Глава 24
Саминэ
- Волкодлак тебя задери, упырь тебя покусай, гнев Гекаты на твою голову! Ты что творишь, демонова ты девчонка?! - дикий, гневный вопль, раздавшийся посреди пустынного коридора, который освещался последними красными лучами заходящего солнца, заставил меня едва ли не подпрыгнуть, совершенно забыв, что на моем плече до сих пор покоилась голова лунной эльфийки.
И она сама на этот крик отреагировала весьма апатично, вяло буркнув, не открывая глаз, и обращаясь, как ни странно, именно ко мне:
- Саминэ, будь другом, посмотри, кто там базлает, как потерпевший, и заткни ему варежку, чтобы не мешал нормальным нелюдям отдыхать. А то горланит, как торговка на базаре...
Я икнула от неожиданности, шокировано округлив глаза и невольно покосилась на эльфийку, желая убедиться, что это произнесла именно она. Я могла от кого угодно ожидать подобного высказывания, но меньше всего ожидала подобное услышать от легендарной принцессы лунных эльфов. И Повелительницы эрханов к тому же!
- Селениэль тер Алин, ты совсем обнаглела, треклятая девчонка! Ты что себе позволяешь?! - перед нами неожиданно навис быстро подошедший ректор, гневно сверкая зелеными раскосыми глазами, - Ты совсем с ума сошла?
- А, Макс, это ты тут народ пугаешь? - придержав меня за руку, когда я попыталась было встать, Повелительница эрханов подняла голову с моего плеча и насмешливо фыркнула так, словно гнев темного эльфа ее нисколько не заботил, - Чего разорался-то? Смотри, так всех зомби и призраков пораспугаешь своими воплями, бедным студентам тренироваться не на ком будет...
- Я распугаю?! - ошарашено моргнул Малаксар де Арк, прекратив, на мгновение, гневно смотреть на эльфийку, и как-то спокойно, даже обиженно спросил, - Ниэль, ты издеваешься? После того, что вы с директором устроили, Академия на ушах стоит. От вашей магии повылазила из всех углов вся нежить и нечисть, в том числе и та, что давно и надежно уже была упокоена! Что творится на полигонах, я боюсь даже представить! Там вся гильдия практически в полном составе пытается сдержать жаждущие крови последствия ваших разборок! И я всерьез боюсь за своих коллег, знаешь ли...
- А им полезно будет косточки размять, - без тени раскаянья хмыкнула принцесса Селениэль, глядя на мужчину снизу-вверх. Положив кисти рук со сбитыми в кровь костяшками на согнутые колени тоже разбитые, она лукаво улыбнулась, - А сам-то чего здесь отсиживаешься? Неужели забыл, что такое настоящая нежить?
- Да я как увидел, как одна моя старая знакомая размазывает моего же директора по аллее, прямо у крыльца Гильдии, да еще и на глазах у сотни студентов, так я вообще все на свете позабыл! - возмущенно дернул длинными кончиками ушей дроу и укоризненно произнес, - Нельзя было это сделать в другом месте? Что вы не поделили, кстати?
- Да ничего мы не поделили, - ворчливо отозвалась эльфийка, с явным трудом пытаясь подняться, опираясь руками о пол позади себя, - Должен был кто-то вправить этой упыревой ящерице его последние остатки мозгов! Айщ...
- Вправила? - ехидно сощурился темный эльф, сложив руки на груди, глядя на вторую безуспешную попытку Повелительницы подняться, но не пытаясь помочь, - И как оно?
- Довольно-таки больно, - призналась та, поморщившись и неожиданно, повернувшись ко мне, подмигнула, - Но оно того стоило, правда ведь, Саминэ?
Я интенсивно закивала, чувствуя ни с чем не сравнимое облегчение от того, что Дэни наконец-то вернулся к своему человеческому облику. Я видела из окна кабинета все, что происходило внизу, на аллее. Я поняла, что хотела сделать мама Ариатара, и у нее это действительно получилось...
Директор долго уже топил себя в своем горе, не замечая ничего вокруг. А маленький дракончик, лишившийся матери и так нуждавшийся в поддержке отца, которого уже практически не было, угасал на глазах. Я едва сама не расплакалась, когда увидела, что Рагдэн наконец-то заплакал и в его глазах появились хоть какие-то эмоции. Он был похож на неживую куклу с тех самых пор, как я нашла его под кроватью в покоях Главы гильдии. Я уже почти отчаялась: я думала, что Дэни с этим не справится. Больше всего на свете я боялась, что маленький дракончик погибнет, так и не сумев принять и пережить смерть своей мамы.
Но теперь, кажется, все будет хорошо. Благодаря ей...
Я невольно скосила взгляд на эльфийку, которая, продолжая сидеть, молчаливо обменивалась взглядом с ректором, который, запахнувшись в черную мантию с изумрудно-зеленой вышивкой по низу, да широким рукавам, и сложив руки на груди, смотрел на нее суровым и непроницаемым взглядом. По насмешливой улыбке, скрытой в уголках четко очерченных губ девушки, я поняла, что это ее ни капли не волнует, и какие-либо угрызения совести у нее просто не водились! И на гнев заместителя директора ей было глубоко наплевать.
К тому же, они явно были давно знакомы и более чем хорошо знали друг друга. Если бы было по-другому, вряд ли бы наш ректор, который, как я успела заметить, был довольно мягок и хорошо воспитан и относился ко всем без исключения весьма по-доброму, позволил бы себе подобные высказывания в адрес Повелительницы эрханов. Да и она не стала бы звать его по сокращенному имени.
- Ладно, - сдавшись первым, дроу обреченно вздохнул и, наклонившись, обратился ко мне, - Саминэ, помоги мне поднять эту болезненную, а то она до конца жизни пол собой подметать будет.
- Макс, ты аккуратней с выражениями, что обо мне подумает бедная девочка? - тихо хихикнула принцесса Селениэль, но помощь приняла, хватаясь за протянутые ей руки. Я едва не выпустила ее, когда на меня опять накатил внезапный приступ слабости, сопроводившийся дикой ломотой во всем теле, небывало сильной в этот раз, а на глаза упала пелена. Но я с большим трудом стряхнула наваждение и, придерживая эльфийку, закинула ее руку себе на плечо, расслышав ее следующие слова, - Загубишь на корню всю мою репутацию!
- Как Повелительница эрханов, ты загубила ее сегодня окончательно, - хмыкнул темный эльф, закидывая вторую руку девушки себе на шею, - А вот как Некромантка, ты сегодня вознесла себя в глазах студентов на небывало недосягаемую высоту! Так размазать сурового и всесильного некроманта, золотого дракона из правящего рода, Главу гильдии и вообще сильного мужчину...
- Ну я сейчас прям покраснею от похвалы, - закатила глаза эльфийка, и слегка, покачнувшись почти уверенно пошла по коридору, опираясь на нас и продолжая диалог, - Откуда там студенты взялись, кстати?
- Так ваша магия всколыхнула весь Мельхиор, - укоризненно ответил ректор Малаксар, - А общежитие над зданием гильдии возвышается прилично, и из окон все видно. Теперь по Академии такие слухи пойдут! Как я все должен это объяснить?
- У-у-у, только бы Ари не увидел, - тихо простонала эльфийка и, тяжело вздохнув, с толикой ехидства посоветовала темному эльфу, - А ты сделай морду тяпкой и загадочно молчи. Или скажи, что то был показательный поединок к началу учебного года!
