17 ГЛАВА
Подруга влетает в дом, широко размахивая руками.
— Ты где пропадала? Я перенервничала жутко, думала, тебя инопланетяне украли! — причитает Ленка. — Звоню, звоню, а ответа нет! Признавайся, ты тут с Макаром зажигаешь, да? Где он прячется? Смотри, я настырная и обязательно его найду.
Хах,не найдете,максимум кого,так это Егора ,но надеюсь,он не выйдет с комнаты.
— Ну, удачи тебе в поисках. Позже тогда поговорим, — едко произношу я, и Ленка тут же затыкается. Смотрит на меня внимательно, хмурится, заметив мой растрёпанный внешний вид.
— Ты чего? — хлопает она длинными накрашенными ресницами. — Не с той ноги встала?
— Нет, у меня всё отлично, — пожимаю плечами. — А у тебя?
— Тоже, — растерянно тянет она. Взмахивает рукой: — Так ты с Макаром? Я чему-то важному помешала? У тебя вид немного неряшливый. Или вы поссорились?
Она ойкает и прижимает ладонь ко рту. Переживает якобы. Но я в этот цирк больше не поверю. Отрицательно мотаю головой и шагаю на кухню. Во рту пересохло, нужно что-нибудь выпить.
— Кто-то вчера хорошо
отдохнул, — замечает Ленка пустые бокалы на столе.
— Угу.
— Эй, подруга, хватит этой пассивной агресси! В чём дело, рассказывай.
Ленка подходит ко мне и хочет дотронуться до моего плеча, но я отстраняюсь. Отхожу как можно дальше и, сложив руки на груди, спрашиваю:
— Давно ты в Егора влюблена?
— Чего? — вскрикивает она. — Ты перепила вчера? Ни в кого я не влюблена!
— Ладно, задам вопрос по-другому: как давно ты хочешь переспать с Егором ?
Вот теперь Ленка запинается, не сразу находит ответ и даже взгляд отводит. Стыдно ей или дурочку включить пытается? Она часто моргает, затем поправляет свою идеальную причёску и тяжело вздыхает.
— Я знала, что это когда-нибудь выплывет, — тихо произносит она.
— Знала?
— Бабушка предупреждала, что всё тайное рано или поздно становится явным.
— Это прописные истины, — раздражённо верчу головой. Не такого я ожидала. Думал, что Ленка будет врать до последнего и какую-то ерунду городить. А она, вроде, настроена на честный разговор.
— Да. Но от этого они менее актуальными не становятся.
— Давай ближе к делу!
— Ладно, — Ленка криво усмехается. — Пять лет назад мне безумно нравился твой сводный брат Егор. Нравился не в плане влюблённостей и прочей фигни, а просто он физически меня привлекал. Бывает. Мне тогда только восемнадцать стукнула, я на всех красавчиков заглядывалась.
— Почему ты ничего мне не говорила?
— Зачем? Чтобы ты ещё больше нюни распускала? Ты себя помнишь в то время? Егоро то, Егор сё, Егор — смысл моей жизни, без Егора мне белый свет не мил и прочая херня! Мы с Ирой с пониманием относились ко всему этому. Но однажды нашему терпению пришёл конец — и мы придумали план, как избавить тебя от глупой влюблённости.
— Подсунуть Егору мой дневник? Хороша помощь…
— Что в голову пришло, то мы и сделали. А знаешь, после чего мы на это решились? —Ленка поджимает губы и качает головой. — Конечно, ты ничего не помнишь. Обеляешь своего Егора, хотя он козлина ещё тот…
— Лен, давай без этих обвинений!
— Ок. Твой братец привёл в дом какую-то деваху и весь вечер с ней ахался, а ты всё прекрасно слышала. И позвонила нам с Иркой в истерике. Мы еле смогли тебя успокоить.
— Хм-м-м. Я этого не помню.
Кажется, что-то подобное было. Родители ушли то ли в театр, то ли на важную встречу, а Егор привёл девушку.
Прижимаю ладони к щекам. Да, они трахались в соседней комнате, прекрасно зная, что я рядом и слышу каждый громкий звук!
Как причудливо работает память. Я ведь действительно стёрла тот эпизод из жизни.
— После того случая мы с Иркой решили избавить тебя от глупой влюблённости. Но дневник показать Егору не смогли… Совесть не позволила, — хмыкает Ленка. — Притащили другую тетрадку, сняли Егору на видео, ты всему поверила. И с того дня уже не так сильно по нему сохла.
