Букет из лилий

Бордовые волосы торчали во все стороны, наспех надетые джинсы не особо сочетались с домашней растянутой футболкой какого-то пастельного бежевого оттенка. За окном такси лил сильный дождь, как будто хотел только сильнее погрузить Саэ в тревогу. Машина быстро рассекала лужи, в которых отражались огни города, которому, как будто было всё равно на чужие проблемы. Итоши судорожно бегал пальцем по экрану своего телефона, ища нужный контакт. Он прижал телефон к уху, слыша противные гудки, которые вызывали головную боль.

— М-м-м? — промычал тихий и сонный голос.

— Йоичи, прости, что так поздно, — нервозно проговорил Итоши, сжимая телефон в руке.

Исаги только сейчас, видимо, понял, кто ему позвонил. Третий час ночи, вряд ли кто-то, кто спокойно спал, будет разглядывать, кто ему звонит. Из динамика послышались шорохи, видимо, Йоичи уселся на кровать.

— Саэ, что случилось?

— Я сейчас еду к вам с другого города. Рин потерял сознание, пока мы с ним разговаривали по телефону. Я вызвал скорую, Рина отвезут в больницу, я как раз таки еду туда. Ты очень нужен, сможешь приехать? — тараторил Итоши, выдавая своё нервозное и тревожное состояние.

— О боже!.. Конечно, Саэ! Какой адрес? — заметно встревожившись, проговорил Исаги.

— Я тебе скину... Спасибо тебе, Йоичи...

Завершив звонок, Саэ положил телефон себе на колени. Голова гудела и в ней даже не укладывались произошедшие события... Итоши вызвал скорую помощь домой после разговора с Рином. Виски пульсировали, осознавая, что брат упал без сознания очевидно не просто так. Болезнь и так значительно ослабила его иммунитет, но и тревожность и переживание сыграли не последнюю роль. Рин всегда многое надумывал себе... Но сейчас... Младший уже приличное время болен и, как говорил врач, время пришло... Время Рина на исходе.

Глаза Саэ начало неприятно щипать от солёной влаги под нижним веком. Хочется верить, что это просто ужасный кошмар, а на утро всё будет хорошо: никакой болезни и счастливый Рин, полностью здоровый... Саэ протёр уголки своих глаз, чувствуя, как слёзы так и наровят скатиться по щекам.

***

Такси припарковалось около больницы внушительных размеров. Саэ кинул водителю первую попавшуюся купюру и вылетел из машины. Его встретил едкий запах медикаментов и медицинского спирта, когда парень влетел в здание с белыми стенами. Он сразу же подбежал к рецепшену, где стояла девушка в белом халате.

— В какой палате Итоши Рин?! — едва контролируя эмоции, спросил на повышенном тоне Саэ.

Девушка уткнулась в компьютер, бегая глазами по строчкам текста и таблицам. Спустя пару секунд она подняла голову, заправляя вьющийся локон за ухо, и ответила:

— Палата номер 410.

Итоши же просто без слов кивнул в знак благодарности и бегом ринулся к лестнице. Он нёсся со всех сил по ступенькам к нужному этажу. Коридоры казались нескончаемым лабиринтом, где выход только один — палата, в которой сейчас лежит младший брат...

Саэ остановился у нужной двери, сверля ручку потерянным взглядом. Он просто вот так молча стоял, пялясь на ручку. Почему-то он стал испытывать страх. Было страшно заходить в палату и видеть измученный вид Рина.

Но всё таки Саэ решился. Он дёрнул ручку, открывая дверь, и зашёл, как можно тише, как будто боялся спугнуть покой Рина.

— Братишка... — прошептал Итоши старший, чувствуя, как солёная влага капелькой стекает по щеке. Рин с закрытыми глазами лежал на койке, укрытый белоснежным одеялом, которое пропахло чем-то медицинским. Из руки младшего торчала капельница, а рядом монитор с сердцебиением больного.

Саэ сел на стульчик рядом с койкой и взял брата за руку. Было безумно страшно осознавать, что, возможно, он держит за руку своего самого близкого, родного и любимого человека в последний раз...

