Глава 14
Утро наступило мягко — без резкого света, без раздражающих звуков. Солнечные лучи лениво пробирались сквозь полупрозрачные шторы, рассыпаясь по полу бледными пятнами. В доме было тихо, почти уютно-призрачно, как бывает только в тех местах, где тебе хорошо.
Йост проснулся рано — раньше, чем планировал. Не потому что зазвонил будильник или что-то потревожило его сон. Просто проснулся. Потянулся, зевнул, некоторое время лежал, уставившись в потолок, пока в голове не прояснились события вчерашнего вечера. Улыбка появилась сама собой.
Он выбрался из кровати, стараясь двигаться тише обычного, и направился на кухню. Запах свежемолотого кофе вскоре наполнил пространство — он варил его вручную, по привычке, сосредоточенно и спокойно, как будто в этом утре было что-то почти церемониальное. Как будто ему важно было не разбудить случайно — а дождаться.
В гостевой комнате Ники проснулась не сразу. Сначала почувствовала тепло пледа, затем медленно пришло осознание: она не у себя. Пространство чужое, но не пугающее. Спокойное. Безопасное.
Она приподнялась на локтях, волосы растрепались, глаза ещё немного слипались от сна. На тумбочке рядом — стакан с водой, аккуратно поставленный. На полу — её сложенная вдвое кофта. В комнате пахло кофе.
Ники потянулась, немного зевнула и, босиком, осторожно вышла из комнаты. Йост стоял на кухне, спиной к ней, в тёмной футболке и с чуть взъерошенными волосами. Он даже не обернулся — просто сказал:
— Доброе утро, фройляйн. Как спалось в президентском люксе?
— Немного не хватило завтрака в постель и балкона с видом на океан. А так — пять звёзд, однозначно.
— Балкон с океаном выдали в другом отделении. Надо было бронировать заранее, — сказал он, бросив в сторону Ники короткий взгляд через плечо. — Но за кофе я отвечаю.
— Убедим вкусовые рецепторы, что мы в Неаполе? — подыграла она, проходя ближе и садясь за кухонный стол.
Йост усмехнулся, вернувшись к плите. Тонкая струйка пара поднималась над туркой, и кухня наполнялась терпким ароматом обжаренных зёрен. Он двигался спокойно, будто не спеша продлевал тишину этого утра.
— В Неаполе, значит? — переспросил он, наливая кофе в две чашки. — Только представь: открываешь глаза, солнце, шум прибоя, и кто-то уже несёт тебе круассан и кофе. Или хотя бы приличную замену круассана... — он оглянулся. — У меня, правда, только тосты.
— Замену круассана принимаю, — сказала она, потянувшись за чашкой. — Особенно если подаётся с фирменной утренней иронией.
Йост поставил вторую чашку перед собой, сел напротив. Он выглядел сонно, но спокойно — с чуть растрёпанными волосами, заспанным взглядом и полуулыбкой, от которой в груди становилось как-то теплее.
— Ты спала спокойно? — спросил он, делая глоток. — Или всё-таки моя суперлюкс-гостевая не оправдала ожиданий?
Ники чуть наклонила голову, задумчиво потянулась за тёплой чашкой.
— Честно? Это было лучше, чем я ожидала. Я... давно так не отключалась.
— Рад слышать. Моя миссия по созданию уюта прошла успешно, — отозвался он. — Хотя без балкона и океана, да.
Ники усмехнулась, глядя на него поверх чашки.
— Балкон и океан, может, и были бы впечатляющими, но знаешь... здесь как-то по-настоящему. Тихо. Просто.
Йост чуть кивнул, будто запоминая её слова, и отвёл взгляд в сторону окна, где сквозь жалюзи пробивался приглушённый утренний свет. Было ещё довольно рано, но воздух уже наполнялся чем-то лениво-спокойным — как воскресенье, которое не спешит никуда.
Он сделал глоток кофе, чуть прикрыл глаза, затем, будто между делом, спросил:
— У тебя есть какие-то планы на сегодня?
Ники задумалась, крутанула чашку в руках.
— Нет. Вообще никаких. — Она чуть удивилась самой себе. — Ни дел, ни встреч. Странное ощущение. И... даже приятное.
