Глава 32
Наверное, Наруко ожидала увидеть всё что угодно. Кроме этого. Помимо девушки, она увидела нечто. Парень, жизнь которого удерживали неизвестные ей приборы, был весь исхудавший и бледный. У него были такого же цвета волосы, как и у нее. Благодаря чему, Узумаки предположила, что они принадлежат одному и тому же клану. Девушка, как выяснилось позже, — Конан, сразу же ринулась защищать его. Но Пейн, точнее Нагато, почему-то остановил её.
— Не думал, что сосуд Девятихвостого прибежит к нам в руки, — после этих слов последовал огромный чакроприёмник, который вонзился в живот девушки.
Нагато уже хотел расслабиться, как увидел, что Наруко противится этой силе. И она смогла вынуть чакроприёмник с такого расстояния. Сила этой девушки не переставала его удивлять. И когда Наруко подняла голову, ему захотелось оказаться куда подальше от этого места, от этого взгляда. Глаза, эти алые глаза и аура исходящая от них, пробирали до костей. Узор её глаз изменился: теперь вместо горизонтального зрачка, был крест. Поистине устрашающее зрелище.
Наруко била дрожь. Она, стиснув зубы, всеми силами боролась с желанием убить их обоих. Воспоминания нахлынули с новой силой. Разговоры с Отшельником, его смерть, боль от его смерти, смерть Какаши-сенсея, страдания её друзей... Но прозвучавший вопрос стал рычагом её следующих действий.
— Ты ненавидишь меня? — повторил свой вопрос Нагато.
— Я хотела с тобой поговорить... Хотела с глазу на глаз встретиться с человеком, кто убил дорогих мне людей. И сейчас... единственное что я хочу... ЭТО РАСКРОМСАТЬ ТЕБЯ НА КУСКИ! — прокричала девушка и ринулась вперёд. Почувствовав опасность, Конан тоже ринулась вперёд. Единственным её желанием было защитить Нагато, во чтобы то не стало.
Узумаки замахнувшись кулаком, вдруг остановилась. Нагато и Конан, явно не ожидая такого, вопросительно уставились на неё.
Слова Джирайи вернули рассудок девушки. Она отпрянула назад и глубоко вздохнув, решила продолжить разговор.
— Как и говорила, я хочу поговорить, — и не давая тому перебить её, она продолжила. — Ты задал мне вопрос, на который у меня нет ответа. И чтобы ответить тебе, я хочу услышать твою историю.
Наруко вытащила из задней сумочки чудом сохранившееся книгу. Эта была та самая книга Джирайи.
— Это книга Джирайи-сенсея. Там рассказывается и про тебя, Нагато. И про Конан... И про Яхико, — сделав небольшую паузу, дабы те смогли переварить её слова, она вновь продолжила. — Поэтому, я хочу услышать вашу историю.
Продумав свои действия и слова, Нагато выдал:
— Думаю, ты имеешь право знать это. Ведь ты в одиночку смогла уничтожить все Пути Пейна.
Нагато начал рассказывать свою историю с самого начала. С момента, когда ниндзя Конохи убили его родителей на его глазах. И с этого, начался его ад, под названием «Жизнь». Однако, вскоре ему повезло, ведь он встретил Конан, которая привела его к Яхико. Они стали вместе выживать. Около десяти лет, они встретили тройку Саннинов. Один из них, по доброй воле души, решил остаться обучать их ниндзюцу. Вот так они учились у него 3 года. За это время они стали настоящей семьёй. Нагато окончательно доверился ему, когда тот увидев силу риннегана, не отрекся от них, а наоборот, поддержал. Но настало время прощаться. Расставаться с ним было больно, очень больно. Они снова потеряли отца. Родного им человека.
