Всё будет в порядке.
— Просто друзья? — переспросила Кадет.
— Да, Софья, мы ведь обыкновенные подруги, — уточнила я, стараясь звучать убедительно.
Кульгавая взяла сигарету, подкурила и, не глядя на меня, произнесла с нервной ухмылкой:
— Окей, просто подружка.
Я заметила, как её глаза скрывают непонятную смесь эмоций — от разочарования до странной ревности. Но я постаралась не обращать на это внимания, хотя внутри что-то затрепетало. В конце концов, я повторила себе, что всё, что между нами — это просто дружба.
После этого непонятного разговора мы продолжили гулять, но атмосферу как будто что-то растерзало. Я пыталась не обращать внимания на напряжение, стараясь поддерживать разговор, но внутренне всё было немного не на своём месте.
Пришло время идти домой и Григорьева решила меня проводить. Мы прошли через парк, и, когда подошли к моему дому, Григорьева молча остановилась и повернулась ко мне. Я почувствовала её взгляд, который скрывал что-то большее, чем просто прощание.
— Ну, вот и всё, — сказала она тихо. — Мама дома уже?
— Похоже на то, — улыбнулась я. — Спасибо, что проводила.
Она кивнула, но не сразу ушла. Я почувствовала, как её взгляд всё ещё на мне.
— Лия, если что, всегда рядом, — сказала Григорьева и, не дождавшись моего ответа, развернулась и пошла прочь, оставив меня стоять под подъездом с мыслями, которые не давали покоя.
Ночью мне не спалось, я тепло оделась и тихо вышла с квартиры, пока все спят. На улице не горели фонари, только мягкий свет луны, и я уселась на ближайшей лавочке, закурила сигарету, наслаждаясь ночной тишиной. Время, казалось, остановилось, и всё вокруг поглотил этот спокойный, убаюкивающий момент.
Неожиданно ко мне подсел парень. Пусть и темно, но его голос показался мне до жути знакомым.
— Привет, красавица, — проговорил мужской голос, его интонация была лёгкой и уверенной.
Я повернулась к нему, чуть настороженная.
— Здравствуйте, — спокойно ответила я, не ожидая такой встречи.
Только через мгновение до меня дошло, что это тот самый парень, который предлагал мне пакетик с порошком. Вспомнив тот момент, я невольно напряглась.
— Жизнь у тебя не сахар, настолько я знаю, — тихо произнес он, наблюдая за мной.
Я встала, немного приподняв голову, не ожидая, что он скажет что-то подобное. Странно было, что он так уверенно говорил о моей жизни.
— Откуда ты знаешь всё? — я была крайне удивлена, пытаясь понять, как он мог узнать такие подробности о мне.
Он лишь слегка ухмыльнулся, не отвечая напрямую на мой вопрос. Его взгляд оставался сосредоточенным, почти изучающим.
— Так что, мое предложение в силе, — сказал он, продолжая избегать ответа на мой вопрос, будто знал, что я не получу ни одного разъяснения.
Я долго думала, а потом, как будто не имея другого выбора, плюнув на все, согласилась. Парень взял меня за руку и повел в старую квартиру, где царил странный, едва уловимый запах, который я не могла сразу понять. Комната была украшена гирляндами, которые горели разными цветами, создавая атмосферу из какого-то прошлого, а вокруг стояла старая советская мебель. Всё это выглядело как сцена из фильма, в котором я оказалась случайным персонажем.
Когда парень включил свет, я наконец увидела его лицо: зелёные глаза, черные волосы, короткая стрижка и небольшая борода. Я ощущала, как его взгляд проникает сквозь меня, но я не могла понять, что мне делать с этим внезапным и немного тревожным знакомством.
Парень протянул мне пакетик с белым веществом, процесс происходил довольно быстро, и вскоре я почувствовала, как напряжение в теле начало исчезать. Вся моя тревога, которая преследовала меня последние дни, словно растворилась в воздухе. Я не могла не заметить, как всё вокруг становилось ярче, а чувства — острее. Мой разум стал спокойным, а тело расслабленным, как будто я плыла в облаке, не ощущая времени.