— Да, только вот я потеряла хорошую подругу.
— Ирку? Если одна ссора смогла разрушить вашу дружбу, значит, вы не были сильно близки.
— Нет, дело не в этом. Я не прощаю предателей. А Ира почему-то взяла всю вину на себя. Я не знала, что ты тоже показывала Егору этот подставной дневник.
— Я струсила тогда… Мне было стыдно… Ира прекратила со мной общение, не смогла простить меня за то, что я смолчала, — тихо бросает Ленка. И выглядит она по-настоящему расстроенной.
— Я в твои благородные мотивы не верю. Признайся — ты просто хотела к Егору клинья подбить? Ради этого всю хрень с дневником затеяла?
— Нет.
— Скажи ещё, что ты не приставала к нему, — фыркаю я.
— Приставала. Пару раз, по пьяни. Он не ответил.
— Ясно. Что и требовалось доказать, — усмехаюсь я едко, хотя внутри всё болит и на части рвётся. Ленка ведь моя единственная верная подруга. Была.
— И что тебе ясно? Думаешь, я из-за Кораблина затеяла всю эту хрень с дневником? У меня никогда не было проблем с парнями, из-за одного мужика я бы дружбой никогда не рисковала! А тот наш с Ирой поступок был сделан ради тебя, Мика. Да, это было аморально, неправильно, тупо, но мы были глупыми идеалистками и не знали, как тебе помочь. Потом обе пожалели о сделанном, но былого ведь не воротишь.
— Не верю я тебе.
— Как ты догадалась о дневнике?
— Егор сказал.
— Неожиданно, — Ленка подходит к рукомойнику, включает воду, смачивает пальцы и трёт ими виски. Она так делает при сильной головной боли. — Вы теперь общаетесь?
— Типа того.
— А Макар что?
— А Макар откуда-то узнал, что я девственница. Не подскажешь, кто ему об этом сообщил? — издевательским тоном вопрошаю я.
— Ты сама знаешь ответ. Я на твоей днюхе была такая пьяная, что могла все секреты даже самому чёрту рассказать.
Отворачиваюсь. Достало слушать эти фиговые оправдания. У Ленки были корыстные мотивы, ничем другим её поведение не объяснишь.
— Как удобно оправдываться пьянством, — ёрничаю я.
— Никаких оправданий, Мик, только голые факты.
— Угу. Иди-ка ты кому-нибудь другому эти факты озвучивай. А я устала от лжи и недомолвок.
Ленка поворачивается и смотрит на меня с недоверием. В её глазах я вижу панику.
— Мика, я говорю правду. Ты меня столько лет знаешь, стала бы я врать?
— Не знаю. Я теперь ничего не знаю. Но дружбы у нас больше не получится…
— Это же ерунда какая-то! — вскрикивает Лена. — Ты готова потерять ещё одну подругу из-за событий пятилетней давности? Правда?
Я молчу. В горле набухает ком, лёгкие горят. Тяжело мне, больно, неприятно. Я не хочу терять Лену, но что можно сделать в этой ситуации? Она врала мне, врала…
Нахожу в себе силы, чтобы кивнуть. Зажмуриваюсь, когда Ленка дёргается и случайно сметает со стола пустые бокалы. Они со звоном разбиваются, острые осколки летят во все стороны.
— Поверить не могу, что ты открестилась от нашей дружбы из-за одной-единственной ошибки с моей стороны.
Через несколько секунд захлопываются входные двери.
Лена ушла.
Внутри образуется пустота, словно я потеряла что-то очень важное. Незаменимое. Единственное в своём роде. Крепкую дружбу? Поддержку близкого человека? Да, всё вместе.
Ленка была первой, кто помог мне справиться с горем. После смерти отца и переезда в новый город я долго не могла привыкнуть к новой жизни. Шарахалась от людей, замыкалась в себе. Но Лена потащила меня в парк развлечений, купила билет на самую адреналиновую карусель и хохотала над тем, как крепко я держусь за поручни и матерюсь. Удивительно, но её безбашенность откликнулась во мне живыми эмоциям. Мы перепробовали все аттракционы, которые только были в городе, и на ослабевших ногах гуляли по набережной.