- Ну ничего себе показательный! - возмутился некромант, останавливаясь возле двери, которая находилась в некотором отдалении от кабинета директора, и вела в его собственный, - Вы там своей кровью половину аллеи залили! Надо убрать, кстати, пока там низшие демоны какие-нибудь не повылазили... Свалились, блин, два сильнейших некроманта на мою голову!
- Кстати, об этом, - отпустив шею дроу, пока тот возился с охранными заклинаниями на входной двери, эльфийка растерянно почесала длинный порез, который проходил по груди, над краем черного кожаного корсета. Запекшаяся корка осталась на ее ногтях и в нос мгновенно ударил сильный аромат свежей, теплой крови с сладковатым, приятным и едва уловимым запахом ванили... У меня мгновенно перехватило горло так, что стало невозможно дышать и опасно потемнело в глазах. Я не смогла даже вздохнуть, чувствуя, как сводит каждую мышцу в теле, а голос принцессы Селениэль доносится откуда-то издалека, - Ты можешь что-нибудь с этим сделать?
- Ты хочешь, чтобы я исцелил рану, нанесенную клинком единственного в мире дракона-некроманта, сотканным из черного пламени? - задохнулся от такого предположения ректор, но его слова я еле расслышала, чувствуя, как сознание медленно начинает уплывать и этого, кроме меня, кажется, никто не заметил... - Пошутила, да?
- Слабак, - раздалось тихое фырканье и вместе с этим позади меня послышался приятный мужской голос, так же, как сильные руки взяли меня, сжав чуть повыше локтей. Мрак начал рассеиваться, и я удивленно поняла, что меня подняли над полом и аккуратно переставили назад:
- Позволь, я помогу, что ли?
- О, явление второго золотого ящера народу, - радостно объявила Повелительница эрханов, и я с нарастающим недоверием поняла, что собственное ужасное, но привычное уже за последние несколько дней состояние исчезло так же неожиданно, как и появилось, когда руки этого молодого мужчины, который нагло и по собственнически приобнял улыбающуюся эльфийку, коснулись меня.
Я только смогла удивленно хлопнуть глазами, когда узнала в появившемся из ниоткуда мужчине кронпринца золотых драконов - Сои?шена Реесхата. Это был младший брат директора Сеш?ъяра, он уже приходил однажды, когда мы тренировались на одном из полигонов.
- Ни, ты ж мое золото! - дракон расплылся в улыбке и подхватил несопротивляющуюся эльфийку на руки. Чмокнув ее в кончик носа, он радостно заявил, - Папа тебе привет огромный передавал и звал в гости. Со всей нашей семейки причитается за то, что вернула с Грани моего упрямого братишку! Проси, что хочешь!
Ой, ну я даже и не знаю... - сощурившись, как-то коварно протянула Повелительница эрханов, сложив руки на груди.
- С долгами потом разберетесь! - нетерпеливо фыркнул Малаксар де Арк, распахивая дверь и постукивая носком сапога по каменному полу, - Давайте заходите уже, пока нас еще кто не увидел!
- Это он переживает за то, что неожиданно нагрянет твой муженек и в приступе ревности разнесет бедную Академию по камешку, - хихикнул и доверительно сообщил золотой дракон в облике человека, занося хихикающую эльфийку в кабинет.
Я было собралась отступить назад, чувствуя себя лишней, но темный эльф почему-то решил иначе. Зацепив меня за ворот рубашки, он вздохнул, втолкнул меня в нутро своей обители и, быстро оглядев пустующий коридор, уже погрузившийся в полумрак, шагнул назад и торопливо захлопнул за собой дверь.
Не зная, зачем он привел меня сюда, я притулилась на колченогом табурете, который едва выглядывал из-за книжного шкафа и, пока ректор опустился в свое очередное чудом стоявшее на четырех ножках кресло, устало потирая виски, украдкой принялась рассматривать знаменитую эльфийскую принцессу. Ее усадил на стул, стоящий напротив стола де Арка и предназначенный для посетителей, кронпринц драконов и проворно принялся лечить ее многочисленные повреждения, насвистывая какую-то незнакомую мелодию.
Я пришла в ужас, когда рассмотрела их все, едва стоило темному эльфу зажечь все свечи, находившиеся в кабинете одним взмахом руки.
Ссадины на лице и шее, порезы на руках, глубокая рана на груди, сбитые кулаки и разбитые колени, вывихнутое запястье, рассеченная бровь...
А ведь она была хрупкой, невысокой. Казалась совсем молодой эльфийкой, а не женщиной, родившей и вырастившей двоих детей. Тонкая талия, стройная, но тренированная фигура, да и ростом она была немного выше меня. Точеные, нереальные черты лица, прямой носик и выразительные зелено-желтые глаза, почему-то напомнившие мне глаза Кейна.
Я даже слегка подалась вперед, прищуриваясь и пытаясь рассмотреть внешность Повелительницы эрханов получше. И когда она, в ответ на какую-т шутку кронпринца закатила глаза, едва не охнула. Торопливо зажав рот ладонью, пока этого никто не заметил, я спряталась за шкаф и замотала головой, молясь о том, чтобы мне это просто показалось. Но едва мой взгляд наткнулся на большой портрет Некромантки, висевший в этом же кабинете, как мои опасения подтвердились.
Я вспомнила теперь, кого мне всегда напоминал Кейн.
Ее.
Хеллиану Валанди, девушку, изображенную на портрете, который я уже видела раньше. Принцессу лунных эльфов, сидевшую сейчас во владениях ректора, и как ни в чем не бывало смеющуюся над шутками принца Сои'шена. Черный дракон-полукровка был нереально похож внешностью, да и характером тоже на Повелительницу эрханов...
Но почему?
Неожиданно плохое предчувствие, пронзившее меня с головы до ног, оставляя неприятное покалывание на кончиках пальцев, сжавших кинжал, повисло в воздухе. Внезапно возникло такое ощущение, как будто внутри меня поселился на миг хищник, который замер и подобрался, почувствовав опасность. Я даже почувствовала, как приподнимается в оскале верхняя губа, когда посреди кабинета, неподалеку от стула, где сидела эльфийка, внезапно равными клоками сгустилась Тьма.
И не я одна насторожилась - на миг мне почудилось, что ректор предпринял было малодушную попытку спрятаться под стол, но каким-то чудом все же заставил себя остаться на месте и только украдкой тяжело и как-то судорожно вздохнул, пристраивая руки на столе перед собой и с силой переплетая пальцы.
А вот Повелительница отреагировала совершенно спокойно, разве что рассеяно почесала нос. Дракон же, наоборот, свел глаза к переносице, потом скосил их на собственные руки и, быстро убрав их с плеч эльфийки, спрятал за спину.
Я удивилась было таким поведением, на миг забыв о настороженности, но та мгновенно вернулась, буквально заставляя вжаться в стенку, когда Тьма рассеялась, оставив после себя высокую, сильную фигуру стоящего посреди кабинета демона.
Мистически красивые черты лица, сапфирово-синие глаза с витиеватым, чуть алым узором на радужке, высокий лоб, длинные, до колен стальные волосы, собранные в низкий хвост и хищный разлет бровей. От него веяло силой, властью, уверенностью... опасностью.
Это был не Ариатар.
Это был его отец.
Только сейчас я поняла, насколько кронпринц демонов был похож на своих родителей. Черты лица, разрез глаз, нос, скулы, волосы - все это было у него от матери, лунной эльфийки. А вот рост, фигура, губы, цвет глаз и хищный разлет бровей он явно перенял от Повелителя эрханов... Что же касается характера - в нем явно переплетались и мягкие эльфийские черты, и непоколебимая жесткость демонов. Только сейчас я это увидела.
