Глава 31
— Я надеюсь, ты поняла, как работает Природная энергия, — проговорила жаба, ставя на место огромную статую.
— Д...да, — заикнулась та. Наруко до сих пор была в шоке. Казалось бы, обычная жаба, а только что подняла статую с весом тонн.
— Этот тип чакры делает твоё тело выносливее и сильнее. Но сила требует платы. И эта плата изнурительные тренировки.
— Пф, бывало и хуже, — фыркнула та и вдруг, её осенило, что с помощью Режима Отшельника сможет использовать расенсюрикен.
— И как же мне стать единым целым с энергией природы? — задала логичный вопрос Наруко.
— Я ждал этого вопроса, — ухмыльнулась жаба. — И я расскажу тебе всё по порядку. Чтобы использовать эту силу, ты должна научиться чувствовать её и пропускать через себя. Объединяясь с природой, ты получаешь контроль над её потоком, текущим сквозь твою чакру, — жаба указала своей лапой с сторону девушки, и получив вопросительный взгляд, продолжила. — И чтобы достигнуть гармонии с природой, тебе предстоит остановить поток своей собственной энергии.
— То есть... Мне всего-навсего нужно замереть? — задала риторический вопрос девушка. — Но думаю, не всё так просто, как кажется.
Фукасаку снова ухмыльнулся и отпрыгнул назад, ближе в водопаду.
— Правильно. Для живого существа, не делать даже малейших движений, невероятно сложно.
— Хм, звучит довольно забавно. Такого вида тренировок у меня ещё не было, — разминая руки говорила Наруко. — И это меня заводит. Однако время — золото, поэтому нужно спешить. Мы не знаем, когда Пейн решит навестить меня.
— Тогда есть более быстрый способ, — получив вопросительный взгляд, продолжил. — Под этим водопадом течёт тайное Жабье масло из горы Миоубоку. Подойди-ка сюда, — Наруко медленно подошла и села на корточки возле водопада. Фукасаку набрал масло в ладонь и начал наносить на протянутой ему руке. Массируя руку, он рассказывал плюсы этого режима. Наруко же, просто слушала и наблюдала.
— Правда, есть один нюанс, — и только сейчас Фукасаку соизволил оповестить о минусах. Вся левая сторона тела Наруко, стала жабьей формы. — Если кто-то, без какой либо подготовки использует эту энергию, то несомненно превратится в жабу.
Наруко скептично посмотрела на жабу, злость медленно поднималась из недр сознания.
Смотря на свою руку (лапу) она рыкнула:
— Что это за чёрт? Избавьте меня от этого.
Фукасаку хмыкнул и достал свою палку. Ею он ударил Наруко по голове, и её тело обрело былой вид.
— Не волнуйся, пока я буду бить тебя этой палкой, ничего с тобой не будет.
— «Зашибись.»
— «А я предупреждал! Слушала бы меня, использовала бы мою силу. А не эту вот... жабью фигню.»
— «Ахахаха, — звонко рассмеялась Наруко. Ревность и жадность Курамы, лучшее — что с ней происходило. — Ну не обижайся. Ты же сам знаешь, что пока, мне не под силу совладать с твоей чакрой. Во мне слишком много ненависти...»
— «Не кисни, всё ещё впереди.», — слыша отчаяние в голосе друга тот поспешил ободрить её.
— Эй, Наруко! — начала жаба. — Не думаю, что зайдя так далеко, ты сдашься. Но я всё же спрошу. Ты уверена, что готова продолжить обучение? Идеальный баланс требует много времени.
Фыркнув, Наруко кулаком ударила об ладонь, и сказала:
— Это мой Путь ниндзя! Следовать Путём Извращенного Отшельника и выполнить данное ему обещание! — Фукасаку гордо улыбнулся, и Наруко села в позе лотоса.
Тренировки начались. И только Бог знает, что их ждёт дальше.
***
После ухода Наруко в обратный призыв, Саку решил зайти в цветочный к Ино, перед тем как идти в больницу. С самого порога, в нос ударил пьянящий запах цветов. Особенно прекрасно пахли розы. Здесь всегда было много посетителей, поэтому Саку решил подождать пока Ино их обслужит. И просто понаблюдать за ней. За её грациозными и идеальными движениями. За этой милой и искренней улыбкой. Нотки ревности пришли внезапно. Но он отогнал эту глупость прочь. И когда Ино красиво упаковала цветы, Саку с облегчением вздохнул, но вдруг, до его острого слуха донеслись слова парня, что только что, купил их:
— Спасибо... и возьмите это себе... — притягивая обратно букет цветов, сказал парень. Он был высокий, красивого телосложения, но точно не шиноби. Ино округлила глаза, и уже хотела возразить, как на плече того парня легла ладонь Саку. Парень даже вздрогнул. А Ино поражённо перевела свой взгляд на лицо Харуно.
— Извини, — не своим голосом начал Саку, — но эта девушка занята.
Парень, кажется, не понимал всю суть этой устрашающей ситуации, и то, как Саку уже еле ощутимо сжимал его плечо, тоже его не пугало.
— Парень, иди погуляй, — ироничным тоном и с мерзкой ухмылкой проговорил тот.
Харуно удивлённо поднял бровь и усмехнулся. Он либо слишком глупый, либо слишком самоуверенный. А Ино заметив, что запахло жареным, попыталась успокоить Саку, пока тот не сотворил дел.
— Саку, — когда парень перевел на неё свой затуманенный от гнева взгляд, Ино отрицательно покачала головой, и кажется, это сработало. Туман в изумрудных глазах испарился. И Саку даже отпустил плечо парня. И она одобрительно улыбнулась.
— Простите, но я не могу взять Ваш букет. Моё сердце уже давным-давно занято человеком позади Вас, — вежливо отказав, девушка вернула парню обратно его букет. — Лучше подарите его матери или сестре.