Йост кивнул, вновь посмотрел на неё. В его взгляде было что-то спокойное, тёплое, чуть светящееся изнутри — как свет от лампы под одеялом.
— Тогда, может, пройдёмся? — тихо предложил Йост, опираясь локтём о стол и глядя прямо в её глаза. — Я знаю одно уютное кафе. Там отличный кофе, и атмосфера, где можно просто забыть о времени.
Ники немного подумала, покрутила чашку в руках и кивнула.
— Звучит заманчиво. Только мне надо будет заехать домой. Не на долго, обещаю не задерживать.
— Не вопрос, — ответил он с лёгкой улыбкой. — Заедем сначала к тебе, а потом уже в кафе.
Ники улыбнулась и отложила чашку. Йост поднялся со стула, направляясь в ванную.
— Я быстро схожу умыться, — сказал он через плечо.
Она встала вслед за ним, задумчиво оглядываясь. В его доме у неё не было ни привычной зубной щётки, ни косметики.
Ванная комната встретила её прохладой и запахом мыла — свежим, слегка древесным. Йост уже стоял перед зеркалом, мокрые волосы растрёпаны, а на лице играла лёгкая улыбка.
— Ты хочешь? — спросил он, заметив её нерешительность.
— Что? — Ники улыбнулась в ответ.
— Умыться. Хотя бы просто освежиться.
Она кивнула, и Йост протянул ей полотенце.
— Можешь взять мой гель для умывания, — добавил он, показывая баночку на полке. — Пользуйся, сколько хочешь.
Ники быстро умыла лицо прохладной водой из крана, чувствуя, как усталость постепенно уходит.
— Спасибо, — тихо сказала она, вытирая лицо полотенцем.
Йост тоже умывался, их движения слегка совпадали, а в воздухе витало молчаливое согласие — будто они вместе делали маленький ритуал, который казался одновременно простым и особенным.
Когда они вышли из ванной, в комнате остался лёгкий аромат свежести, а на душе — чувство, что этот день может быть не таким уж и обычным.
Йост, поправляя футболку, обернулся к ней:
— Дай мне пару минут, я переоденусь, и можем выдвигаться.
— Конечно, — кивнула она. — Я подожду здесь.
Он исчез в одной из дверей, ведущей, вероятно, в его спальню. Дверь не закрылась полностью, и в щёлку можно было услышать, как задвигались вешалки, поскрипывает ящик комода. Лёгкий глухой стук чего-то, что, вероятно, упало — и тихое «блин» в полголоса, от чего у Ники вырвался невольный смешок.
Она подошла к окну, глядя на улицу — утро было свежим, ясным, с ленивыми проблесками солнца, цеплявшимися за стёкла соседних домов.
Йост вышел уже в свежей одежде — тёмные джинсы, тёмно-синяя рубашка нараспашку поверх футболки. Волосы были чуть влажные, но уже не растрёпанные, а взгляд — ясный.
— Ну как, одобряешь? — спросил он, глядя на неё с лёгкой ухмылкой.
Ники притворно оценивающе прищурилась:
— Чисто, опрятно, слегка небрежно — зачёт.
— Спасибо, я старался, — театрально поклонился он. — Готова?
— Более чем.
Он открыл перед ней дверь, и они вышли вместе — навстречу свежему утру, свободному времени и лёгкой, почти невесомой близости, которая только начинала обретать форму.
Радио тихо играло фоновую музыку, за окнами плыли улицы, прохожие, вывески, оживающий город. Йост вёл расслабленно, одной рукой, иногда бросая короткие взгляды на неё. Ники смотрела в окно, прикусив губу, будто в раздумьях, но временами поворачивалась к нему и едва улыбалась — глазами, не губами.
Когда машина остановилась у её подъезда, она не спешила выходить.
— Поднимешься со мной? — спросила она, открывая дверь. — Просто подождёшь, пока я соберусь. Не хочу оставлять тебя в машине.
Он кивнул, даже не раздумывая.
— Конечно.
Они вышли из машины и молча поднялись по лестнице. Ники достала ключи, открыла дверь и впустила его первой.
