18 ГЛАВА
Ночь.
Принимаю душ, смотрю какие-то бессмысленные видео на ютубе, а потом выключаю свет и пытаюсь заснуть.
Вздрагиваю, когда сквозь дремоту слышу посторонние звуки в доме. Блин, неужели сюда действительно забрались воры? Но тогда бы сработала сигнализация!
Спросонья не до конца соображаю, что происходит. Но потом прижимаю ладонь к груди и немного успокаиваюсь.
Это Егор вернулся. У него есть ключи.
Я выхожу из своей комнаты, застываю у лестницы. Держусь за перила до побеления костяшек.
— Не спишь, — говорит парень.
— Ты меня разбудил, — тихо отвечаю. Жадно всматриваюсь в его красивое лицо. Он словно уставший какой-то. Или же плохо спал.
— Я этого не хотел. Думал, завтра пересечёмся.
— Что ты тут вообще делаешь? — спрашиваю я. У него же есть своя квартира, зачем ему родительский дом?
Неужели Егор из-за меня вернулся? Или, может, он забыл какую-то вещь?
— Ноги сами принесли, — хмыкает он. Поднимается по лестнице, значительно сокращая расстояние между нами.
— Ясно…
— Да что тебе ясно? — зарывает он руку в волосы. — Тянет меня сюда. Ничего поделать не могу.
— Это плохо?
— Да чёрт его знает! Не привык я к такому. Душа не на месте после вчерашнего.
— У меня тоже, — киваю. Пока не смею ни во что верить. Я словно натянутая струна, из одних нервов состою, боюсь сделать шаг вперёд и не получить желаемого ответа.
Егор внимательно меня рассматривает, и только сейчас я осознаю, что одета только в майку и трусики. Всегда так сплю. Инстинктивно складываю руки на груди, делаю шаг назад.
— Не нужно, — Егор идёт ко мне.
Я упираюсь лопатками в стену, вздрагиваю всем телом. Не от страха. От предвкушения и дикой жажды.
— Ты пиздец какая красивая, — с восхищением произносит Егор, а его тёмные глаза пожирают каждый сантиметр моего тела.
Мы одновременно друг к другу тянемся.
Давление жёстких горячих губ — это мой персональный рай. Моё грехопадение. То, без чего моя жизнь кажется неполноценной и пустой.
Егор.
Временем ранее.
Романыч подзывает официантку, заказывает очередной коктейль и поворачивается ко мне:
— На тебя вон блондинка уже минут двадцать смотрит. Она за столиком у окна сидит, зацени.
Бросаю взгляд налево. Да, симпатичная девушка, улыбается мне и очаровательно краснеет, когда я дольше положенного на неё смотрю. Красивая. Раньше я бы с такой провёл ночь. Но сейчас ни хрена не хочу.
Пару часов назад Мика наехала на меня и закидала совершенно необоснованными претензиями. Я не люблю, когда мною пытаются манипулировать или давить на чувство вины. Поэтому ушёл. Для обоих лучше побыть вдали друг от друга, обдумать всё и успокоиться. Говорить на повышенных тонах — плохая затея. Жаль, девушки этого не понимают. Им лишь бы покричать всласть, а потом вообще разрыдаться театрально, ибо слёзы — это последний аргумент.
Ненавижу женские истерики. Мне Даши с головой хватило.
— Нормальная, — безразлично говорю я, делая глоток крепкого коктейля.
— Кажется, девчонка из
рисковых, — хмыкает Романыч.
Я сначала не понимаю, о чём он, пока не слышу грудной женский голос:
— Привет. Я — Аня, — представляется блондинка. И смотрит на меня с надеждой, лукаво улыбается, локон на палец накручивает.
— Привет, — радостно бросает Романыч. Встаёт и протягивает ладонь блондинке: — Приятно познакомиться, Аня. Посидишь с нами?
Он всегда был дамским угодником. Ничего не изменилось.
Блондиночка кивает и садится рядом со мной. Глазами стреляет. Смешно морщит носик, когда Романыч задаёт ей какой-то пустяковый вопрос.
