Глава 58
С души как будто упал огромным камень! С остальным справимся.
— Привет, малыш, — поцеловала я в лоб подошедшего Вону.
— Не называй меня так, фу! — тут же выкрутился из рук он.
Эх! Даже жалко, что я не застала Вону крохой, который пока еще терпит мамины поцелуи.
— Ну и что у тебя случилось, м? — спросил лорд Ким, исключительно серьезно глядя на Вонхи.
Та, продолжая сидеть у него на руках, засмущалась и спрятала лицо у него на плече. С ума сойти. Впервые вижу, чтобы эта девочка к кому-то так бесстыже липла. И что она в нем нашла? Тоже не укралась от фирменного обаяния лорда Кима?
Я нашла глазами Хисина: тот как всегда был серьезным, а светлые волосы стараниями Суа были неровно местами подрезаны, чтобы не лезли в глаза. Что ж. Презрение Суа к стандартам красоты давно известно.
— Пойдем в дом, — сказала я и тут же пожалела об этом.
Сейчас Суа начнет меня отчитывать — как это я смею приглашать ее в ее же дом⁈
Но старуха неожиданно просто кивнула.
Плохо дело.
Обогнув меня, она направилась вперед, тяжело подволакивая правую ногу. С каких пор она снова начала хромать?.. Заходя в дом, Суа поправила одну из веток, которую она прибила к дверному косяку — чтобы защититься от незваных гостей.
— Воду греться поставь. Чай будем пить.
Кивнув, я подошла к плите, открыла дверцу и растерянно оглянулась на Суа.
— Артефакт потух. Ты не могла бы...
— Да когда ж ты уже научишься, безрукая! — привычно вспыхнула Суа.
Хромая, подошла к плите, дотронулась до лежащего под нагревающейся поверхностью булыжника — и тот занялся пламенем.
— Однако, — прокомментировал лорд Ким.
Я отлично понимала его удивление. Суа управлялась с магией так, как не каждый столичный артефактор сможет. Например, еще от служанок в доме лорда Кима я узнала, что обычно камень-артефакт внутри плиты горел постоянно и, если он тух, приходилось вызывать мастера. «Перезагрузка» стоила недешево.
То же самое касалось световых артефактов — и любых других. Заключить часть магии в камень, структурировать ее таким образом, чтобы она работала предсказуемо и стабильно, было невероятно сложно, потому артефакты в этом мире в основном были простыми: согревающими, охлаждающими, световыми... Все, что сложнее, к примеру, артефакт для определения ядов, который должен был распознавать десятки опасных веществ, стоило баснословных денег.
Суа сложное устройство магии игнорировала так же, как и нормы вежливости. Например, то самое зеркало для связи, аналог скайпа, который в столице у меня оторвали с руками, она изготовила минут за пять. Это было даже как-то неприлично.
— Садитесь, в ногах правды нет. Давайте, или за стол, или на х...
— Суа, здесь же дети!
— А не должны быть! Я одна живу, ты помнишь про это вообще? Зачем притащились сюда?
Брови лорда Кима с каждым ее словом ползли все выше.
— Суа, я все-таки великий герцог.
— И что мне с того?
— Ты не собираешься меня бояться или уважать хотя бы?
Суа неожиданно нахмурилась вместо того, чтобы нахамить.
— Думаешь, мне осталось, что терять? — Она тяжело подошла к столу и опустилась на стул. — Садитесь, хватит стоять.
Подойдя к Хисину, я погладила его по голове.
— Поиграйте наверху пока?
Тот бросил мрачный взгляд на лорда Кима и не сдвинулся с места. Карие глаза прищурились, и я вздохнула.
— Нет, тебе не придется возвращаться в школу.
— Правда?
— Правда. Идите наверх.
Говоря это, я старалась не смотреть на лорда Кима, но все равно заметила, что он вздрогнул.
— Но я выучил новый трюк, — вступил Вону, впившись в меня возмущенным взглядом. — Я должен тебе показать! Я теперь умею превращать палку в деревянный шар.
— Неплохо, — отреагировал лорд Ким. — Покажешь?
Вону тут же насупился и замолчал, настороженно глядя на него, как будто только что увидел.
Чужих он иногда все еще боялся.
— Она тебя тоже хочет! — радостно объявила Вонхи, и я закашлялась.
— Что ты говоришь?
— Его это волнует, а я точно знаю, что да! — обернулась ко мне она. — Но не знаю, что это значит. В смысле — хочешь дружить, да?
— Да... именно это. Вонхи, слезь с рук лорда Кима — и идите поиграйте наверху.
— Давай, иди, — повторил лорд Ким, опуская ее на пол. Многозначительно ухмыльнулся.
Еще какое-то время ушло на споры, а потом мы наконец остались на первом этаже одни. Я залила листья шалфея закипевшей водой и вытащила из шкафа три кружки.
— Суа, что случилось? — спросила я, садясь напротив нее.
И оказалась совсем рядом с лордом Кимом, так что чувствовала его тепло и запах. Наваждение какое-то.
— С чего ты взяла, что что-то случилось? Что я, за тремя постелыгами не присмотрю?
— Суа, на тебе лица нет. И Вонхи мне сегодня рассказала...