Как и говорили мне когда-то: он действительно истинный сын своих родителей. Таких разных, таких непохожих, и таких сильных. Я даже отдаленно представить не могла сейчас, как эта известная пара вообще смогла питать друг к другу какие-то чувства.
Но они были.
Взгляд хищных сапфирово-синих глаз, которым Шайтанар сейт Хаэл посмотрел на свою супругу, не замечая ничего вокруг, говорил о многом. Внимательный, изучающий, серьезный... но скрывающий тревогу, беспокойство и явное облегчение где-то в глубине его души от того, что с ней все было в порядке. Он действительно волновался за нее.
- Я вижу, ты все-таки добилась своего, - неожиданно хмыкнув, эрхан неспешно приблизился к эльфийке, словно не заметив дракона, который торопливо отступил, давая ему пройти и, наклонившись, подцепил двумя пальцами ее подбородок, задирая ее голову и заставляя смотреть ему в глаза. Я удивилась, насколько требовательным, и в тоже время нежным получился этот жест, когда демон провел большим пальцем по ее нижней, разбитой губе и спросил ленивым, бархатистым голосом, - Надеюсь, это того стоило. В ином случае твоему брату, Сои'шен, долго придется объяснять, почему на теле моей супруги столько повреждений.
- Это я еще большую половину вылечил! - мгновенно сдал и эльфийку, и директора его же родственник, чему-то радостно улыбаясь и запуская руку в свои каштаново-золотистые волосы с торчавшими вверх кончиками, - Прости, Шайтанар, но Ни единственная из нас, кто мог надрать моему старшему братцу зад, не прибив его окончательно при этом. И знаешь, это здорово получилось! Я в вечных должниках теперь у нее... Ну, то есть у вас обоих. Тебе отдельное спасибо за то, что отпустил свою драгоценную супругу на сие сомнительное, поначалу, мероприятие.
- Мне уточнить, куда тебе нужно засунуть твою благодарность? - иронично вскинул бровь Повелитель эрханов, повернув голову в сторону дракона. Тот только примиряюще выставил вперед раскрытые ладони, продолжая улыбаться и сиять, как начищенный новенький золотой:
- Ладно, понял, не дурак. Оставим благодарности на потом.
- Шай не будь занудой, - фыркнув, эльфийка притянула к себе демона за воротник черной кожаной куртки, поцеловала его в подбородок и ласково улыбнулась, - Оно действительного того стоило. За то и Сеш, и Дэни теперь будут в порядке настолько, насколько это вообще возможно в подобной ситуации. Ну а в остальном... ну да, помял меня этот ящер немного, но к синякам и ссадинам мне не привыкать, уж ты-то это знаешь!
- Я же говорил, что рано или поздно подобное войдет у тебя в привычку, - хмыкнул эрхан и, не слушая возражений, легко и бережно поднял принцессу лунных эльфов на руки, - Но это был последний раз, когда я позволил тебе рисковать собой.
- Где-то я уже это слышала, - переглянувшись с золотым драконом, весело хмыкнула леди Селениэль и, улыбнувшись в ответ на многозначительный взгляд Повелителя эрханов, пристроила голову у него на груди, вздохнув, - Пойдем домой, Шай. Я устала.
- И даже не навестим нашего беспокойного сыночка? - насмешливо отозвался демон, выгнув левую бровь совсем так же, как это всегда делал Ариатар.
В ответ на этот вроде бы незначительный вопрос принцесса Селениэль нахмурилась, закусив губу. Едва покрытая коркой небольшая ранка на ней закровоточила с новой силой, заставляя меня замереть, чувствуя, как горло вновь болезненно сжало и теперь уже окаменевшие вмиг мышцы всего тела не хотели расслабляться совершенно.
- Ну, я пойду, пожалуй, братика навещу, что ли, - мгновенно начал собираться и прощаться принц Соишен. И, быстро вытерев кровь с рук носовым платком, сунул его в карман и поспешил к двери, - Я потом в гости зайду, ага? Вот и славненько!
- Я, пожалуй, тоже удалюсь, - следом за ним внезапно поднялся из-за стола ректор, - Нужно помочь коллегам, пока нежить не повылазила за пределы полигона, и не разбрелась по Мельхиору... Мое почтение, Шайтанар, принцесса...
Но правящая пара Сайтаншесса не обратила никакого внимания на слова прощания, и даже на то, что буквально через пару секунд входная дверь закрылась и за темным эльфом. А я же вжалась в стену, пытаясь и дальше оставаться незаметной, хотя и понимала, как это было сложно. Мне вдруг стало совсем, практически невыносимо плохо - так, как не было еще никогда раньше...
- Я бы с радостью, Шай, - голос эльфийки донесся до меня, как сквозь вату, - Но не сегодня. Еще не время, да и Ари не стоит видеть меня такой. Так что в другой раз
- Пожалуй, в этот раз я с тобой соглашусь, - коснувшись губами виска Повелительницы, негромко произнес демон и у меня внутри все сжалось, когда в кабинете заклубилась Тьма, погасив мигом все свечи и унося родителей Ариатара в страну эрханов... В помещении воцарилась тишина, нарушаемая лишь одним звуком, и далеко не сразу я поняла, что это мое собственно, хриплое, прерывистое дыхание.
С трудом поднявшись, держась одной рукой за горло, а пальцами второй цепляясь за шкаф, с огромным усилием заставила себя сделать несколько шагов по направлению к двери, чувствуя невыносимую, предательскую слабость во всем теле. Ужасно хотелось пить и спать, но более всего убивала сильная ломота в костях и мышцах. И я не знала, как я доберусь в таком состоянии до комнаты, когда вдруг почувствовала это...
Запах крови. Свежей, сладкий, дурманящий, манящий... сводящий с ума.
Из горла вырвался тихий рык, когда ставшее внезапно острым в темноте зрение выхватило белевший на полу квадрат ткани с алыми разводами на нем - платок золотого дракона, выпавший из его кармана, когда он торопился покинуть кабинет.
Я упала на колени, чувствуя, как внезапно по венам пронеслась не кровь, а острые осколки битого стекла. Все мышцы внезапно выкрутило с небывалой силой, заставляя пальцы сжаться, царапая ногтями и мгновенно разрезая на тонкие полоски пушистый ворс ковра. Горло сжало еще сильнее, хотя казалось, что это уже невозможно, а желудок болезненно сжался, и острое ночное зрение на миг сменила алая пелена перед глазами...
Не знаю почему, но я вдруг поняла, что тяну руку к окровавленному платку и, на какой-то миг ужаснувшись своему поступку, одернула руку, сжав зубы и чувствуя, как нижнюю губу проткнула что-то острое. На миг нахлынула паника вместе со слезами и я схватилась за грудь, но тут же почувствовала невероятную, острую злобу и глухую ненависть - амулет в виде крестика так и остался на руке Ариатара, я все время забывала его забрать.
Пот градом катился по вискам и я сделала то, что не посмела бы никогда раньше. Позвала на помощь того, кто мог бы меня услышать. Одно единственное имя сорвалось с губ совершенно беззвучно, но зов не принес никакой пользы.
Авалон не ответил...
Я не помню, как я встала, как смогла выйти из кабинета ректора. Помню лишь темные коридоры общежития, в котором ревела и завывала голодная нечисть, количество которой, как казалось, внезапно увеличилось в десятки раз. На то, чтобы отпугнуть ее уходили последние крупицы, не говоря уже о том, чтобы уничтожить хоть кого-то.