После ухода Джирайи прошло 3 года. И идеалы Яхико не давали ему покоя. Он хотел мира во всём мире. Поэтому он создал организацию под названием «Акацуки». Со временем, они росли и процветали. Они стали настолько популярны, что их даже заметил Ханзо Саламандро. Заключив с ним мир, они вздохнули с облегчением. Но это оказалось очередной подставой. Из-за которого умер Яхико, который пожертвовав своей жизнью, доверил всё Нагато. Того тогда охватила неимоверная злость. Призвав Гедо Мазо он убил всех. Не щадя никого. С этого дня, Нагато и Конан окончательно изменились. Нагато больше не верил в мир, который так отчаянно верил Яхико. Он следовал своим путём достижения мира, а Конан... Конан просто следовала за ним. Больше никто не видел на её лице ту сверкающую улыбку, что грела душу.
Этого и добивался Человек в Маске. Нагато и Конан, наверное никогда не узнают, что именно он спланировал эту засаду, что именно он убил остальных членов Акацуки. И именно он надавил на них в самый неподходящий для них, но такой идеальный для него момент.
— «Ну что. Что собираешься сказать теперь?» — спросил Курама, после услышанного рассказа. Ему и самому был интересен её ответ, ведь у него его не было.
Наруко долго молчала, сжимая до побеления костяшек книгу. Но никто не спешил мешать её раздумьям. Нагато и Конан смиренно продолжали ждать её ответа.
Посмотрев на книгу, она всё же решилась выговориться.
— Может... В чём то, ты и прав. Ведь на каждый поступок существует своя причина.
— Вот как...
— Я лишь могу искренне тебе посочувствовать, но никогда... никогда в жизни не смогу тебя простить! — крепко сжав глаза, проговорила та. После этих слов, в глазах Нагато виднелось сплошное разочарование. Он хотел уже что-то сказать, как вдруг, его опередила Наруко. — Но... — от неожиданности оба вздрогнули. — Извращенный Отшельник верил в меня, поэтому поручил найти ответ. Вот почему я буду верить в то, во что когда-то верил сенсей. Таков мой ответ! И поэтому, я не стану тебя убивать, как бы мне того не хотелось.
— Хочешь сказать, мне сидеть и ждать тут, пока ты сотворишь мир на этой Грешной Земле?! — укоризненно спросил Нагато. — Чёрта с два! Для меня уже слишком поздно поверить в сказки Джирайи-сенсея! Постоянного мира нет и быть не может!
— А я разве просила верить в меня? — поджав губы, тихим голосом спросила она.
— Посмотри на себя сейчас! На Конан, которая стала рабом твоих идеалов! — Оба молчали. Нагато мельком взглянул на свою подругу, что не издала ни звука. Как бы больно не было признавать, она была права. — Ты постоянно твердишь о своей боли, но совершенно забываешь про других. Я сама настрадалась не меньше! Но я постоянно пекусь о других! — Наруко кричала уже во весь голос. Она отчаянно пыталась достучаться до этих двоих. — Ты говорил, что мы похожи. Но посмотри реальности в глаза. Мы ни черта не похожи! Жизнь та ещё дерьмовая штука, но только нам под силу сотворить наше будущее.
— Хватит, — прозвучал тихий голос Нагато, но Наруко это не остановило.
— Ты живешь лишь прикрываясь болью из прошлого. Ты говорил мне, что увидев сейчас меня в таком состоянии, Отшельник сгорал бы от стыда. Но посмотри на себя сейчас и вспомни Яхико!
— Хватит! — на этот раз уверенно прокричал Нагато, и Наруко остановилась. Она тяжело дышала. Эмоции вырывались наружу, но немного успокоившись, Узумаки решила сказать свои последние слова:
— Если и вправду, где-то на этой земле существует мир, я найду его, схвачу и никогда не отпущу! — после этой фразы, Нагато, выпучив глаза, уставился на девушку напротив.
— Эти... слова... — еле промолвил тот.
— Эти слова взяты из книги Отшельника. Он создал эту книгу в целях найти мир. А в конце написано, что на эту книгу его вдохновил один из самых его любимых учеников. Это ты, Нагато.
