His support

Оскар чувствовал, как земля уходит из-под ног. Этот и без того кошмарный день близился к завершению, хуже некуда. И тут как гром среди ясного неба – Лили. Да еще и застала его с Мэгги. А Мэгги, словно загнанный зверек, вжалась взглядом в пол. Стыд обжигал его изнутри перед обеими.

— Ну и чем она лучше меня? – голос Лили дрожал от подступающих слез, – Красивее? Умнее? Не думаю. Фигура… да, тут не поспоришь.

— Лили, прошу, хватит, – Оскар попытался унять ее истерику, – Ты сама приняла решение уйти. Чего ты теперь хочешь? И не смей ее оскорблять.

— Я думала мы помиримся, а ты.

Лили, не проронив ни слова, лишь судорожно смахнув слезы, резко развернулась и ушла. Мэгги почувствовала, как неловкость и стыд скользкими змеями заползают под кожу. Оскар, словно окаменев, стоял и смотрел ей вслед, в ее удаляющуюся спину. Мэгги, терзаемая неловкостью, решила, что ей лучше уйти, подарить Оскару шанс догнать Лили и объясниться.

— Я, наверное, пойду. Догони ее и поговорите, — пробормотала Мэгги, собираясь уйти, но Оскар вдруг крепко схватил ее за руку.

— Нет, я отвезу тебя.

Он, не говоря ни слова, повел ее к машине. В каждом его движении чувствовалось напряжение. Хотел ли он сейчас побежать за Лили? Безусловно. Было ли ему неудобно бросать Мэгги? Да. И, как ни странно, правильным ему казалось остаться с ней. Мэгги шла рядом, и ее неловкость никуда не исчезла. К тому же, Оскару дали два дня побыть дома с семьей, и в его планах было отвезти Мэгги в отель, а после сразу же рвануть к родителям. Сегодня ему просто отчаянно хотелось побыть с ними, почувствовать их тепло. По пути ему позвонила мама, и, чтобы хоть как-то разбавить давящее молчание, Оскар включил музыку, так что разговор невольно стал слышен и Мэгги.

— Мальчик мой, ты ведь приедешь домой?

— Да, мам, сейчас отвезу Мэгги в отель и приеду.

— Так, значит, ты отвезешь девочку в отель, а сам к нам? Нет уж! Приезжай со своей девочкой, поужинаем вместе, и я хоть познакомлюсь с ней. Да и как ты можешь ее оставлять, а потом ехать домой? Ужас какой!

От слов мамы уголки губ Мэгги тронула робкая улыбка.

— Хорошо, мы приедем вместе.

— Ждем вас!

Мама отключилась. Оскар бросил быстрый взгляд на Мэгги.

— Тебе понадобится помощь собрать вещи?

— Может, я все-таки останусь в отеле? Я не хочу смущать тебя, тем более они ведь не знают, что наши отношения – это всего лишь пиар.

— Нет, ты поедешь со мной. Мама мне не простит, если я приеду без тебя. К тому же, у нас будет возможность получше узнать друг друга. Но нам нужно придумать, как мы познакомились.

— Ты же вроде переезжаешь в Монако? Скажем, что ты связался со мной по поводу интерьера твоего нового дома.

— Отлично!

— Оскар, можно спросить?

— Да, конечно.

— Почему ты не пошел за ней? Я не думаю, что вы разлюбили друг друга за такое короткое время после стольких лет отношений.

— Она сама приняла решение расстаться. К тому же, я видел, что она отлично проводит время с друзьями, ей хорошо. Да и она сама сказала, что у нее есть тот, с кем она может построить лучшие отношения. Раз она об этом думала, значит, эта мысль посещала ее не раз. Возможно, дальше расставаться было бы еще сложнее.

Мэгги кивнула, задумчиво глядя в окно. Ей нравилась прямота Оскара, его честность, пусть и с налетом горечи. Она представила себя на месте Лили и содрогнулась. Тяжело терять человека, которого любишь, особенно когда он рядом, но уже не твой.

По дороге в отель они заехали в круглосуточный магазин, чтобы купить Мэгги зубную щетку и другие необходимые мелочи. Оскар старался быть внимательным, выбирал шампунь с ее любимым ароматом, что не ускользнуло от внимания Мэгги. Эта забота хоть немного разряжала напряженную атмосферу. В отеле они быстро собрали вещи и направились к машине.

Мэгги задумчиво кивнула, глядя в окно. Вечер окрашивал город в багряные оттенки, и в этой палитре меланхолии слова Оскара казались особенно вескими. Она чувствовала его боль, затаенную за маской уверенности. Пиар-роман – всего лишь ширма, за которой он прятался от собственных чувств.

