуму наверняка было больнее.

Худ замечает, что я смотрю на него, но не подаёт виду, его карие глаза устремлены вперёд, но только я опускаю голову вниз, я чувствую их тяжесть на себе. Я чувствую прикосновение карих глаз, тёплое и тяжёлое одновременно. Я должна с ним поговорить. Нет, просто обязана.

Последние вскрики «До свидания. Спасибо за урок!», и класс распадается на маленькие молекулы человечества, а я иду вслед за своей молекулой – я иду за Калумом. Он слишком быстро передвигается – скоро он скроется за дверью мужской раздевалки. И хоть я и не из стеснительных, парни неправильно меня поймут, если я заявлюсь к ним только ради Кэла.

Я окликнула парня, но он не отозвался. Он слышал, я знаю, он слышал. Ещё раз окликнув парня и не получив ответа, я набрала скорость и, немного пробежавшись, оказалась перед парнем. Обойти он меня не мог – я бы не позволила.

— Что? – Устало спросил парень, облокотившись на стенку. Я невольно залюбовалась – он красивый, и я не вру.

— Нам нужно поговорить.

— Нам? Я с тобой уже поговорил, щека до сих пор красная. Спасибо, воздержусь, — мягко отодвинув меня в сторону, парень продолжил свой путь в раздевалку.

— Нет, стой! – Воскликнула я, хватая парня за руку и притягивая к себе. Не рассчитав силы, я потянула парня слишком сильно, и через секунду Кэл стоял впритык ко мне. Его губы были слишком близко от моих, что заставляло дыхание сбиваться, а сердцу быстрее биться. – Я... хотела прощение попросить.

Парень кивнул, тяжело сглатывая. Секунда – и его рука отпускает мою ради того, чтобы перекочевать на талию. Я рвано выдыхаю, когда Худ прижимает меня к себе ближе. Упираюсь ладонями в его грудь, но не ради отказа. Я смотрю на его губы, смотрю, как они приближаются к моим, и внутри всё переворачивается. Моя лёгкая улыбка, его усмешка, и наши губы встречаются в жарком поцелуе. Дыхания не хватает с первой же секунды поцелуя, но мне нравится это ощущение. Я чувствую, как Калум улыбается, но не прекращает меня целовать. Он целовал медленно, жадно покусывая мои губы, а я готова была превратиться в лужу горячего шоколада от удовольствия. Мои руки подымаются вверх к плечам Худа, не сильно сжимая, и снова он нахально ухмыляется, заставляя кусать его губы в отместку. Кажется, Калум срывается – он прижимает меня к стене и крепко держит за талию, но не причиняет боль. Я не могла больше находиться без воздуха, поэтому мягко отстранилась от парня, но, видимо, у него этого кислорода было ещё в трёх невидимых баллонах. Пока я пыталась перевести дыхание, парень мягко целовал мои губы короткими поцелуями.

Я открыла глаза – и парень тут же остановился. Я прикоснулась своими пальцами к его чёлке, взлохмачивая её, за что получила ещё один маленький поцелуй. Я вздохнула и, набравшись смелости, произнесла:

—Калум?

— Да? – Парень присел, чтобы заглянуть мне в глаза. Я никогда не чувствовала себя такой маленькой.

— Поцелуй меня ещё раз, — я знаю, что потом я пожалею, но...

Парень улыбнулся как будто этого только и ждал и поцеловал меня опять. Я, кажется, сошла с ума, но мне это нравится. Я целовала Калума, зарывшись ладонями в его волосах, оттягивая некоторые прядки, из-за чего парень еле слышно поскуливал. Худ крепче взял меня за талию и поднял в воздухе, так нежно и так бережно. Я улыбнулась и оторвалась на секунду от губ парня, чтоб через секунду прильнуть к ним с новой силой. Аккуратно провела языком по нижней губе Кэла и закусила её, а затем услышала хныканья парня, что заставило мою самооценку взлететь выше горы Олимп. Последний короткий поцелуй, и я отстраняюсь от парня, мгновенно оказываясь на кафеле коридорчика, который соединяет спортивный зал и остальной коридор, где расположены ученические кабинеты.

