Тёмная сторона судьбы

Camila Cabello, Young Thug — Havana

— Осторожнее, — произнес он на выдохе, будто констатировал факт. — Хотя... судя по вашему виду, вечер у вас уже задался.

Мужчина скользнул взглядом по моему платью, затем линии декольте, шеи, подбородка и губ, словно разбирая меня на части.

— Интересный выбор цвета, — пауза, долгая, многозначительная. — И ткани. Похоже, она не выдержала накала событий.

В груди что-то отчаянно сжалось, вынуждая сглотнуть.

— Это шампанское, — моргнула пару раз, пытаясь собраться.

— Правда? — он чуть склонил голову, напоминая хищника при нападении. — Я уже подумал, что произвел слишком сильное впечатление на вас.

— Чтобы произвести на меня впечатление, нужно больше, чем просто стоять на пути, — я выпрямилась, расправила плечи, стараясь вернуть себе контроль.

— Я могу постоять и ближе, — отозвался он, даже не пытаясь скрыть язвительную улыбку. — Но, боюсь, ваше платье этого не переживет.

— Мое платье переживет все, — я сжала пальцы, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. — А вот ваше чувство такта — не уверена.

Он тихо рассмеялся. Звук был низким, бархатным, и от него по коже пробежали мурашки.

— Вы необычная.

— Сочту это за комплимент, — бросила я, закатила глаза и прошла мимо него, стараясь не выдать, как сильно бьется сердце.

Он чуть повернул голову, изучая меня. Не только лицо, а походку, осанку, и то, как я держу себя в руках.

— Не стоит, — бросил он вслед.

Едва сдержалась, чтобы не развернуться, вернуться назад и вмазать ему прямо по роже.

Но я лишь захлопнула дверь, стянула платье до талии и начала яростно тереть пятно салфетками. И как назло, оно не исчезало, а только расползалось еще шире, как насмешка судьбы.

— Просто идеально...

Пятно не уходило, а будто издевалось надо мной.

— Ну давай же! — я терла сильнее, почти до боли. — Исчезни! Растворись! Сделай хоть что-нибудь полезное в этой жизни!

Дверь открылась.

— Занято! — рявкнула я, не поднимая головы. — Я тут веду переговоры с тканью!

— Похвально, — раздался знакомый голос, с едва заметной иронией. — Но обычно переговоры ведут в другом помещении.

Медленно подняла взгляд. Мужчина стоял в проходе, сложив руки на груди, и смотря на меня так, будто я — часть его новой секс-игры, которую он давно планировал.

— Вы... — я сглотнула, чувствуя, как краска окрашивает щеки. — Это женский туалет!

— Нет, — он кивнул на табличку, и его губы дрогнули в едва заметной улыбке. — Это мужской.

— Что?! — я оглянулась. Табличка действительно была мужской. Символы расплывались перед глазами, а мир на мгновение потерял фокус. — Прекрасно. Просто... прекрасно.

— Не волнуйтесь, — он сделал шаг внутрь, закрыв за собой дверь, и пространство вдруг стало слишком маленьким. — Я никому не скажу, что вы ворвались на мужскую территорию в полуголом виде.

— Я не полуголая! — я попыталась прикрыться руками, локтями, салфетками — всем сразу, чувствуя себя нелепо и уязвимо.

— Уверяю, меня это не интересует, — он прошел мимо меня к раковине, любуясь своим отражением. — Я здесь исключительно по назначению. Руки помыть.

— Тогда мойтесь и уходите!

— С удовольствием, — он включил воду. — Только постарайтесь не устроить еще один потоп. Платье уже пострадало.

— Это шампанское!

— Конечно, — он посмотрел на меня в зеркало. Его взгляд был острым, изучающим. — И все же... постарайтесь не намочить еще нижнее белье. Было бы жаль.

— Что жаль? — я прищурилась, пытаясь понять, что скрывается за его словами.

— Ваше достоинство. Оно держится храбро, но, боюсь, не рассчитано на такие испытания.

Я прищурилась еще сильнее, чувствуя, как раздражение смешивается с азартом.