В доме родителей Оскара царила теплая, гостеприимная атмосфера. Мама, лучезарная женщина с добрыми глазами, сразу же заключила Мэгги в объятия, а отец, немногословный, но с мудрым взглядом, тепло пожал руку. За ужином царила непринужденная беседа. Мэгги рассказывала о своей работе, о том, как разрабатывала дизайн для дома Оскара в Монако, стараясь соответствовать придуманной легенде. Оскар с гордостью смотрел на нее, поддерживая разговор.

После ужина мама Оскара предложила показать Мэгги дом. Они долго ходили по комнатам, рассматривая фотографии, картины, милые безделушки. Мама с удовольствием рассказывала истории, связанные с каждым предметом, создавая ощущение уюта и тепла. Мэгги чувствовала себя почти как дома, забывая о фальшивости их отношений с Оскаром. Отец же, наблюдая за этой идиллической картиной, незаметно улыбался, довольный тем, как хорошо Мэгги вписалась в их семью.

Позже, когда родители разошлись по своим комнатам, Оскар и Мэгги остались одни в гостиной. Тишина, повисшая между ними, была какой-то особенной, не такой напряженной, как раньше. Мэгги подошла к окну и стала смотреть на ночной город, мерцающий огнями.

— Ты покорила моих родителей. Спасибо тебе за это. Но, надеюсь, ты понимаешь, что спать будешь у меня в комнате?

— Твои родители просто очаровательны. Я так рада, что ты нас познакомил. Если ты не будешь драться во сне, то все будет отлично. Или ты боишься делить со мной комнату?

— Да нет, просто… вдруг тебе будет некомфортно или я буду тебя смущать.

— Все в порядке. Только у меня с собой не совсем подходящая пижама. Неловко как-то в ней здесь расхаживать.

— Тогда пойдем, я дам тебе свою футболку и шорты.

— Пошли.

Оскар открыл дверцу шкафа, достал сложенную стопку футболок и шорт. Выбрал самую мягкую на вид серую футболку и темно-синие шорты на кулиске.

— Держи. Надеюсь, подойдет.

Мэгги взяла одежду и с улыбкой направилась в ванную комнату, расположенную в комнате Оскара. Футболка оказалась ей велика, почти до колен, а шорты удобно сели на бедрах. Выглядела она забавно и трогательно одновременно.

Когда Мэгги вышла, Оскар сидел на кровати и листал какой-то журнал. Увидев ее, он невольно улыбнулся.

— Тебе идет, — сказал он искренне. — Можешь оставить себе.

Мэгги смущенно улыбнулась в ответ. Она забралась на кровать, уселась рядом с Оскаром, поджав под себя ноги. В комнате было тепло и уютно, пахло домашней выпечкой и любимым одеколоном Оскара. На какое-то мгновение она забыла о пиаре, о Лили, обо всем. Ей просто было хорошо рядом с этим человеком, несмотря ни на что. Они долго разговаривали обо всем на свете, смеялись, вспоминали забавные истории из жизни. Мэгги чувствовала, как между ними возникает какая-то особая связь, выходящая за рамки запланированного контракта. Связь, основанная на понимании, уважении и, возможно, чем-то большем.

Утренний свет просочился сквозь шторы, разбудив Оскара первым. В нос ударил нежный аромат шампуня, словно воспоминание о ночи, когда Мэгги, хрупкая и уютная, прижималась к нему во сне, словно мягкая игрушка. Огромная разница в росте заставляла его дышать ей в макушку, вдыхая аромат ее волос. Стараясь не потревожить ее сон, он осторожно выбрался из постели и направился в душ. Пока теплая вода смывала остатки ночи, Мэгги сонно перевернулась на другой бок, вновь погружаясь в объятия Морфея.

Выйдя из душа, Оскар невольно улыбнулся. Мэгги, утопающая в его одежде, казалась смешной и трогательно беззащитной, в то же время излучая тепло и уют. Он подошел к ней и заботливо поправил одеяло, а затем спустился вниз. Сегодня вечером им предстоял долгий перелет в Китай.

Внизу царила утренняя суета. Мама Оскара, вся в хлопотах, колдовала над завтраком. Он присел за стол, наблюдая за ее энергичными движениями. Вскоре к нему присоединился отец, и они вдвоем завороженно следили за хозяйкой дома. Закончив приготовление, женщина лукаво посмотрела на них.

— И долго вы собираетесь тут бездельничать? — с улыбкой спросила она, накрывая на стол.

