part the sixteenth: конец
Гробовая тишина, нарушаемая лишь сопением омег, уставших сидеть ночью в ожидании хоть какого-то вердикта. В воздухе стоит напряженная обстановка, что кажется сейчас соберется черная туча с молниями. Отдельные покои, в которых собрались лучшие медики не только их империи, но и Китая. Благодаря Чимину они стали более дружны и не отказались в помощи. Сейчас все в руках медицины. Они не выходят из покоев уже второй час. За это время Мин успел собственноручно убить женщину и приказать сжечь тело до пепла и выслать родным, чтобы было что хронить.
Сейчас он печально обводит взглядом дверь, которую тщательно изучает уже битый час. Альфа так и не смог простить себе эту оплошность, ведь был готов напасть, но эта женщина его обхитрила и задела самое дорогое. Юнхи тоже не находит себе места, понимая, что подвел омегу. Тем более, без него их особо жаловать не будут, приписав их вину в смерти омеги. И он даже слово против не скажет, понимая, что действительно провинился. Будь это тот план, который был изначально, последствия были ьы еще хуже, поэтому Мин винит себя. Именно он впутал парня в это, а мог просто сбежать из тюрьмы и зажить спокойной жизнью со своим омегой, как это делал многие годы.
Дверь покоев открывается, откуда выходят уставшие лекари. Все, кто не спал тут же склонили головы к полу, показывая свое уважение. Даже Юнги и Джун уперлись лбом в пол, напрягаясь всем телом. От этого мужчины растерялись, удивленно глядя на них. Для них это огромная честь, которая дается одним на миллионы.
— Ваш омега, безумно удачлив, — улыбнулся один из лекарей, видя напряжение. — Раны хоть и глубокие, но никаких важных органов не задели, и наследник цел. Плод маленький, поэтому в него трудно попасть. Господин Пак проспит до утра, а потом зовите нас, мы сделаем перевязку.
Все тут же выдохнули. Юнги чувствует, как слезы катятся по носу вниз от счастья и облегчения. Он так боялся потерять единственное чем дорожит больше всего. Двумя важными людьми. Громкий всхлип, заставляет всех посмотреть на альфу. А ему все равно, что сейчас думают о нем. Он безумно рад, что оба его счастья живы. Рад настолько, что слезы сами идут из глаз непрекращающимся потоком.
— Мы отблагодарим вас всех чем угодно. Только скажите и мы сразу вам это предоставим, — выдохнул Джун. Мин встал, размазывая слезы по щекам, и прошел в покои, желая скорее увидеть своего мужа.
Его встретил противный запах и омега: бледный, с перевязанным торсом и медленно вздымающейся грудью. В комнате почти не чувствовался феромон Чимина, его старший уловил лишь тогда когда мягко, боясь навредить, поцеловал в губы. Легко и невесомо, тут же устраиваясь на полу, чтобы не тревожить сон. Остальные лишь смотрели со стороны, понимая, что им нужно побыть наедине. Юнхи мнется, не зная куда идти, пока на плечо не легла тяжелая рука отца.
— Мы ужасно с тобой поступили. Я пойму если ты нас не простишь. Можешь остаться здесь навсегда, вместе со своим омегой, но если не захочешь — можешь ступать, мы поймем, — улыбнулся альфа, от чего в горле младшего появился ком. Он не знает что ответить. Просто в голову не лезут мысли, кроме счастья, что его больше не отталкивают от семьи.
— Отец, я, — запнулся Юнхи, ведь его крепко обнял его папа, всхлипнув в шею своего сына.
— Прости нас, Юнхи-я, мы такие омерзительные родители. Как мы могли выгнать своего мальчика из дома, — заревел Сокджин, крепко прижимая к себе крепкое тело Мина. — Прошу останься с нами, мы так соскучались по нашему сыну.
Альфа стоит и понимает, что слезы сами катятся по щекам, а в носу колет. Он крепко обнимает родителя, шепча «да, я останусь» в шею, вдыхая родной запах фиалки, исходящий от омеги. Потом обнимает и отца, всхлипывая от счастья.
Хосок стоит и с доброй улыбкой смотрит на счастливого альфу. Еще десять лет назад он пообещал, что поможет вернуть его в семью, одновременно влюбляясь безвозвратно. Все время был рядом, поддерживая Юнхи и подарил ему вторую семью. А теперь он стал частью его первой семьи. Искреннее радуется за своего альфу. Чувствует, как его обнимают за талию, целуя в висок.
— Знакомьтесь, это Чон Хосок — моя вторая семья и самый любимый омега, — улыбнулся Юнхи, представляя своего парня. Хо залился краской, не зная что сказать. А ему и не дали, втягивая в объятья.
Кажется теперь вся семья наконец-то обрела покой.
Чонгук тихо всхлипывал от счастья, что теперь все наладилось и не нужно ничего бояться. Что теперь все могут вздохнуть полной грудью. Тэхен смеется над парнем, обнимая за плечи.