Осознав свою глупость, парень осёкся и громко сглотнув, боязливо перевёл взгляд на стоящего позади него парня. Но он не увидел ни капли гнева или желания убить. Харуно даже не смотрел на него. Он смотрел только на стоящую перед ним Ино. Воспользовавшись шансом тот быстренько удрал из цветочного. Спустя пару мгновений Саку спросил:
— Давным-давно? — он осёкся. — Как это понимать?
Ино поняв, что сболтнула лишнего, отвела взгляд от этого настырного взгляда. Саку как будто раздевал её одним лишь взглядом. От этого становилось неловко. Но как бы она этого не хотела этого разговора не избежать. Собрав всю свою смелость в кулак, она снова вернула свой взор на эти изумруды.
— Да, — спокойно начала она. — На самом деле... Я всегда любила тебя. Но почему-то боялась признаться. Может просто ждала, когда ты уже осмелишься признаться первым, но ты так медлил... — устало вздохнув, она продолжила. — И я подумала, что я ошиблась с выводами.
Увидев, что тот хочет задать вопрос, девушка закрыла глаза и протянула пальцы к его губам, призывая его остановиться.
— Не перебивай, пожалуйста, — и это сработало, Саку замолк. — Ты наверняка спросишь, а как же Саске, я же так пеклась о нём, — та иронично усмехнулась. — Да, он красивый, но я его никогда не любила. Увидев, что ты постепенно остываешь и отдаляешься, я переключилась на него, чтобы не было так больно. Ты можешь осудить меня, это твоё право, но я с самого детства любила только тебя. А когда ты признался мне... Это был один из самых счастливых дней в моей жизни. Я еле сдерживалась, чтобы не прыгнуть на тебя и не расцеловать до смерти.
Ино опустила голову, дабы избежать взгляда Саку. Она не хотела видеть его глаза, боясь увидеть там презрение, либо злость. Но вдруг, за запястье бережно схватили, и она вздрогнула и подняла взгляд. И какого же было её удивление, когда она в его глазах не увидела ни злости, ни презрения. Это было что-то другое. Может быть... сожаление?
— Прости меня... — Саку притянул её в свои объятия и крепко сжал её хрупкую талию, боясь отпустить. — Я был полным идиотом и трусом.
— Чёрт, да! — ей удалось улыбнуться, но глаза защипало от слёз, и она тоже обняла его в ответ.
Отпрянув, он несколько секунд пристально смотрел в её глаза, а после, наклонился и коснулся губ нежным поцелуем, прикрывая её щеки ладонями и нежно поглаживая их. И сейчас, их не волновало, что они не одни, что они до сих пор в цветочном магазине Ино, что у каждого из них есть море проблем. Ничего сейчас не волновало. Даже солёный привкус поцелуя, из-за слёз девушки. Была только теплота губ. И такие желанные прикосновения.
***
Саске бежал по лесу. С утра, Хокаге его позвала, чтобы выполнить одно непростое задание. По крайней мере по её словам. Недавно было обнаружено местонахождение Орочимару. И пока тот снова не скрылся, нужно было его убить. Если бы тут был Шикамару, он бы точно прокомментировал это задание, как сплошной геморрой. Но я не он. И у меня уже давно стоит зуб на эту змею.
И вот, он бежит по нескончаемым подземным коридорам, и он отчетливо чувствует, как приближается к нему. Теперь он стоит перед дверью, где за ней таится Орочимару. Саске выхватил катану из ножен и пафосно откинув её на плечо, создал меч Чидори и пропуская её через дверь, тот кажется попал по цели.
— Эта чакра! , — послушалось за дверью, и Саске без труда разрубил её катаной.
— Ты! — рыкнул тот. Чидори пронзил ему руку.
— Орочимару, прежде чем ты умрёшь, ответь мне на мои вопросы.
— Ты слишком много возомнил о себе, несчастный птенец! — он отодвинул руки вправо, чтобы Чидори не пронзил ещё и его грудную клетку.
— О чём ты говорил с Наруко в тот день? На экзамене на чуунина.
Тот злобно усмехнулся и ответил:
— Инициатором была Наруко. Информация в обмен на информацию.
Учиха медленно приблизился, давая понять, чтобы тот продолжил. Но Саннин так и не заговорил. Молчание говорило само за себя.
— Ты мне противен, Орочимару. И за то, что навредил ей тогда, я убью тебя здесь и сейчас, — Саске приблизившись, встал на его кровать и активировав шаринган, замахнулся катаной. Но в последний момент, из-за рта Орочимару вышло нечто.
Теперь перед Саске стояла огромная змея. Саске на это только усмехнулся.
— Белый Змей — твоя истинная форма. Плоды твоих бесконечных опытов над невинными людьми? Как же ты мне противен.
— Я наконец-то заполучу твоё прекрасное тело. Твои прекрасные глаза будут моими! — зашипел тот и принялся атаковать. Прыгнув, Саске избежал атаки в лоб и принялся защищаться своей катаной в воздухе от бесконечных ядовитых змей.
Отпрыгнув назад он положил катану обратно в ножны и активировал снова меч из Чидори.
— Даже если змея мечтает парить в небе, она вечно обречена ползать на земле, — и с одним присестом разрубил головы тысяч змей.
Орочимару перестав посылать к нему змей, решился атаковать сам, но вскоре был разрезан на три огромные куски.
— Мы уже закончили? Я даже разочарован... — обреченно вздохнул Саске, но он вдруг упал на колени, а тело всё дрожало. Огромная змеиная голова Орочимару поднялась с земли и ядовито посмотрела на него.
— Я бессмертен! Своими техниками ты не сможешь убить меня, а когда телесная жидкость Великого Белого Змея испаряется в воздухе, она превращается в парализующий яд. А сейчас, я заполучу твоё тело!
В один миг, Саске попал в неизвестное ему место. Тут, отовсюду пахло опасностью. А мерзкий и шипящий голос Орочимару резал уши.
— Это измерение, которое существует внутри меня, — объяснял Орочимару. Точнее то, что от него было. — Это место, где проходит ритуал перерождения.