— За тобой просто невозможно не наблюдать, — отец Оскара нежно поцеловал жену в щеку.

— Подлиза, — она отмахнулась от него с притворной строгостью. — Сын, а где Мэгги?

— Спит еще.

— Сходи проверь, может, уже проснулась. И зови ее к нам. Скоро вы улетаете, а мы так хотели напоследок вместе прогуляться.

— Хорошо, сейчас схожу.

Оскар сделал глоток воды и поднялся наверх. Как он и предполагал, Мэгги уже не спала. Оскар тихонько приоткрыл дверь в комнату. Мэгги сидела на кровати, поджав ноги под себя, и задумчиво смотрела в окно.

— Доброе утро, соня, — прошептал Оскар. — Мама зовет нас завтракать. И еще говорит, хочет с нами погулять перед отъездом.

Мэгги улыбнулась и кивнула.

После завтрака, они вчетвером отправились в Королевский ботанический сад Мельбурна. Мама Оскара взяла Мэгги под руку и, увлеченно жестикулируя, рассказывала ей комичные истории о маленьком Оскаре, его нелепых проделках и первой влюбленности в воспитательницу детского сада. Отец шел рядом с Оскаром, тихо обсуждая свои дела. Мэгги, словно скинув с плеч груз светской жизни, с искренним интересом разглядывала экзотические растения, диковинных птиц, щебечущих в кронах эвкалиптов, и стайки уток, неспешно скользящих по поверхности пруда. Она с любопытством фотографировала каждую деталь, стараясь запечатлеть красоту ускользающего момента.

В какой-то момент Мэгги, заметив тележку с мороженым, увлекла Оскара за собой, заразительно смеясь. Они долго выбирали вкусы, споря о том, какой из них самый "австралийский". В итоге, Мэгги, не удержавшись, вымазала кончик носа шоколадной стружкой. Оскар, нежно улыбнувшись, аккуратно вытер ее салфеткой. Их взгляды встретились. В воздухе повисло напряжение, ощутимое, почти осязаемое. Время словно замерло. Он медленно наклонился, и их губы соприкоснулись в первом, робком поцелуе. Нежный, словно прикосновение крыла бабочки, он постепенно становился более уверенным, более требовательным. Вокруг них были люди, но в этот момент мир сузился до размеров их двоих, до этого первого, волнующего прикосновения.

По дороге в аэропорт, Оскар и Мэгги молчали, каждый переваривая произошедшее. В самолете они включили телефоны и увидели, что их поцелуй стал сенсацией дня. Фотографии, сделанные папарацци, разлетелись по всем новостным порталам и социальным сетям. Заголовки кричали: "Оскар нашел свою любовь?", "Неужели это настоящая любовь?", "Самая красивая пара года!". Оскар бросил взгляд на Мэгги. Она покраснела, словно школьница, но в ее глазах играл озорной огонек. Что-то изменилось.

Едва коснувшись китайской земли, Мэгги получила новый заказ на дизайн квартиры. Предыдущий проект, сданный всего пару дней назад, заслужил восторженные отзывы, и теперь впереди маячили несколько дней, посвященных исключительно этому, новому творению. Значит, в паддоке она появится лишь в воскресенье. Оскар отреагировал на эту новость с невозмутимым спокойствием, бросив лишь, что она вольна заниматься чем угодно, а не быть привязанной к нему ежеминутно. К тому же, ему нравилось наблюдать за ее увлеченной работой. Особенно за тем, как она, устремив взгляд в одну точку, надолго замирала, отрешенная от всего мира. Это зрелище неизменно вызывало у него смех, за что он тут же расплачивался летящей в него подушкой. Пока Оскар был на трассе, оттачивая мастерство пилотирования, Мэгги с головой погружалась в свой проект. Угроза провала нависла над ней дамокловым мечом, и девушка уже сотню раз пожалела о том, что согласилась на этот заказ. Чаще всего, возвращаясь, Оскар заставал ее спящей прямо за ноутбуком, окруженной частоколом пустых кофейных чашек. Тогда он бережно переносил её на кровать, устраиваясь рядом. Утро встречало его неизменной картиной: Мэгги, с недовольным видом, снова погружена в работу. Он уходил, зная, что вечером его ждет та же сцена. Но сердце грела мысль о завтрашней гонке, где она сможет отвлечься от изматывающего труда, наслаждаясь зрелищем Формулы-1.

Мэгги чувствовала себя выжатым лимоном, но упрямо продолжала грызть гранит дизайнерской науки. Заказчик оказался на редкость придирчивым, требуя воплощения в жизнь каких-то немыслимых фантазий, замешанных на восточной экзотике и ультрасовременном минимализме. Она перерыла горы литературы, изучала тонкости фэн-шуй и часами просиживала в интернете, пытаясь найти компромисс между желаниями клиента и здравым смыслом.