Сердце пропустило удар. Все слова девушки были чистой правдой, но больше ничего нельзя было изменить. В прошлое уже не вернуться. Нельзя вернуть ни Яхико, никого из убитых им людей, но можно было сделать кое-что другое. Под вопросительный взгляд Наруко и обеспокоенные крики Конан, Нагато вытащив руки из приборов и сложив их в замок перед собой, призвал Мейфу но О, который вернёт умерших из того света.
— Нагато, прошу! — не унималась Конан. Потерять ещё одного друга она не хотела.
— Конан! — прервал её Нагато. — Я уже выбрал свой путь.
— Что тут происходит? — ничего не понимающая Наруко подала голос.
— Нагато воскрешает жителей Конохи, — кратко объяснила Конан.
— Таким путем ты решил исправить свои грехи? — спросила Наруко.
— Нет. Их уже ничего не исправит. Я хочу довериться тебе, Наруко.
— Довериться? Мне? — переспросила та. — Ты ведь сам говорил, что я ребёнок, который не понимает чего хочет от жизни.
— Хоть и бессознательно, но ты выбрала уже свой путь. И я уверен, ты выполнишь данное Джирайе-сенсею обещание.
Говорить становилось всё сложнее и сложнее. Волосы, из алого оттенка, постепенно превращались в белый, а в Конохе оживали люди. Никто не понимал, что тут происходит, но видя дорогого человека, который буквально «восстал из мертвых», их уже не волновала причина. Они были бесконечно рады, проливая слёзы счастья. Нагато закончив технику, уснул беспробудным сном. Никто из девушек ничего не сказал. Конан сняла свою технику, и бумажное дерево начало распадаться. Она покрыла тела Нагато и главного Пейна бумагой. Первой тишину нарушила Наруко:
— Забираешь обоих?
— Да. Они мне очень важны.
— Так... Тело Главного Пейна и есть Яхико? — запинаясь спросила Узумаки.
— Да.
Конан взглянула на Наруко и из бумаги создала букет цветов. Протянув его девушке, она сказала:
— Я доверяю их мечты тебе, Наруко.
Забирая букет Наруко всё же спросила:
— Ты останешься в Акацуки?
Посмотрев на тела позади, Конан ответила:
— Нет. Меня там больше ничего не держит.
Улыбнувшись своей ослепительной улыбкой, Узумаки лишь согласно кивнула. Но сразу же стала серьёзной. Она чуть было не забыла сказать главное. Наруко остановила уже уходящую Конан.
— Конан, уничтожь риннеган! Я думаю, за ним обязательно придут.
— Не волнуйся по этому поводу, — только и сказала она. Забрав трупы друзей, та улетела обратно в свою Деревню. Ангел знала, что за ним придут и как следует подготовилась.
Перед тем, как вернуться в деревню, Наруко сделала могилу для Джирайи под одним из деревьев. Около камня, где было высечено его имя, она положила тот самый букет и его книгу.
Тяжело вздохнув, девушка сквозь зубы проговорила:
— Оставил же ты на мне столько дел...
— «Хватит ныть!» — рыкнул Курама. — «Иду уже, тебя, наверное, уже заждались.»
— «Пф, кто меня ждать то будет? Неужто жители деревни?» — сказав это, она иронично посмеялась, но всё же двинулась в сторону деревни.
Оказалось, что Нагато её утащил очень далеко от деревни. Девушка уже и так была истощена, а сейчас еле держалась на ногах. И как предполагалось, ноги всё же отказали, а в глазах на миг потемнело. Наруко ждала боли от падения об землю, но к её удивлению она упала на что-то мягкое. С трудом открыв глаза, она увидела Какаши-сенсея.
— Прекрасно сработано, — сказал тот, перед тем как удобно посадить её на спину. В ответ Наруко устало, но довольно улыбнулась и ушла в небытие.