Местечко было ужасным: на склизком полу были разбросаны части органов, запах разъедал глаза, становилось трудно дышать. И вдруг, перед Саске появилось разделённое лицо Орочимару. Смотря прямо в глаза Саске, тот выдал:
— Сила этих глаз великолепна! Прямо как тогда! Когда их использовал Итачи против меня.
Глаза брюнета расширились.
— «Итачи? Они встречались?!»
Но не успел он и толком подумать, как липкая жижа на полу окутала его ноги, не давая двигаться. Постепенно парализуя все тело. Саске сейчас не мог пошевелить и пальцем. Но ему это и не нужно было. Всё что ему нужны были на данный момент — это его глаза. Эта липкая жижа постепенно превратилась в черную и густую массу, которая атаковала Санина.
— Не может быть! Я создал это измерение! — завопил Орочимару понимая, что проиграл этот бой. Учиха смотрел на него самым бесчувственным и каменным лицом. Он смотрел на него так, будто бы не он, только что, убил Одного из Легендарных Саннинов. Но напоследок всё же сказал:
— Орочимару, против моих глаз твои техники бесполезны. Я даже Мангёке не использовал. Настолько ты слаб против меня и против клана Учиха. Смирись и сгинь в Аду.
Учиха вернулся в прежнее место. Он спокойно оглядел полы и так же спокойно засунул катану обратно в ножны.
Миссия успешно выполнена. Пора домой.
***
Много, очень много времени прошло с тех пор, как Наруко начала тренироваться. Дополнительную сложность тренировками давали ещё и клоны. Но это укорачивало время тренировок, делая их более эффективными. Прошло более пяти дней с момента тренировок. Вначале, у Наруко ничего не получалось, но она не сдавалась. Пробивалась вперёд, во чтобы то не стало. Куча проблем ещё прибавилось, когда Курама на отрез отказывался делить своё место с жабой. И теперь, Наруко придётся всё делать самой.
Но со временем у неё начало получаться. Теперь она могла сидеть неподвижно при любых условиях. И по истечению времени, у неё около глаз появлялись оранжевые отметины. Цвет глаз менялся на жёлтый, а зрачки становились горизонтальными. Но этого было мало. Нужно было не только свыкнуться с этой мощью, но и иметь умело сражаться с помощью неё. Что сейчас и практиковала Наруко вместе с жабой.
В один день, во время перерыва, Фукасаку отдал Наруко странную книгу. Позже оказалось, что это была та самая книга, что Джирайя параллельно писал вместе с его извращёнными книгами. Устроившись поудобнее на верхушке статуи, Наруко открыла книгу и прочитав пару строчек, горькие слёзы накатились на её глаза, и, закрыв их, Узумаки почувствовала, как уже тёплые слезинки скатились по её щекам.
Воспоминания нахлынули новой волной.
— Эй, эй, Извращенный Отшельник! Когда же ты дашь мне прочитать эту книгу?!
Он устало вздохнул, но не прекращая писать, ответил:
— Сколько уже можно говорить об этом?! Когда придёт время!
— А когда оно придёт? — склонив голову, задала очередной вопрос та.
— Когда я сам решу, — и увидев, как Наруко хочет ещё что-то задать, он резко перебил её. — Хватит! Отдам, когда сочту нужным, — Отшельник усмехнулся тому, как смешно надулись её щеки. Эта девочка не переставала удивлять. Он всегда поражался, как может Наруко быть такой непосредственной. Порой Узумаки напоминала ему самого настоящего ребенка. Ее наивность и непосредственность, до сих пор продолжали проявляться время от времени, несмотря на то, с какими серьезными жизненными проблемами она сталкивалась. Но чаще всего властвует её холодный и отчужденный характер. Её мысли, поступки, иногда пугали даже Саннина.
Стерев уже засохшие слезы на щеках, Наруко невольно улыбнулась этим воспоминаниям.
— Так вот, что ты имел ввиду тогда, чёртов Извращенец, — гладя на спокойное небо, сказала Наруко и продолжила читать книгу под названием: «Сказания о бесстрашном Джирайе».
***
Тем временем в Конохе было более-менее спокойно. Каждый житель занимался своими делами. По словам наблюдателей всё было чисто. По крайней мере так думали. 6 Путей Пейна, вместе с Конан, приближались к границам Конохи. Наблюдатели спокойно покидали пост, думая о том, что каждый пойдет домой, к своим семьям или просто отдохнет от работы... Но не тут то было. Перед ними внезапно появляется Пейн. Благодаря своему опыту, каждый из них сразу же встаёт в оборонительную позу, но против такого противника у них не было и шанса. Пейн мгновенно убивает всех без промедлений.
— Время пришло, — сказал он появившемся сзади Конан и пятерых Пейнов. — Мы разделимся на две группы — поисковых и отвлекающих, — объяснял он им план действий.
Благодаря своим необычным глазам, он смог заметить барьер окружающий Коноху, но ему было на это плевать. Два тела Пейна запустили третье: единственную девушку из них, и когда она пересекла барьер, ниндзя-сенсоры её сразу же заметили. И как только девушка-Пейн достигла земли, она призвала всех остальных. После слов главного Пейна «Разойтись», они начали действовать точно по плану.
Один из Пейнов — Робот, запускал пушки, пулемёты, разрушая ими здания, другая (девушка) призывала зверей: большинство из них были огромные многоножки с риннеганами. Третий — поглощал атаки тех шиноби, что атаковали его, а после расспрашивал и убивал. Было много дыма от пожаров, люди бегали в панике, никто не понимал, что происходит. Четвертый — искал сведения о Наруко, но когда не находил, просто избавлял людей от их собственных душ. Каждый из друзей Наруко, услышав взрывы и видя этот хаос, ринулись каждый по своим делам.