Парень сидел рядом, наблюдая за мной с лёгким любопытством, но и с какой-то скрытой напряжённостью в глазах. Он не торопился, а просто молча ждал, пока эффект не проявится полностью.
Я глубоко вздохнула, пытаясь сосредоточиться, но чувство лёгкости и необыкновенной свободы поглотило меня. В мире вокруг становилось всё меньше вещей, которые могли бы меня беспокоить. Всё было прекрасно и гармонично. Мои мысли плавно скользили, не цепляясь за ничего конкретного.
Однако где-то в глубине подсознания начинала возникать тревога. Я знала, что эта мгновенная эйфория не может длиться вечно. Мое внимание снова вернулось к парню, который, несмотря на внешнюю спокойность, всё ещё оставался настороженным, как будто он ожидал чего-то, что я не могла понять.
– Ты не переживай, – сказал он, его голос был тихим и спокойным. – Просто расслабься. Всё будет в порядке.
Но его слова не избавили меня от ощущения, что что-то не так. Мой взгляд зафиксировался на его руке, в которой он крепко держал ещё один пакетик.
Тревога начала медленно отступать, уступая место странному чувству любопытства. Я почувствовала, как мой разум всё больше теряет ясность, и мысль о том, что мне нужно что-то изменить, утонула в ощущении легкости. Вместо этого я снова посмотрела на него, на его руку с пакетом. В глазах его я заметила что-то новое — смесь терпения и ожидания.
– Ты хочешь еще? – спросил он снова, на этот раз с чуть более уверенным тоном.
Я не знала, что именно меня заставило согласиться. Возможно, это была искушающая уверенность в его голосе или чувство того, что мне не нужно думать, что всё уже решено за меня. Я пыталась сопротивляться этому внутреннему импульсу, но в итоге мой взгляд вновь встретился с его глазами, и я почувствовала, как пропадает всякое желание сомневаться.
– Да, – сказала я, едва осознавая, что произнесла эти слова вслух.
Он молча кивнул, и в его глазах мелькнуло что-то, что я не могла точно определить — одобрение или победа. Он протянул мне пакетик, и я приняла его без колебаний. Чувство тревоги, что я могла ошибиться, оставалось где-то глубоко внутри, но я всё больше ощущала, что готова поглотить этот момент, раствориться в нем, как в чём-то неизбежном.
Всё вокруг казалось туманным и странным, как будто реальность слегка дрожала. Я пошла в ванную, чтобы умыться и хоть немного прийти в себя. Зеркало показывало меня в худшем виде: глаза покрасневшие, волосы спутанные, а лицо будто налилось тяжестью. С трудом оперлась о раковину, пытаясь понять, как я оказалась здесь, в этой пустой квартире, и почему не помнила, что происходило за ночь.
Телефон продолжал вибрировать в кармане, и я с неохотой вытащила его. Ещё один пропущенный звонок от мамы. Я быстро поставила его на беззвучный режим — не хотелось объяснять, где я была и почему не пришла домой. Хотелось просто тишины.
В школу я не пошла. Маме сказала, что переночую у подружки, и она не возражала. Сил даже выйти из квартиры не было, я просто лежала в кровати, бессильно глядя на мерцающую гирлянду. В голове был туман, и я не могла понять, что со мной происходит.
Ближе к вечеру дверь тихо открылась, и я услышала шаги. В комнату вошел тот самый парень — Стас. Он, видимо, сразу заметил, что мне совсем не здоровится.
— Лия, ты как? — спросил он с некоторой обеспокоенностью.
— Ты кто вообще? — с трудом выдавила я, все еще не веря, что он здесь.
— Стас, — ответил он коротко, не собираясь тратить время на лишние объяснения.
Я слабо улыбнулась, но тут же нахлынула боль, и я едва сдержала стон.
— Я... отвратительно, — пробормотала я, поворачиваясь на бок, пытаясь хоть как-то снять это мучительное ощущение.
Стас подошел немного ближе и, заметив мое состояние, нахмурился. Он замолчал, а потом снова заговорил, голос его стал мягче.
— Слушай, тебе нужно немного облегчить состояние. Я могу помочь, — сказал он, доставая что-то из кармана.