Внутри было тихо, немного прохладно. В прихожей — запах знакомого шампуня и домашнего текстиля.
— Проходи, — бросила она, разуваясь. — Я быстро. Только в душ и переодеться.
Йост остался на секунду в прихожей, потом отозвался:
— Не торопись, — голос у него был мягкий, чуть ниже обычного. — У нас весь день впереди.
Он прошёл дальше в комнату, неуверенно, но без неловкости, и сел на край дивана. Опёрся локтем о подлокотник, огляделся: книги на полке, открытка на холодильнике, мятая пижама на спинке кресла. Всё было очень... живым.
— На кухне есть чай, кофе, какие-то печенья, если вдруг. Чувствуй себя как дома, — бросила она уже с порога ванной, обернувшись через плечо. — Если захочешь что-то — просто иди и возьми, не стесняйся.
Йост улыбнулся, почти про себя, и кивнул:
— Спасибо.
Она усмехнулась, скрываясь за дверью, и через секунду в квартире зазвучала вода — ритмично, глухо. Йост остался один. Он потянулся, лёгко откинулся на спинку дивана, сцепил пальцы в замок и прикрыл глаза. В этой тишине было что-то, чего он давно не чувствовал: ожидание без тревоги.
Спустя какое-то время дверь ванной тихо отворилась, и в проёме показалась Ники — уже переодетая, в джинсах и мягком свитере, волосы ещё чуть влажные. Она остановилась, будто проверяя его реакцию, и поправила рукав.
Йост посмотрел на неё с лёгкой полуулыбкой, чуть приподняв брови.
— Прекрасно выглядишь.
Ники ответила взглядом, в котором было что-то тёплое, почти застенчивое, но без лишней неловкости. Она кивнула — коротко, благодарно.
— Пойдём?
— Пойдём.
Он встал с дивана, и они не спеша вышли из квартиры. В подъезде было прохладно, и шаги эхом отдавались в тишине. На улице воздух был свежим, не резким — тот, что бывает только ранним утром.
Они молча сели в машину, и Йост завёл двигатель. Музыка заиграла негромко, на фоне, почти незаметно. Он кинул короткий взгляд на Ники — она смотрела в окно, но уголки её губ были приподняты.
Они припарковались недалеко от небольшого углового кафе, спрятанного в переулке между старыми домами с выцветшими фасадами. Йост придержал для неё дверь, и в помещении тут же запахло кофе, ванилью и чем-то свежевыпеченным.
— Уютно, — заметила Ники, оглядываясь. — Прямо как ты обещал.
— Я умею держать слово, — усмехнулся Йост и провёл её к столику у окна.
Они сели друг напротив друга, солнце мягко ложилось на стол, подсвечивая золотистые блики в её волосах. Мимо прошла официантка, оставив меню. Йост открыл его, мельком посмотрел и сказал:
— Я точно беру капучино. И, наверное, тосты с авокадо. Классика.
— Я возьму то же, — решила Ники. — Главное — чтобы кофе был хороший.
— Тут крепкий. Как твоя выдержка, — он посмотрел на неё с чуть лукавой улыбкой.
— Ты это к чему? — фыркнула она, сдерживая улыбку.
— Просто наблюдение, — спокойно пожал он плечами, будто ни при чём.
Они заказали и ещё немного посидели в тихом разговоре — ни о чём важном, но с тем редким ощущением, когда быть рядом приятно само по себе. Ники ловила себя на том, что всё в этом утре казалось неожиданно правильным — даже если оно было совсем не запланировано. Словно её кто-то выдернул из привычного, загруженного мира, где нужно всё контролировать, и дал передышку — ту, о которой она даже не подозревала, что нуждается.
Йост рассказывал что-то про музыку, которая играла фоном — лёгкий джаз, почти незаметный. Его голос был низким, утренним, немного хриплым. Ники слушала, смеялась, глядя на него через край чашки, и чувствовала, как с каждой минутой внутри становится чуть спокойнее. Теплее. Увереннее. Ни намёка на тревогу, ни одного лишнего вопроса. Просто утро. Просто Йост.
Она не знала, когда именно её начало к нему так тянуть. Не просто симпатия — она давно отличала её от чего-то настоящего. Это было другое: почти физическое ощущение, будто рядом с ним мир звучал тише, движения становились мягче, а воздух легче.