Взрывы, предсмертные крики людей, всё навевало страх и панику. Те самые счастливые бабушка с внучкой, что шагали по оживленной улице пару минут назад, теперь тряслись от страха, бабушка крепко прижимала внучку к себе. Она защитила бы её даже собственной жизнью. И вот, им не повезло. Огромная многоножка, что заметила их, с огромной скоростью ринулась на них. Она была уже очень близко, как вдруг неподалеку услышали чей-то матерный крик:
— Шаннаро-о-о! — Саку замахнувшись кулаком, всего одним ударом проломил её череп, и та бездыханно грохнулась об землю. Следом приземлился и он сам, сразу же спрашивая:
— Вы не ранены?! ,— вылечив ушиб той маленькой девочки, он постарался её успокоить и начал думать о плане его следующих действий. Но к счастью, долго думать не пришлось. К ним прибежал Ирука и со спешкой сказал:
— Саку, иди в больницу! Там полным полно раненых, а о них я позабочусь.
— Есть! — сказал тот, и выдвинулся в путь.
Первые мысли Саку, когда началось нападение, были конечно же об Ино.
— «В порядке ли она?» «Что она сейчас делает?» «Мне идти к ней на помощь или нет?»
Миллионы тревожных вопросов и никаких ответов. Но наверное, Ино догадалась об мыслях Саку или же сама беспокоилась о нём, поэтому почти сразу связалась с ним с помощью техник своего клана. Уверив, что она в порядке, Саку немного успокоился, ведь сейчас волноваться было непозволительно. Они ниндзя и такова их учесть. Задания при выше чувств. Поэтому, им оставалось только верить в друг друга. И они верили.
В кабинете Хокаге
— Докладываю! — без единых промедлений начал шиноби. Цунаде даже не повернулась. — Вторжение! Чужаки пробрались сюда по воздуху, во всей Конохе сейчас творится хаос. Барьер обнаружил лишь одного, однако, по словам очевидцев, противник далеко не один! — Цунаде задумчиво щурила глаза. Тут же, в Кабинет ворвался член Анбу.
— Докладываю! Противник носит плащи с красными облаками. Сомнений нет! Они из Акацуки.
— «Они всё-таки напали...» — мысленно прокляла себя Цунаде, вслух же выпалила:
— Включите сирену, эвакуируйте гражданских и... — она впервые обернулась лицом к подчиненным. — Позовите Узумаки Наруко назад!
Шикамару, тем временем побежал к беременной Куренай и отчитал её за то, что вышла на улицу будучи в таком состоянии. И как по вызову, к ним приблизилась многоножка, которую тот удачно приостановил своими тенями.
— Вам лучше уйти в безопасное место, Куренай-сенсей, — сказал тот, и опять-таки, своими тенями бросил в тварь кунаи со взрывными печатями. — Прощай, креветка.
Саку, добравшись до больницы, встретил там Чоуджи, который как ни кстати, принёс с собой пилюли. В больнице творился полный хаос. Из-за этой неожиданной атаки пострадали не только шиноби, но и гражданские. Их было так много, что многие попросту лежали на холодном полу. К ним подбежал дежурный врач, спрашивая, что делать. Саку растерялся. Было слишком много раненых. Он не мог успокоить своё бушующее сердце. Оказаться вновь бесполезным... как глупо.
— «Как много невинных людей могут сейчас погибнуть без моей помощи», — промелькнуло в его мыслях, — «Будь Цунаде-сама на моём месте, она бы... нет! Её здесь нет.» — Харуно решительно открыл глаза, глубоко вздохнул и принялся командовать медперсоналом. Разделив обязанности каждого как следует, он принялся лечить самые тяжелые раны.
В кабинет ворвались старейшины Конохи, которые как-то узнали про то, что нападавший это Пейн. Узнав о том, что Цунаде хочет вызвать Наруко обратно, они выразили своё недовольство вслух:
— Не забывай, Цунаде! Узумаки Наруко — джинчурики Девятихвостого. Их цель. А ты отдаешь её в их руки. Да эта малявка сразу же погибнет тут!
Сенджу после этих слов озверела. Она быстро приблизилась к ним и с грозным взглядом подняла их с места, сжимая кулаком ворот их одежды. Те даже не поняли, что тут произошло.
— Ч...что ты делаешь, Цунаде? — проговорил один из них. — Не забывай кто мы!
— Это вы забываетесь! Примите уже её не как оружие деревни, а как шиноби! Что дала клятву защищать деревню ценой собственной жизни! Каждый из них уникален по своему! Доверитесь уже новому поколению! — Цунаде всё же отпустила их и перед тем как уйти, повернулась к жабе. — Передайте ей сообщение, как можно скорее! , — и ушла на крышу. За ней последовали её подчинённые.
Жаба тоже хотела уже уйти, передавать сообщение, как внезапно со спины воткнули кунай. Это был один из старейшин, который отказывался верить в Наруко.
На крыше, Цунаде призвала Кацую и отдала ей приказ прикрепиться к каждому шиноби в деревне. Она обязана защитить их, какой бы цена не была.
***
Избавившись от тех, кто ему мешал, главный Пейн подошёл к Ируке. Не получив ответ касающийся Наруко, он замахнулся, чтобы убить, как вдруг его чакроприёмник остановили в метре от лица Ируки. Это был Какаши. После недолгого разговора, Ирука взял раненного и ушёл, а Какаши остался сражаться. Вскоре, он понял, что конкретно попал. Ведь его не брали никакие атаки, а его техника «божественная кара» была той ещё морокой. Какаши сегодня не везло, к ним прибавился ещё один Пейн (Робот). Хатаке не мог попасть по ним, так как их глаза были связаны: что видит один, тот видит и другой. Но проблематичной техникой была не только Шинра Тенсей, но ещё и Баншо Тенин, который притягивает всё и вся. Робот раскрыл своё тело, обнажая огромный металлический меч, А Пейн притянул Какаши. Хатаке, смог избежать смерти используя цепь, но вскоре, не выдержал этого давления и отпустил её. К счастью это был клон. А благодаря неожиданной атаке отца и сына из клана Акимичи, смогли расщепить тело Робота, по крайней мере, они так думали.