Я помню, как шла, медленно волоча ноги, задыхаясь, цепляясь пальцами за холодные стены, падая и поднимаясь лишь потому, что где-то на краю сознания я понимала, что если сейчас не встану, то до утра я не доживу. Пот смешивался со слезами, застилая глаза, и я не сразу поверила, когда оказалась перед такой знакомой дверью, приняв ее сначала за призрачный мираж.
На то, чтобы открыть ее, ушли остатки сил и я буквально ввалилась внутрь, запнувшись о порог и расстелившись на ковре у практически прогоревшего камина.
На миг, всего на миг пришло облегчение, и я даже попробовала подняться на локтях, как на глаза попались крупные алые капли, стекающие на ковер из собственных пробитых ладоней. Они мгновенно оживили в памяти воспоминания о той, другой, сладкой, манящей, свежей крови...
Звон в ушах полностью заглушил сознание. Терявшиеся в полумраке предметы неожиданно стали невероятно четкими, словно днем, хоть и были скрыты тонкой алой пеленой. Во всем теле вдруг появилась легкость вперемешку с невыносимой болью, горло сжимала невидимая рука, а верхняя губа поднималась вверх, заставляя улыбаться в хищном оскале, чувствуя, как кончику языка вдруг стало тесно между зубов. По венам продолжали течь острые осколки, подпитывая неощутимой мной ранее силой и...
И я себе уже не принадлежала.
Тем, кто стоял на данный момент в гостиной общежития, уже была не я.
Ариатар
Касти не было.
Моей младшей сестренки, той, что я привык ощущать рядом с собой с самого рождения, не было на своем привычном месте - в комнате общежития Эллидарской Академии Магии...
Проведя кончиками пальцев по гладкой столешнице и оставив следы на тонком слое пыли, я понял, что Кастиэльерры в этой комнаты не было уже давно. Не смотря на то, что учебный год еще не начался, мой маленький личный демоненок, половинка моей души, отсутствовал в крупнейшей столице городов, принадлежащей людям.
- Отец, - спокойно произнес я, сжав до хруста кулаки. Именно он отправил Касти куда-то далеко, зная, что сейчас она нужна мне более всего...
Нет, злости я не чувствовал. Я чувствовал лишь глухое неудовлетворение, которое, несомненно, даже внешне давало о себе знать. Касти была, да нет, она всегда являлась частью моей души, самого меня. Мне не нужно было даже говорить, чтобы она меня поняла...
Только отец мог ее куда-то отправить.
Он давно уже говорил о том, что нам пора научиться жить самостоятельно. Отдельно друг от друга, поддерживая связь, но все же - самостоятельно. И это было правильно, но... я не хотел. Я не верил. Хотя, это было даже не так.
Мы не хотели.
Ни Касти, ни я, ни Танорион. Мы всегда ощущали себя одним целым, и даже думать не хотели о том, что кто-то может нас разлучить. Но все... слишком многое изменилось. И в первую очередь - я сам.
Подойдя к окну, я оперся ладонями о гладкий камень подоконника и глубоко вдохнул свежий и сырой, летний воздух, проникающий в комнату из приоткрытого окна. Похоже, что Касти покидала это место привычным для себя способом, прыгая с высоты никак не меньшей третьего-четвертого этажа. Мы в этом плане всегда были похожи.
Оглянувшись за спину, медленно провел взглядом по небрежно заправленной кровати. Кастиэльерра... как ты сейчас мне нужна!..
Прислонившись спиной к холодному камню стены, откинул голову, и устало прикрыл глаза, сжав кулаки. Сейчас моя буйная сестренка действительно нужна была мне больше всего.
Лиерана. Темная эльфийка, наделенная особой, первозданной красотой - вот вина моему отвратительному, по самым незначительным меркам, настроению.
Мои руки, касающиеся тонкого, гибкого стана. Мои пальцы, запутывающиеся в мягких, как шелк, белоснежных волосах. Высокий, с переливами голос и пронзительно-голубые, леденистые глаза, которые могли заморозить кого угодно, но только не меня.
До хруста сжал кулаки. Она вернулась в Академию Некромантии.
Что теперь мне делать, я просто не знал. Да, я хотел свернуть ее тонкую шею, к нежной коже который так часто прикасался губами в порыве доселе неизвестной мне нежности, но... смогу ли я?
Да, еще недавно я мог спокойно утверждать, что смогу, причем легко и без малейшего сомнения. Но сейчас...
Что-то неуловимо изменилось. Или же это я сам?
Едва заметно выругавшись, еще раз оглядел давно пустующую комнату. Находиться здесь больше я не видел никакого смысла. Моей сестры не было в главном корпусе Академии Магии, а значит, и поговорить мне было не с кем. Если только...
Усмехнувшись, вызвал привычную магию одним только желанием, не стараясь даже думать. Все же, у эрханов есть свое, особое преимущество.
- Ариатар! - несколько ошарашено воскликнул полуэльф, когда я оказался не где-нибудь, а именно у него в кабинете. Я не уверен, что он делал, а точнее - я просто не хотел этого знать. Но факт оставался фактом - Таилшаэлтен, директор Эллидарской Академии Магии, по моему мнению, слишком увлекся чтением в своем кабинете в столь позднее время.
- Где Касти? - спокойно спросил я, глядя полуэльфу прямо в глаза и не испытывая ни малейшего чувства вины. Да, я уважал его. Как Наставника моей матери, как друга нашей семьи, как мудрого и воистину гениального полукровку, как родственника Рика, но в данный момент все это отошло на задний план.
Сейчас мне нужно было знать, где находится моя сестра.
- Она на практике, - покачал головой полуэльф, - Уехала уже давно вместе со своим квадриумом.
- Куда? - только и спросил я, сжав кулаки и прикрыв глаза. Мне нужна была Касти, во что бы то ни стало. Только она сейчас могла меня понять... Понять, и принять все, что я сейчас чувствовал, не спрашивая ничего, не помогая, не упрекая. Просто давая понять, что я не один.
Это сложно объяснить тому, кто не имеет брата-близнеца. Но даже эльфийские братья или же сестры-близнецы не смогут сравниться в этом плане с нами. Мы - наполовину демоны. А для них своя семья - это намного большее, чем фальшивые слова людей о доверии и безграничном терпении и понимании...
Ложь.
За своих родных добровольно отдать свою жизнь могут лишь демоны или эльфы.
А я и то, и другое...
На примере своей матери я знаю, насколько крепка связь между эльфийскими близнецами. Но, принимая во внимание наше с Касти происхождение, наша связь намного крепче... и лишь глупец мог бы назвать ее порочной. Может показаться кому-то, что здесь есть нечто большее, чем братская любовь, но... Я убью любого, кто так сможет предположить. Касти - моя сестра. Пускай она своевольна, порой несколько взбалмошна и эгоцентрична, но она - моя родственная душа. И только она может меня понять.
- Она помогает аронтам в поисках нужного им артефакта, - несколько нахмурился полуэльф, не вставая из-за своего стола, - Ариатар, тебе нельзя сейчас вмешиваться.
- И почему же? - с усмешкой спросил я, глядя прямо в зеленые глаза мага. Такие знакомые, раскосые глаза, которые являлись практически копией глаз Рика. Что, в прочем, был не удивительно. Родные братья, а в их случае, как говорят люди, кровь - не вода. В иных ситуациях можно было и поспорить. Но не здесь.
- Потому что ты ее раскроешь, - довольно жестко отрезал Таилшаэлтен, чем заставил меня приподнять бровь в подобии удивления.
Так вон оно, что...
Мою маленькую и несколько самоуверенную сестренку тоже ждет испытание!