Какаши медленно нёс мгновенно уснувшую ученицу. Он гордился своей ученицей. Как говориться: «Ученик превзошёл учителя», в этом он ни капли не сомневался. Наруко спасла не только его, но и многих жителей деревни. Она спасла их даже от смерти. Хатаке же, был несомненно рад своей «смерти», ведь он встретился со своим отцом и уладил с ним все недочёты. Но было одно «но». Какаши несомненно доверял Наруко, но ноша, которую ей теперь придётся нести, была слишком велика. Наруко сильная девушка, но достаточно ли? Справиться ли она сейчас? И долго будет ещё справляться?
Много вопросов его терзали сейчас, но спящая девушка на его спине ничего об этом не подозревала. Ей сейчас нужен был только отдых, но всё же нужно было будить её. Ведь её ждал сюрприз. Хороший или плохой, решать только ей.
— Наруко, просыпайся. Мы уже подходим к деревне, — в ответ он услышал недовольное мычание.
Но вскоре девушка всё же проснулась. И то что она увидела, повергло её в необъятный шок.
— Что за хер...ня? — опускаясь на землю, проговорила Узумаки.
Перед ней стояли все жители Конохи и ликовали её возвращению.
— Мы верили в тебя! Ты молодец! — кричали из толпы.
— «Лицемерные ублюдки», — фыркнул Лис, но не увидев никакой реакции, спросил:
— «Эй! Ты тут?»
Наруко до сих пор стояла с открытым ртом и ничего не понимала. Это что, иллюзия? Гендзюцу? Сон? Но всё было слишком правдоподобным. Она проснулась только тогда, когда к ней из толпы протиснулся Саку. По внешним показателям он был зол, но из-за чего?
Когда Саку приблизился к ней, он несильно ударил по её голове со словами:
— Дурёха! Знала бы, как напугала меня, — из-за слабого организма на данный момент, Наруко даже такой удар не вынесла и свалилась. Предугадав такой исход, Саку поймал её ещё в воздухе и нежно обнял. — Спасибо тебе...
После объятий Саку, девушку хотели отнести в самый центр толпы, но Наруко попросив прощения у друзей, исчезла.
— Было предполагаемо, что она сбежит, — обняв со спины Саку, сказала Ино. Тот положил свои руки поверх её и начал нежно их гладить, смотря куда-то в даль.
— Да... Она никогда не примет и не простит деревенских, — с грустью заключил Саку.
— Кстати, — встрял в разговор Шикамару, — а где Учиха?
Саку пожал плечами. По его данным он должен был быть в пути.
***
Саске и вправду мчался домой со всех ног, но его задержали поиски новой катаны. Теперь у него клинок Кусанаги, который он откопал в убежище Орочимару. Его прошлый клинок дал трещину, поэтому пришлось искать новый. И ему несказанно повезло, ведь этот клинок ничто не сможет сломать.
Но его причиной задержки стало не только это. По пути он встретил двоих из Акацуки. Одного из них он знал прекрасно — Мадара, а второй, как позже выяснилось — Зетцу.
— Куда направляешься Саске? — спросил Человек в Маске.
Не отвечая Саске активировал шаринган вместе с чидори, он хотел нанести ему урон, но всё тщетно. Атаки проходили сквозь него.
— Ну-ну... Дослушай, Саске, — не унимался тот. — Не спеши так домой, ведь Коноха стёрта с лица земли.
— «Что?!» — мысленно спросил себя Саске. Он настолько опешил от этой новости, что на миг позабыл о своих врагах. Но секундное замешательство ушло, и брюнет нацепил на лице свою обычную безразличную маску.
— Так что нет смысла туда возвращаться. Пойдём со мной и ты станешь намного сильнее. Я открою тайны Вечного Мангёке.
Хмыкнув, Саске крикнул, что обойдется и ринулся атаковать. Но Мадара не оказывал сопротивления. Он просто стоял и смотрел, как атаки Саске проходят сквозь него, но вскоре ему это надоело и он отступил со словами:
— Скоро увидимся, Учиха Саске.