В воскресенье Мэгги и Оскар вместе направились к паддоку. Оскар шел рядом, стараясь своей близостью рассеять смутное волнение, терзавшее девушку. Вскоре она скрылась в  моторхоуме, а Оскар, озаренный вспышками фотокамер и окруженный жаждущими автографов поклонниками, растворился в бурлящей толпе. Мэгги заняла свое место в боксах McLaren, пристально следя за мониторами. Гонка началась напряженно. Оскар стартовал вторым, но уже на первом круге обошел лидера, демонстрируя невероятную уверенность за рулем. Каждый круг был испытанием, каждая секунда – на вес золота. Мэгги не отрывала взгляда от трассы, переживая каждый обгон, каждую опасную ситуацию. Стратеги из McLaren работали безупречно, пит-стопы проходили молниеносно.

Когда до финиша оставалось несколько кругов, стало ясно: Оскар лидирует с отрывом, и победа близка. На последнем круге напряжение достигло предела. Мэгги, затаив дыхание, наблюдала, как болид Оскара пересекает финишную черту первым. Восторг взорвал боксы McLaren. Механики, инженеры, стратеги – все прыгали и обнимались, празднуя долгожданную победу.

Мэгги почувствовала, как волна эйфории накрывает ее с головой. Зак Браун, сияя от гордости, подтолкнул ее в сторону пит-лейн: "Иди, поздравь героя! Он это заслужил!" Она последовала за ним, пробираясь сквозь ликующую толпу. Увидев Оскара, она не смогла сдержать улыбки. Он только что совершил невозможное, и она была бесконечно им горда.

Оскар, только выбравшийся из болида, был окружен командой, но его взгляд сразу же выхватил Мэгги. Он расплылся в улыбке и, оттолкнув всех в сторону, крепко обнял ее. Объятия были долгими и полными невысказанных слов. Затем, не обращая внимания на камеры и ликующих механиков, он нежно поцеловал ее. Этот поцелуй был настоящим, страстным и абсолютно не наигранным.

Вскоре после этого социальные сети взорвались. Фотографии их объятий и поцелуя облетели весь мир. Фанаты ликовали, но нашлись и те, кто задался вопросом: почему Оскар никогда не демонстрировал таких чувств к Лили? За годы его отношений с бывшей девушкой, в сети не было ни одного фото их поцелуя после гонки, ни одного публичного проявления такого. Неужели Мэгги действительно та самая, или это просто очередной пиар-ход?

Вскоре появилась статья, в которой утверждалось, что отношения Оскара и Мэгги – тщательно спланированная пиар-кампания, призванная улучшить его имидж. Но большинство поклонников отвергли эту теорию. Они видели искренность в глазах Оскара, видели, как он смотрит на Мэгги. И они не могли поверить, что такую химию можно сыграть. Тем не менее, за кулисами правда была иной. Их отношения действительно начались как часть пиар-стратегии, но со временем переросли в нечто гораздо большее, во что-то настоящее.

Оскар и сам не ожидал, что искусственно созданная связь с Мэгги окажется настолько захватывающей. Он всегда был сосредоточен на гонках, на достижении новых высот в спорте. Личная жизнь оставалась где-то на периферии его внимания, удобным дополнением к образу успешного пилота. Но Мэгги перевернула его мир с ног на голову. Её непосредственность, талант и страсть к своему делу заворожили его. Он впервые почувствовал, что рядом с ним не просто красивая картинка, а настоящий человек, с которым интересно говорить, спорить и просто молчать.

Мэгги, в свою очередь, ощущала смятение. Контракт с McLaren изначально казался ей выгодной сделкой, возможностью заявить о себе в мире дизайна. Роман с Оскаром был частью этого контракта, и она воспринимала его как работу, которую нужно выполнить профессионально. Но постепенно фальшь в их отношениях становилась все менее очевидной. Оскар был внимателен, заботлив и, что самое главное, искренен в своем восхищении ее талантом. Она начала влюбляться, несмотря на все свои опасения и предостережения. Хоть это было и неправильно.

Мои дорогие читатели, я приглашаю вас в мой уютный телеграм-канал! Там я жажду услышать от вас живой отклик на мои фанфики: ваши впечатления, идеи, восторги и даже конструктивную критику.

Ищите меня по нику Lazy_Writter_88 автор 🏎️❤️, и пусть наша творческая гонка начнется! 🏎️❤️