Что я здесь делаю? Хотел с другом время провести, а он девчонку закадрить пытается. Что ж, ладно.
— Я пойду, — решительно встаю, ловлю на себе разочарованный взгляд блондинки. — Дел много. А вы развлекайтесь.
Дома не легче. Пустая холодная квартира и сотни мыслей в голове. Все они о Мике. Как она там? Успокоилась уже или до сих пор злится на меня? Я ведь даже не помню тех событий пятилетней давности! И эти дурацкие обвинения в том, что из-за меня она поссорилась с подругой — ну что за херня? Эмоции эмоциями, но ведь и голову нужно иногда включать.
Но покоя мне нет. В груди тянет, сон не идёт. Я вспоминаю Мику, наш разговор, её тихий мягкий голос и взгляд, полный обожания. Тепло её тела, нежность прикосновений. Жадность и требовательность во время секса. То, с каким удовольствием она принимала меня, с какой страстью отдавалась.
И как легко мне было рядом с ней после секса. Я не хотел уходить, мне нравилось проводить с Микой время. Она забавная такая, искренняя. Больше не молчит о прошлом, говорит всё, что думает, благодаря чему я начинаю хотя бы немного её понимать.
С этими мыслями я засыпаю, а утром еду в компанию отца. Дел предстоит много. Освобождаюсь под вечер, когда солнце ускользает за горизонт.
Еду домой. Останавливаюсь у знакомого подъезда, но в квартиру не захожу. Что там делать? Тошно, неуютно. Противно от себя. Надо же было так вляпаться? Всё время думаю о той, к кому никогда не относился серьёзно.
Дёргаюсь от телефонного звонка. Мика? Неужели это она? От радости, кипящей внутри, дышать не могу. Беру смартфон, смотрю на экран.
Даша. Чёрт бы её побрал!
Выключаю звук, головой ошеломлённо мотаю. А затем смеюсь. Влип я по уши. Как малолетка неотёсанный. Впервые столько эмоций испытываю, неудобных, противоречивых, но вместе с тем — ярких и незабываемых. Как бы банально это не звучало.
Давлю на газ. Надо быть умнее сиюминутных обид. Мика вспылила, я тоже хорош, раз ушёл вместо того, чтобы по-человечески поговорить. Её понять можно. Девчонка ещё совсем. К тому же без опыта. Я ведь у неё первый во многом.
— Душа не на месте после вчерашнего, — выдавливаю из себя признание, которое автоматические делает меня уязвимым.
Мика смотрит на меня огромными глазищами, говорит тихо:
— У меня тоже.
Я хочу её поцеловать. Подчинить себе. Забыться. Она красивая такая, взгляд не отвести. Испуганная немного, но зрачки расширены, пальцы дрожат. И соски напряглись, я ведь всё вижу, понимаю. Она меня хочет. Дышит поверхностно и быстро, шаг назад делает, в стену вжимается.
От меня не убежишь. Не скрывайся, я не осуждаю. Я ведь и сам в тебя влип. По уши. И смириться с этим не могу. Пока что.
— Не нужно, — шепчет Мика.
Но весь её вид кричит об обратное — давай же, подойди ко мне, не медли.
И я иду. Она тоже ко мне бросается. Руки шарят по её совершенному телу, губы находят губы, весь мир сужается до нас двоих. Кровь шумит в висках, желание настолько сильное, что меня буквально трясёт.
И Мика тоже дрожит вся, шепчет, чтобы я не медлил, чтобы продолжал её трогать и целовать.
Кусаю её в шею и плечо, зализываю раны, прижимаю к стене и пожираю её губы. Опускаю руку, скольжу ладонью по животу, ныряю в трусики. Глубоко втягиваю воздух. Она течёт вся, мокрая такая, что остатки моего терпения в крошево превращаются.
Расстёгиваю ремень, спускаю джинсы вместе с боксерами, натягиваю презерватив. Мика ко мне льнёт, подгоняет. Губы облизывает, щёки розовые, в глазах — похоть безумная. Вхожу в неё, горячую, влажную, и стон еле сдерживаю.