С приходом Чоуджи и Чоуза, они начали вместе с рядовыми шиноби атаковать Пейна, но что бы они не сделали — всё тщетно. Но благодаря постоянным атакам, Какаши смог понять, что продолжительность атаки Пейна всего 5 секунд. Очень мало, но хоть что-то. И благодаря этой маленькой информации, Какаши выработал план, где они были близко к победе, как никогда, раньше. Но Пейн был хитрее, поэтому от райкири Какаши защитил себя телом Робота, а после использовал Божественную Кару.
Какаши завалило остатками зданий. Он не мог пошевелить даже пальцем. Эту плачевную ситуацию использовал Пейн. Тот притянул к своим пальцам гвоздь из-под земли и нацелился на Какаши.
— Вот и настал твой Конец, Хатаке Какаши. Почувствуй боль, прими боль, — и запустил его, целясь в его глаз. Подумав, что тот погиб, Пейн направился к Цунаде.
Чоуджи очнувшись, окаменел от страха. Отец и Какаши были на шаг от смерти. И от безвыходности он даже начал плакать, но тихий, едва слышный голос Какаши, привёл его в чувства.
— Чоуджи... не время плакать... передай Хокаге информацию про Пейна.
— Но... , — тот хотел возразить, но понял, что Хатаке прав. Собрав всю волю в кулак, он в последний раз посмотрел на еле дышащего отца и побежал в сторону резиденции.
— Ах вы! — прорычал едва живой Робот Пейн, и все вздрогнули, но Чоуджи не смел остановиться. Робот, в последний раз, активировал маленькую ракету и отправил следом за Чоуджи. Хатаке понимал, что это их последний шанс и то, что у него мизерное количество чакры. Но поступать по-другому нельзя было. Он активировал Камуи и отправил ракету в другое измерение, спасая Чоуджи, но жертвуя собой.
— Так вот как ты выжил... — сказал тот и окончательно сломался.
Следом за ним умер и Какаши.
***
После того, как Кацуя оповестила Цунаде про потерю Какаши, та не выдержала и стиснув зубы, одним ударом кулаком расщепила огромную арку. И к тому времени пришёл Чоуджи, кто и оповестил про полученную информацию.
— Иди к отцу и отнеси его в больницу, ты ещё можешь его спасти, — сказала она.
— А как же Какаши-сенсей?! — вопросительно вздернув бровь, спросил тот.
Повернувшись спиной к нему, Цунаде лишь ответила «Уходи». Дав понять, что больше его не спасти.
И Через пять минут, к Цунаде пришёл, точнее прилетел, Пейн. Та в нём сразу узнала того маленького ребёнка, с которым однажды встретилась, много лет тому назад.
— Ты?
— Неужели узнали? — хотя его тон был немного удивлённым, его лицо не выражало абсолютно ничего. — Я хочу с Вами немного поговорить.
— Вы знаете его? , — спросил один из Анбу. — Кто он? — добавил другой.
— Бог, который наведёт в этом мире порядок, — не дожидаясь ответа Цунаде, выдал Пейн.
Цунаде нахмурила брови, и кто-то сказал, что Пейн не в своём уме. Нагато, игнорировав оскорбление в свою сторону, задал вопрос:
— Узумаки Наруко... Где джинчурики Девятихвостого?
— Кто знает, — пожав плечами, ответила Цунаде.
— Охота на джинчурики почти окончена, — говорил Пейн. — Хвостатые звери больше не средства для поддержания баланса сил между деревнями ниндзя. Больше нет смысла защищать Девятихвостого...
— Так, значит, ваша цель всё-таки Наруко?
Закрыв свои необычные глаза, Пейн продолжил:
— Скоро начнётся война. И мы будем контролировать эту войну. Если вы будете с нами сотрудничать, то у вас появится шанс на спасение. И потому, в каком состоянии деревня... Вы должны были уже понять на что мы способны.
Хокаге всё же не выдержала и повысила голос:
— Не стоит недооценивать Пять Каге! — но успокоившись, продолжила. — Вы просто кучка террористов, которые стремятся уничтожить мир, за который боролись и погибали наши предки! Твои слова бессмысленны!
— Такая самонадеянность! — рыкнул тот, и выпустил свою чакру. Поток был настолько сильным, что АНБУ-шники едва держались на ногах. — Ваш мир погряз в жестокости.
— Я признаю, что Коноха совершала много ошибок, — честно призналась Хокаге. — Но Ваши методы непростительны!
— Следи за языком, — нахмурив брови, выдал тот. — Это ваше последнее предупреждение от Бога. Скажите мне, где Наруко, — после небольшого молчания Цунаде, добавил. — Говори!
— Мы используем все наши силы, чтобы победить тебя! Это всё, что я тебе скажу! — после, добавила. — И ещё одно... Ты совершил огромную ошибку. Ты никогда не получишь то, чего хочешь.
— Если Вы думаете, что шиноби Конохи могут защитить Наруко, то...
— Нет! — резко перебила его Цунаде и ухмыльнувшись, выдала. — Наруко... сильна.
Тем временем, другое тело Пейна — Пожиратель Душ, искал ответы. И наткнулся на группу Ино. Благодаря своей неожиданной атаке, он застал их врасплох. Схватив за голову Шизуне, он сказал тем, кто уже хотели ринуться помочь.
— Двинетесь, и она тут же умрёт, — и начал искать в её голове ответы. Ему повезло, ведь Шизуне была одной из тех, кто знал, где Наруко. Узнав ответы, он всё же отделил её душу от тела, тем самым убивая её. Шизне упала прямо перед Ино. И та, даже вскрикнула. Пейн тут же исчез из поля зрения.
Получив информацию, Пейн спокойным голосом заговорил:
— Похоже, что Наруко здесь нет. Гора Мьёбоку.
— Что?! — опешила Цунаде и даже пару раз моргнула, не понимая, что тут происходит.
— Гора Мьёбоку... Значит я зря тратил здесь своё время, — повернувшись к ним спиной, Пейн ещё немного думал над следующими своими действиями и продумав их, он сказал:
— Почувствуйте боль. Познайте боль!