Мне нравится ощущать руки Калума на своей талии, и, кажется, ему тоже это нравится. Я боюсь что-то сказать, иначе есть риск нарушить такой удивительный момент. Но Худ явно этого не боится:

— Считай, что прощение ты попросила, и я его принял, — его глаза улыбались, передавая тепло от них ко мне.

— Но это неправильно. В смысле, прощение просят словами. И мне жаль, что я такое тебе наговорила, я не должна была и...

Договорить я не успела: Калум заткнул меня поцелуем и ближе придвинул к себе. Когда я успокоилась, и не показывала попыток что-то доказать, он меня отпустил. Парень переводил дыхание, его лоб соприкасался с моим и мне это нравилось.

— Ты попросила уже – я простил. И хватит спорить, я сильнее – схлопочешь. Всё понятно?

Короткий поцелуй в нос, и я смеюсь этому милашеству. Калум решил убить меня своей дозой милости? Если да, то копайте мне яму, можно без гроба.

Худ со словами «Иди, переодевайся», подтолкнул меня к женской раздевалке и направился к мужской. Я поднималась по ступенькам наверх в женскую раздевалку с одной мыслью: не навернутся. Как только я переступила порог маленькой белой комнаты – что в больнице, о, ужас, — меня встретила Фёрвол с возмущением, которое пёрло впереди Джейд.

— Ну, и где ты так долго шлялась?

— Я только что совершила самую большую ошибку в своей жизни, — произнесла я, заваливая свою тушку на лавочку. Рядом сидящая Саша придвинула свои вещи к себе, чем изрядно мне удружила.

— Ты что Худа поцеловала? – Захохотала Фёрвол.

— Не смешно, — произнесла я, и уже тише сказала, чтоб услышала только Джейд, ну и максимум Саша. – Особенно если взять во внимание, то, что именно это я и сделала.

— Ты что?! – Закричала девушка, но заткнулась раньше, чем я кинула ей кед в голову. Зато я попала.

— Не ори, в столовой всё расскажу.

Мы тихо переодевались, даже не перекидываясь нашими фразками, понятными только нам. Иногда я ловила хитрющий взгляд лучшей подруги и тут же показывала ей кулак, Фёрвол сразу затихала и продолжала переодеваться.

Когда мы обе были готовы и спустились в коридорчик, там нас ждали Майкл, Калум и Алек. Джейд тут же подлетела к Алеку, взяла его под руку и начала с ним мило щебетать, уводя вперёд в сторону столовой. Я лишь недовольно хмыкнула и тут же оказалась окольцована руками Калума.

— Э-э, я чего-то не понял? – Тут же удивлённо спросил Майкл, странно поглядывая на меня и Худа.

— Я, кажись, тоже чего-то недопоняла, — буркнула я, поглядывая на довольную мордашку Кэла и его руки, обвёрнутые вокруг моей талии.

— Да ладно тебе. Не бузи, — сказал парень и оставил поцелуй на моём виске.

Секунда, две и начинается взрыв вулкана.

— Ну всё! Достали! По парочкам тут ходите. Ты, Эдвардс, хотя бы ты объясни, когда ты успела обзавестись парнем. Вначале Джейд, теперь ты. Вы обе уходите к парням от меня. Так и не удосужившись объяснения. Какого чёрта?! Ты моя лучшая подруга с пяти лет, тебе трудно было сказать про тебя с Калумом? Просто что-то типа «Майкл, мы встречаемся»? А ты, Кэл, мы с тобой друзья. Мужская дружба. По-братски бы сказал. Предатели! – Майкл громко кричал, и сейчас он мне напомнил меня пару физ-ры назад. Не разобравшись, поссорится с людьми это в нашем стиле. Развернувшись, Майкл ушёл за Джейд и Алеком, которые давно уже скрылись за поворотом в сторону школьного кафетерия.

— Клиф! Стой! – Крикнула я вслед парню и уже было дёрнулась, но руки Калума не давали мне это сделать.

— Да ладно, пусть...