Именно в этот момент, когда она впервые за день почувствовала настоящее равновесие, всё и нарушилось.
Мимо прошёл Томас.
Он появился, как сквозняк, от которого по спине пробежал холод. Шёл быстро, взгляд цепкий, лицо — будто из камня. Йост первым заметил его, и Ники сразу поняла: сейчас что-то произойдёт.
— Йост, — бросил Томас, остановившись у их столика.
— Том, — спокойно ответил тот, выпрямившись.
Пожатие рук было коротким, формальным. Никакой улыбки. Никакого тепла. Только напряжение, которое Ники почувствовала, как только Томас перевёл на неё взгляд. В этот короткий, молчаливый момент она буквально кожей ощутила, насколько в нём закипает что-то тёмное. Его глаза скользнули по ней — быстро, но слишком явно. Как упрёк. Как напоминание. Она не опустила взгляд, хотя внутренне сжалась — пальцы сами вцепились в чашку.
Что ты тут делаешь, Томас? Почему именно сейчас? Почему так смотришь?
— Приятного, — глухо сказал он и пошёл дальше. Один.
Йост медленно повернулся к ней. Не спрашивал сразу — дал ей пару секунд выдохнуть. В его лице не было осуждения, не было ревности. Только лёгкая настороженность, которую он не пытался скрыть. Чуть прищуренные глаза, короткая пауза — он ждал.
— Всё нормально? — спросил он наконец, спокойно.
Ники сглотнула, отведя взгляд к окну.
— Да, — слишком быстро. — Просто... неожиданно. Я давно его не видела.
Йост кивнул. Он не стал давить. Не полез с расспросами. Не пытался "спасти" её. Это было странно... и удивительно приятно. Он просто остался рядом.
Она сделала глоток кофе, и позволила себе немного расслабиться. Немного. Не сразу, но снова почувствовала, как возвращается тепло. Снова услышала музыку. Йост говорил о какой-то галерее в районе канала — и она слушала, отвечала, даже шутила. Пыталась. Ради себя. Ради него. Ради этого утра, которое всё ещё можно было спасти.
Я не позволю Томасу испортить этот день. Не сейчас.
Пальцы Йоста на секунду коснулись её руки, когда он потянулся за чашкой. Просто случайно — но от этого прикосновения у неё по коже прошёл ток.
— Хочешь ещё кофе? — спросил он, чуть наклонившись.
— Лучше пойдём гулять, — тихо предложила она. — Погода хорошая. Не хочу сидеть внутри.
Йост кивнул, посмотрел на неё с лёгкой полуулыбкой, и они вышли. Утро было ясным, тёплым, но не душным — город только просыпался, и в этом была особая тишина. Они шли медленно, без спешки, иногда касаясь плечами. В какой-то момент Йост, не глядя на неё, протянул руку ладонью вверх — просто и естественно. Ники, секунду подумав, вложила свою. Его пальцы замкнулись мягко, уверенно, и в груди у неё стало немного тесно.
Они обошли пару улиц, заглянули в книжную лавку с витриной в старом стиле, где она задержалась у раздела с поэзией, а он — у пластинок. Потом, немного устав, вернулись к машине.
Когда Йост остановился возле её дома, она уже почти не хотела выходить.
— Спасибо за... всё это, — сказала она, не расстёгивая ремень. — Серьёзно.
Он обернулся к ней, и на мгновение между ними снова повисла тишина. Затем Йост медленно наклонился, обнял её одной рукой, не торопясь, чуть крепче, чем просто «дружески». Щекой коснулся её виска — и задержался так всего пару секунд, но этого хватило.
— Обращайся, шэцхен, — прошептал он у самого уха, и от его голоса у неё побежали мурашки.
Ники вышла, ещё чувствуя его запах на себе, и только тогда поняла, что уже улыбается.
Schätzchen (шэцхен) — «душка», «малышка».
Спасибо, что вы здесь. Впереди кое-что важное — события будут развиваться, и, может быть, не всегда так тихо и спокойно. Но я постараюсь сохранить атмосферу. Скоро продолжим. :)