Быть мной это...

Я проснулась от того, что в глаза ударил слишком уж навязчивый небесный свет. Не тот мягкий, рассеянный свет, что бывает на земле на рассвете, а какой-то нарочито идеальный, словно его специально вывели селекционным путём для создания атмосферы вечного блаженства. Впрочем, учитывая, где я нахожусь, так оно и было, а вот наслаждения от этого всего у меня не было.

«Вот почему ты такой яркий? Мне что, теперь новые шторы темные искать?!» — пронеслось у меня в голове.

— Цзецзе, ты проснулась? — раздался тихий голосок у самой двери.

Линь стояла на пороге, закутавшись в одеяло, которое я ей выделила прошлой ночью. Её чёрные глаза, ещё недавно пустые и испуганные, теперь смотрели на меня с робким любопытством.

— А то, — я села на кровати, чувствуя, как под кожей зудит божественная энергия. Небесный дворец звучит очень даже шикарно, но на деле представляет до сих пор собой пыльное поместье, которое я буду отмывать всеми силами до вознесения матушки. Как бы меня потом, после стольких трудов, Цзюнь У отсюда не выселил…

«Выселит, я к нему жить пойду, чтобы не повадно было, а то обнаглеет совсем дед».

— Я голодная, — сообщила Линь без всяких предисловий.

— Поздравляю, — я потянулась, чувствуя, как напрягаются мышцы. — А я, между прочим, богиня. Мне полагается просыпаться под пение небесных хоров и приношения амброзии, — влажные мечты мечтами, мне бы тут не подраться хотя бы с кем-то, опять. — А не от того, что какой-то комок грязи хочет жрать.

Она не смутилась, а лишь пристальнее посмотрела на меня. Ладно, девчонка привыкла, что с ней так плохо обращаются, а я по-другому разучилась… Надо же что-то перестать уметь делать, раз семнадцать лет этим не занималась.

— Амброзии нет. Но я видела вчера, как в соседнем павильоне фрукты растут. Может, украдём?

Уголок моего рта дёрнулся. Ну хоть кто-то тут усваивает правильные принципы выживания.

— Не украдём, — я поднялась с кровати. — Мы возьмём, потому что я здесь хозяйка. Вроде как.

«А вообще очень хорошо было бы разобрать вопрос с нашим питанием, потому что от себя же складывается ощущение, что отсутствуют и мозги, и деньги».

На самом деле, мои права на этот дворец были довольно сомнительны. Мне его выделил Цзюнь У — Верховный владыка Небес, человек с каменным лицом и взглядом, который просверливал тебя насквозь, а также по случайному стечению обстоятельств мой дед, Безликий Бай, благодаря которому я появилась на свет. Он сделал это не из великой любви ко мне, я бы тоже не воспылала любовью к ребенку, который тебя нахуй посылает, а потому что иначе пришлось бы признать, что я — незаконнорожденная дочь принцессы Сяньлэ — имею права на что-то. Вообще, с обоими дедами очень сложно: один откинулся и не понятно признал меня или нет, а второй с шизофренией бегает.

Мы с Линь вышли в сад. Дворец Сяньлэ действительно был великолепен, когда его рассматриваешь: резные павильоны, мостики над искусственными ручьями. Но всё это было заброшено и покрыто тонким слоем пыли вечности. Воздух пах стариной и грустью.

Мы сорвали несколько персиков. Они таяли во рту, отдавая вкусом мёда и чего-то ещё, неземного. Линь ела жадно, с наслаждением, которое знакомо только тем, кто голодал по-настоящему, но много я ей не дала, вот что будет если откинется вдруг? Мне такого счастья не надо.

— Ты знаешь, — я облокотилась на перила мостика. — Мне вот интересно: если я теперь богиня, то что я должна делать? Обязанности никто не сказал, да и вся информация, которой я обладаю, расплывчата. Знаю, что должны исполнять молитвы смертных, но как их себе завербовать? Не ходить же по миру смертных с агитацией: «Молись богине войны Сяньлэ — Се Цзиньхуа»? Тем более там внизу никто такую личность даже никто не знает. Мой народ, который ущемляют, вообще будет в ах… — посмотрела на Линь и решила не продолжать мат. — В культурном шоке от того, что я родилась в период войны. Для них это будет своего рода предательством: они воевали, умирали, голодали, а их принцесса наследная тем временем дочку родила.