— Нет, не пусть, Калум. Отпусти, — я вырвалась из рук Худа и тут же догнала Клиффорда, опережая на несколько шагов и останавливаясь перед ним.

— Клиф, погоди, ты...

— Я не так всё понял. Я знаю, я всегда всё не так понимаю.

— Нет. В общем-то, да, но нет.

— Ты мастер объяснений, Пезз.

— Заткнись и выслушай, — прикрикнула я на парня. Убедившись, что он больше не будет перебивать меня, я продолжила: — Я не встречаюсь с Калумом. И не встречалась. Просто так вышло, что я хотела попросить прощение у Калума за то, что я накричала на него, но мы поцеловались. Трижды.

На лицо Майкла стоило тогда посмотреть. Расширенные глаза, челюсть в районе Марианской впадины, полный шок на лице и... и я думаю этого хватит, чтобы описать то, насколько я удивила Майкла.

— Ты... вы... ты с ним что сделала? Вы... вы поцеловались? В смысле губами? – Удивлённо спросил Клиффорд, что заставило закатить глаза и посмотреть на него, как на полного дебила.

— Нет, блин, задницей. А как люди по-другому целуются? Знаешь способ? Я-нет.

— Не ёрничай, — следующие слова заставили лучшего друга понизить голос до шёпота, так, чтобы услышала только я. – Ты же никогда не целовалась с парнями. Он украл твой первый поцелуй?

— На кражу не было похоже. И хватит об этом говорить. Мы не встречаемся, я тебя не бросала – это главное. Остальное – мелкие детали, не нуждающиеся в подробностях.

— Оке-ей.

После нашего негласного согласия и примирения, Майкл заключил меня в крепчайшие объятия и повёл в столовую. Там мы встретили Алека и Джейд, которые мило болтали, а Джейд заливисто смеялась. Я шепнула Майклу на ухо, чтоб он не ревновал, на что получило взгляд полной насмешки. Ну да, конечно.

Я села напротив Калума, Майкл между мной и Джейд, сидевшей напротив Алека. Прекрасно, теперь я должна буду высидеть целых сорок минут под пристальным взглядом Худа, который, хотел, меня поджечь и спалить все мои внутренности своим взглядом молочных глаз. Или, может, глаза у него больше похожи на чёрный шоколад? Ох, чёрт, Эдвардс, забей на его глаза. Это не то, что должно тебе волновать. Тебя должны волновать сообщения, которые не прекращали приходить тебе в течение всего времени, что ты находилась в обществе Худа. О да, мне не позавидуешь. Хотя, чего я жалею свою жалкую персону? Сама виновата. Я сама поцеловала Калума. Эм... трижды.

Достаю телефон, параллельно хлопаю слишком наглую руку Худа, которая намерилась стащить зелёное яблоко с моего подноса и читаю сообщения. Тяжело сглатываю с первой же прочтённой буквой и мысленно умоляю себя не заплакать при всех своих друзья и Калуме. Читаю сообщения, всё меньше и меньше верю в происходящее. Я уже составляю целый разговор с Худом о том, что это было ошибкой. Типа, ну кто не целует друзей по дури? Слишком многое зависит от этого разговора. Возможно, даже моя жизнь. Вдыхаю, выдыхаю, думаю про океан.

Про такой спокойный, мирный, шумный океан. Как волны прибивают к причалу, заплывают в грот или фьорд. А потом представляю тело мирно раскачивающийся на волнах, которые всё ближе и ближе подталкивают его к берегу. Как будто волны говорят: «И раз, и два, и три. Ещё немного и снимем эту ношу со своих плеч. Поднажали, ребята!». Поднажали и преподнесли тело обитателям сиднейского пляжа. Шикарно, не правда ли?

— Перри! Эдвардс, да ты что зависла, что ли? – Видимо, не в первый раз пытался докричаться до меня Калум. Но только после удара его ногой по моей голяшке, я очнулась.

— А? Что?

— Жуй пока горячо, — огрызнулся парень. – Что такое? Всё в порядке?

— Эм... А можно отнести угрозу об убийстве в список «Всё в порядке»?