— Вы всегда такой?

— Какой?

— Невыносимый.

— Только с теми, кто врезается в меня на скорости и занимает мужской туалет.

— Я не... — я вдохнула. Выдохнула. Собрала остатки гордости, как осколки разбитой чашки. — Знаете что? Я пойду. А вы останьтесь здесь и... мойте свои руки. Или свое эго. Или что-то еще пониже. Что у вас там больше нуждается в уходе?

Он чуть наклонил голову, будто оценивая мой ответ.

— Хотите это проверить?

— Ни капли.

— Тогда приятного вечера, мисс...?

— Дэвис.

— Я вас запомню.

— Не утруждайтесь.

— Уже поздно, — он слегка улыбнулся, и в этой улыбке было что-то, от чего по спине пробежал холодок. — Утрудился.

Развернулась и вышла, хлопнув дверью так, что даже внутри все дрогнуло.

— Великолепно, — прошептала я, прислонившись к стене. — Просто... великолепно.

Я вернулась в зал с видом человека, который готов убить шампанское как целый вид. Платье было спасено наполовину, настроение — на четверть, а гордость — на нуле, но держалась. Держалась, как держится последний листок на ветке в ноябрьский ветер: упрямо, почти отчаянно.

Люк заметил меня первым. И если до этого он выглядел напряженным, то сейчас, как человек, который одновременно потерял ключи, документы и последние остатки терпения. Его лицо было маской, за которой бушевал ураган.

— Почему так долго?

— Туалет перепутала.

— Что? — Люк моргнул, и на мгновение в его глазах мелькнула растерянность. — Лора...

— Не сейчас, — я оглядела зал, впитывая атмосферу, которая становилась все тяжелее. — Что происходит?

— Все ждут Беккера, — произнес он почти шепотом.

И в этот момент воздух в зале изменился. Разговоры стихли, партнеры выпрямились, плечи расправились, подбородки поднялись. Даже официанты замерли, а бокалы в их руках перестали мерцать в свете люстр.

— Он... уже здесь?

— Сейчас появится, — Люк посмотрел на меня. — Лора, слушай внимательно. Когда он подойдет, держись рядом. Говори четко. Не перебивай. Не спорь. Не...

— Я не ребенок, — перебила я, стараясь не выдать, как внутри все сжимается.

— Я знаю, — он выдохнул, и в этом выдохе было больше усталости, чем во всех его словах за вечер. — Но это Беккер.

Я открыла рот, чтобы ответить, но в этот момент пространство стало шире, освобождая путь. Кровь на мгновение остановилась в венах, а потом рванула вперед с удвоенной силой.

Высокий. Спокойный. С тем самым холодным взглядом, который я уже видела. Но теперь, под светом прожекторов, в окружении людей, которые смотрели на него так, будто он держит их судьбы в кармане, он казался еще более внушительным.

— Черт, я в заднице.

Люк бросил на меня быстрый взгляд.

— Что?

— Ничего, — улыбка получилась натянутой, но, надеюсь, убедительной. Хотя внутри все кричало: чертов язык без костей

Я попыталась раствориться в толпе. Стать невидимкой. Стать стеной. Стать чем угодно, только не собой — той, что врезалась в него, спорила, краснела и чуть не устроила фейерверк из гнева в мужском туалете.

Сказала бы спасибо, что Бог уберег тебя хотя бы не тронуть его прекрасное личико.

Но стоило мне отвести взгляд — он поймал его. Его темно-зеленые глаза скользнули по залу, задержались на мне на долю секунды и этого хватило, чтобы внутри у меня все сжалось в тугой узел.

Он узнал. Конечно узнал. И направился прямо к нам, без единой тени сомнений.

— Лора, соберись. Это важный разговор. Очень важный. Помни, что я тебе говорил: спокойствие, четкость, уважение...

— Я спокойна.

— Ты дрожишь, — Люк прищурился, изучая меня.

— Это от холода, — я сжала пальцы за спиной, стараясь унять дрожь.

— Здесь двадцать три градуса.

— Тогда от ярости.

— Лора! — в его голосе прозвучало предупреждение.