Кайф, чистейшее незамутнённое удовольствие. Электричеством пронзает позвоночник, я двигаться начинаю. Быстро, мощно, жадно. Мике нравится. Она стонет и моё имя повторяет. Задираю её футболку и сосок в рот втягиваю. Вкусная. Дикая. Моя.
— Боже, Егор, — закатывает она глаза, в шею мне ногтями впивается. Сдавливает своими мышцами изнутри, трясётся.
Я кончаю с глухим рыком. Утыкаюсь лбом в её плечо. И сразу понимаю — мало, слишком мало. Снова хочу Мику. Хочу всю ночь быть в ней, пробовать её на вкус, в разные позы ставить, чтобы она билась в судорогах оргазма и шёпотом повторяла моё имя.
— Отпусти, — тихо просит она.
— Потом когда-нибудь, — мотаю головой. Подхватываю её на руки и в комнату свою тащу. Она не сопротивляется. Только обнимает меня и целует куда-то в висок.
И снова в голове одно лишь слово пульсирует — моя. С этого дня Мика только моя. До тех пор, пока не исчезнет это странное наваждение.
*
Мика.
Егор рядом, он никуда не ушёл. Спит, закинув руку за голову, расслабленный такой, домашний, родной. Мы вчера ни о чём не разговаривали, не до этого было. Общались наши тела и, как мне кажется, наши души. Это то, что чувствуешь сердцем. Егор не просто так вернулся — он нуждается во мне.
Как и я нуждаюсь в нём.
Он не извинился за то, что ушёл на целые сутки, я же не собираюсь просить прощения за свои необдуманные слова. Вот такие мы, упрямые и сложные, но, как говорил мой папа, а кому сейчас легко? Подстроимся как-то друг под друга, справимся.
— Мне в университет надо, — вздохнув, говорю я, когда Егор открывает глаза и поворачивается ко мне.
— Который час? — сипло спрашивает он.
— Шесть утра.
— Мне надо в офис съездить.
— Сейчас? — испуганно дёргаюсь я. Не хочу, чтобы он уходил. Мне плевать на универ и скучные занятия, потому конспекты у девчонок перепишу, не проблема. А вот отсутствие Егора — как острым кинжалом в только что зажившую рану.
— Нет, можно после обеда, — говорит он. Внимательно смотрит мне в глаза, а затем к себе крепко-крепко прижимает. Целует в висок, ведёт носом по щеке. Улыбается.
— Тогда у нас полно времени, — радуюсь я. Жмурюсь от пронзительного счастья, которое окутывает каждую клеточку моего тела.
— Для чего? — иронично вопрошает Егор. Его рука уже проникает под одеяло, касается моей груди, ползёт ниже, к животу.
— Для того, чтобы позавтракать вместе.
— И всё?
— Н-наверное. А чего ты ещё хочешь? — притворяюсь я наивной ромашкой. И взвизгиваю, потому что Егор поворачивает меня, под себя подминает.
— Тебя хочу, — хрипло признаётся он. Его глаза вспыхивают желанием, губы искажает дьявольская порочная улыбка.
— Ну, я тоже много чего хочу, — делаю попытку вырваться, но Кораблин не отпускает. Сначала его лицо удивлённо вытягивается, а затем он понимает, что я просто выпендриваюсь.
— Например? — включается он в игру.
— Ну-у-у…. Чтобы ты меня поцеловал.
— Где? — вздёргивает он левую бровь. Обдаёт меня таким горячим взглядом, что я пальчики на ногах поджимаю в предвкушении.
— Сначала грудь, — шепчу. Егор выполняет. Втягивает мои соски, облизывает их, кусает. — Потом живот. Да, вот так, — втягиваю воздух через стиснутые зубы, когда горячий язык касается моего пупка. От контрастных ощущений в жар бросает. — А теперь бёдра, — продолжаю.
— М-м-м, — тянет парень, покрывая поцелуями внутреннюю сторону моих бёдер. — Что-то
ещё? — останавливается он и хитро смотрит на меня. Не идёт дальше, ждёт команды.