***
Наруко сидела на каменной голове Четвёртого Хокаге. Это место считалось её самым любимым ещё с самого детства. Здесь никто не донимал тебя, никто не искал. Время как будто останавливалось. А вид на всю Коноху до сих пор не надоел. Вечером он был особенным. Но теперь, когда от той Конохи, что знала Наруко, уже ничего не осталось, вид кардинально изменился. Не было тех огромных и красивых зданий. Не было ничего.
Только зеленый лес, окутавший окрестности Конохи.
В душе был полный бардак. Девушка сбежала тогда, но бежать всегда не получиться. Что же тогда делать? Принять и простить? Нет... никогда. Она никогда не сможет больше простить за всю ту боль, что ей причинили. Она сейчас выполняет своё данное обещание, ничего больше. Больше, она никому не обязана.
11 лет назад
По оживленной улице ходила маленькая и счастливая девочка. На косые взгляды вокруг она абсолютно не обращала внимания. Девочка тогда считала, что люди на неё так смотрят из-за волос. Её ярко красные волосы достигали до плеч, не так длинно, но их цвет резал глаза. Слишком яркая личность для этого серого мира. Девочка сияла как солнце. А её лазурные глаза, что были чище неба, сияли как алмазы. Выйдя из Ичираку, Наруко поспешила зайти в магазин, где продавали различные маски. Сейчас они были очень популярны среди детей, и Узумаки с завистью смотрела, как их покупают родители других детей. Девочка, думала, что если тоже купит такую, то её обязательно примут. И когда Третий наконец отдал ей деньги на проживание, Наруко поспешила пойти их покупать. И вот, она уже стоит перед магазинчиком и выбирает себе маску. Сразу в глаз попала маска в форме лиса.
— «Курама, посмотри какая классная!» — указав на маску глазами, сказала Наруко.
— «Пф, типичные дети...» — ворчал в ответ тот.
Отвлекшись на разговор с Лисом, девочка не заметила, как к ней подошёл продавец масок. Она его заметила слишком поздно.
— Ах ты, крысёныш! — сильно толкнув девочку, сказал тот. Наруко не смогла удержать баланс и упала, сильно ударившись спиной. — Небось решила украсть их?! Убирайся!
Толпа людей, что собрались в кучку, начали шептаться, оскорбляя девочку за все грехи мира.
Кое-как сев, Наруко едва сдерживая слёзы проговорила:
— Я просто купить хотела... — и тут на её лицо швырнули ту самую маску.
— На, Подавись!
Стиснув зубы, Наруко закричала:
— Да что вы все так смотрите на меня?! Что я вам сделала?! Хватит уже! — она быстро встала и убежала, что есть ноги.
Именно с этого дня, девочка изменилась. Жизнерадостная Наруко превратилась в озлобленную на всех девочку. Серые цвета затмили её яркие, не давая и шанса.
***
Ветер трепал теперь уже длинные ярко красные волосы. Девушка грустно усмехнулась, а тихая одинокая слеза скатилась по щеке. Её сломили без какой-либо жалости.
— Долго ещё будешь там стоять? — не оборачиваясь, спросила девушка.
— Думал о том, когда же ты меня заметишь, — ответил тот, и Наруко услышала приближающиеся к ней шаги.
Брюнет сел справа от неё, и Наруко не сдержавшись, посмотрела на него. Ветер игрался с его смоляными волосами, идеально ровный нос и такие бледные, но мягкие на ощупь губы. Она долго смотрела на него, щёки горели, а внутри разливалось тепло.
Брюнет чувствовал этот пронзающий взгляд, но не смотрел в ответ.
— А Коноха изменилась, — без каких-либо эмоций проговорил тот. Кажется, Наруко не ждала от него речей, поэтому ощутимо вздрогнула и отвела взгляд.
— Да. У тебя новая катана? — поменяла она тему.