— Рассказала-таки, — проскрипела Суа и сделала большой глоток шалфеевого отвара.
То, что он пока еще слишком горячий, так что даже кружку в руках держать невозможно, ее не слишком волновало.
— Что там на самом деле произошло? Она мне рассказала только про какую-то драку из-за того, что меня обозвали шлюхой.
— О! — хохотнула Суа. — Драка была знатная! А что ты хотела, дорогая? С такой-то матерью...
— Суа, не надо, — осадила я.
Конечно, маму Дженни я ни разу не видела, но слушать оскорбления в ее сторону я была не намерена.
Эту историю я знала целиком благодаря Суа, хотя мне все еще казалось, что в ней слишком много белых пятен.
Дженни родилась в семье гончара и была, мягко говоря, не слишком умной, хотя и доброй. Видимо, поэтому ее ласково называли «дурочкой Дженни», а не грубо вроде «идиотка». Шутки шутками, но злило меня это неимоверно.
По тем воспоминаниям, которые мне достались, обрывкам чувств и мыслей, Дженни вовсе не показалась мне сумасшедшей или слабоумной — так что я полагала, что девочку просто затравили. А почему нет? Мама — приблудилась откуда-то с соседней деревни, отец — пускай и гончар, да только с руками проблемы, а где это видано, чтобы у гончара ладони тряслись? Это курам на смех, а не гончар!
Слушая рассказ Суа, я решила, что отец Дженни, судя по всему, болел артритом, а потому не мог толком работать. Это объясняло то, почему семья жила небогато.
А Дженни... Дети бывают очень жестокими. Она, видимо, была удачной мишенью.
Безответная Дурочка Дженни.
От этого сжимались кулаки, хотелось изменить что-то — чтобы оказаться в этом мире пораньше и ее защитить. И от этого, и от того, что случится потом.
Когда Дженни исполнилось семнадцать, ее родители умерли — а она осталась одна с двумя младенцами на руках.
«Мамка-то Дженни с отцом — любили друг друга, — посмеивалась Суа. — Активно так! И вон че, аж троих налюбили! А ты глаза-то не отводи, ишь, целка выискалась! В браке-то — оно завсегда хорошо. А уж если по любви, как у них — так и вовсе святое дело».
Я тогда едва не подавилась чаем. Открыла рот — и тут же закрыла.
Крутила в руках кружку и думала о том, что у Дженни — ямочка на подбородке. А у Вону и Вонхи ее нет.
Я не была генетиком и могла только предполагать — но разве это не указывало на то, что родители у них... разные?
Но кто был отцом малышей, если родители Дженни, по словам Суа, друг друга любили?
От чего вдруг умер отец?.. Мать ушла во время тяжелых родов, а вот отец, который скончался месяцев за год (или за месяцев девять до этого, я не знала деталей) — это уже интересное совпадение...
Как бы то ни было, слухи по деревне ходили самые разные, и в итоге кумушки решили, что Дженни сама нагуляла малышей, а мать просто хотела прикрыть ее позор. Эта версия и стала «официальной».
Дженни, оставшись одна, заботилась о детях, как о своих. Она была тихой, перебивалась случайными заработками, а потом вдруг сорвалась с места, продала дом — и увезла обоих детей в столицу.
Там-то мы с ней и встретились.
В этой истории было полно странностей, как будто важных упущенных деталей в наполовину собранном пазле, но я, как ни старалась, не могла собрать общую картину.
Да и... разве это имеет значение, положа руку на сердце? Старая история, а у меня полно дел поважнее.
— Так что произошло с детьми? — нарушил молчание лорд Ким.
Суа вздохнула.
— Да ничего с ними не произошло, кроме того, что Вонхи начала ляпать направо и налево предсказания.
— Предсказания? — поднял бровь лорд Ким. — Это шутка?
— Не делай вид, что не знаешь о таком даре. — Суа прищурилась, сканируя его взглядом водянистых серых глаз. — Больно тебе? Как нерв оторванный. Хотя мог бы... Ой, как ты мог бы... А твоя истинная знает, кто ты, какая в тебе кровь там и...
— Достаточно, — перебил лорд Ким и прищурился. — Я и не знал, что у вас дар ясновидения, Суа.
Ясновидения? Это... что-то связанное с хрустальными шарами⁈
— У меня не ясновидение, а херня на масле, — рявкнула Суа. — Так, фокусничаю. А вот у девчушки, Вонхи... У нее — да. Но она ж как молодое вино бродит пока, не соображает ничего. Мне ж не надо тебе объяснять, что такое ребенок с редким даром?
Я увидела краем глаза, как лорд Ким побледнел.
— Суа, — сглотнула я. — Кто-то что-то понял? О том, что Вонхи — не просто болтает?
— А пес его знает! Но... Да конем оно все трахнись, я внуков уже теряла, тогда тоже дело к осени шло, как и сейчас. Еще раз — не хочу!
Суа в самом деле назвала детей внуками?.. Но это сейчас волновало меня в последнюю очередь. Значит, я не ошиблась. Те игрушки в комнате, фарфоровая кукла с длинными ресницами и деревянная раскачивающаяся лошадка. Брошенные вещи, потому что их обладатели... Что случилось с ними? Я ничего не знала о семье Суа кроме того, что все погибли. А как, когда и почему...