— Будешь плакать, ребенок тоже заплачет, а тебе это надо? — интересуется Ким, целуя в губы младшего. Тот тут же принялся себя успокаивать, но лишь сильнее размазал слезы по щекам. — Кажется, вы решили дворец затопить своими слезами.
— Тэхен-а, но это же так грустно и радостно одновременно, — шмыгнул носом парень, подставляя свое опухшее личко, которое вытерал от влажности старший.
— Пойдем отдыхать, Гук-и, и так много нервов потратили, а тебе волноваться нельзя, — улыбнулся он и пошел в сторону покоев. Все последовали их примеру, желая хорошенько выспаться, ведь стрелка часов уже давно перевалило за полночь.
* * *
Чимин просыпается от жары. Он еле-как разлепляет глаза, почти тут же встречаясь с лучиком солнца. Недовольно фыркнув, он переворачивается на другой бок, но чувствует болезненный укол в двух местах на животе. Воспоминания накрыли с головой и все, что он смог, это разочарованно простонал. Открыв глаза полностью, первое, что он увидел, блондинистую макушку своего мужа, что тихо посапывал в изгиб руки.
Младший улыбается, чуть приподнимаясь на локтях. Он понимает, что из одежды на нем ничего нет, а голове тело прикрывает лишь одеяло. Будить Мина не хочется, поэтому он осторожно проскользнул к купальне, где осторожно вымылся, стараясь не намочить бинты и не делать резких движений. После надел излюбленный красный ханбок с черными маками по низу золотистой вышивкой. Волосы подвязал красной атласной лентой, собирая в высокий конский хвост оставив челку и несколько прядей. Когда он вернулся в покои Юнги все еще спал, поэтому, накрыв мужчину одеялом, Чимин вышел.
Живот протяжно урчит, желая поесть от души, поэтому его путь был направлен на обеденный зал. К его огромному счастью, там, как оказалось, ужинала вся королевская семья вместе с Тэхеном и Чонгуком. Чимин улыбнулся, видя довольные лица Юнхи и Хосока, которые тоже входили в семью. А вот с появлением самого парня, добрая часть людей поперхнулась едой. Пак лишь виновато улыбнулся и сел на свое место, где обычно ест.
— Принесите еще одну порцию, — улыбнулся Юнхи, глядя на парня.
— Две! Еще две порции, я голоден, настолько, словно не ел неделю! — хихикнул Чимин. Все с удивлением смотрят на него, но облегченно улыбаются, понимая, что с ним все хорошо. Это не может не радовать.
— Юнги еще не проснулся? — интересуется Тэхен.
— Нет, он спит. Я не стал его будить, пусть отдохнет. Вы, наверное, переживали сильно, — вновь хихикнул Чимин.
— Мы места себе не находили! Это было так подло, подставляться под нож, Чимин! Нужно было думать о своем ребенке, — возмущенно засопел Чонгук, легонько ударив друга по плечу. Пак положил руку на живот и как-то неуверенно спросил:
— Он…жив?
— Да, лекари сказали, что ты везучий. Удар обошел ребенка и органы, — улыбнулся Хосок. Чимин облегченно выдохнул, погладив еще плоский животик. Неожиданно в зал ворвался растрепанный Юнги, тяжело дышал, видимо бежал на всех парах.
— Отец, Чим…ин, — что-то пролепетал альфа, но взгляд упал на омегу, успевшего лишь кусочек мяса в рот положить. — Слава небесам, ты здесь. Что-то у меня даже сердце прихватило.
— Все нормально, садись, будем ужинать в кругу семьи, — тепло улыбнулся омега, хлопая на подушку рядом с собой. Мин кивнул и сел рядом, мягко целуя в щеку возлюбленного. Пак засиял, приступая к еде.
— Люблю тебя, больше никогда так не делай, счастье мое, — шепнул на ухо Юнги, заставляя младшего покраснеть до кончиков ушей, а сердце забиться так сильно, что кажется вот вот выпрыгнет из груди.
— И я тебя люблю, мой король, — улыбнулся омега переплетая их пальцы в замочек. Столь же крепкий, как и их любовь.
— Ну все, сейчас мы будем смотреть, как дети делаются! Давай, братец, удиви нас! — язвит Юнхи, глядя на то, как оба мягко поцелавали друг друга. Пара смутилась, а остальные залились смехом.
И вроде бы все. Конец истории: враг повержен, правосудие восстановлено и все млеют от любви и счастливой семейной жизни с ожиданием пополнения.
Тадаааам, вот и конец нашей историиииииииии.
Хочу сказать, что после долгого «застолья» это далось мне довольно трудно. Первоначально, я хотела сделать так, чтобы в конце Чимин умер, оставив лишь наследника Юнги. Но что-то пошло не так, и я просто не смогла это сделать. Потом я немного переделала план фанфика, и мне стало жалко Юнхи… ну такая кнопоцъка, какой из него злодей? В общем, вновь все поменяла и все пришло к этому логическому концу. Напишу еще бонусики, поэтому не расстраивайтесь, лишь знайте, что я вас люблю. Спасибо, что были со мной все это время❤
С любовью, Ji_Pretty👼🌻