***

Спустя минут 10 дверь кабинета резко открылась и в комнату вошёл Йоичи. Он был весь мокрый в наспех одетой одежде. Волосы и одежда были мокрыми насквозь. Лицо выражало страх, растерянность и бесконечное волнение. У синеволосого была сумасшедшая отдышка, как будто он сейчас бежал от тигра, который хочет его сожрать. Исаги подошёл к койке, остановился рядом с Саэ, глядя на Рина, и проговорил чуть сипловатым голосом:

— Саэ... Как Рин?

Итоши старший поднял голову. Его глаза были красными от несдерживаемых эмоций, а взгляд был уставшим вперемешку со страхом и ужасной тоской. Однако его лицо стало куда мягче, когда он увидел Исаги...

— Лежит без сознания, — ответил вполголоса Саэ, — А ты почему такой запыханный и мокрый? Такси долго ждал?

Йоичи отрицательно помотал головой и сказал:

— Нет, я сам бежал до больницы... Ждать такси было бы долго и я хотел, как можно скорее оказаться здесь.

Саэ чуть улыбнулся, глядя на своего приятеля, который стал намного роднее, чем он мог себе представить.

— Ты чудесный человек, Йоичи.

Исаги слегка покраснел и чуть улыбнулся. Взгляд метнулся к Рину. На грудь как будто упал булыжник, не давая набрать воздуха в лёгкие. Итоши младший выглядел очень слабым, худым и бледным. У Йоичи сердце кровью обливалось от этой картины. В голове возникало много вопросов, но каждый был без ответа. Да и к тому же ещё больше прибавлялось беспокойства от того, что у Саэ красные глаза, очевидно, от слёз. Исаги впервые видел такие эмоции на лице старшего Итоши. Ранее он видел его улыбку, усмешки... Это казалось правильным, ведь человек в праве проживать свои эмоции... Но слёзы, растерянное выражение лица... Были для синеволосого вновинку.

— Саэ, ты плакал? С Рином что-то серьёзное? — решил напрямую поинтересоваться Исаги, смотря на старшего с беспокойством и волнением.

Саэ сглотнул, глядя на Йоичи. Итоши понимал, что держать всё в тайне уже бесполезно, ведь каждая минута жизни Рина уже насчету. Он вздохнул и проговорил вполголоса, в его голосе чувствовалась усталость и переживание за родного человека:

— Всё серьёзно, Йоичи...

Синеволосый почувствовал укол в сердце. Даже верить в то, что его любимый человек, Рин, имеет какие-то серьёзные проблемы со здоровьем, не хотелось. Исаги уже приоткрыл рот, чтобы что-то ещё спросить, как его уже в какой раз опередили... Итоши младший внезапно начал кашлять, жмурясь от боли. Йоичи вздрогнул, но не отошёл, а, наоборот, усадил Рина на койке, чтобы он сидел, прислонившись к стенке, а Саэ ему в этом помог. Младший отхаркнул кровь изо рта и небольшие алые пятнышки приземлились на белоснежное одеяло. Он чуть поднял голову и тёмно-зелёные волосы упали на лоб, а уставшие бирюзовые глаза нашли до боли знакомый и любимый силуэт, чьи синие волосы были насквозь мокрыми. Итоши младший потянулся свободной рукой к нему, как будто хотел убедиться, не чудится ли ему...

— Йоичи... — слабым голосом прошептал Рин.

Исаги сразу же ухватился за его протянутую руку обеими руками и, слегка улыбнувшись, проговорил вполголоса:

— Да, я Йоичи. Я тут, рядом.

— Такие мягкие руки... Впервые трогаю что-то настолько прекрасное... — прохрипел Рин, а затем повернул голову чуть в сторону и увидел Саэ, который с надеждой смотрел на него, — Братик...

Итоши старший не сдержался. Он опустил голову на койку, утыкаясь лицом в матрас. Его плечи мелко задрожали, выдавая его состояние. Йоичи обнял Саэ со спины за плечи, желая хоть как-то его поддержать, хотя у синеволосого самого слёзы на глаза наворачиваются от этой картины.

Рин почувствовал, как у него что-то встало поперёк горла. Кашель раздирал глотку с новой силой и на белоснежное одеяло, запачканное пятнами крови, приземлилось полное соцветие белой лилии. Исаги устремил свой взгляд на окровавленный цветок на одеяле. Дыхание спёрло, как будто кто-то выжал весь воздух из лёгких. Он не понимал как это возможно и не кажется ли ему. Йоичи никогда не видел, чтобы кто-то кашлял цветами.