— Да.
— Из логова Орочимару?
— Да.
Незначимый диалог, но на большее они не были способны. Никто из них не знал, что и сказать. Им хватало того, что оба целы и невредимы.
— А ты хорошо устроилась, — кивая в сторону палатки, сказал Учиха.
— Это единственное место, где мне спокойно.
— Так ты... Убежала?
— Можно и так сказать, — после этих слов, Наруко услышала хмыканье. — Что? — дёрнув бровью, Наруко снова повернулась к нему лицом.
— Та, кто не побоялась Лидера преступной организации, та, кто победила его, боится простых деревенских? Смешно.
— Да иди ты! — сказала она и снова отвернулась. Этот детский поступок умилял Учиху. Он впервые за очень долгое время искренне улыбнулся и позвал девушку посмотреть на него. Но Наруко взглянула на него только со второго раза.
Узумаки неуверенно повернула голову и миг, Саске ткнул двумя пальцами ей в лоб. Лицо нашей девочки стало таким же как и её волосы. Воспоминания хлынули новой волной. Такое уже было 3 года назад. Именно здесь. И если он повторит те слова, что говорил тогда...
«Я люблю тебя Наруко. И всегда буду любить.»
— Я люблю тебя Наруко. И всегда буду любить.
Время как-будто замерло. Сердце билось в бешеном темпе. И если Наруко три года назад попросту покраснела, то сейчас уверенно потянулась к губам Учихи.
Он ответил ей сразу. После столь тяжелых потрясений, ласковые прикосновения этого парня были единственным, в чем по-настоящему нуждалась Наруко. Слишком многое легло на её плечи, и сейчас, находясь рядом с Саске, ничего не было важно.
Прикрыв глаза, она почувствовала, как властно Учиха прижался к её губам, практически сминая те своими. Горячий язык Саске несколько раз прошелся по приоткрытым губам девушки, прежде чем толкнуться внутрь. Узумаки послушно впустила его в рот, после чего обняла Учиху за шею. Решив продолжить эту горячую игру, Наруко скользнула одной рукой вниз, ласково поглаживая упругие мышцы сквозь тонкую ткань футболки. Она отчётливо ощущала, как часто вздымается грудь парня. Саске переместил одну ладонь на талию Наруко, а другую на правое бедро. Не прерывая глубокого поцелуя, он потянул Узумаки на себя.
У Наруко не оставалось другого выбора, кроме как перекинуть одну ногу через бедра парня и оседлать его сверху. Оторвавшись от губ Учихи всего на секунду, чтобы сделать вздох, она заглянула в его глаза. В тёмном взгляде виднелась нескрываемая страсть, которая заставила мышцы внизу живота сладко сжаться. Не сдерживая себя больше, брюнет снова прильнул к её губам, начиная новую жаркую игру. Откровенная поза позволяла предельно четко ощущать его выпирающий стояк. Ладони мужчины плавно спустились вниз по ее спине и вскоре остановились на ягодицах. Сжав их, он услышал тихий стон, что разогрел его интерес ещё больше.
Сейчас их не волновало ничего. Ни тот факт, что они сейчас на каменной голове Хокаге, ни тот, что их сможет кто-то увидеть. Сейчас существовали только они двое. Саске отпрянул от её губ и начал спускаться поцелуями ниже. От каждого прикосновения его губ, то к шее, то к ключице, тысячи мурашек разбежались по телу. Наруко была в своей обычной сетчатой футболке. Верх спортивки она сняла ещё до прихода Учихи. И как только губы Учихи достигли заветной кромки одежды, он прекратил эти сладостные манипуляции. Наруко уже хотела недовольно замычать, как вдруг парень схватил её за бедра и поднялся вместе с ней с холодного камня. После чего немедля направился в сторону палатки. Девушка обхватила его ногами за пояс, а руками вцепилась в уже растрепавшиеся черные пряди. Добравшись до палатки, он медленно опустил ее спиной на спальный мешок, а сам навис сверху. Учиха с новой силой впился в припухшие губы девушки, а она толкнулась своим языком в его рот и принялась дразняще щекотать самым кончиком небо. Саске немного приподнялся на локтях, после чего с нажимом прошелся ладонью по шее Наруко, плавно двигаясь ниже. Как только его рука вновь достигла нижнего края футболки, он, не церемонясь, ухватился за ткань и снял ее. Упругая грудь девушки оголилась моментально, но непривычно холодный воздух касался кожи недолго. Приподнявшись еще немного на одной руке, брюнет отстранился от губ девушки в тот самый момент, когда его горячая ладонь накрыла ее левую грудь. Поочередно он сжимал отвердевшие соски между пальцами, а девушка выгибалась под ним как кошка, накрывая палатку сладкими стонами.
