Глава 59
Слишком много странных смертей для одной деревни.
— Вонхи в опасности? — Я до боли сжала пальцами стол. — Ты что-то...
Суа качнула головой.
— Ничего я не «что-то». Если бы я «что-то», я бы так спокойно не сидела. Староста там терся. Не доверяю я этому слизняку.
Я сглотнула. Что же делать? В столице опасно, здесь... Тоже опасно? Или... или нет?
Мало ли дети болтают, в конце концов? А дар Вонхи такой редкий, что даже лорд Ким удивился. Кто вообще воспринимает слова маленькой девочки всерьез? Допустим, что-то слышал староста — но до старосты даже мне было временами сложно докричаться, а я взрослая женщина.
Одно я знала абсолютно точно: от детей я в столицу не уеду. Расшибусь в лепешку, пойду на любые условия лорда Кима, лишь бы он помог сохранить магазин, который обеспечивает меня и детей.
Я как угодно вывернусь, но сделаю так, чтобы у них — всех троих — было будущее.
— Мы забираем детей в столицу, — хлопнул ладонью по столу лорд Ким. — Суа, вы тоже отправляетесь с нами.
— Не командуй мной!
— Я герцог.
— Хренерцог!
Лорд Ким фыркнул, а потом расхохотался.
Суа в итоге, конечно, с места не сдвинулась.
А вот дети от полета на драконе были в полном восторге. Я его, к слову, не разделяла. Хотя удобно! И быстро! Как только потоки ветра от взмахов огромных крыльев крыши не сдувают с домов...
Магия, не иначе.
В этот раз я набралась храбрости и встретилась с огромной зверюгой взглядами, пока та, зависнув в воздухе, высаживала нас во дворе симпатичного столичного особняка из красного кирпича. Не дома лорда Кима, а другого. Видимо, того самого, который он грозился снять.
Зверюга размером с самолет исключительно аккуратно лизнула мне плечо кончиком раздвоенного языка, пока я ее разглядывала.
Ужас. Точно — сожрет. Вот, уже моет перед едой.
— А я говорила! — радостно вопила Вонхи, оказавшись на земле. — Я говорила, что он тебя увезет! — Она поманила меня пальцем и шепотом сказала: — Ему снится чулан. Постоянно. Там темно и холодно. Почему ему такое снится? А почему ему больно? Он как будто от всего отрезан, это грустно, ему нужна семья!
— Ему нужен ужин, — произнес лорд Ким, в своей обычной форме спрыгивая на дорожку из серой плитки. — Идемте. Он уже нас ждет.
Вот только лорд Ким не учел, что даже у непогрешимой экономки мисс Момо бывают промахи. В доме, который она арендовала для лорда Кима, не было согревающих воду артефактов, огненных артефактов и тем более никто не ждал нас там с едой.
Да и сам дом, мягко говоря, был далеко не уровня герцога. Меня это волновало мало, а вот лорда Кима... Даже у меня хватило ума не стоять на его пути, когда он, бросив «скоро вернусь» направился отрывать головы провинившимся.
Пытаясь в очередной раз разобраться с тем, что я творю и объясняя детям, как обстоят дела, я только к вечеру поняла кое-что важное.
Спальни здесь — две. Дом отлично подходит для семьи с детьми. Такой, где родители спят вместе.
Так что детских кроватей было две, потесниться будет несложно.
А вот кровать для взрослых — была одна.
— Тогда спи на полу, — бросил лорд Ким, не отвлекаясь от каких-то бумаг, которые читал. — Или на софе внизу.
— Она в метр длиной! Ты мужчина, ты должен уступить мне кровать и спать на полу сам! Или на софе.
— Еще чего. Никогда-никому я ничего не должен. Но с удовольствием посплю один. А ты поступай как знаешь. Не могу указывать тебе, что делать, ты этого не любишь.
Я задохнулась от возмущения. Как, как он умудрялся настолько сильно меня разозлить, хотя я вообще должна думать о другом⁈ О безопасности детей, о магазине, о расследовании, в конце концов, раз уж я тут играю в детектива!
И черта с два я ему уступлю кровать!
Еще и одеяло у него отберу, когда уснет. Это теперь дело принципа.
* * *
Тэхен
— Я не собираюсь спать с тобой в одной кровати! — возмущалась Дженни, стоя у меня над душой.
В кабинете. Я специально дал указания мисс Момо, чтобы дом, который для меня найдут, имел кабинет, потому что нуждался в пространстве для работы.
И в этом пространстве я не терпел шума и хамства.
Но Дженни стояла напротив стола и ругалась на меня уже битый час. Я старательно сохранял спокойное выражение лица, хотя хотелось впиться пальцами в ее шею.
А дракону у меня внутри хотелось по-кошачьи — ну, или по-драконьи, — мурлыкать.
До этого момента я вообще не знал, что мой дракон может мурлыкать! Но, получив в свои лапы драгоценную истинную, он именно что замурлыкал. Конечно, для непосвященного слушателя это было похоже на устрашающее рычание, но я-то знал правду.
Большим испытанием было заставить его скрыться, а не наматывать бесконечные круги вокруг истинной, вдыхать ее запах, урчать, беречь и заниматься прочей ерундой.
Вспоминать об этом было забавно, но... будучи в драконьей форме я кое-что почувствовал. В Дженни. Что-то странное. Не магию рода Кима и не то, что дети, которых она называет своими, на самом деле не ее.