— Рин..? — тихо пробормотал Исаги, указывая взглядом на цветок.

Однако прежде чем младший что-то ответил, дверь кабинета вновь распахнулась и в комнату влетел врач. Его растрёпанный вид тоже многое говорил о том, что он сильно спешил. Мужчина подлетел к койке, где сидел больной и воскликнул:

— Рин, солнышко! — мужчина посмотрел на Саэ, — Саэ, ты тоже здесь! Я услышал, что Рин потерял сознание, и сразу примчался.

Старший Итоши поднял голову, вытер мокрые щёки и ответил:

— Здравствуйте, доктор Мацуда. Рад, что вы тоже тут.

Врач развернулся и только тогда заметил синеволосого, стоящего рядом с койкой. Мужчина подошёл к нему и сказал, протягивая ему руку для рукопожатия:

— Здравствуй, меня зовут Мацуда и я терапевт Рина и Саэ.

— Приятно познакомиться, доктор Мацуда. Я Йоичи, — сказал Исаги, отвечая на рукопожатие.

Врач кивнул и посмотрел на Саэ, как будто спрашивая: "Это он?". Итоши старший сразу понял, что имеет ввиду терапевт, поэтому кивнул, подтверждая мысль мужчины.

— Доктор, у Рина из горла вышел цветок, — осторожно с очевидным беспокойством сказал Исаги.

Мацуда кивнул, смотря на Итоши младшего. Выдержав небольшую паузу, он начал:

— Да... Дело в том, что Рин серьёзно болен ханахаки. Ханахаки — это-, — не успел договорить доктор, как его перебили.

— Йоичи, — окликнул слабый голос Итоши младшего, — Доктор, можете выйти? Я хочу поговорить...

Врач понимающе кивнул и удалился из кабинета. Саэ поднялся со стула, но Рин быстро его остановил:

— Брат, останься, пожалуйста...

Старший не стал возражать и сел обратно. Он и сам-то не хотел уходить, просто подумал, что Рин захочет поговорить с Исаги наедине. Саэ вновь обхватил ладонь брата своими и смотрел на обоих парней перед собой.

Рин протянул свою руку к руке Исаги, схватил её слабой хваткой и начал вполголоса:

— Йоичи... Я очень рад, что знаком с тобой. Хоть по мне и не скажешь, наверно, но я был счастлив, когда ты рядом.

Исаги чувствовал, как глаза неприятно жжёт от солёной влаги. Он чуть сжал ладонь Рина в своей и проговорил слегка дрожащим тоном:

— Ты тоже мне очень дорог, но почему ты говоришь так, как будто мы больше никогда не увидимся?

Рин поджал губы, которые предательски задрожали.

— Потому что мои дни сочтены... — ответил тихо Итоши младший, — У меня в груди растут твои любимые белые лилии от любви к тебе. Я хотел подарить тебе букет. Помнишь?

— Рин, что ты такое говоришь?! — воскликнул Исаги, уже не в состоянии сдерживать свои эмоции.

— Я тебя люблю, Йоичи. Давно и сильно люблю... С того самого дня на втором отборочном, — проговорил Рин, натянув слабую, но искреннюю улыбку.

У Исаги как будто дар речи пропал. Он даже подумать не мог, что Итоши младший имеет к нему чувства уже столько времени. В груди заныло с такой дикой болью от того, что Рин скрывал это так долго. Признание Итоши младшего попало в самое серлце, вгрызаясь в него. Пульс участился до бешеного ритма. Саэ поджал губы, понимая, что исход дальнейшего зависит от слов Исаги. Итоши старший никогда не был особо суеверным, но сейчас он мысленно молился всем богам, чтобы чувства брата оказались взаимными.

Йоичи сдался. Слёзы ручьями покатились по щекам, оставляя влажные следы на коже. Рин был готов умереть от ран в груди. Эта игра стала слишком жестокой. Исаги опустился на корточки, всхлипнув. Он чувствовал себя так, как будто кто-то пустил стрелы ему в спину. Руки судорожно сжимали руку Итоши младшего, как будто хотели удержать его в реальности.

— Почему ты молчал? — дрожащим голосом прошептал Йоичи, — Почему ты просто позволил себе умирать?! Почему ты всегда молчишь о своих проблемах, невзгодах и даже чувствах?!