Он начал медленно подниматься в воздух, повторяя одно и то же. Цунаде взглядом следила за парящим врагом, она чётко понимала, что нужно его остановить. Иначе трагедии не избежать.
— Стой, Пейн! — крикнула она.
— Примите боль. Познайте боль! — паря на небе, снова и снова повторял все те же слова. — Не познав боли, невозможно понять истинный мир!
Призывной Пейн выйдя за границы Конохи, призвала всех остальных. К ним подошла и Конан.
— Что случилось? — спросила та.
— Я собираюсь сделать это, — ответил Пейн, и у Конан округлились глаза.
Под палящим солнцем, Пейн и вправду выглядел, как Бог этого Мира. Цунаде бежала со всех ног, но понимала, что его не остановить.
— Значит, ты всё же решился... Нагато...
— Я никогда не забуду боли Яхико... Да познает мир боль! — и на всю Коноху опустился ослепляющий свет. — Небесная Кара!
В миг, начиная с самого центра, Коноха начала уничтожаться. Улица Конохи погрязли в горы мусора, грязи и трупов. Образовалась огромная дыра. Это напоминало пустошь. И те немногие, кто смогли выжить, только благодаря защите Кацуи, онемели. Никто не понимал, что тут только что произошло. Их деревня, их дом, друзья... Теперь ничего из этого не было. Абсолютная пустошь.
Когда Саку вылез из-под останков зданий, у него округлились глаза, а слова буквально застряли в горле.
— Ч...что здесь... произошло... Г...где Все? Где Ино? Кто-нибудь! Хоть кто-то... — собрав кучу грязи в кулак, тот сжал её. Что он должен делать? Как поступить? Кого спасать?! Вопросы, вопросы и ещё раз вопросы...
Но облако дыма, которая появилась в центре кратера, давало шанс на спасение. В эпицентр событий вырывается сама Наруко, стоящая на головах жаб.
***
Когда преграда, в виде пыли, села, то взору Наруко предстала устрашающая картина. Вместо Конохи был огромный кратер. Ещё раз оглядев всё вокруг, та выдала:
— Да уж... Пропустили мы всё веселье... — как-то грустно произнесла Узумаки.
Несмотря на сарказм, предстоящая картина очень пугала. Страшно было даже подумать, сколько людей погибло. Получается, что Наруко не смогла выполнить данное обещание Сенсею. Какой позор.
— «Нет.» — окликнули внутри. — «Ты проиграешь лишь тогда, когда не сможешь его победить.» — Курама кивнул на Пейна, что опустился прямо перед Наруко.
Та хотела уже что-то сказать, как её перебила еле стоящая на ногах Цунаде.
— Ты! Ты уничтожил наследие моих прадедов! Ты сполна отплатишь за всё!
— Прости, но наша цель... — отправив Робота Пейна прямиком к Цунаде, Нагато хотел завершить сказанное, но его перебила Наруко.
— Я! — крикнула та, одним ударом рассенгана уничтожая одного Пейна.
И Цунаде, и Пейн выпучив глаза, уставились на неё. Девушка росла на глазах. Смотря на Наруко, Цунаде сейчас видела Минато и Джирайю вместе взятых. Скрестив руки на груди, Наруко сказала:
— Бабуль, здесь сейчас тебе не место. Иди чайку попей. Гамакичи, уведи её отсюда.
Цунаде была горда своей внучкой. Да-да, вы не расслышали. Внучкой.
— Но перед уходом, скажи... — Гамакичи в это время уже поднял Хокаге. — Какаши-сенсей сейчас на миссии? — молчание Цунаде прекрасно дало свой ответ. — Ясно...
Ещё один дорогой ей человек ушёл. Ещё одного она не смогла спасти. Сколько их ещё будет? Вот почему... Вот почему Наруко не хотела обзавестись узами. Узами, что сделают из тебя слабой и уязвимой.
Гамакичи всё же отнёс Цунаде к Саку, а тот, в свою очередь отблагодарил её за службу, перед тем, как Хокаге погрузилась в глубокую кому.
Призывной Пейн призвал огромного носорога, которого Наруко без труда остановила и кинула куда-то прочь.
Бой шёл по канону.
Всё шло более-менее хорошо. Даже можно сказать, что отлично. Наруко смогла победить четверых Пейнов. И всё бы ничего, но сила Главного Пейна вернулась. Притянув Наруко к себе, второй оставшийся Пейн схватил её за плечи и стал вытягивать из неё сенджутсу чакру. Это шло на руку девушке. Усмехнувшись, Наруко воспользовалась неподвижностью, тем самым превращая того в жабу. Выбравшись от цепкой хватки окаменевших рук, Наруко выдала:
— Никто не в силе овладеть этой чакрой кроме меня!
— Всё готово! — крикнула издали жаба, но вскоре была притянута к чакропиёмнику Пейна. Он пронзил ей живот.
— Один и тот же трюк, на меня не работает, — сказал Пейн, кинув жабу в панике подбежавшей девушке. Поймав её, Наруко совершила ошибку. Ведь теперь, она не сможет дать отпор. Воспользовавшись этой ситуацией, Пейн протянул её к себе и хватая за горло, жёстко ударил её об землю, что та аж потрескалась.
После перевернул её на живот и воткнул в обе руки своим чакроприёмником. Наруко вскрикнула от резкой боли, но тут же пришла в себя. Она почувствовала странную чакру.
— Угомонись уже, Девятихвостый, — сев на корточки напротив, сказал Пейн.
— Да что же ты такое?! Что же тебе нужно?! Зачем ты делаешь всё это?! — теряя всю свою рассудительность, кричала девушка.
— Зачем? — нахмурив брови, повторил её вопрос. — События происходят без предупреждения и лишь после, становится ясна причина. При таком раскладе дел, не вижу причин, чтобы не поговорить.
Оставшиеся в живых и способные передвигаться шиноби, решили хоть чем-то помочь Наруко. А для этого нужно было отыскать настоящее тело Пейна.
