5.
Ветер, как и прежде, гнал солёные волны к берегу, а небо темнело, окрашиваясь в глубокий индиго. На краю утёса сидели двое — Турук Макто и его старшая дочь. Лишь шёпот прибоя нарушал тишину, что тянулась между ними, как натянутая тетива. Словно сама Пандора затаила дыхание, боясь прервать этот хрупкий момент.
Джейк первым присел у края, позволив ногам свиснуть вниз. Мерлия повторила его движение, не глядя в глаза. Молчание было слишком громким. Оно разъедало изнутри, будто яд, медленно наполняя грудь болью.
— Отец... — голос прозвучал сдержанно, но в нём прятались тревога и гнев. — Объясни. Что происходит?
Он не сразу ответил. Его взгляд был устремлён вдаль, туда, где небо встречалось с морем.
— Я часто вспоминаю день, когда впервые увидел тебя, — начал Джейк тихо, — такую крошечную, потерянную. Маленькая на'ви, одинокая во вселенной.
Мерлия знала эту историю. Слышала её не раз. Но в этот вечер слова отца звучали иначе — тяжело, как будто за ними скрывалось нечто большее.
— Рядом с тобой лежали две вещи. Мы хотели отдать их тебе на шестнадцатилетие... но сегодня я понял, что должен рассказать всё.
Он помолчал, и девушка повернулась к нему, пристально глядя в глаза.
— Это был лук — мастерски сделанный, с чертами оружия клана Оматикайя. Мы думаем, он принадлежал твоему отцу. А второе... — Джейк закрыл глаза на мгновение. — Это было украшение, вроде короны. Символ клана водных на'ви. Тайранги.
Мир вокруг словно остановился. Всё, что она знала о себе, треснуло в один миг. Сердце забилось быстрее.
— Мы думали, что твои родители мертвы... Но возможно, они живы. Возможно, тебя отдали, чтобы защитить. — Он тяжело вздохнул. — И ещё... Изаму хочет, чтобы ты стала новой Тсахик Тайранги.
Словно удар. Холодный и неожиданный. Внутри всё заклокотало.
— Зачем? Что мы получим взамен?
Гнев кипел под кожей, но отец был спокоен.
— Защиту. Если небесные люди нападут, Тайранги помогут. У них сильная армия. И ты... ты сможешь найти своих родителей. Они дали тебе срок до твоего дня рождения. Но выбор за тобой.
О, если бы он знал... Изаму и был той опасностью, от которой хотелось бежать. Голос Мерлии дрогнул:
— Мой день рождения через две недели.
— Я знаю, — тихо сказал Джейк и обнял дочь. — Всё будет хорошо.
Она не ответила. Оставшись одна, юная на'ви сидела под звёздами, крепко сжимая в руках лук и корону — единственные осколки памяти о прошлом.
⸻
Аонунг чувствовал, как ночь вползает в его мысли, как прилив, смывая покой. Он не мог уснуть. Вышел на пляж, как делал это часто, когда душа просила тишины.
Песок приятно холодил стопы, а ветер шептал что-то на древнем языке Пандоры. Вдалеке он заметил знакомый силуэт — одинокий, печальный. Мерлия.
Она сидела, уставившись в волны, слёзы стекали по щекам. Он подошёл.
— Мерлия? Что случилось?
Она молчала, но в её глазах Аонунг прочёл всё. Боль. Растерянность. Страх.
Он сел рядом и не отводил взгляда.
— Ты можешь доверять мне.
Тишина повисла между ними, прежде чем она прошептала:
— Они хотят, чтобы я стала Тсахик клана Тайранги...
Слёзы хлынули с новой силой, и он, не раздумывая, прижал её к себе.
— Они хотят, чтобы я была с Изаму.
Сердце Аонунга сжалось. Слова резали, как нож. Он знал Изаму. И знал, каким будет этот союз.
— Нет... Нет. Ты не должна соглашаться. Он разрушит тебя. Я не позволю.
— Но если откажусь... Моя семья может пострадать. Клан Тайранги — наша защита от небесных людей.
Он злился. На Изаму. На обстоятельства. На весь мир.
— Когда?
— Через две недели. В мой день рождения.
Аонунг встал и посмотрел на неё. Между ними — лишь несколько сантиметров. Он сделал шаг вперёд. Их губы встретились. Нежно. Осторожно. А потом — с нарастающей страстью. Всё исчезло — страх, неуверенность, тревоги. Остались только они.
— Проведёшь меня?
— Конечно.
Он шёл с ней до самого дома, крепко держа за руку. У крыльца остановился.
— Спокойной ночи, Мерлия.
— Спокойной ночи, Ао. Я вижу тебя.
С этими словами она скрылась в доме, оставив его под звёздным небом, полным надежды.
⸻
— Как погулял, братишка? — голос Изаму прозвучал позади.
Аонунг обернулся. Лицо старшего брата расплывалось в насмешливой улыбке.
— Как поцелуй? Приятный, да? Не переживай, я тоже скоро его попробую.
— Что ты несёшь?
— Просто прогуливался... А тут ты — с моей будущей Тсахик. Не стыдно?
Он медленно приближался.
— Через две недели она будет моей. Дядя выбрал другую, но... Мерлия. Такая красивая. Сводит с ума. Я хочу её. И получу.
— Ты чудовище. Она тебя ненавидит. И будет ненавидеть всегда.
— Ошибаешься. Я заставлю её полюбить меня.