Я моргнула, посмотрев на него с изумлением.
— ? — удивленно посмотрела на него я, вспоминая его предложение в тот момент, когда мы встретились в темноте.
Он немного покачал головой, как будто не удивляясь, и предложил мне маленький пакетик с порошком.
— Просто попробуй, — мягко сказал он, будто уверенный, что это решит все мои проблемы. — Это поможет тебе, боль уйдет, ты почувствуешь себя лучше.
Я задумалась, моя голова не соображала, а тело было слишком усталое и больное, чтобы сопротивляться. Внутри что-то толкнуло меня, и я, чувствуя, как слабость меня поглощает, взяла пакетик.
— Ладно, — с трудом выдохнула я. — Дай.
Он улыбнулся, зная, что уже добился своего.
Уже неделю я не была дома, не посещала школу и не связывалась ни с кем из друзей. Маме я наплела, что уезжаю в родной Краснодар на пару дней, и она отпросила меня со школы.
За эту неделю мой вес значительно снизился, я почти ничего не ела, огромные круги под глазами, и в целом я выглядела не очень хорошо. Стас отправил меня поздно ночью в магазин за водой и снеками. Я оделась и, шагая по аллее, покуривала сигарету.
Вдруг кто-то неожиданно дернул меня за плечо. Я обернулась и увидела Кульгавая, стоящую передо мной с удивлённым выражением лица.
— Лия, это ты? — спросила она, в её голосе прозвучали удивление и некая растерянность. Она внимательно посмотрела на меня, как будто пыталась понять, что происходит.
Я замерла, почувствовав, как её взгляд пронизывает меня. Моё тело будто окаменело, и я поняла, что не могу скрыть всё, что скрывается за этой маской.
— Да, это я, — ответила я с усилием, стараясь не выдать свою растерянность. — Привет, давно не видела тебя.
Кульгавая всё ещё изучала меня глазами, но не сказала ничего. В её взгляде промелькнуло что-то вроде сомнения.
— Боже, ты где была? Мы все переживаем за тебя, я тебя, сука, искала всё это время! — обозленно произнесла Кульгавая, её глаза пылали злостью и беспокойством.
Я ощутила, как её слова ударяют прямо в грудь, словно меня пронизали. Я молчала, не зная, что ответить. В голове буря мыслей, но ни одна не могла выбраться наружу.
— Извини, — наконец выдавила я, но звук моего голоса казался чужим. — Просто... нужно было побыть одной.
Кульгавая не ответила сразу. Она стояла передо мной, пытаясь понять, насколько я серьёзно говорю, и в её взгляде всё ещё оставался след недоумения и гнева.
— Одной? Ты что, с ума сошла? Ты просто так исчезла, и никому не сказала? — её слова звучали с яростью, которую было трудно игнорировать.
На мой телефон позвонил Стас, и пока я отклоняла вызов, Софья заметила это.
— Стас? Это кто? — серьезно спросила она, её взгляд становился всё более настороженным.
— Друг мой, всё, мне пора, — ответила я, пытаясь откинуть её руку и продолжить идти, но как назло, когда я клала телефон в карман, с него выпал пакетик, в котором оставалось совсем немного порошка.
Я замерла. Кульгавая, не говоря ни слова, аккуратно подняла пакетик с земли, её глаза скользнули по содержимому. Я почувствовала, как внутри всё похолодело.
— Это что? — её голос стал ледяным, и я знала, что она не оставит это без внимания.
Я растерялась, не зная, что сказать. В голове метались мысли, но ни одна не казалась достаточно хорошей, чтобы оправдаться. Кульгавая продолжала смотреть на меня, её взгляд был одновременно проницательным и холодным.
— Это мне нужно, отдай! - уже с агрессией проговорила я, пытаясь вырвать пакетик из её рук.
Кульгавая, не обращая внимания на мои попытки сопротивляться, резко схватила меня за локоть и насильно потянула к себе домой.
Я пыталась вырваться, но её хватка была слишком крепкой, и несмотря на мои усилия, она продолжала тянуть меня вперёд.
— Ты что, с ума сошла? — я выкрикивала, но ее лицо оставалось холодным, и она не обращала внимания на мои слова.