Видя хмурый и злой взгляд Наруко, Пейн спросил:
— Хочешь узнать, зачем я всё это делаю? Сомневаюсь, что мои объяснения будут тебе понятны, — недолго промолчав, очевидно обдумывая про себя что-то, встав на ноги, тот продолжил. — Хотя, если будут объяснять это медленно и доходчиво, то может ты и поймешь.
— Мне нечего обсуждать что-то с таким выродком как ты! — рыкнула та.
— Моя цель, которую я собираюсь достичь, это то, чего не смог даже Джирайя-сенсей, — лицо Наруко с каждой секундой искажалось от отвращения всё больше и больше. — Как я и говорил, принести на эту землю мир и правосудие.
После недолгого молчания, Наруко ответила:
— Мир? Правосудие? Знаешь что... Прекращай нести эту чушь! Мой наставник, мой сенсей... Мои друзья, моя деревня. Ты угробил их всех и после этого, ты считаешь, что у тебя есть право говорить о мире?!
— Тогда скажи, какова Твоя Цель?
Наруко хотела уже сказать «Убить тебя и принести самой мир», но призадумалась. А так ли это? Что хочет на самом деле она? Пару лет назад, она и сама хотела сотворить нечто такое. Что тогда изменилось? Обещание данное Джирайе? Узы, которые укрепили её сосуществование? Что же? Может, она сама?
— Вот оно как, — не получив свой ответ, Пейн приблизился к левому боку Наруко, та следила за ним своим взглядом. — Давай-ка я кое-что тебе разъясню. Ты не имеешь право осуждать меня, ведь практически так же, Коноха поступила и с моей деревней. Война. Великие Страны Огня решили повоевать в маленькой и никому не нужной, по их мнению, деревне. Но кто им дал право так думать? Сколько женщин и детей погибло, а сколькие остались сиротами: обреченные скитаться по улицам и умирать с голоду, — обдумав следующие слова, он продолжил. — Ты ведь и сама хотела уничтожить эту деревню. Этих давно сгнивших людей. Что же поменялось, Узумаки Наруко, — Девушка молчала. Она и вправду не знала ответ. — Ты ведь тоже дала обещание Джирайе-сенсею. Наши цели похожи. Мы не отличаемся друг от друга.
— «Малышь, не ведись на эти провокации», — прозвучал голос Курамы. — «Я чувствую как ты злишься, моя чакра автоматов хочет завладеть тобой. Успокойся.»
Наруко снова не ответила. Никому из них. Душа находилась в прострации. Ответа не было. Девушка потерялась.
— Боль от потери близких, одна на всех. Мы с тобой родственные души. Мы лишь два обычных человека, подталкиваемых разновидностью мести, что зовётся правосудием. Однако, назвав месть правосудием, то это взамен принесёт ещё больше мести. Пора бы уже понять... Этот мир шиноби, живёт лишь ненавистью!
***
Воспоминания Наруко
— Я хотел бы, что-то сделать с этой ненавистью в мире шиноби, — внезапно сказал Джирайя, когда они остановились на перевал, около какого-то храма.
— Ненавистью? — Наруко недоверчиво покосилась на него и фыркнув, выдала:
— Пф, иногда я думаю, что из нас двоих, ребёнок это ты, Старик.
— Почему это? — спокойно спросил тот. — А я хотел поручить это задание тебе.
— Этот мир уже прогнил... И ничего его уже не спасёт.
Услышав этот ответ Джирайя сник и больше не поднимал эту тему.
***
— Этот мир уже прогнил... И ничего его уже не спасёт, — Наруко, услышав из уст Пейна свои собственные слова, вздрогнула и закусила нижнюю губу до крови. Из её рта тянулась красная ниточка. — Так, как же ты собираешься выполнить данное ему своё обещание?
— Я... Я... не знаю...
Пейн рассказал свою идею, идею его мира, и когда Наруко заявила что это обман, он продолжил:
— Ты можешь считать мой план в корне не верным, но ты не можешь осуждать его. Та, которая даже не знает, что хочет от жизни, никогда не сможет достичь того, чего хочет! — Пейн проткнул чакроприёмниками почти во все части тела Наруко, не задев жизненно важные органы.
— Ты ничтожество, которое не смогло никого спасти. Ни родителей, ни наставника, ни друзей, никого. Так что, лучше отдайся мне и принеси хоть кому-то пользу в своей никчемной жизни.
— Заткнись, — рыкнула девушка. Её терпение подходило к концу, и она отчётливо чувствовала, как чакра Курамы медленно смешивается с её собственной.
— Ты жалкая, Узумаки Наруко. Джирайя бы сгорал от стыда, видя тебя сейчас.
— Заткнись! — крикнула та. — Не смей трепаться про Джирайю-сенсея! Убью нахуй!
Чакра Курамы окончательно завладела телом Наруко, и у той, сразу же появились 4 хвоста, освобождая её полностью от оков. Эта злобная аура была настолько сильной, что аж отбросила Саку ударной волной. Узумаки не выдержала и поддалась ненависти.
— Ты ненавидишь меня? — спросил Пейн, а ответом ему стал оглушительный рык Лиса.
Тело Наруко менялось с неимоверной скоростью. Теперь у неё было 6 хвостов. А на покрове чакры образовались кости. Битва была жестокой. Пейн только и делал, что защищался от многочисленных атак. Поняв, что так дела не пойдут, он решил уйти от деревни, ближе к своему собственному телу, дабы с помощью «Чибаку Тенсея» запечатать лиса.
Наруко не задумываясь помчалась за ним, оставляя позади деревню. Она бежала и наносила атаки одновременно. Пейн же, одновременно бежал и уклонялся от них. И вот, он уже достиг того места, где сможет запечатать её.
— Чибаку Тенсей! — крикнул тот. Он создал огромный шар, который втягивал в себя все окружающие его предметы. И первым была Наруко. Всё, что притягивалось, блокировало её движения. Сейчас бороться с чем либо, было бесполезно. Через некоторое время, техника была завершена.