Я едва заметно поморщился. Похоже, что вмешиваться сейчас в дела Кастиэль я не имею права. Не только я получил шанс показать, чего же я стою. Ну что же... тогда не буду портить сестренке ее маленькое развлечение. Она уже наверняка разобралась со всеми своими проблемами. Если же нет, и ей пришлось бы совсем туго, она бы непременно позвала меня. Мысленную связь между нами еще никто не отменял. И возможно, отец был прав - нам пора научиться жить самостоятельно. Хоть мама и ворчала, но я знаю, что она тоже так думала...
Они не могут опекать нас вечно. Как бы им этого не хотелось.
- Что ж, - я многозначительно усмехнулся и обозначил поклон легким наклоном головы, - За сим разрешите откланяться.
На лице полуэльфа застыло немое удивление, когда я, не произнеся больше ни слова, удалился из кабинета, растворившись в клубах Тьмы.
Интересно, чего он ожидал от меня на самом деле?
Что я с ожесточением начну выпытывать правду о местонахождении Кастиэльерры? Скорее всего. Хотя нет. Этот полуэльф слишком умен для того, чтобы не иметь хотя бы некоторой возможности, чтобы предугадать мои действия...
Оказавшись в собственной комнате в общежитии Академии Некромантии, я медленно оглядел пустовавшую библиотеку и едва ли не потухший камин в ней. Если Рик не спал здесь, в кресле, с очередной книгой в руках, значит, либо и его и Саминэ в спальне попросту нет, либо они оба давно уже спят. Полуэльф, как правило, после того, как провожал воспитанницу Сеш'ъяра до ее комнаты на закате, старался ложиться спать одновременно с девчонкой... Что ж, в этот раз оно было только к лучшему.
Опустившись в глубокое кресло, я откинулся на спинку, не обращая внимания на слабо тлеющие в камине дрова, которые все еще согревали просторную комнату и создавали некоторое подобие освещения. Они ни чем не могли мне помешать, а приятный полумрак, наоборот, склонял к совершенно невеселому размышлению.
Лиерана... Мой дар, возносящий меня до небес, и мое проклятие...
Единственная, которую я смог полюбить. Своенравная, дикая, гордая, непредсказуемая, непокорная... Дроу, темная эльфийка, моя любимая, Равная, и... так удачно использовавшая меня в своих планах. И я, даже подозревая, что что-то не так, поддался плену этих изумительных ледяных глаз, который, как казалось, таяли только для меня.
Почему?
Почему я не понял этого тогда? Я всецело принадлежал только ей, и лишь потом узнал что я ничто для нее, просто пешка - способ получить желаемое в банальном пари, заключенным лживой эльфийкой с одним из черных драконов, который носил звание так называемого магистра. Просто часть не слишком-то оригинального приза, что досталась бы одному из них в конечном итоге.
Всего лишь разменная монета...
И почему-то именно сейчас, в этот самый момент, когда я не был готов к мести, она вернулась. Меня не интересовала ни Лиерана, которая появилась в Академии, ни даже Рай'шат, тот самый проклятый дракон, ни... ничего.
Внутри была лишь пустота. Не имея возможности поговорить с сестрой, в чьей молчаливой поддержке я нуждался сейчас больше всего, я был абсолютно разбит. Меня уже ничто не волновало и...
И меньше всего я думал, что кто-либо решит сейчас этим воспользоваться.
Я настолько ушел в себя, что даже не заметил, как кто-то приблизился ко мне из-за спины и наклонился, чтобы нанести единственный, смертельный удар... Моментально поднявшись с кресла, одни движением откинул от себя противника, который оказался настолько слаб, что отлетел к стеллажу, стоящему слева от меня. На пол с шумом посыпались книги.
Медленно повернувшись в ту сторону, я увидел лишь небольшую тень, сжатую в комок. В тишине и полумраке комнаты виднелись только ярко-алые, налитые кровью глаза и слышалось хриплое, неровное дыхание.
- Саминэ? - тихо произнес, увидев, кто пытается неуверенно, слегка шатаясь, подняться на ноги, цепляясь тонкими пальцами за книжные полки, оставляя длинные царапины на гладком дереве. Это было... неожиданно.
Но ошибки быть не могло - из-под небольшой, аккуратной верхней губы человечки выглядывали длинноватые клыки, характерные только для одной расы...
- Так ты вампир, - не сдержав удивления, произнес я, машинально опускаясь обратно в кресло. Глядя на маленькую фигуру, прижимающуюся к стеллажу, и видя голодный отблеск ее глаз, многое мгновенно встало на свои места.
Ее непонятное поведение в последние две недели, отказ от обычной еды, нервное напряжение, вспышки гнева, раздражение, от которого она себя чувствовала неловко, попытки уединиться, ломота в теле, которую она так пыталась скрыть... Ее мучил голод все эти дни. И при этом, она сама не знала, что с ней происходит.
Три месяца. Почти три упыревых месяца она всегда была рядом, но, даже замечая некоторые странности в ее поведении, возникшие в последние недели, с того момента, как мы оказались в Натинало, мы даже и предположить не могли, как дела обстоят на самом деле.
Все оказалось намного проще. Саминэ была вампиром.
Обращенным, истинным или же просто полукровкой... не важно. Голод, который, по всей видимости, проснулся после того, как она потеряла много крови из-за раны, нанесенной арбалетным болтом, довел ее до такого состояния, что она уже не могла себя контролировать. Иначе бы она никогда не решилась напасть на меня. Я помнил тот животный страх, который она, не смотря на все свои старания, так и не смогла не скрыть, ни перебороть. Она все еще боялась меня. Но, похоже, не совсем.
- Иди сюда, - неожиданно для самого себя произнес, положив руки на подлокотник, словно пытаясь показать, что вреда я ей не причиню. И это действительно было так.
Саминэ, замерев на своем месте, настороженно на меня взглянула так, как смотрит загнанный в ловушку зверь. Алые глаза светились явным недоверием и осторожностью, заставляя меня мысленно усмехнуться. Даже будучи вампиром, она все еще оставалась верна себе. Ее недоверие ко мне, которое давно уже уменьшилось в десятки, а то и сотни раз, никуда окончательно так и не делось.
- Саминэ! - чуть резче произнес, давая понять, что еще раз я повторять не буду, и откинулся на спинку кресла. Если я хорошо знаю ее, то она не заставит себя долго ждать.
Девушка подошла совершенно неслышно и медленно, словно обдумывая каждый свой шаг. Словно она сомневалась, стоит ей это делать, или нет... инстинкт голода боролся в ней с собственным "я". И неизвестно еще, кто мог победить в этой борьбе. Только я знал наверняка, что подобный голод был во сто крат сильнее всего. Совести, желания, морали, чувств...
Подавшись вперед, протянул руку, еле заметно усмехнувшись. И если бы кто-то спросил, зачем я это сделал, то, пожалуй, внятного ответа я бы дать не смог.
Ярко-красные глаза с едва заметным черным зрачком, смотрели на меня с недоверием. В них не было тех эмоций, что всегда в обилии присутствовали в золотисто-карих глазах Саминэ, но... я знал, что девушка меня слышит. И более того, она все чувствует и осознает, но вот только понять, что же с ней происходит, еще не может. Сущность вампира не нашла отзыва в ранимой душе человеческого ребенка, и они не стали одним целым так, как и должно было быть.
Неуверенно, с опаской и настороженностью во взгляде, протянутая ладошка стала мне ответом.
Уже открыто усмехнувшись, я взял ее за руку и с силой дернул на себя, заставляя упасть ко мне на колени. Глупо бороться самим собой. Кому, как не демону об этом знать?
Видимо, в душе девушке появилось осознание того, что происходит. Или же выработанные инстинкты, которые велели ей держаться от меня подальше, дали о себе знать - Саминэ начала сопротивляться.