Линь пожала плечами.

— Можешь начать с того, чтобы прибраться во дворце. Здесь паутины больше, чем в склепе.

Я фыркнула, девочка была права. Хоть мы вчера тут весь вечер убирались, чистоты при этом вообще не видно. Это обидно.

— А ты из людей Сяньлэ или Юнъани? — спросила я, переводя взгляд на Линь, после чего девочка пожала плечами и честно ответила:

— Не знаю.

В саду неожиданно для меня и Линь появилась Наньгун Цзе. И если её лицо было невозмутимым, то я вполне логично удивилась и задумалась над тем, что нужно запирать получше двери, а то шастают тут всякие. А если за каким-нибудь меня занятием застанут?.. Когда неожиданно в демона буду трансформироваться.

— Ваше Высочество, — она слегка склонила голову. — Вас ожидают на собрании у Цзюнь У. Небесный владыка желает обсудить ваше… положение.

— Я не беремена! — сказала довольно громко, потому что это первое положение, которое мне пришло в голову.

Лица других людей говорили сами за себя:

—… — Мэймэй посмотрела на меня, как на умалишенную.

—… — да и Наньгун Цзе точно также.

— Ладно, прошу прощения, туплю, — честно призналась я. — Но я всё равно не беремена, как мама… — Се Лянь то тоже в возрасте близком к моему сейчас меня родила.

— Это очень даже хорошо, — мотнула Цзе головой в знак того, что я молодец, раз без мужа не залетела, а затем перевела взгляд на Линь, которая успела за это время и спрятаться за моё ханьфу, и повыглядывать из-за него. — А она откуда?

— Я её украла.

—…

— Ну тут по-другому даже не объяснить, как я решилась на то, чтобы забрать её на небеса, не узнав, что с её родителями.

— У меня никого нет, кроме тебя, — сказала Се Линь.

— Ладно, — выдохнула Наньгун Цзе, потому что, судя по её мешкам под глазами, ей совершенно не хотелось разбираться с моими головоломками. — Вам также следует подготовить подношения для каждого божества. По традиции новое божество должно преподнести дары другим небожителям, чтобы засвидетельствовать своё уважение.

— Подарки? — я подняла бровь. — Серьёзно? А что, нельзя просто прийти и всех послать куда подальше? Экономия времени и ресурсов.

На губах Наньгун Цзе дрогнул почти незаметный намёк на улыбку.

— Не советую. Особенно богу литературы Цзинвэню. Он… церемонен.

— То есть зануда, — перевела я.

— Так можно про богов говорить? — спросила Линь.

— Тебе нет, — ответила я сестре.

— Вам выделены ресурсы из казны Небес лично Цзюнь У для таких подношений, — сказала Цзе. — Можете выбрать что-то подходящее.

— Ну хоть по бюджету не так накладно будет, — выдохнула я.

— А ещё очень хорошо было бы вам, как можно скорее, придумать пароль для духовной сети общения, чтобы мне к вам не пришлось в следующий раз бежать.

— Какой ещё пароль? — сказала я, после двух секунд раздумий.

— Для духовной сети общения…

— Нет, вы меня неправильно поняли, — мотнула головой пару раз. — У меня будет пароль «Какой ещё пароль?»

— Ещё одна… — выдохнула Наньгун Цзе. — У вашей матушки пароль был «Одну тысячу раз прочти наизусть «Дао дэ цзин», вот и всё».

— Если не знать, что такое «Дао дэ цзин», то к маме легко было попасть.

Собрание у Цзюнь У проходило в том же величественном зале, где я впервые предстала перед небожителями. На этот раз здесь было меньше народа, но атмосфера от этого менее напряжённой не стала. Приперлась же я сюда довольно быстро, дав Се Линь наказание ничего не ломать, не воровать и вообще по возможности взять тряпку в зубы и отдраить хоть чуть-чуть ту комнату, которая после этого будет её, даже если это будет главная спальня. На что в начале получила непонятный взгляд, а затем слова, что она будет в руках тряпку держать, потому что во рту не удобно.