Я выдохнула. Собралась. Подняла голову. Вдохнула. Глубоко, до боли в легких, и выдохнула, отпуская все лишнее.

Тревор стоял чуть позади, стараясь казаться уверенным, но я видела, как он переминается с ноги на ногу. Его пальцы нервно теребили край пиджака, а взгляд метался между мной и Беккером.

— Люк Дэвис, — голос Беккера был ровным, спокойным, как у человека, который привык, что мир подстраивается под него. Каждое слово звучало как приказ, замаскированный под вежливость.

— Мистер Беккер, — Люк улыбнулся так, будто увидел спасение. — Рад, что вы смогли прийти.

— У меня было приглашение, — Беккер слегка кивнул, и в его жесте читалась снисходительность. — Я редко игнорирую то, что может быть... интересным.

Его взгляд снова скользнул ко мне. Но меня будто ударили током, прямо по нервам.

— Позвольте представить — моя племянница, Лора Дэвис. Она...

— Мы уже встречались, — Беккер произнес это так спокойно, будто говорил о погоде.

Люк удивленно моргнул.

— Правда?

— Да, — он посмотрел на меня, и его губы дрогнули в едва заметной улыбке. — Она произвела на меня незабываемое впечатление.

Я сжала зубы, стараясь не выдать бурю эмоций.

— Взаимно.

— Я стараюсь, — он чуть улыбнулся, и в этой улыбке было что-то опасное, почти хищное. — Но, признаюсь, сегодня вы меня с этим опередили.

Люк перевел взгляд с него на меня, потом обратно. Его брови сошлись на переносице, а в глазах читалось недоумение.

— Вы... знакомы?

— В определенном смысле, — бросил Беккер, не отрывая от меня взгляда.

— В очень определенном.

— В том, где мисс Дэвис занимает мужской туалет.

Тревор резко повернулся ко мне.

— Что?

— Это долгая история, — процедила я, стараясь сохранить лицо.

— Очень долгая, — добавил Беккер. — И, должен признать, весьма... запоминающаяся.

Я улыбнулась. Холодно. Вежливо. С вызовом. Чтобы каждая линия моего лица буквально кричала: «Попробуй меня сломать».

— Удивительно, как вы все запоминаете. Особенно то, что вас не касается.

— Наоборот, — он чуть наклонил голову, и в его глазах вспыхнул огонек. — Вы касались меня первой.

Тревор нахмурился.

— Лора...

— Тревор, не сейчас, — мой голос стал жестче, чем я планировала.

— Но...

— Не. Сейчас.

Он замолчал, но я видела, как его челюсть напряглась, а пальцы сжались в кулаки. Беккер наблюдал за этим с тем самым выражением, которое я уже начинала узнавать: коктейль интереса, насмешки и превосходства над нами.

— У вас... интересный вечер, мисс Дэвис, — заметил он, и в его тоне прозвучала скрытая ирония.

— Бывали лучше.

— Уверен. Но этот вы точно запомните.

— Не надейтесь.

— Уже надеюсь, — его взгляд стал еще более пронзительным, почти обжигающим.

И в этот момент Тревор не выдержал. Его пальцы резко впились в мое запястье, пытаясь вырвать меня из этой игры.

— Лора, можно тебя на минуту?

Я посмотрела на него, потом на Беккера.

— Лора, — голос Тревора прозвучал тверже. — Нам нужно поговорить. Сейчас.

Я вздохнула, пока напряжение стянулось в тугой узел где-то под ребрами.

— Хорошо, выйдем.

Тревор потянул меня в сторону — не грубо, но настойчиво, прокладывая путь сквозь толпу, которая вдруг стала слишком плотной, любопытной. Я бросила быстрый взгляд через плечо.

Беккер стоял на том же месте, сложив руки на груди. Его губы накрыла едва заметная улыбка. Та самая, что казалась одновременно обезоруживающей и опасной. Люк что-то говорил ему, но я не могла разобрать слов.

Мы с Тревором вышли на балкон с видом на ночной Чикаго, который сиял так, будто пытался отвлечь меня от того факта, что я только что нахамила человеку, от которого зависела судьба компании.