Не став даже реагировать как-то вслух, прижал к себе девчонку, которая именно сейчас вздумала начать вырываться. Похоже, что вернуть ей прежние инстинкты мне все же удалось, но... судорожный вздох над ухом дал понять, что чувство голода у нее уже никуда не денется. И подавить его, как ей интуитивно удавалось ранее, уже не получится.
И я не знаю, для чего я это делаю, но...
Осторожно прижав к себе ее хрупкое тело, а голову к своему плечу, я тихо произнес:
- Пей, Саминэ. Тебе это сейчас нужно.
Девушка замерла после моих слов, перерастав вырываться. Я чувствовал, как внутри нее идет борьба, но, как я и думал, она была недолгой. Неслышно всхлипнув, Саминэ обмякла, вцепившись пальцами в мою рубашку на груди, а потом, почувствовав, что я ее больше не держу, пододвинулась ближе к незащищенному горлу.
Теплое дыхание пощекотало кожу на левой стороне шеи, а затем в плоть впились острые, как кинжалы, зубки маленького вампира.
Сжав зубы, откинул голову на спинку кресла, давая ей полную свободу действий. Только рука сама легла на ее талию, а вторая на ее затылок, еще крепче прижимая к себе. Боли от неумело прокушенной вены я не чувствовал...
Неожиданно на шею упали горячие капли, которые к крови не имели никакого отношения. И мне не нужно было смотреть, чтобы понять, что по щекам Саминэ текут слезы.
Она плакала.
От собственного бессилия, от осознания того, что она делает, от горькой правды того, кто она на самом деле, от того, что причиняет мне боль... но остановиться она уже не могла.
- Не нужно, - тихо произнес, запустив руку в густые волосы медового оттенка, и кончиками пальцев погладив нежную кожу спины под тонкой льняной рубашкой, - Не плач, Саминэ. Мне не больно.
Я не солгал.
Хотя еще совсем тонкие клыки в моей шее доставляли неприязнь, похожую на легкую боль, уязвленным я себя не чувствовал. По коже разливалось приятное тепло от прикосновения ее губ, а маленькие ладошки лежали на моей груди, чуть подрагивая, словно она хотела отстраниться, но не могла.
Прижав к себе хрупкое тело, я вздохнул, полностью расслабляясь.
Пожалуй, впервые за последние два года я почувствовал себя если не хорошо, то хотя бы спокойно. Я знал, что кому-то нужен. Пускай и не я сам, а моя кровь, и для таких целей, но все же. Я был уверен, как и раньше, в том, что предательства от этого создания можно не ждать.
Впервые за два года я мог открыто довериться, не ожидая очередного обмана. Саминэ, этот маленький котенок, так доверчиво прижимающийся ко мне сейчас, хоть и продолжала каплю за каплей вытягивать из мою жизнь и силы, никогда не променяет меня на другого. Никогда.
Хотя бы потому, что я был ей нужен.
Сейчас или потом, но я ей действительно был нужен...
Утро пришло неожиданно. А вместе с ним и непонятные пока звуки, раздававшиеся не так далеко и не дающие мне спокойно спать дальше. Поморщившись, я с трудом приоткрыл глаза, чувствуя странную слабость во всем теле.
Напротив меня, сжав руки в кулаки, и стиснув зубы, что-то невнятно и зло шипел полуэльф. Нахмурившись, я проследил за его взглядом и... безмерно удивился, увидев сидящую у меня на коленях девушку. Саминэ, полностью расслабившись и доверчиво положив голову мне на грудь, спокойно спала, сжав маленькими кулачками мою рубашку. Мои собственные руки осторожно обнимали ее за талию, крепко прижимая к себе и не давая упасть во сне.
Мгновенно пришли воспоминания о том, что же вчера случилось.
- Ариатар, - разозлено процедил полуэльф, - Что ты с ней сделал?!
- Ничего, - тихо усмехнулся я, протянув руку, и зажал между пальцев длинную прядь волос непривычного оттенка червонного золота, которая лежала на щеке Саминэ, - Не кричи, Рик. Ты ее разбудишь.
- Что все это значит? - еще более зло произнес полуэльф, меняясь на глазах. Его взгляд стал жестче, и вся его сущность буквально кричала о том, что этот нелюдь гораздо опаснее и намного взрослее, чем кажется... Но только сейчас меня это не пугало.
- А это означает то, мой дорогой друг, - хмыкнул я, осторожно заправив прядь волос спящей девушки ей за ухо. Едва заметно вздрогнув во сне, Саминэ еще крепче ко мне прижалась, заставив меня невольно улыбнуться, - Что наша дорогая девочка оказалась вампиром.
- Что? - резко произнес Рик и, к сожалению, намного громче, чем этого хотелось бы.
Дернувшись, Саминэ на миг зажмурилась и медленно открыла глаза. Оглядев еще мутным взглядом мою грудь перед своим лицом, она нахмурилась и резко подняла голову. Встретившись со мной взглядом, девушка испуганно замерла, видимо, силясь вспомнить, что же вчера произошло. Теперь ее глаза были прежнего, золотисто-карего цвета, но все же что-то в ней неуловимо изменилось...
Видимо все вспомнив, девушка резко отпрянула и, упав с моих колен на пол, забилась в угол книжного стеллажа, не отводя от меня испуганного взгляда.
- Ари, - неожиданно выдохнул полуэльф, не обратив внимания на реакцию Эльсами, - Твоя шея...
- Неужели ты думал, что я лгу, эльфенок? - хмыкнул я, прикоснувшись пальцами к двум глубоким ранкам, покрывшимся коростами на левой стороне моей шеи, которые остались после неумелого укуса Саминэ. Они саднили, но не слишком сильно, чтобы можно было о них беспокоиться. Поднявшись с кресла, я внимательно посмотрел на действительно изменившуюся девушку, которую теперь назвать подростком было очень сложно, - Хочешь ты этого или нет, Рик, но такова правда: Саминэ вампир.
- Не верю, - ошеломленно покачал головой полуэльф, устремляя взгляд в пол и никуда больше. Я его отчасти понимал: эта раса не так уж и давно принесла действительно много зла в этот мир. И если бы речь шла сейчас о ком другом, а не о моей воспитаннице, быть может, я бы и разделил его тревогу. Но, к собственному удивлению, я отнесся к этому факту более чем спокойно.
- Твое право, - пожал я плечами но, неожиданно почувствовал куда более сильную слабость, чем раньше. Собственные ноги не смогли удержать меня, и я, подавив болезненный стон, опустился на колени, едва слышно выругавшись, - Хрдыр...
- Ари! - взволнованный полуэльф мгновенно оказался рядом со мной, и с силой сжал мое плечо, - Ты в порядке?
- Не совсем, - невольно поморщился я. Ругнувшись, полукровка закинул мою руку на свои плечи и помог встать. Чувствуя невыносимую слабость во всем теле и приличное головокружение, я усмехнулся, глядя на еще больше напуганную Саминэ, - Похоже, что наш новоявленный вампир несколько перестарался.
- Очень смешно! - рассержено буркнул полуэльф, направляясь в сторону спальни и поддерживая меня на каждом шагу. Таким слабым я не чувствовал себя уже давно. Похоже, что Саминэ, не полностью осознавая, что она делает, или же толком не умея себя контролировать, выпила слишком много моей крови.
- Я в порядке, - раздраженно дернул плечом, опускаясь на край собственной кровати, к которой подвел меня Рик.