А меня напрочь покидает стыд, остатки смущения тоже испаряются. Всего за пару дней я стала той ещё развратницей. С кем поведёшься...
— Да. Хочу, чтобы ты коснулся языком моего клитора, — озвучиваю свои тайные желания.
Откидываю голову и протяжно стону. Он делает это, исполняет мою просьбу. Изощрёнными, медленными и тягучими ласками доводит меня до невменяемого состояния. Бормочу что-то нечленораздельное, простыни комкаю, всхлипываю, потому что мне мало, мало…
— И пальцы… хочу чувствовать их внутри, — выдыхаю я.
Егор трахает меня рукой, лижет клитор, ускоряет темп. Это слишком хорошо…. Боже! Я взрываюсь, я повторяю его имя, когда мучительно-долгий оргазм насыщает меня. Губы пересохли, воздух густой, кожа чувствительная и горячая.
Я с трудом открываю глаза. Кораблин довольно улыбается. Он тянет руку туда, где лежит защита, я уже успела подсмотреть, что же там за коробочка и сколько в ней презервативов. Ответ — капец как много.
— Не дождёшься, — останавливаю его.
И прежде чем он успевает понять, что происходит, я набираюсь сил и нависаю сверху. Прихватываю зубами кожу на плече сводного, игриво кусаю. Сползаю ниже и ниже, одаривая его поцелуями. Трогаю мускулистое сильное тело, кайфую от того, насколько он идеальный. Вкусный. Красивый.
Стаскиваю боксеры и обхватываю рукой твёрдый член. Он дёргает в моих руках. Закусываю губу, с любопытством изучаю его. А затем провожу языком по головке. Сначала несмело действую, потому что инструкций я особых не смотрела, да и вообще не собиралась это делать. Но вдруг захотелось. И, как оказалось, ничего страшного или неприятного в этом нет.
Наоборот, по позвоночнику электрический разряд бежит, а дыхание снова учащается. Глухой стон Егора — мой аудиальный оргазм. Звук, от которого волоски на руках поднимаются, а в ушах стучат молоточки.
— Продолжать? — выдохнув, спрашиваю я. Хочу, чтобы Егор тоже о своих желаниях говорил.
— Да, — кивает он.
— Вот так?
Пытаюсь взять его глубже, губы плотно сжимаю. Рот наполняется слюной, мне любопытно.
— Да. Умница. И рукой себе помогай.
Послушно выполняю пожелания. Облизываю его, погружаю в рот, насколько хватает моих возможностей, сжимаю у основания. Увлекаюсь. Ёрзаю немного, когда слышу ещё один долгий глухой стон. Член во рту будто увеличивается немного.
Это значит, что он скоро?..
Додумать не успеваю. Меня совершенно невыносимым наглым образом останавливают и подминают под себя. Грубое, но такое желанное вторжение подобно цунами. Меня с головой захлёстывает, уносит куда-то в другой мир.
Наше безумие не длится долго, мы оба до предела возбуждены. Уже через несколько толчков я дрожать начинаю, и стонать умоляюще, а затем кричать до сорванного голоса. Спазмы настолько сильные, что аж роговицу яркой вспышкой обжигает. Я зрения будто лишаюсь, и слуха, и разума.
Только спустя несколько секунд реальность возвращается, глухой стон Егора смешивается с моими всхлипываниями, завершая идеальную симфонию нашего единения.
— Моя, — с какой-то особой, собственнической интонацией произносит Егор.
— Давно уже, — со смешком отвечаю я. — Долго же до тебя доходило.
Вместо ответа он обнимает меня и нежно целует, совершенно не брезгуя тем, что недавно мы занимались оральным сексом.
Мне хочется так много Егору сказать, но я лишь целую его сильнее, памятуя о том, чем закончился вчерашний вечер. Нет уж, второй раз я на эти грабли не наступлю.
•
Актив=глава
_______________
Ставь ⭐ пиши комментарии ❤️🔥