Вскоре руки парня спустились еще ниже. Желая помочь, она послушно подняла бедра, и одним ловким движением Саске снял с неё ненужный на данный момент предмет гардероба. Она чувствовала, насколько мокро уже было меж ее ног и хотелось поскорее завершить эти сладкие муки. Брюнет не заставил себя долго ждать. Он сам был уже на пределе, но дразнить хотелось больше.
Уже в следующий момент девушка почувствовала, как два пальца прошлись по ее половым губам сверху вниз, слегка надавливая. Не сдержав сладостного стона, Наруко запрокинула голову назад. Учиха повторил схожее действие еще пару раз, прежде чем бесцеремонно скользнуть пальцами внутрь. Наруко почувствовала резкую боль, но она ниндзя и это было ничто для неё. Но вскоре, боль прошла, а вместо неё пришло наслаждение. Она уже была готова кончить, как вдруг парень прекратил мучительные ласки.
Саске выпрямился и снял с себя свою одежду. Брюнет уже снял футболку, и Узумаки могла любоваться его подтянутым торсом. Чтобы помочь ускорить процесс, она вцепилась пальцами в уже частично расстегнутый ремень. Довольно быстро разделавшись с ним, Наруко переключилась и на ширинку и как только девушка потянула замочек вниз, штаны податливо съехали по ногам. Учиха, так же тяжело дыша, властно обхватил ее за талию и притянул ближе. Влажный член ткнулся в живот девушки, Наруко обняла Саске за плечи и прильнула к нему грудью. Он несколько раз жадно чмокнул ее в губы, после чего оба поддались назад и упали на спальный мешок. Учиха жарко выдохнул ей в ухо, вызывая волну мурашек. Саске, чтобы не причинить ей боль, медленно вошел в неё и замер, чтобы девушка смогла адаптироваться. Было больно, но вскоре и эта боль прошла, оставляя за собой только удовольствие. Когда Саске начал медленно двигаться внутри неё, эйфорию этих чувств было невозможно описать. Брюнет крепко обнял красноволосую одной рукой, а другой стиснул мягкую грудь. Наруко прерывисто вздохнула. Медленный темп постепенно превращался в быстрый. Саске вновь склонился над шеей девушки и на этот раз безо всякой осторожности впился в нее зубами. Оставляя за собой огромный засос. Узумаки уже была на пределе. И судя по более частым постанываниям Учихи, он также был близок к финалу. И уже через несколько секунд девушка наконец смогла ощутить, как ее накрыло бушующей волной удовольствия. Сладкая судорога сковала низ живота, а дыхание сбилось окончательно и бесповоротно. Поняв, что он тоже близок к оргазму, Учиха ускорил свой темп и толкнувшись бедрами еще несколько раз, резко вынул свой член. Он успел вынуть его до оргазма.
Наруко не могла даже двигаться. Минувший день несомненно высосал из нее все имеющиеся силы. Так же бессильно брюнет свалился рядом с Наруко и накрыв и обоих одеялом, обнял девушку со спины. Этот день Наруко запомнит на всю жизнь.
— И я люблю тебя...