- Я вижу! - хмуро процедил полуэльф, пока я ложился, - Я приготовлю нужное зелье, а ты пока постарайся не вставать. Саминэ, сделай, пожалуйста, ему очень сладкого травяного отвара. И как можно быстрее - сейчас не время размениваться на чувство вины. Обо всем этом мы можем поговорить и потом.
Девушка, которая неуверенно вошла в спальню вслед за нами, быстро кивнула и бросилась в лабораторию, в дальнем углу которой находилась кухня - ее собственное маленькое царство.
- Рик, - усмехнулся я, устало откидываясь на подушки, - Не стоит ее винить. Она еще неопытна.
- Возможно, - хмуро отозвался полукровка, направляясь туда же, - Но не это меня беспокоит. Жди здесь и не вздумай вставать. Ты сейчас не сильнее обычного ребенка.
- Я знаю, - небрежно повел я плечом, наблюдая, как полуэльф направляется в сторону лаборатории. Я прекрасно знал, что его беспокоит. Если Саминэ окажется обращенным вампиром, то нас ждут большие неприятности. Рано или поздно, если не проявить должного внимания и не обучить обращенного правильно питаться, он потеряет остатки самообладания и станет обыкновенным падальщиком - существом, чья жажда крови затмевает разум, постепенно разрушая его. Жалкие создания, лишенные всего: чувств, эмоций, мыслей...
Все дело было в том, что ни я, ни Рик, даже понятия не имели о том, какого это, быть вампиром. И даже отдаленно не представляли, что теперь делать с Саминэ. Учитывая, сколько моей крови она выпила, не в силах остановиться, можно было предположить, что наши мысли были не столь уж далеки от самой худшей правды. Оставалось только надеяться, что Милика сможет как-то помочь нам в этом.
Беззвучно мыкнув, вновь поморщившись от неприятного ощущения во всем теле. Таким слабым я не ощущал себя уже давно. Эльсами выпила достаточно моей крови, не в силах остановиться, а я же, расслабившись, погрузился в сон, не беспокоясь более о том, что она делает. Хрдыр, неужели я неосознанно доверился этой девчонке даже в подобном? Похоже, что это так. Но и она, в свою очередь, так и не смогла уйти вчерашней ночью...
Тихие, практически бесшумные шаги вывели меня из состояния глубокой задумчивости. Повернув голову, я увидел Саминэ, которая стояла около моей кровати, держа в руках деревянную кружку, доверху наполненную травяным настоем. При этом девушка смотрела куда угодно, но только не на меня.
Поморщившись, я с большим трудом сел. Увидев, как сложно мне дается столь простое движение, девушка поставила кружку на стол и, пряча взгляд, торопливо поправила подушки за моей спиной, старательно избегая моего взгляда. Закончив, она буквально впихнула в мои руки емкость с теплым, но не горячим напитком, и попыталась убежать из комнаты.
Усмехнувшись, я схватил ее за руку, не давая вырваться и, заставив усесться на край кровати, пригубил терпкий и очень сладкий отвар. И лишь потом, вернув кружку на стол, спокойно обратился к девушке, которая сидела, низко опустив голову:
- Саминэ, посмотри на меня.
Девчушка вздрогнула, но осталась неподвижной, словно превратившись в каменную статую. Покачав головой, я с нажимом повторил просьбу:
- Саминэ!
Она подняла голову, но продолжала смотреть в сторону. И только тогда, наверное впервые за все это время, я понял, что она чувствует. Протянув руку, я ухватил ее за подбородок, заставляя посмотреть мне в глаза и приблизился, не давая ей отвести взгляд. В золотисто-карих, выразительных глазах застыла боль и острое чувство вины... И, кроме того, в них стояли кристально-чистые слезы.
- Саминэ, - тихо и с улыбкой позвал я, от чего девушка едва заметно вздрогнула и, закрыв глаза, закусила губу, пытаясь сдержать слезы, - Хватит винить себя.
Отрицательно покачав головой, Саминэ попыталась отвернуться, но я не дал ей это сделать. Внимательно всмотревшись в выражение ее лица, я понял и то, о чем она думает. Она боялась того, что причинила мне боль и заставила меня ощущать себя беспомощным.
- Саминэ... - несколько удивленно произнес я, пальцами стирая влажную дорожку с ее щеки, и мягко усмехнулся, - Не стоит винить себя. Я действительно практически в полном порядке. Рик быстро поставит меня на ноги. Уж в нем-то ты можешь не сомневаться.
Отрицательно покачав головой, девчушка дернулась, снова пытаясь сбежать, но мне еще вполне хватило сил, чтобы успеть ее перехватить до того, как она хотя бы встала с кровати. Саминэ начала отбиваться, но я ее не выпустил, крепко удерживая за талию. И лишь тогда, когда она прекратила сопротивление, и я прижал ее к себе, я понял, что девушка беззвучно плачет, роняя слезы на шелковое покрывало.
- Успокойся, - тихо выдохнул я, гладя девушку по голове, - В том, что ты вампир, нет твоей вины. Ты родилась такой, Саминэ. И тебе придется это принять.
Судорожно всхлипнув, девчушка крепко прижалась к моей груди, снова скомкав рубашку. Она действительно плакала, переживая о том, кем она оказалась на самом деле. На мгновение закрыв глаза, я прикоснулся губами к ее волосам, тихо ее укачивая в своих руках. Саминэ всегда остро переживала эмоциональные потрясения...
- Перестань, - вздохнул я, машинально поглаживая девушку по спине, - Ты вампир, и тебе придется смириться с этим. Ты такая, какая ты есть, и этого уже не изменить. И для того, чтобы продолжать жить дальше, тебе придется пить кровь.
Девушка ожесточенно замотала головой, что могло означать только одно: "Я не хочу!".
- Саминэ, посмотри меня, - устало вздохнув, я подцепил пальцами подбородок девчушки, заставляя смотреть мне в глаза и, стараясь придать голосу мягкость, тихо произнес, стирая слезы с ее щек, - Ты вампир. Этого уже не изменить. Тебе придется пить кровь, чтобы выжить. Прими это, как данность.
Девушка, на миг перестав плакать, шокировано посмотрела на меня. Я тихо усмехнулся в ответ, пытаясь понять, почему вдруг так спокойно и даже ласково с ней разговариваю. Подобного раньше за самим собой я не замечал, но это было даже... приятно в какой-то степени.
- Я знаю, что это сложно, - криво улыбнулся я, продолжая осторожно ее обнимать, но будучи при этом готовым к тому, что она вновь попытается улизнуть. - Постарайся мне поверить: после первых нескольких раз твое смущение пропадет. Саминэ, не смотри на меня так! Демоны тоже пьют кровь, но только в крайних случаях. Мне она не нужна для выживания, как тебе. Эрханы используют ее лишь для получения информации и практически мгновенного восстановлении магических и физических сил... Саминэ?
Неожиданно девушка, быстро-быстро заморгав, села на кровати, отстранившись от меня и, закусила губу, смотря в пространство перед собой. Насколько я успел ее изучить, нижнюю губу она закусывала только тогда, когда напряженно думала о чем-то. Что же взбрело на этот раз в ее хорошенькую головку?
Видимо, что-то для себя решив, девушка уверенно дернула шнуровку на груди своей рубашки. Оголив точеное плечико, которое приобрело некую округлость после вчерашней ночи, Саминэ быстро посмотрела на меня, чуть подавшись вперед. Не понять ее немое предложение мог только идиот.
- Саминэ, ты с ума сошла? - выразительно изогнул я бровь, сложив руки на груди и серьезно глядя на девчонку, - Я не собираюсь пить твою кровь!