Цзюнь У восседал на своём нефритовом троне. Рядом с ним стоял тот самый бог литературы — Цзинвэнь. Его лицо было вытянутым и недовольным, будто он только что откусил лимон и пытается это скрыть.

— Се Цзиньхуа, — начал Цзюнь У. Его голос был ровным, но в нём чувствовалась сталь. — Ты теперь занимаешь положение богини войны. Это налагает на тебя определённые обязанности.

— Конечно, владыка, — сказала я, мотнув головой в знак согласия.

Цзинвэнь фыркнул, не скрывая презрения.

— Женщина на посту богини войны. Это противоречит всем канонам. Война — это удел мужчин. Женщинам следует заниматься… искусством. Или деторождением.

Я медленно повернулась к нему.

— Я только вчера родила, а вы уже на меня с другим ребенком наседаете, — сказала таким скорбным голосом, что у нас весь зал сразу же замолчал. — Шучу, я бы ближайшие столетия себе не рекомендовала размножаться. Так что не советую такие мне советы давать, — Цзиньвэнь от меня скривился. — Ой, простите, верховный бог литературы, что я, такая необразованная, подвергаю ваш слух такими низменными и неграмотными оборотами, вы ведь у нас тут профессиональный критик. Вы книги пишете или просто всех критикуете?

Он покраснел от ярости.

— Я отвечаю за летописи, поэзию и сохранение культурного наследия Небес! А ты… ты вообще необразованная дикарка!

«Бля, по фактам попал, и не образованная, и в какой-то степени дикая».

— Зато какая убивастая дикарка, — я улыбнулась. — Хотите, продемонстрирую? Могу вам новую тему для летописи — «Как я превратила бога литературы в игольницу». Бестселлер гарантирован, а то, что таким может быть только богиня войны.

Цзюнь У поднял руку, прерывая наш диалог.

— Довольно. Се Цзиньхуа, тебе следует принести ритуальные подношения. Это традиция.

— Хорошо, хорошо, — я вздохнула. — Что должны дары для богов символизировать?

Цзинвэнь смотрел на меня так, будто я только что предложила ему дохлую крысу. Вот ему это и подарю, он должен оценить.

Цзюнь У, кажется, едва сдерживал улыбку.

— Подношения должны символизировать твоё уважение к каждому божеству. Богине дождя — лучшие плоды твоего сада. Богу ремёсел — искусно сделанный предмет. Богу войны…

— …острый меч? — подсказала я.

— …острый меч, — он кивнул. — Но тебе следует преподнести его Пэй Мину. Он также носит титул бога войны.

«Главное дяде метлу не подарить…»

— И что она может предложить? Грязную одежду и грубые манеры? — скривил губы Цзинвэнь.

Я повернулась к нему, широко улыбаясь.

— А вам я подарю кое-что особенное. Книгу с названием «Как перестать быть занудой и начать жить». Автор — я. Специально для вас.

Он зашипел, но Цзюнь У жестом велел ему замолчать.

— У тебя есть три дня, чтобы подготовить подношения. Затем ты должна их всем преподнести.

Я поклонилась с преувеличенной почтительностью.

— Как прикажете, Владыка. Только уточните: а если кому-то из божеств мой подарок не понравится, я могу его просто обнять в знак уважения?

Цзюнь У наконец улыбнулся — холодно, но с намёком на одобрение.

— Не советую. Но твоя инициатива заслуживает… внимания.

«А, то есть кого-то обнять до удушья можно, а кого-то не желательно».

После собрания я решила навестить Пэй Мина. Из всех небожителей он казался наименее заносчивым — возможно, потому что был воином, а не бюрократом.

Его дворец находился в середине Небесной столицы и больше напоминал укреплённый лагерь, хотя в нем также было изящество. Пэй Мин сидел во внутреннем дворе и заполнял какие-то свитки. Ну да, на воздухе же это делается очень даже хорошо.