Что-то... там было что-то еще. Что-то, что отличало Дженни от той девочки, что я увидел в борделе. Что-то... от нее пахло... не так. Человеческим обонянием это невозможно почувствовать, но Дженни пахла... странно.
Я терпеть не мог ложь, а Дженни что-то от меня скрывала — что-то важное.
Меня это злило, а дракон все равно влюбленно вился и вокруг нее, и вокруг детей, и вокруг Хисина тоже, потому что всех почему-то решил считать своими детьми.
Это злило меня только больше. Я его совершенно не контролировал.
— Не уступлю я тебе кровать! — припечатала Дженни
— Ты правда думаешь, что меня это напугает? — поднял я взгляд от документов.
В голос прокрались мурлыкающие нотки, и я досадливо дернул головой. Сейчас было не время замечать, какая она красивая, как растрепались рыжие волосы, как горит взгляд. Взгляд — был самым привлекательным в ней.
И в этом тоже было что-то неправильное.
— Освободи мой кабинет.
— Но...
— Живо!
Мне нужно было о многом подумать. В том числе о том, что написано в бумагах, где Чонгук крайней дотошно изложил итоги беседы с Ёханом.
И они мне не нравились даже сильнее всего остального. Потому что... Чтоб тебя, Дженни. Чтоб тебя. Что еще ты от меня скрываешь?
Дженни
— Спокойной ночи, — улыбнулась я. — Завтра пойдем гулять по столице.
— Мам, ты странная, — сказал Вону.
Они с Хисином уместились в одной кровати, оставив Вонхи вторую — маленькие джентльмены.
Если бы сердце чуть меньше обливалось кровью из-за тревоги за них — я бы могла умилиться этому с чистой совестью.
— Что ты имеешь в виду? — спросила я.
— У тебя лицо, как будто ты хочешь кого-то убить.
— Нет!
— Да, — подтвердил Хисин.
Вот ведь... внимательные какие.
— Это не имеет к вам отношения.
Просто лорд Ким — самодовольный болван.
— До завтра, — улыбнулась я, закрывая дверь.
Оставлять детей на ночь одних было непривычно: у Суа мы все вповалку спали на застеленной старыми одеялами и перинами печи.
Еще более непривычно было уходить, чтобы лечь в одну кровать (не собираюсь я отступать) с лордом Кимом.
Было в этом что-то от идиллического американского фильма: в моей-то жизни таких картинок счастливой семейной жизни не случалось, так что сравнивать я могла только с тем, что видела на экране.
Правда, слегка нарушало идиллию то, что лорда Кима хотелось прибить. Почему он вдруг с цепи сорвался?
Размышляя о том, что происходит и к чему все идет, я направилась на кухню. Дверь была закрыта — старый замок, похоже, захлопнулся сам собой, — потому открыть ее получилось только с третьей попытки.
Оказавшись наконец на кухне, я замерла.
Черт.
Иди... идиотка. Или нет?
Воюя с замком, я как-то не учла, что планировка дома была очень странной.
«Он старый, — пояснил лорд Ким в ответ на мой вопрос. — Так что планировка тоже старая. Я убью мисс Момо. Имей в виду, мы здесь временно».
Старая планировка означала, что кухня и ванная были совмещены. Буквально.
В углу кухни стояла огороженная шторкой ванна.
Но лорд Ким шторку проигнорировал, когда решил помыться. Разумеется, зачем шторка, если он закрыл дверь на замок, который я случайно выломала.
Что ж.
За свою настойчивость я была вознаграждена зрелищем обнаженного лорда Кима, который как раз выбирался из ванны. Он стоял спиной к двери, вслепую тянулся за полотенцем, которое повесил на спинку стула, рядом с одеждой.
Из чего можно было сделать вывод, что полотенце на плечах лорда Кима не было.
И на бедрах тоже.
Ни на каких частях тела.
И одежды тоже не было. Естественно, она ведь лежала на стуле.
Лорд Ким был голым, смуглая кожа, влажная из-за воды, поблескивала в свете закрепленных на люстре камней-артефактов.
Стройные поджарые бедра, сильные ступни, напряженные икры, — я делала все, даже пялилась на его задницу, лишь бы не смотреть на плечи и спину.
Потому что там было слишком много шрамов, оставленных как будто кнутом или плетью. Они были старые, белесые, но довольно четкие.
Выглядело жутко, страшно было даже подумать, как больно было получать такие раны. И мне почему-то было физически было больно это видеть. Как будто я могла... могла почувствовать. То, через что он прошел. Я поморщилась. Опять наша связь? Проклятие.
— Ты все-таки решила застать меня голым.
А?
Мысли путались. Во-первых, из-за шрамов лорда Кима. Во-вторых, из-за того, что он был голым. И красивым.
Или последовательность была обратной?
Не дожидаясь ответа, лорд Ким наконец выбрался из ванной и, обойдя меня по широкой дуге, закрыл дверь на замок. Сходил за стулом и для надежности подпер ее и стулом тоже.
Его ступни оставляли на выложенном красным кирпичом полу влажные следы.
Пока он ходил туда-сюда, я успела заметить, что у него есть не только внушительный пресс (и еще кое-что в его теле можно описать как «внушительное»), но и шрамы на груди и животе.
— Удачно, что ты зашла, я как раз собирался тебя искать. Видишь ли, Дженни... Сегодня я получил запись допроса вашего Ёхана, помощника мадам Ханна — сказал лорд Ким, подойдя ко мне вплотную. — И у меня появились к тебе вопросы.