Она не останавливалась, ее шаги становились всё более уверенными, а мои попытки освободиться становились всё слабее. Мои мысли путались, и в какой-то момент я поняла, что уже не в силах бороться с её настойчивостью.
Когда мы вошли в её квартиру, она резко толкнула меня на кровать и села передо мной на корточки, держа в руках этот пакетик. Её глаза были сосредоточены на нём, и я чувствовала, как в комнате повисла напряжённая тишина.
— Ты всё это время употребляла? — серьёзно произнесла Софья, её голос был холодным и требовательным.
Я молчала, не собираясь отвечать на её вопросы. Не хотела, чтобы кто-то знал правду, и тем более не собиралась оправдываться. В груди колотилось сердце, и всё, что я могла сделать — это сидеть в тишине, не встречая её взгляда.
Софья не отводила от меня глаз, её лицо не выражало ни удивления, ни сочувствия. Только строгая уверенность, что я должна что-то сказать, что-то объяснить. Но я не была готова открыться.
— Лия, мне ещё раз повторить вопрос? — её голос звучал с таким нажимом, что мне казалось, она вот-вот меня ударит.
— Да, употребляла, — кратко кинула я, пытаясь сохранять хоть какое-то спокойствие, хотя внутри меня всё бурлило от страха и ненависти к себе.
— Сука, — тихо проговорила она, тяжело выдыхая, как будто все её эмоции сжимались в этом одном слове.
Софья закрыла лицо руками, и на мгновение мне показалось, что она совсем потеряла контроль. Я не могла понять, что она будет делать дальше. В комнате стояла напряжённая тишина, и я ждала, что она скажет или сделает что-то ещё, но она оставалась в этом состоянии, не зная, как поступить.
— В рехаб захотелось? Я устрою тебе! — с агрессией проговорила Софья, её глаза горели от злости. Я почувствовала, как её слова пробивают меня насквозь. В её взгляде была такая ярость, что казалось, она прямо сейчас выбьет из меня эту дурь.
Она встала с корточек, и её руки сжались в кулаки. Я видела, как её тело напряжено, готово к действию, и это меня пугает. Внутри меня всё сжалось, но я не могла позволить себе проявить слабость. Не могла поддаться её давлению.
— Ты не понимаешь, — прошептала я, но это прозвучало скорее как оправдание, чем что-то значительное.
Софья не отвечала, но её взгляд стал ещё более острым, как будто она искала ответы в каждом моём жесте. Моя нерешительность только подлила масла в огонь её злости.
Кулак Кульгавой с размаха заехал в стену, и я услышала резкий звук удара. На месте, где она ударила, осталась небольшая вмятина.
— Я тебя, сука, дома у себя закрою, пока ты не выберешься с этой гадости! — проговорила она, не отводя взгляда от меня, её слова были полны угрозы.
Я замерла, чувствуя, как в груди сжалось от страха и напряжения. Но в этот момент вновь прозвонил мой телефон. Это был Стас. Я быстро подняла трубку, пытаясь хоть как-то скрыть своё состояние.
— Лиюшка, ну ты где? — нежно проговорил Стас в трубку, и его голос, как всегда, был тёплым и заботливым, но сейчас он только усиливал моё беспокойство.
Я застыла, не зная, что ответить. Мой взгляд всё ещё был прикован к Кульгавой, которая смотрела на меня с непреклонной решимостью.
Она выхватила телефон из моих рук с такой силой, что я едва успела его удержать. Её глаза полыхали злобой, и её лицо стало холодным и решительным.
— Если ты попадёшься мне на глаза, я сделаю с тебя такой же порошок, что ты давал Лие, — её голос звучал без доли сомнения, как будто она уверена, что сможет исполнить свои угрозы.
Мне стало страшно. Я чувствовала, как мои ноги подкашиваются, а сердце начинает биться быстрее. Я пыталась понять, что делать, но в тот момент ничего не приходило на ум. Кульгавая не была похожа на ту, кого я когда-то знала. Её агрессия, её решимость... всё это было настолько реальным и опасным, что я не могла не поверить в её слова.