— Ну, здравствуй, огненная дева.

— Богиня войны, вообще-то, — я скрестила руки на груди. — И да, я здесь, чтобы проверить, не бездельничаешь ли ты.

— Бездельничаю? — Он рассмеялся. — Детка, я только что вернулся с патрулирования границ. Там демоны опять пытаются прорваться.

— Демоны? — я заинтересовалась. — А мы можем их просто переубивать? Я недавно практиковалась.

Он покачал головой, но в его глазах светилась усмешка.

— С их-то прахом? Убиваешь-убиваешь, а толку нет.

— О подарках, мне сказали, что я должна преподнести тебе что-то острое и блестящее, как богу войны.

— Мне? Да мне ничего не нужно. У меня и так всего полно.

— Но традиция! — я сделала драматическую паузу. — Я не могу просто проигнорировать традицию. Иначе Цзинвэнь опять начнёт ныть.

— А, Цзинвэнь, — Пэй Мин скривился. — Этот старый гриб. Он ещё и тебя достаёт?

— Он считает, что женщине не место на войне. Предлагает мне заняться деторождением или вышиванием.

— Ну, тогда ты ему в ответ предложи засунуть свои свитки поглубже, — засмеялся Пэй Мин.

— Я уже предложила. Он чуть не взорвался от ярости. Ладно, так что насчёт подарка?

— Знаешь что? — сказал он, подумав какое-то время. — Подари мне что-нибудь, что имеет для тебя значение. Не какую-то безделушку, а что-то настоящее.

— Хорошо, — я кивнула. — Я подумаю.

Мы поговорили ещё немного о Небесной страже и демонах, а затем я отправилась обратно. По пути мне пришла в голову идея — а что, если подарки должны быть не просто формальностью, а чем-то, что действительно отражает меня и мои отношения с каждым богом? Но для этого нужно понять, кто чего стоит.

Вернувшись во дворец, я застала Линь за интересным занятием — она перебирала старые вещи моей матери, которые мы нашли в одной из комнат.

— Смотри, — она показала мне шкатулку с украшениями. — Здесь столько всего блестящего.

— Не трогай, — я забрала у неё шкатулку. — Это всё мамино. Она, может, вернётся и заберет.

Линь посмотрела на меня с сомнением.

— А она часто возвращается?

— Нет, — я вздохнула. — Но всё равно, это не для нас.

Я открыла шкатулку. Внутри лежали различные безделушки — шпильки, браслеты, кольца. Всё это было красиво, но безжизненно, как и всё на этих Небесах.

— Линь, — я повернулась к девочке. — Как думаешь, что больше всего нужно небожителям?

— Им нужно, чтобы их не забывали, — ответила она сразу.

— Только, к сожалению, большинство из нас, лицемеры.

Мы провели вечер за уборкой. Фэн Сюй ворчал, но мыл полы с усердием, которое меня удивило. Му Шэн молча чинил мостик, и его работа была идеальной — как и всё, что он делал.

Линь помогала мне расставлять вещи по местам. Она оказалась проворной и сообразительной — настоящий помощник.

Позже мы сели на террасе и смотрели, как заходит небесное солнце. Его свет был мягче, чем днём, и окрашивал облака в розовые и золотые тона.

— Знаешь, — сказала я Линь. — Может, здесь можно быть счастливой, как в Диюе с хорошим декором.

Она кивнула, прижимаясь ко мне.

— Главное — чтобы ты меня не бросила.

— Я не брошу, — я обняла её. — Потому что это моё главное правило, всё остальное — ерунда.

Где-то вдали кричали птицы, и ветер приносил запах цветов. Но впервые за долгое время, я ощущала себя просто дома, даже несмотря на то, что Му Шэн, за моей спиной, умудрился одеть ведро с водой на голову Фэн Сюя.
_______

• Мой Telegram-канал: Mori-Mamoka||Автор, или ссылка в профиле в информации «Обо мне».

• Люди добрые, оставьте мне, пожалуйста, нормальный комментарий, мне будет очень приятно. Без спама!

• Донат на номер: Сбербанк – +79529407120