Неужели я не заметила, как моя лучшая подруга впервые влюбилась? Я была зациклена только на себе и на своих проблемах… Теперь ясно, почему Лена всё время оскорбляет Егора. В ней говорит застаревшая обида.
Или же она действительно разглядывала его как сексуального парня, а о чувствах не было речи. И дневник тот фальшивый Ленка показала по дурости. А я не поверила ей и потеряла верную подругу.
Нет! Она врала на протяжении пяти лет, такое нельзя прощать и забывать! И пофиг на её оправдания, не верю, что дело в глупости или в чрезмерном опьянении.
— Поговорили? — осторожно спрашивает Егор . Я даже не заметила, как он пришёл. Вздрагиваю всем телом, потому что не готова сейчас с ним разговаривать. Внутри ещё пылает
злость на Ленку и сильная обида на всех и вся.
— Угу, — киваю. К нему не разворачиваюсь. Молчу.
Кораблин включает кофемашину, звенит посудой. Кажется, он убирает осколки с пола. Этот фоновый шум жутко меня раздражает.
— А можно потише? — грубо спрашиваю я. Голос звенит напряжением и гневом.
— Потише убирать за твоей подругой? — уточняет он сухо.
— Да, я сама всё сделаю! — наконец смотрю ему в глаза. И совершенно некстати вспоминаю, как больно мне было слышать его развлечения с посторонней девицей. Я была молодая и влюблённая, а он плевал на мои чувства.
— Видимо, разговор прошёл не очень, — хмыкает Егор. Но уборку не прекращает. Удаляет каждый, блин, осколок, добиваясь идеальной чистоты! — Поделишься?
— Нет, я сейчас не в духе! Егор, я потом к тебе подойду. Мне нужно успокоиться, — тараторю я, надеясь на его понимание.
— Хорошо. Но на повышенных тонах со мной лучше не разговаривать, — опасно сверкает он глазами.
Я и правда немного кричу. Это всё эмоции. Я потеряла лучшую подругу, как он не поймёт?
— Из-за тебя мы с Леной больше никогда не увидимся! Могу я хотя бы немного повысить голос, как думаешь? — завожусь моментально.
Егор застывает. Его глаза сужаются, уголок губ дёргается пару раз. Он вскидывает брови и издевательски переспрашивает:
— Из-за меня ты поссорилась с подругой? Я правильно понял?
— Да.
— Интересно. Каким боком я к вашим разборкам?
— Если бы ты пять лет назад не кувыркался с какой-то бабой в соседней комнатой, я бы никогда не потеряла своих лучших подруг! — всплескиваю руками и делая шаг навстречу Кораблину.
— Вот как. Понятно, — холодно бросает он, и от его безразличного голоса по спине бегут мурашки.
Ледяной тон Егора будоражит каждую клеточку моего тела, я глаза широко раскрываю и пытаюсь что-то в ответ сказать, но слова застревают в горле, растворяются в гнетущей тишине.
— Да что тебе понятно? — через силу выдавливаю из себя. — Я всегда была для тебя пустым местом. Надоедливой сводной сестрёнкой. И сейчас ничего не изменится. Сказок не бывает.
— Мика, остановись, — предупреждает Егор, но я не слышу его, былые обиды и боль от ухода Ленки заглушает все здравые мысли.
— От тебя вечно одни проблемы, — зачем-то продолжаю я этот поток обвинений. Абсолютно глупых обвинений, основанных на подростковой драме пятилетней давности!
Повисает тишина. Отвратительная и неправильная тишина.
Я выдохлась. И злость испарилась с последним сказанным словом.
— Это всё? Или ты собираешься упрекнуть меня ещё какими-то поступками из махрового прошлого? — тихо уточняет Егор.
Отрицательно мотаю головой. Смотрю в пол. Лицо горит, я часто и поверхностно дышу. Мне стыдно уже.
Мужские шаги удаляются. Егор пошёл к себе?
Не успеваю опомниться, как он снова внизу. Одевается.
— Ты к-куда? — растерянно вопрошаю я.
— Туда, где мне не будут иметь мозги за события пяти
летней давности.
Короткий взгляд, а затем предельно спокойный и тихий хлопок закрывающейся двери.
Я сажусь на пол, обнимаю колени руками и всхлипываю. Ну вот кто меня за язык-то тянул? И как вернуть всё обратно?
•
Актив= глава
_________________
Ставь ⭐ пиши комментарии ❤️🔥