Помотав головой и еще раз закусив губу, девушка пододвинулась еще ближе, смотря на меня уже не таким уверенным, но все же твердым и решительным взглядом.
- Нет, Саминэ, - с усмешкой отказался я, на удивление легко притронувшись к ее лицу кончиками пальцев, - Ты же помнишь, чем все в прошлый раз закончилось? Помнишь, котенок... Я не сомневаюсь, что именно поэтому ты до сих пор меня боишься. Не стоит еще больше ворошить эти воспоминания.
Едва заметно вздрогнув, девушка прижала мою ладонь к своей щеке и внимательно на меня посмотрела. В выразительных глазах девушки застыла немая просьба, а вместе с ней так и не высохшие до конца слезы. Я несколько отрешенно заметил, что теперь ее привычка разводить сырость по малейшему поводу меня ни сколько не выводит из себя...
Вздохнув, я покачал головой, наслаждаясь той неожиданной лаской, которую почувствовал, когда ее изящные пальцы прикоснулись к моей руке. Что-то изменилось в ней... и между нами. Я не чувствовал больше той ярости, что сжигала меня изнутри за последние два года, я не чувствовал недовольства, что Сеш'ъяр смог навязать мне заботу об этой девчонке, я не чувствовал раздражения из-за того, что у нее ничего не получается сделать с первого раза. И, кроме того, я ощущал лишь странную необходимость защитить эту упрямую девчонку от чего бы то ни стало.
Все остальные проблемы и эмоции как-то отошли на второй план. И я лишь несколько отстраненно подумал о том, что еще вчера я был в ярости от того, что в Академию Некромантии вернулась та, которую я любил и одновременно ненавидел всем сердцем. Лиерана?.. Нет, проблемы Эльсами сейчас стали неожиданно важнее.
И снова причинять ей боль я не хотел.
- Нет, - покачал я головой, натянув тонкую ткань рубашки обратно на ее оголенное плечо, - Я не хочу причинять тебе боль. Не сейчас, Саминэ. Хватит и того, что ты уже пережила.
Беззвучно всхлипнув, девушка перехватила мою руку и, с силой ее сжав, умоляющим взглядом посмотрела на меня. И я понял, что сопротивляться этим глазам я почему-то уже не могу... Но, еще не поздно было заставить ее передумать. Глупышка, она просто не понимала, о чем она просила.
- Саминэ, - я усмехнулся, медленно приспустив пальцами тонкий шелк рубашки, касаясь алебастровой, гладкой кожи ее плеча и, отрастив ноготь на указательном пальце, внимательно посмотрел в ее глаза, - Ты представляешь, о чем ты меня просишь?
Девушка, закусив губу, уверенно кивнула, впервые на моей памяти, не отводя взгляда. И, что удивительно, в ее глазах не было ни капли страха, лишь уверенность и огромное чувство вины.
Продолжая всматриваться в ее глаза и, позволив себе злую ухмылку, я нарочно медленно провел ногтем по нежной коже над ключицей, оставляя неглубокий, но болезненный порез, из которого медленно потекла алая кровь, дразня собственное обоняние...
Услышав звук разрезаемой плоти и, почувствовав боль, девчушка отвела взгляд, но даже не вздрогнула, продолжая сжимать ладошками мою свободную руку. Похоже, что ее решимость, не смотря на боль, никуда не делась.
Я отстранился, убирая ноготь. Это было непривычно. Саминэ, этот маленький и вечно испуганный ребенок, впервые за все время добровольно делала то, что причиняло ей боль. Что же подтолкнуло ее к этому?
Любопытство во мне боролось со страхом ей навредить. Невероятная слабость во всем теле пыталась перебороть дикий, практически животный инстинкт, который заставлял меня попробовать ее кровь, чтобы ощутить прилив сил, заполняющий каждый уголок ослабленного тела, теша собственное самолюбие и залечивая израненную душу...
Не сдержавшись, я подался вперед, но лишь в последний момент сумел сдержать себя. Положив руки на спину Саминэ, я бережно уложил ее на постель и, на миг взглянув в ее глаза, в которых не было недоверия или страха, которые еще могли меня остановить, потянулся к кровоточащей ране. Медленно убрав языком алую дорожку на шелковистой коже, я аккуратно прижался губами к длинному порезу, кляня себя за то, что все же пошел на это. Но сладковатый привкус крови во рту практически мгновенно убрал все сомнения.
Подавив стон, крепче прижал к себе податливое тело, понимая, что даже если сейчас она начнет вырываться, я просто не дам ей этого сделать. Слишком поздно - собственная натура демона уже нашла надежный источник восстановления сил...
Но и раствориться в этом ощущении я не смог - изящные пальцы Саминэ коснулись моих волос, напрочь запутавшись в них. С трудом подавив стон, я положил одну ладонь на тонкую талию, чувствуя, что, как бы я не был истощен, но причинить вред Эльсами я просто не смогу. Это пугало, но приносило странное, необъяснимое пока что чувство в самую глубину моей души.
Неожиданно захотелось большего. Узнать о ней все - ее чувства, мысли, эмоции, взглянуть на мир ее глазами, увидеть тех, кто ее окружает и себя в том числе так, как видела и воспринимала она сама...
Сдержав рвущийся наружу рык и заставив себя отстраниться, я тыльной стороны ладони вытер ее кровь со своих губ. Пытаясь прийти в себя, протянул руку, чувствуя, как магия вернулась практически мгновенно, легко залечил порез на ее теле. Девушка в ответ на это, слегка пошевелившись, открыла глаза.
- Как ты себя чувствуешь? - тихо спросил я, костяшками пальцев проведя по ее лицу, вдоль линии скул. Я знал, что она ответить не может, но ее взгляд всегда говорил о многом. И сейчас, вместо ответа, Саминэ, протянув руку, прикоснулась кончиками пальцев к моей щеке, внимательно всматриваясь в мое лицо. Я не знаю, что она хотела на нем прочесть, но для себя я неожиданно увидел слишком многое. Да и ее кровь... она многое мне подсказала, - Ты всерьез волнуешься обо мне, котенок. Почему?
Явно смутившись, девушка попыталась отвернуться, но я не дал ей этого сделать. Пальцами подцепив ее подбородок, я заставил посмотреть себе в глаза... и практически утонул в них. Бездонные, золотистые, невинные... слишком притягательные, чтобы им сопротивляться.
Не осознавая, что я делаю, я потянулся к ее губам, прикрыв глаза...
Грохот за стеной, отделяющей лабораторию от спальни, заставил меня замереть на полпути и усмехнуться, не открывая глаз. Похоже, что полуэльф все прекрасно слышал.
Не давая Саминэ времени одуматься, я растянулся на кровати и притянул к себе несколько удивленную девушку, устроив ее голову на своем плече. Обнимая ее за талию одной рукой, вторую положил на ее голову, поглаживая шелковистые волосы, и тихо произнес, закрывая глаза:
- Поспи, Эльсами. Мы оба очень устали.
Не знаю, что повлияло на девушку, но, слегка дернувшись один раз и поняв, что я не дам ей освободиться, она едва слышно вздохнула и поудобнее пристроила свою голову на моем плече. Спустя долгое мгновение ее ладошка неуверенно, но все же легла на мою грудь.
Незаметно усмехнувшись, я накрыл ее ладонь своей, крепче прижимая девушку к себе, обвив ее талию хвостом, и теперь уже полностью расслабляясь. Я знал, что теперь хоть кто-то в этом мире не способен причинить мне боль. Более того, когда Саминэ вот так, абсолютно не сопротивляясь, лежала рядом со мной, я чувствовал себя действительно всесильным...