А вот в подсознании Наруко творился полный хаос. Она сидела на коленях и закрывала уши руками, моля, чтобы ей помогли. Но никого не было рядом. Только она и оглушительная темнота. Так же были голоса, которые постоянно шептали над ухом разорвать печать и избавиться мигом от всех страданий. Её глаза горели красным, а печать на её животе была сломлена, из неё протекала черная жидкость. Боли не было. Была лишь пустота.
Едва встав на ноги, девушка поплелась в сторону клетки с одной лишь целью — уничтожить печать окончательно и открыть клетку. Кураму она тоже не слышала, но надеялась, что тот, в кои-то веки, обретёт свободу. У Наруко уже образовались 8 хвостов, помогая ей выбраться из техники Пейна. Вода подняла Наруко до уровня печати. Она протянула руку, чтобы оторвать лист, как в миллиметре от него, кто-то схватил за её запястье и откинул назад. При падении девушка не смогла сбалансировать и упала на пятую точку. Голоса в ушах исчезли, а глаза приобрели свой обычный цвет. Но Узумаки никак не могла разглядеть её спасителя, пока тот не шагнул в свет.
До боли знакомое и такое чужое лицо предстало перед ней. Она выпучив глаза, уставилась на человека напротив. Этим человеком был сам Четвертый Хокаге — её отец.
— О...тец? Ч...что ты тут делаешь? — запинаясь спросила девушка. А Минато одарив её своей тёплой улыбкой, ответил:
— Я сконцентрировал печать таким образом, что при высвобождении восьмого хвоста, я появлюсь в твоём сознании. Не думал я, что до такого дойдет и не горел желанием вновь увидеться с Девятихвостым, но многое можно перетерпеть ради родной дочки.
— Родной дочки? — из глаз полились горячие слёзы и она звонко засмеялась.
— Давай переместимся в более спокойное место, Наруко, — Минато щелкнув пальцем, переместил их в другое подсознание, где было светло и уютно.
— Значит, Третий всё же рассказал тебе кто я, — начал Минато.
— Не совсем, — Наруко вытерла слезы на лице рукавом спортивки. — Это был Девятихвостый, а остальное, я сама из него вынудила.
— Девятихвостый? — Минато даже вздрогнул. — Вынудила?
— Да. Я ещё с детства подружилась с ним. Его зовут Курама. А про Третьего, я его... так сказать... шантажировала, — запинаясь говорила Наруко.
Минато неожиданно звонко рассмеялся.
— Ты мне напоминаешь Кушину. Я рад, что ты пошла в неё, — он положил свою ладонь на её голову и растрепал её алые волосы.
Так же неожиданно, Наруко ударила кулаком в его живот.
— Почему ты запечатал Девятихвостого в своей собственной дочери?! — слезы снова начали вырисовывать дорожки. — Все вокруг ненавидели меня! Никто не хотел со мной дружить и если бы не Джирайя-сенсей, я окончательно бы сошла с ума! Я жила лишь ради мести, но он и всего несколько человек наполнили дыру в моём сердце своей любовью. Но я никого снова не смогла спасти! — она закрыла лицо руками, пряча слёзы. Минато отвёл свой взгляд от неё и спросил:
— Наруко, сколько тебе лет?
— Шестнадцать.
— Я принёс своей дочке одни лишь страдания. Прости меня за это... Но у меня были на это причины.
— Человек в маске? — Минато снова вздрогнул. Ему кажется пора было переставать удивляться. Его дочь была гением, в этом она пошла в него. — Изначально, целью всей моей жизни было убить его, — Наруко упустила кое-какой момент. Она никому это не говорила, но желание умереть и обрести покой, никуда не делись.
Минато улыбнулся и сказал:
— Пейн спросил тебя, как ты выполнишь данное Джирайе обещание, что ответишь?
Наруко снова стерла немного засохшие дорожки слез и выдала.
— Я не знаю... Я уже ничего не знаю.
— Раздор порождает сохранить то, что ему дорого, — говорил он, одновременно починив печать на животе.
— Отец, скажи! Как мне поступить? — Минато обернулся к ней спиной и ответил:
— На этот вопрос ты сама должна найти ответ. Я верю в тебя! — его чакра постепенно заканчивалась, поэтому он растворился на глазах девушки с улыбкой на лице.
Пейну предстала очень странная картина: Лис, который только что бушевал со всех сил, куда-то исчез. Наруко подавила его и сейчас смотрела на него с разъярённым взглядом, который если бы мог, он бы испепелил его на месте.
Наруко понимала, что сейчас она должна быть осторожной, как никогда. Клонов, что удерживали природную чакру, больше не было. Она сможет использовать лишь 2 расен сюрикена. Это понимал и Пейн.
— Отведи меня к твоему настоящему телу! — крикнула Наруко, спустившись на землю.
— Ооо, — удивился Пейн. — Ты и про это догадалась? Не перестаёшь меня удивлять, — он вынул из рук чакроприёмник и побежал в сторону Наруко. — Но я не собираюсь тратить на тебя больше времени!
В ближнем бою, Наруко отбила у него чакроприёмник и оттолкнув Пейна, проткнула им своё плечо. Тем самым, находя настоящее тело.
— Мерзавка! — прокричал тот, вставая на ноги.
С помощью хитрости девушка всё же смогла победить Пейна. Пронзая его расенганом. Ей оставалось всего ничего до поражения. Но она всё же смогла. Пора было навестить настоящего Пейна. Хотя сила уже была почти на исходе.
По дороге она встретила отца Шикамару и Ино, которые были против отпустить её одну. Но настояв, она всё же смогла добиться их доверия. Хотя немного ей в этот помог отец Шикамару, за что она ему очень сильно благодарна.
Перед Наруко предстало огромное бумажное дерево. Протиснувшись внутрь, она наконец-таки встретилась со своим врагом лицом к лицу.
—
Надеюсь, Вы дошли до сюда😂Если Вам понравилась глава, то попрошу проголосовать за неё и оставить отзывы. Мне это очень помогает и мотивирует!