Рин молчал, чувствуя, как слёзы стекают по щекам, обжигая кожу.

— Я думал, что лучше молчать... Вдруг ты бы отвергнул меня, — ответил тихо Итоши младший, — Я бы не пережил.

— Гораздо больнее молчать. Лучше голос сорвать и кричать! — громче, срываясь, сказал Исаги, вставая на ноги и встречаясь с Рином взглядом.

— Я тебя люблю, Рин! — громко и ясно, но дрожащим голосом объявил Йоичи.

Саэ аж с места подскочил и обнял синеволосого. Руки старшего сжимали влажную одежду Исаги.

Рин застыл, как статуя. Он чувствовал, как в ушах эхом раздаются удары собственного сердца. Тяжесть в груди отступила, а дышать как будто стало легче. Он сжал руку Исаги и проговорил:

— Йоичи...

Саэ выпустил Исаги из объятий, а последний сразу же наклонился к младшему и аккуратно обнял, боясь доставить дискомфорт или боль, и уткнулся носом в его шею.

— Рин... — тихонько прошептал Йоичи, чувствуя тепло тела своего возлюбленного.

В этот момент дверь кабинета едва приоткрылась, тихонько скрипнув, и из коридора показалась голова врача Мацуды. Саэ повернулся на звук и махнул рукой, как будто говоря: "Подождите", а затем развернулся обратно к двум парням, которые обнимались, и любовался ими с счастливой улыбкой.

***

Прошло время, спустя пару дней Рина выписали из больницы, что он благополучно скрыл от Йоичи — своего теперь официального парня.

— Давай звони, — поторапливал Саэ, пихнув брата в бок локтём, с лукавой ухмылкой.

— Та отстань! Я волнуюсь, между прочем... — фыркнул Рин и затем аккуратно нажал указательным пальцем на кнопку дверного звонка.

Дверь открылась спустя пару секунд и показался Исаги в мятой пижаме, с растрёпанными волосами и сонным видом. Первые пару секунд он не понимал, кто перед ним стоит, что неудивительно, ведь время только восемь утра, а синеволосый — любитель поспать. Протерев глаза, Йоичи прищурился и только тогда его лицо исказилось в удивлении.

Рин чуть-чуть смущённо протянул очень красивый букет из пышных белых лилий и проговорил:

— Йоичи, как и обещал. Твой букет из белых лилий.

Исаги стоял около минуты в немом шоке с приоткрытм ртом. Он взял букет и принюхался к сладкому запаху своих любимых цветов. Йоичи поднял взгляд на братьев и сказал:

— Вы просто сдурели... Почему вы мне ничего не сказали?!

— Сюрприз, Йоичи, — с хитринкой во взгляде ответил Саэ.

— Проходите давайте блин! — сказал Исаги, пропуская двух гостей в дом.

***

Всё семейство Исаги и братья Итоши собрались за кухонным столом, по середине которого стояла ваза с букетом лилий.

— Очень красивые цветочки... — с восхищением проговорила мама Йоичи, любуясь букетом, — Я так рада, что у Йо-чана есть любимый человек.

Папа Исаги — Иссей приобнял свою жену за плечи одной рукой и сказал, улыбаясь:

— Я тоже очень рад. Счастья вам, парни. И помните, что мы всегда рады вам и готовы помочь.

— Спасибо, мама и папа! — воскликнул радостно Исаги с искренней улыбкой.

— И про меня не забывайте, — добавил Саэ, чуть склонив голову к плечу.

— Про тебя грех забыть, — прокомментировал Рин и его лицо моментально залилось румянцем, когда он ощутил лёгкий и невесомый поцелуй на своей щеке.

— Тихо-тихо, не урчи, Рин, — проговорил синеволосый, игриво улыбаясь, — Я тебя люблю.

— Я тебя тоже люблю, Йоичи, — ответил Рин.

***

Время шло, Рин шёл на поправку. Цветы постепенно расстворялись в лёгких и груди. Младший часто ходил на приёмы к доктору Мацуде, а Йоичи, конечно же, сопровождал его и просто составлял компанию. Вот так вот двоих парней связала не только любовь, но и белая лилия. Цветы всегда были, есть и будут символом искренней любви.