Холодный воздух ударил в лицо, обжег щеки и заставил на мгновение забыть обо всем, кроме ощущения реальности: камня под ногами, стекла за спиной, ветра, путающегося в волосах.

— Лора, что это было? — голос прозвучал глухо, почти потерявшись в шуме города.

— Что было? — я облокотилась на перила, вцепившись в них пальцами.

— Ты видела, как он себя вел?

— Он просто... шутил.

— Он издевался.

— Может, ты слишком остро реагируешь?

Плечи напряжены. Пальцы сжаты в кулак. Тревор никогда не умел скрывать эмоции.

— Ты серьезно?

Он провел рукой по волосам, взлохматив их еще сильнее.

— Лор, я просто... Я не привык к таким людям. К таким местам. К таким разговорам. Здесь все... другое.

Я подошла ближе, коснувшись его плеча.

— Я с тобой. Всегда, — мои слова прозвучали уверено, но внутри все дрожало. — Прости за это, не смогла сдержаться.

Его улыбка была натянутой, как плохо завязанный галстук, готовой в любой момент развязаться и упасть.

— Просто... будь осторожнее, ладно? Он... странный.

— Он неприятный, — поправила я.

— И опасный, — Тревор произнес это почти шепотом, но в тишине ночи слова прозвучали как удар гонга.

— С чего ты взял?

— Не знаю, — он пожал плечами. — Просто... чувствую.

Я хотела сказать, что он преувеличивает. Что это просто деловой партнер. Что я справлюсь. Но слова застряли в горле, потому что где-то глубоко внутри я знала: Тревор прав.

Дверь балкона открылась. И воздух снова изменился. Как будто кто-то выключил фон и включил главную сцену — резко, без предупреждения.

Беккер.

Его силуэт четко вырисовывался на фоне яркого зала, создавая контраст между светом и тенью, безопасностью и угрозой.

— Простите, что вмешиваюсь, — произнес он ровно, без капли извинений. — Но мистер Дэвис ищет вас, мисс Дэвис.

Я выпрямилась, расправила плечи, убирая руку от Тревора.

— Я сейчас подойду.

— Конечно, — он сделал шаг вперед, и пространство между нами сжалось. — Но, боюсь, он хотел бы, чтобы вы подошли сейчас.

Тревор напрягся, и я заметила, как его рука непроизвольно сжалась в кулак.

— Мы разговариваем, вообще-то.

— Я вижу, — Беккер даже не посмотрел на него, его взгляд был прикован ко мне, как лазерный прицел. — Но мистер Дэвис — ваш дядя, мисс Дэвис. И он рассчитывает на вас.

Я сжала зубы, пока внутри поднималась волна раздражения.

— Я подойду.

— Прекрасно, — он чуть наклонил голову, и в этом движении было что-то хищное. — Постарайтесь не заблудиться по пути.

Я вдохнула. Глубоко, до боли в легких. Выдохнула медленно, контролируя каждый выдох. Улыбнулась холодно, расчетливо, так, чтобы он не увидел, как дрожат мои губы.

— Спасибо за заботу, но я справлюсь без ваших подсказок.

— Сомневаюсь, — он улыбнулся так, будто знал обо мне что-то, чего не знала я.

Тревор шагнул вперед.

— Эй... Может, вы...

— Тревор, — я положила руку ему на грудь, чувствуя, как быстро бьется его сердце. — Все нормально.

Он посмотрел на меня. Растерянно, обиженно, с оттенком, которого я не замечала раньше. Ревности, тревоги, неуверенности.

— Пойдем. Нам пора.

Я взяла его за руку. Демонстративно, уверенно, так, будто хотела доказать что-то не только Беккеру, но и себе. Подняла подбородок выше, пока в груди разгорался упрямый огонек.

— Приятного вечера, мистер... кто бы вы ни были, — мои слова прозвучали холодно и отстраненно.

— Взаимно, мисс Дэвис. Уверен, мы еще увидимся.

— Даже не надейтесь.

— Уже надеюсь.